Читаем Боший Сут или Посторонним Вход Воспрещен (СИ) онлайн бесплатно

Далеко у линии горизонта еще только начала заниматься заря, а некоторые ответственные категории наших граждан уже спешили на работу, несмотря на то, что в то утро календарь упрямо показывал 31 декабря. Они выходили из промозглых серых подъездов и как только что вылупившиеся птинцы таращили глаза по сторонам, словно пытаясь понять, как и зачем они сюда попали, а потом словно спохватывались, в ужасе смотрели на часы и быстро семенили под снежную крупу, спеша на автобусные и трамвайные остановки. Правда, нужно отдать должное зарубежному автопрому (про отечественный в данном случае лучше прмолчать), некоторые счастливцы садились в свои комфортные металлические коробки, и лихо выворачивали на автострады, вливаясь в общий утренний поток невыспавшихся людей, пахнувших яичницой и кофе.

В воздухе царило предновогоднее настроение не смотря на дурную погоду и последний рабочий день, который пришелся к слову сказать на субботу.

Сегодня даже в самое раннее утро, многие магазины спешили распахнуть свои двери для страждующих купить, а вернее урвать подарки родным и близким. И не важно, что покупки купленные в последние часы перед Новым годом чаще всего оказывались бестолковыми и пылились в коробках на шкафах и в кладовках, а возможно и передаривались. Главное другое, что с этими пусть даже пустяшными подарками, люди могли почувствовать себя пусть и не на долго, но счастливыми и нужными кому-то. Эти фарфоровые ангелочки, пухлощекие деды морозы и длиннокосые пышногрудые снегурочки, словно снова переносили людей с детство, когда веришь в большое чудо и накрепко знаешь, что все обязательно будет хорошо...

Так вот, именно в такой суетливый день и приключилась эта странная история. Которая смею вас уверить произошла именно так, как здесь и написано. Хотя, если уж быть честными до конца, небольшие расхождения все же есть, но кто их будет усматривать в правдивой новогодней истории? Да и какая собственно разница, было именно так, или немного иначе. Главное, это вывод, который каждый из вас сделает прочитав эту поучительную историю. И кто знает, может быть и тогда ваша жизнь тоже измениться, пусть и не сразу. А теперь обо всем по порядку...

Так вот, в такое вот недоброе для всех работающих людей утро субботы, когда во всех порядочных домах уже варились картошка с морковкой на салат "Оливье", вышел из подъезда тринадцатого дома, мужчина средних лет с небольшим портфелем, который он нес под мышкой. Вторая рука хаотично шарила по многочисленным карманам пальто, безуспешно пытаясь отыскать ключи от машины. Мужчина явно был раздражен и поэтому без конца пыхал торчащей во рту сигаретой, которую он гонял по рту, как нашкодившую собаченку.

Мужчину звали Иван Иваныч Пыжиков и работал он главным бухгалтером в небольшой фирме, специализирующися на поставках туалетных чистящих средств для средней руки организаций и госструктур. Ему было уже за сорок. Курение и неправильный режим дня сделали свое дело. Лицо было еще привлекательным, но под глазами залегли тяжелые мешки, делавшие его похожим на грустного филина. Возможно, если бы рядом с Иван Ивановичем была бы хорошая, или хоть какая-то женщина, которой он был бы не безразличен, он выгядел бы значительно лучше, но как-то уж так сложилось, что ни одна счастливица не стала гордой носительницей фамилии Пыжикова, и не приложила свою уверенную руку с тяжелым утюгом к костюмам бухгалтера. И от этого, он выглядел еще менее ценным на рынке свободных мужчин с дурными привычками.

Иван Иванович не переставая делать отчаянные попытки найти ключи направился через узкий двор заставленный машинами, таких же счастливых обладателей четырехколесного друга как и он сам. Когда он проходил мимо скамейки и стола, где лет двадцать назад собирались местные любители шахмат, а последние лет десять алкаши, он краем глаза заметил трех мужчин в одинаковых черных пальто и шляпах. Один из мужчин поздоровался с бухгалтером, и будь утро не таким "добрым", и не завалившиеся за подкладку пальто ключи, возможно бы Иван Иваныч удивился бы таким странным типам, которые в такую мерзопакостную погоду сидят на скамейке в окружении валяющихся недоеденных корок хлеба и соленых огурцов, а также бесчисленных бутылок. Но судьба, а также табельщица Наталья Мироновна дело серьезное и бухгалтер лишь коротко кивнул и тут его рука победно схватила пропавший ключ и мужчина радостно задергался, пытаясь его протянуть через дыру в подкладе. И именно в этот момент он почувстовал толчок, мир покачнулся, и кубарем полетел прямо на Ивана Иваныча...

Когда он открыл глаза, то с удивлением увидел себя в странном кирпичном тонеле с земляным полом. Тонель был длинный и плохо освещенный, но тем не менее уходящие вдаль огоньки тусклого света говорили о том, что данный тонель обладает завидной длиной.

Борясь с головной болью Иван Иванович открыл глаза и с удивлением увидел наклоненное над собой лицо какого-то незнакомого человека преклонного возраста. Незнакомец видя что упавший пришел в себя радостно улыбнулся, обнажив при этом неполный набор зубов и бесцеремонно похлопав ладонями по щекам бухгалтера, сказал:

- Явился, не запылился!

И словно не замечая ошарашенный удивленный взгляд Иван Ивановича продолжил:

- Ну, скажи, и стоило так сюда торопиться?

Незнакомец приблизил свое лицо близко к лицу очумевшего бухгалтера. Видя что тот не понимает о чем речь, незнакомец продолжил:

- Походил бы еще с пару десятков лет сверху, внес бы свой посильный вклад в создании озоновых дыр и нарушении экологического равновесия. Женился бы, потом развелся и ушел в запой. Разочаровался бы в жизни и людях, а потом можно и к нам.

В это время старнный мужчина словно только заметил что бухгалтер в полной прострации, сказал тихо, как бы про себя.

- Эээ! Никак лишнего саданулся? ... Ох, не люблю я этих помешанных, от них одна суета и никакого толку.

После этих слов, Иван Иванович кряхтя и охая поднялся на ноги, с удивлением оглядываясь вокруг. Место и правда было удивительное, они находились как бы в середине тунеля с низким потолком, до которого можно было дотянуться рукой. Тунель пах теплым запахом прелой земли и сыростью кирпича и не давал никакой возможности определить как бухгалтер мог сюда попасть.

- Где я? - спросил Иван Иваныч удивленно крутя головой.

Незнакомец оказлся маленького роста, он радостно крякнул и взяв собеседника под руку потащил в одну из сторон:

- Где-где! В Зазеркалье! Добро пожаловать, Али-и-иса! - После этого незнакомец остановился и радостно пожал бухгалтеру руку. - Разве я не похож на пушистого белого кролика? Он чуть повернулся боком и выпятив зад попытался изобразить махание несуществующим хвостиком.

Видя что у Иван Ивановича, как в спятившим компасе полный раздрай полюсов, рассмеялся и опять взяв его за руку настойчиво потащил дальше. Незнакомец чувствуя, что собеседник надулся, продолжил будничным тоном:

- Ладно, не пучь так глаза. - Он остановился и хотел положить руку на плечо собеседнику на манер как король Артур посвящал славных ратников в рыцари, но не дотянулся, поэтому лишь досадливо хлопнул бухгалтера по груди и коротко сказал. - Короче, мужик, ты попал в загробный мир, а я твой ангел. Типа велкам!

- Ты?.. Ангел?.. - только и смог пролепетать потрясенный Иван Иванович.

Собеседник хмыкнул:

- Не веришь?! Ну и как ты нас представлял? В белых тогах, с крыльями за спиной?

Бухгалтер нехотя кивнул. Незнакомец хохотнул:

- Ох, уж эти предрассудки! Тоги нинче не в моде, а крылья не практичны, под них нужно специальную одежду заказывать, да и спина от них чешется...

Незнакомец резко остановился и протянул руку:

- Прокоп!

Бухгалтер протянул руку:

- Иван Иванович!

Ангел смерил бухгалтера оценивающим взглядом с головы до ног.

- А ты ничего, вот только помятый какой-то!

Потом Прокоп оглядел себя.

- Да, пора бы мне костюмчик поменять, отстаю от моды. Прямо скажу не Гальяно...

Пыжиков наконец-то пришел в себя и спросил:

- Получается я... умер!?

- Умер, умер, родимец, другие к нам не попадают.

Бухгалтер возмущено воскликнул:

- А ты куда смотрел?! Ангел называется!

Собеседник от негодования запыхтел. Можно бы было подумать, что он поменял цвет лица с желтоватого на пылающе-красный, однако, нам это не суждено узнать, так как в тоннеле то ли из-за сумрака, то ли по каким другим причинам все было черно-белым. Ну и временами пролескивали разные оттенки серого.

Ангел сжал кулаки и задрав голову чтобы лучше видеть наглое лицо Пыжикова заорал:

- Куда смотрел говоришь? Да я пашу как проклятый, за двоими приглядываю, мотаюсь туда-сюда без выходных и проходных, а он.... Оооо, это просто черная неблагодарность!

От такой внезапной атаки Иван Иванович опешил и только как рыба открывал рот. Он уже хотел извиниться, как вдруг собеседник улыбнулся, схватил его за руку и опять потащил по тонелю.

- Ладно, - примерительно сказал ангел, - Ты уж прости, бывают у меня проявления неконтролируемой злости или черной меланхолии, видимо из прошлой жизни прорываются эмоции. Мне начальство настоятельно советует к штатному психологу походить, но не люблю я этих психологов. Говорят много и не понятно. Тоску они на меня нагоняют!

Ангел повернулся в бухгалтеру и опять улыбнулся:

- Понимаешь, персонала не хватает, вот и приглядываю за вами двумя. За тобой и за твоим соседом из соседнего дома, который с таксой гуляет. Семеном звать...

Иван Иванович сразу вспомнил высокого очень полного мужчину. Он жил с такой же полной как сам женой на первом этаже и бухгалтер часто видел того поливающего многочисленные кактусы на окошках.

- У него жена настоящая фурия, довела беднягу, хотел отравиться, пришлось отговаривать. Пока с ним возился, ты крякнул...

Иван Иванович сразу вспомнил троих странных мужчин:

- Перед тем как... того... Я видел каких-то странных типов в шляпах и одинаковых черных пальто. Кто они?

Ангел махнул рукой:

- Это твои бесы, видимо, воспользовались моим отсутствием. Вот и приложили.

Иван Иванович резко остановился, отчего продолжающий собеседник дернулся:

- Как же так, ангел один на двоих, а бесов целых три! Это нарушает равновесие!

Ангел потянул мужчину за руку, заставляя идти, сам продолжил:

- Это поверь мне еще не так уж и плохо. Вот например, у депутатов или военных и тридцать бесов быть может. Все от величины и важности человека зависит.

Пыжиков нахохлился и Прокоп смеясь продолжил:

- Ну сам посуди, кто ты! Всего лишь бухгалтер, ты даже если и натворишь чего, кроме тебя от этого плохо никому не будет, а если нашептать чего на ухо политику, можно страны поссорить или войну развязать. А за это бесам большое повышение светит. Вот и стараются. Твои поспешили с тобой разобраться так как другого более интересного подопечного захотели. Так и вышло.

- А почему нельзя поставить трех ангелов тогда, чтобы бесам противостоять?

Ангел грустно пожал плечами:

- Говорю же, не хватает средств и персонала у нас. После следующей оптимизации грозятся одного на трех, а то и четверых поставить. "Оптимизация комплектации командного состава" называется. Так что тебе еще повезло!

- Ага, счастливчик!

Ангел громко засмеялся и внезапно тонель закончился и перед ними открылась большая пещера с очень высокими сводами. Иван Иванович пытался разгядеть потолок, но ничего не смог увидеть.

По середине большой залы проходили рельсы, на которых ездили небольшие открытые вагончики похожие на угольные. При соприкосновении колес с рельсами раздавался лязг и поскрипывание.

Бухгалтер удивленно завертел головой:

- Какое странное место!

Ангел схватил за руку Пыжикова и они побежали за одним из едущих вагончиков на ходу открывая дверь. Бухгалтер чуть не выронил портфель, но вовремя схватил и прижал к груди. Ангел ухмыльнулся и толкнул того на скамейку. Не смотря на то что вагончик был старый, сидеть внутри было удобно и ход плавный. Прокоп ткнул пальцем в портфель:

- Теперь тебе это не понадобиться, - поймав взгляд собеседника продолжил. - У тебя там книга с черной бухгалтерией и печать фирмы с оффшоров. Можешь это выкинуть, все твои земные хлопоты позади, а вот за это с тебя спросят.

Иван Иванович испугано посмотрел на портфель, однако, руки не разжал:

- Скажи, ангел, а кем ты был раньше?

Тот грустно сморщил нос, отчего маленькое лицо стало рябым и на нем особенно выделялся остро торчащий нос.

- Точно не помню где и когда я жил, но работал я на верфях, как сейчас помню запах свежевыстроганных досок и моря. А потом меня грузом зашибло и вот я здесь, везу занудного бухгалтера на последний суд.

Тут ангел оживился:

- А еще я кошел любил...

Виновато посмотрел на Пыжикова продолжил.

- Кушать... Вот шкурку сдеру, хорошенько посолю, помажу маслом и зажарю на сковородочке. Сразу дымок такой ароматный идет, шкварчит...М-м-м! А шкурки собирал, ночью бывало не спиться, лежу себе и тихонько глажу мягкий мех, и так мне хорошо и спокойно делается, засыпаю сном младенца...

Поймав полный ужаса взгяд бухгалтера ангел замолчал.

- И... как же тебя тогда в ангелы того...?

- Взяли? Так говорю же работать некому, кроме того чтобы свои грехи искупить, нужно поработать, либо ангелом, либо бесом.

- А чего бесом не пошел?

Ангел опять сморщил нос:

- Суетно там у них, сплошные корпоративы, тимбилдинги, летучки, недельные и квартальные отчеты, повышение квалификации и командного духа... А я суету не люблю, тихий я человек... вот только кошек люблю... Да и в аду пища не та, все острое, а у меня язва...

Ангел думал что уже все объяснил, однако, бухгалтер не унимался:

- И сколько тебе так работать придется?

Ангел горько вздохнул:

- Даже и не знаю... Мне сказали что меня простят, когда я сделаю что-то уж очень хорошее или количество сделанных мною дел перевысит количество моих грехов.

Прокоп опустил глаза как бы немного стесняясь:

- По моим подсчетам мой отпуск не за горами!

В это время вагончик повернул за угол и ангел крикнул Ивану Ивановичу:

- Прыгай скорее, а то проедем, тогда по канализации придется возвращаться!

Они враз прыгнали и покатились по платформе. К своему удивлению, Пыжиков почувствовал боль от падения в левой ноге. Он стоная встал на ноги и стараясь не наступать на ушибленную ногу сделал всторону шаг и поднял свой портфель.

Ангел стоял потирая ушибленный зад и ворча:

- Когда же они нормальную остановку с парковкой здесь сделают?!

Обернувшись, он крикнул бухгалтеру:

- Живой?

И громко засмеялся. Он смеялся частым лающим кашлем, потом сложился пополам. Пыжико смотрел на него растеряно, потом тоже засмеялся.

Отряхиваясь и вытирая слезы от смеха ангел встал:

- Эту шутку надо запомнить.

Он сделал голос более грубый и опять сказал:

- "Живой?". Нашел у кого спрашивать. Ладно, Иваныч, давай опирайся на меня, видать ногу зашиб. Забыл тебе сказать, что в загробном мире, все как в вашем. Ударил, заболело. Так что, смотри под ноги и не с кем не ругайся. Тут нервных много, можно и по физиономии получить.

После этих слов он потер подбородок, как бы вспоминая свой горький опыт.