Читаем Откровения танкового генерала СС онлайн бесплатно

Во время службы на командных должностях в период войны мне не раз приходилось участвовать в боевых действиях во взаимодействии с частями Ваффен-СС. На них можно было положиться.

12-я танковая дивизия, о которой идет речь во второй части предлагаемой вниманию читателя книги, была подчинена мне в течение пяти нелегких недель в районе высадки армии вторжения союзных войск.[1] Командиром упомянутой дивизии был автор данной книги, генерал-майор Ваффен-СС Курт Майер. В конце войны мы вместе с ним провели долгие месяцы в лагере военнопленных в Энфилде (Англия).

В декабре 1945 года меня доставили в Аур их, где мне предстояло давать показания перед канадским военным трибуналом, рассматривавшим дело Курта Майера. Я был единственным из немецких военных, кому позволили выступить свидетелем его защиты. Кроме того, нескольким его боевым товарищам, включая и меня, было разрешено встретиться с генерал-майором Майером после объявления ему смертного приговора.

После того как смертный приговор был заменен пожизненным заключением, я по мере возможности общался с его супругой, а позже и с ним. Мы оставались друзьями до самой его безвременной кончины.

Таким образом, я знаю лично генерал-майора Курта Майера и имею представление о 12-й танковой дивизии СС, находившейся под его командованием. Я видел ее в лучшие дни, но больше в чрезвычайно сложные периоды.

Книга «Пехотинцы-гренадеры» повествует о сражениях частей Ваффен-СС в годы Второй мировой войны под командованием генерал-майора Майера, которого в войсках называли «Майер-танкист» («Panzermeyer»), на территории Польши, Франции, на Балканах, и в России, и в районе высадки англо-американцев. Храбрость, дружеская взаимопомощь, благородство и любовь к родине упомянутых в данной книге войсковых частей олицетворяют мужество, готовность к самопожертвованию и стойкость всех частей Ваффен-СС, как, впрочем, и германских вооруженных сил в целом. Эта книга была написана Куртом Майером сразу же после выхода на свободу после девяти лет заключения. Автор мемуаров поставил целью выступить в поддержку своих оставшихся в живых солдат, для которых он был и оставался отцом-командиром, и отдать дань уважения памяти всех павших в боях товарищей.

12-й танковой дивизии, которой посвящена часть этой книги, действовавшей на самых сложных участках фронта, ценою неисчислимых потерь в течение долгих десяти недель приходилось сдерживать натиск превосходящего по численности и материальной оснащенности противника — группы армий маршала Монтгомери. И всегда она совершала, казалось, невозможное. Проявленные ею стойкость и выдержка были бы немыслимы, если бы речь шла о слепом повиновении нижестоящего вышестоящему. Молодые солдаты дивизии благодаря образцовой боевой выучке и разумным требованиям командного состава были ориентированы на самостоятельность действий. За всем этим стояла любовь к родине.

Своими успехами 12-я танковая дивизия нередко была обязана личности ее 34-летнего командующего. Способность принимать единственно верные решения, острый ум и чутье позволяли ему оказываться в нужное время в нужном месте. Его воля и сила личного примера придавали силы солдатам, в том числе тем, кто не находился в его прямом подчинении, позволявшие им сдерживать противника и даже контратаковать его. Гибель своих солдат Курт Майер воспринимал как личную утрату.

Поведение Курта Майера на суде победителей в Аурихе в конце 1945 года, его хладнокровие и невозмутимость даже после объявления ему смертного приговора вполне сравнимы с его отвагой в боях. Следует отдать дань уважения мужеству и благородству канадского генерала, отказавшегося подписать смертный приговор Курту Майеру, что и обусловило вынесение ему наказания в виде пожизненного заключения. Заслуживает уважения и сам Курт Майер, не замаравший чести офицера ни в камере смертников, ни в тюрьме среди преступников.

Нелегким бременем легла на его плечи забота о жене и пятерых детях, которые в течение всех девяти лет его пребывания в местах заключения получали от государства лишь мизерное вспомоществование.

Но ни в тюрьме, ни после освобождения Курт Майер не позволял чувству ненависти возобладать над разумом. С помощью старых друзей он сумел быстро влиться в новую жизнь. Несмотря на подорванное в тюрьмах и лагерях здоровье, последствия ранений, этот человек находил в себе силы проявлять заботу о вдовах и сиротах своих погибших товарищей, не забывая и об оставшихся в живых. Так увидела свет и эта книга, по этой же причине Курт Майер взял на себя нелегкую обязанность уполномоченного HIAG.

В рядах 36 дивизий Ваффен-СС сражались 900 000 солдат. 400 000 из них погибли в боях или пропали без вести. Из тех, кто остался в живых, каждый второй имел одно или несколько ранений. Эти цифры сами говорят за себя. Если прибавить к ним членов семей служащих частей Ваффен-СС, то речь идет о миллионах граждан Германии. Ни одно демократическое государство не может просто отвернуться от сотрудничества с таким количеством своих граждан без явного ущерба для себя, тем более тех, кто на деле доказал верность родине и готовность принести себя в жертву ради ее блага. И Карл Майер, будучи уполномоченным HIAG, руководствуясь именно любовью к родине и приобретенным в годы войны здравомыслием, призывал своих боевых товарищей к сознательному сотрудничеству с нашим демократическим государством. Он шел на это, хотя подход к бывшим солдатам Ваффен-СС в нашем государстве существенно отличался от такового к остальным участникам Второй мировой войны. Вдова Курта Майера и поныне не получает никакой пенсии — ни за мужа, ни за себя.

После 1945 года на Ваффен-СС обрушился целый водопад ненависти. И, надо сказать, многие обвинения, предъявляемые сегодня служащим этих воинских формирований германских вооруженных сил, не выдерживают объективной проверки на предвзятость. Не только зарубежье, но и часть населения Германии бросает в адрес Ваффен-СС упреки, ставит знак равенства между ними и структурами СД и общих СС. Именно ради восстановления исторической правды и написана данная книга. Опубликование ее, несомненно, будет способствовать формированию объективной исторической оценки сути и назначения этих войск. И еще одно: в книге без каких-либо искажений описываются дела солдат Ваффен-СС, и дети погибших смогут прочесть об этом и гордиться храбростью своих отцов, их мужеством и стойкостью, любовью к родине и благородством. Кроме того, они узнают из нее об ужасах войны.

В лице генерал-майора Курта Майера немецкая армия потеряла образцового и знающего командира, верного солдата, проникнутого духом благородства и любовью к отчизне. Величие его как человека, проявленное и на суде, и в тюремных застенках, и после освобождения из заключения, ставит Курта Майера в пример немцам, ради которых он служил и сражался.

Генрих Эбербах,генерал танковых войск в отставке.

Книга бывшего командира 12-й танковой дивизии СС «Гитлерюгент» Курта Майера «Гренадеры» (в русской версии — «Откровения танкового генерала СС») наделала много шуму сразу после выхода в 1957 году. По сути, это была первая попытка оправдания ветеранов боевых частей эсэсовцев. Сам автор несомненно был очень яркой и колоритной личностью — об этом можно судить даже по языку его произведения.

Курт Майер прожил недолгую, но очень яркую жизнь. Родился будущий танкист в семье фабричного рабочего в 1910 году. Судя по тому, что он стал штурмовиком отрядов СА в 20 лет, за три года до прихода НСДАП к власти, а через год попал в личную охрану Гитлера, Майер был убежденным наци.

Во время войны автор сделал блестящую карьеру: если в Польше он был командиром противотанковой роты в чине гаптштурмфюрера (соответствует капитану), то в 1944-м бригаденфюрер (генерал-майор) Майер ведет в бой танковую дивизию. Даже на фоне других представителей немецкой танковой школы он отличался решительными и быстрыми действиями с широким использованием танков, за что получил большую известность в войсках и прозвище «Panzermeyer». Любопытно, что его от остальных немецких офицеров, старавшихся в большинстве своем выглядеть «по уставу» даже в окопах, отличал крайне расхристанный вид.

О его характере красноречиво говорит его неординарное поведение. В 1936 году будущий генерал умудрился устроить драку во время попойки с соратниками из элитной бригады СС «Лейбштандарт «Адольф Гитлер», что чуть не поставило крест на его карьере, — спасло вмешательство командира части, бывшего телохранителя Гитлера Зеппа Дитриха. В Греции при взятии перевала Клиссура Майер, когда его солдаты залегли под пулеметным огнем противника, поднимал их в атаку, кидая под ноги гранаты. «Шутка» удалась, стратегический объект был взят, и по итогам данной операции он первым из офицеров «Лейбштандарт» получил Рыцарский крест. В России у Майера были другие способы воздействия на подчиненных: при форсировании реки первый солдат, достигший берега, получал внеочередной отпуск домой.

Самый молодой дивизионный командир не только войск СС, но и всех немецких вооруженных сил, был несомненно смелым человеком, опытным и решительным офицером. Даже возглавляя дивизию, Майер постоянно попадал в передряги: обстрелы, бомбежки, перестрелки. Вокруг него гибли товарищи, но его судьба хранила. И даже будучи взятым в плен озверевшими от упорства немцев американцами, он умудрился выкрутиться. С него сорвали Рыцарский крест, жестоко избили прикладами, но командира СС (их зачастую расстреливали без суда) в нем не признали — помогла камуфляжная форма без знаков различия, сшитая из итальянской ткани, не похожая по расцветке на эсэсовскую.

В декабре 1945 года Курт Майер был приговорен к смертной казни канадским трибуналом за соучастие в убийстве пленных солдат этой страны. Однако в 1954 году бывшего военного преступника помиловали. На свободе он работал на пивоваренном заводе и параллельно был пресс-секретарем ХИАГ (Общество взаимопомощи бывших членов войск СС), отвергая критику, что организация представляет также такие одиозные соединения, как СС «Мертвая голова» и СД (служба безопасности). Любимое изречение Майера на эту тему было: «где начинается преступление, там прекращается товарищество». В ноябре 1961 года самый молодой командир дивизии в истории Германии умер от разрыва сердца, оставив жену и пятерых детей.

Курт Майер воевал в Голландии, Франции, Греции, России, затем снова во Франции, где был пленен. Причиной таких «путешествий» автор называет ущемление немцев условиями Версальского договора, унизившего Германию после Первой мировой войны. Не слишком ли увлеклись гордые тевтоны в реабилитации ущемленного самолюбия? Сухопутные силы воевали от полярных широт Норвегии до пустынь Северной Африки, а флот на юге и того дальше забрался — аж к Латинской Америке!

В качестве командира разведывательного танкового батальона бригады (позже доведенной до дивизии) «Лейбштандарт «Адольф Гитлер» Майер три года воевал в России. Достаточно любопытно взглянуть на его видение ситуации. Из советских полководцев единственным, удостоившимся упоминания с положительной оценкой, стал Маршал Советского Союза Семен Буденный. Для нас, воспитанных в духе пренебрежения к данному персонажу, это покажется странным. Однако немцы справедливо считали Буденного родоначальником современной войны — ведь именно он создал Первую конную армию (никто в мире до него такие ударные формирования образовывать даже не пытался), которая первой в больших масштабах стала применять глубокие охваты, захождение в тыл…

Красноармейцы, по словам Майера, периодически совершают злодеяния в отношении пленных немцев: отрезают им половые органы, обливают раненых на стуже холодной водой, бросают связанных   людей под гусеницы танков. Никто не спорит: стороны в той войне были обоюдно жестоки, доходило и до откровенно садистских преступлений. Но если в Красной армии такое поведение носило несистемный и эпизодический подход, то у немцев подобное отношение было поставлено, как говорится, на поток. И уж тем более в войсках СС — именно по этой причине «элитные» солдаты сплошь и рядом после пленения совершали «попытки к бегству», пресекавшиеся пулей.

Взять, например, совершенно людоедский приказ «О комиссарах», по которому немедленному расстрелу подвергались взятые в плен коммунисты и политработники. Он был обязателен не только для гитлеровских «гвардейцев», но и для обычного вермахта. Но «Panzermeyer» об этом даже не упоминает.

Зато сами красноармейцы в плен идут, по его словам, чуть ли не с удовольствием (такое действительно было на Западной Украине, да и то недолго, — пока «западенцы» не увидели, как с ними обращаются в лагерях). Только за первый год войны разведбат Майера, судя по приводимому им количеству людей и техники, пленил полноценные стрелковую и танковую дивизии противника. Это, конечно же, нонсенс. Во-первых, разведке, кроме языков, пленные не нужны, наоборот, они становятся обузой для выполнения непосредственных обязанностей. Во-вторых, если бы каждый немецкий батальон совершал такие эпические подвиги, к 1942 году в СССР попросту бы не осталось, кому и на чем воевать. Правда, таким самовосхвалением грешат ветераны всех стран. Так, например, почти у каждого советского танкиста есть на счету подбитая самоходная установка «Фердинанд», хотя за годы войны их было выпущено всего 90 штук.

Все оборонительные бои у «панцерного» Курта против Красной армии заканчиваются огромными потерями и тяжелыми поражениями для последней. Непонятно только, как постоянно «побеждающие» немцы к 1943 году откатились от Кавказа до Днепра. При этом из-за постоянной нехватки в подразделениях людей (а по сути — из-за больших потерь) командир жалуется на невыполнимость поставленных задач и дикое физическое и моральное перенапряжение личного состава.

Жалобы Майера на холод, снега и вьюги вызывают злорадство. Спрашивается, зачем вы поперлись в страну, где полгода зима, без теплых кальсон? Сидели бы дома, у теплого камина, пили шнапс.