Читаем Круги жизней. Реинкарнация и паутина жизней онлайн бесплатно

Lifecycles. Reincarnation and the Web of Life

Christopher M. Bache

Мы с Кристофером Бэйч шли разными дорогами, но, прочитав «Круги жизней», я понял, что они вели к одной и той же точке.

Крис, пройдя через изучение философии и религии, в конечном счете пришел к реинкарнации, которая и является предметом этой книги, убедительной и необыкновенно доступной для понимания. Мой путь сквозь дебри социальной философии привел меня к трансперсональной психологии, а в итоге и к околосмертным переживаниям, изучение которых, как ничто другое, способствовало формированию моего мировоззрения.

Мои учителя прошли через сотни подобных переживаний; многие из них стали моими хорошими друзьями, и мне посчастливилось работать с ними в течение последних 12 лет.

Все, чему они меня учили, конечно же, проистекает из околосмертных переживаний, и тоже нашло отражение в этой книге.

Чем можно объяснить очевидное сходство между уроками реинкарнации и переживанием близости смерти? Думаю, ответ заключается в том, что трансцендентное состояние сознания, вызванное околосмертным кризисом, одновременно доказывает реальность реинкарнации. Многие люди, с которыми мне доводилось встретиться, рассказывали, что, пережив, околосмертный опыт, они если и не поверили в реинкарнацию, то, по крайней мере, убедились в возможности ее существования. У них огромное желание побольше узнать о реинкарнации. Испытавшие ОСП вплотную подошли к тому, что переживает проходящий через реинкарнацию человек: к пониманию того, что мир духа — это наш настоящий дом, а смерть — лишь прыжок в духовное царство, что жизнь на самом деле вечна.

Познавший реинкарнацию человек добавил бы: «Мы всегда возвращаемся».

Свидетельства сторонников реинкарнации весьма впечатляющи, и, как утверждает Бэйч, их невозможно не учитывать. Но доказательство существования реинкарнации не является основным содержанием этой книги. Она скорее о том, как лучше понять нашу жизнь и полнее ее прожить, постигнув скрытый смысл и разумность реинкарнационного взгляда на мир.

Несмотря на то что в первой части автор убедительно и увлекательно освещает современную реинкарнационную мысль — так, как он ее понимает, его конечная цель — преподать читателям уроки самосознания и духовного роста, являющиеся неотъемлемой частью реинкарнационного мировоззрения. И это, как вы сможете убедиться, сделано очень доходчиво и интересно.

Крис Бэйч извлек и великолепно синтезировал факты из тех областей современных исследований, которые помогают смоделировать новый, более возвышенный взгляд на самих себя: из терапии прошлой жизни, экспериментальной терапии Станислава Грофа, из исследований по реинкарнации, нахождению вне тела, околосмертных состояний и т. д. Насколько мне известно, это первый случай, когда писатель вплел экспериментальные и эмпирические нити в ткань реинкарнационного дизайна, и уже за это многие читатели должны быть благодарны автору.

Книгу не стоит трактовать как интересный репортаж. То, о чем она рассказывает, куда более значимо. Ее можно рассматривать как современное проявление давно вышедшего из моды понятия многозначного космоса. Конечно же, всем нам знаком «Посторонний» Камю, этого вожака современности, и те из нас, кого захватила его книга, так или иначе, сознательно или нет, ощутили себя обитателями описанной им Вселенной «кроткого безразличия», где жизнь лишена смысла и цели.

И вот, наконец, в последней декаде двадцатого столетия, по мере того как открытия и тайные знания современных исследователей сознания становятся известными заинтересованной публике, которая увеличивается год от года, это темное облако экзистенциального нигилизма начинает рассеиваться.

Первой своей книгой Крис Бэйч заявляет о себе как о проводнике в постэкзистенциальное будущее, которое с приближением следующего тысячелетия оказывает на наши взгляды все более сильное влияние. Прочитав об открытиях, сделанных в области реинкарнации, Крис пришел к выводу, что «смысл заключен в вечной и бесконечной Вселенной», что переживания реинкарнации ведут человека не только к вере в то, что жизнь вечна и конечная цель нашего существования — научиться любить, но еще и к осознанию, что мы в безопасности, ничто не может навечно отделить нас от источника жизни и прекращение ее в конечном счете нужно для нашей же пользы».

К этому же привели меня и мои околосмертные переживания.

А теперь я предлагаю вам пройти дорогой Кристофера Бэйч и понять, как он пришел к таким выводам. Тем самым вы сможете осуществить свое собственное путешествие.

Кеннет Ринг,

Сторс, Коннектикут,

Май 1990

Роми Крис родилась в 1977 году в семье Барри и Бонни Крис в городке Дес-Моинс, штат Айова. Это была очаровательная девочка, маленький вихрь, движимый любопытством и желанием пошалить. Ее родители, набожные католики, совсем не были готовы к тому, что случилось, когда Роми начала говорить. Наряду с обычной детской болтовней они услышали историю ее предыдущей жизни, в которой Роми была Джо Уильямсом. Девочка настойчиво повторяла, что выросла в красном кирпичном доме в Чарльз-Сити — городке, расположенном в 40 милях от Дес-Моинс, что была жената на женщине по имени Шейла и у них было трое детей. Джо и Шейла погибли, попав в аварию, когда ехали на мотоцикле. Этот несчастный случай Роми описывала очень подробно. «Я боюсь воспоминания о мотоциклах», — говорила она. Среди множества воспоминаний из жизни Джо было одно о пожаре в их доме. Его мама пыталась затушить пламя водой и сильно обожгла руку. «А еще у мамы Уильямс болит нога, вот здесь, — показывала девочка на свою правую ногу. — Ее зовут Луиза, я так давно ее не видела». Роми часто просила отвезти ее в Чарльз-Сити: ей хотелось сообщить маме Уильямс, что «все хорошо».

Естественно, что родители Роми были огорчены и обескуражены этими откровениями, они пытались разуверить девочку и не поощрять то, что считали странной выдумкой. Но рассказы о жизни Джо и несчастном случае, положившем ей конец, изобиловали такими подробностями, что поневоле заставляли задуматься. В конце концов они согласились на приезд Хенендра Бенержи, занимающегося исследованиями детей, у которых спонтанно возникают воспоминания о предыдущих жизнях[1].

Зимой 1981 года Бенержи с женой в сопровождении двух журналистов из шведского журнала «Аллерс» приехали в Дес-Моинс, где встретились и побеседовали с Роми и ее родителями. Потом все вместе они отправились в Чарльз-Сити посмотреть, подтвердятся ли какие-нибудь воспоминания Роми.

Во время поездки девочка была очень взволнована и не могла дождаться встречи с мамой Уильямс. Уже на подъезде к городку Роми заявила: «Мы должны купить маме Уильямс цветы, она любит голубые. А когда мы доберемся туда, то не сможем войти через парадную дверь, нам нужно будет завернуть за угол и войти в ту, что находится посередине». Вскоре они остановились на окраине города у белого бунгало. Роми выпрыгнула из машины и потащила за собой Бенержи. Это был вовсе не тот дом из красного кирпича, который описывала девочка, но по пути им попался указатель со словами: «Просим воспользоваться черным ходом».

Старая женщина, открывшая дверь, опиралась на металлические костыли, ее правая нога была туго забинтована. Да, она Луиза Уильямс, да, у нее был сын Джо, но она уходит на прием к врачу, и у нее совершенно нет времени беседовать с неожиданными визитерами. Роми очень огорчилась, ее глаза наполнились слезами. Час спустя девочка, ее отец и шведские журналисты вернулись, и на этот раз их пригласили в дом.

Миссис Уильямс была удивлена тем, что Роми подарила ей голубые цветы, и вспомнила, что последним подарком сына был именно букет голубых цветов. Когда же отец Роми рассказал миссис Уильямс о “воспоминаниях” девочки, связанных с жизнью Джо, ее удивление возросло. “Откуда она может знать такие подробности? — спрашивала женщина. — Я не знакома ни с вами, ни с кем-либо другим из Дес-Моинс”. Миссис Уильямс рассказала также, что они с Джо жили, как и говорила Роми, в доме из красного кирпича, но он был разрушен десять лет назад во время торнадо, когда пострадало много домов в Чарльз-Сити. Джо помог построить этот дом и настоял на том, чтобы зимой парадная дверь была закрыта.

Роми и миссис Уильямс сразу же понравились друг другу. Когда хозяйка встала, чтобы взять что-то в своей комнате, Роми кинулась вслед за ней. Они вернулись, держась за руки, причем Роми пыталась помочь старой леди идти. Миссис Уильямс несла фотографию в рамочке — это был снимок Джо и его семьи, сделанный в последнее Рождество перед их с Шейлой гибелью. “Она узнала их! — удивленно произнесла миссис Уильямс. — Она узнала их!”. Миссис Уильямс подтвердила многие факты из рассказов Роми о Джо, в том числе его женитьбу на Шейле, наличие троих детей, имена родственников, случай с пожаром, во время которого она обожгла руку. Также она полностью подтвердила слова Роми о несчастном случае — аварии на мотоцикле, который произошел за два года до рождения девочки, в 1975 году. Несмотря на эти доказательства, ни миссис Уильямс, ни родители девочки не были готовы к тому, что Роми — это реинкарнация Джо Уильямса. “Я не знаю, как объяснить это, — сказала в конце концов мать Роми, — но точно знаю, что моя дочь не лжет”[2].

“Воспоминания” Роми — не такая уж редкость, как думают ее родители. Из следующей главы мы узнаем, что отмечены сотни случаев, когда дети очень подробно и абсолютно точно рассказывали о тех жизнях, которые они проживали прежде. Все эти истории подводят нас к тому, чтобы вновь заняться исследованием одного из древнейших и самых устойчивых верований в истории человечества: мы живем на Земле не единожды, а много раз.

Но следует ли придавать такое значение этим детским рассказам? Преобладающее большинство людей не вспоминают о том, что они жили когда-то до нынешней жизни. Более того, наши чувства свидетельствуют: с исчезновением тел мы полностью исчезаем с лица Земли. Просто ли мы прекращаем существование или уходим “в другое место”? Наше сознание, наш опыт, как правило, отрицают возвращение к жизни. Почему бы нам не отмахнуться от этих детей и не посчитать их “воспоминания” странной аномалией, которую мы не можем объяснить или хотя бы сравнить с тем, что представляется нам более простым и ясным?

Одни склоняются к тому, чтобы принять этих детей всерьез, после того как вспомнят знаменитых личностей, которые в результате долгих размышлений начали верить в реинкарнацию. Это Платон, Артур Шопенгауэр, Джон Мак-Таггард, Бенджамин Франклин, Лев Толстой, Уильям Джеймс, Генри Вордсворт Лонгфелло, Ралф Уолдо Эмерсон, Генри Торо, Уолт Уитмен, Скол Беллоу, Рихард Вагнер, Густав Малер, Ян Сибелиус, Поль Гоген, Дэвид Ллойд Джордж, Джордж Смит Пэттон, Чарлз Линдберг, Генри Форд и Карл Юнг. Но в то же время есть другой список, еще более длинный, который включает в себя интеллектуалов и творческих личностей Запада, отрицающих реинкарнацию.

Других может убедить тот простой факт, что реинкарнация признается на протяжении тысячелетий почти половиной человеческой расы. Это вынуждает нас призадуматься, но нельзя забывать и о том, как много старых и, казалось бы, проверенных идей на поверку оказывались ложными, например, утверждения, что Солнце вращается вокруг Земли, а сама Земля плоская. Возраст и популярность — еще не гарантия истины, и двух этих составляющих недостаточно для отрицания того, в чем поневоле убеждаешься каждый день: мы — это наши тела и ничего более.

В конце концов самая главная причина не пренебрегать переживаниями таких детей, как Роми Крис, — это сами дети, обычные и абсолютно нормальные во всех отношениях, кроме одной любопытной детали: они помнят то, что многие из нас по разным причинам забыли. Если люди двадцатого века, живущие на Западе, еще способны воспринимать реинкарнацию всерьез, то, мне кажется, прежде всего благодаря терпеливому и критичному изучению этих малышей. Прежде чем двинуться дальше, давайте рассмотрим еще один случай, исследованный доктором Яном Стивенсоном из Университета Виргинии[3].

Пракаш Варшни родился в августе 1951 года в Чхате, Индия. Он ничем не отличался от других детей, разве что плакал чаще, чем ребятишки его возраста. Однажды ночью (ему было четыре с половиной года) он проснулся и выбежал из дома. Когда родители нашли сына, он утверждал, что его зовут Нирмал, что родился он в Коси-Калане — городке, находящемся в шести милях отсюда, а отца его зовут Бхоланат.

В течение четырех-пяти дней подряд Пракаш вскакивал среди ночи и выбегал на улицу, потом это стало повторяться реже, но продолжалось еще около месяца.

Пракаш все время говорил о “своей семье” в Коси-Калане. Рассказывал, что у него есть сестра по имени Тара, называл соседей. Мальчик описал “свой” дом, построенный из кирпича, в то время как в его настоящем доме в Чхате стены были из самана. Поведал он и о том, что у его отца четыре магазина: тот торговал зерном, одеждой и рубашками. Мальчик рассказал также о железном сейфе своего отца, в котором у него был свой ящик с отдельным ключом.

Семья Пракаша не могла понять, почему ребенок стал так одержим своей “другой жизнью”, которую начал припоминать. Он умолял родителей отвезти его в Коси-Калан и так измучил себя этим, что в конце концов дядя Пракаша пообещал съездить с ним туда. Он, правда, попытался обмануть мальчика и поехал с ним на автобусе в противоположную сторону, но Пракаш разгадал обман, после чего дядя сдался окончательно. В Коси-Калане они в самом деле нашли магазин, принадлежащий человеку по имени Бхоланат Джейн, но поскольку магазин был закрыт, Пракаш и его дядя возвратились в Чхату, не встретившись ни с кем из семейства Джейн[4].

После возвращения мальчик продолжал настаивать на том, что он Нирмал, и перестал откликаться на имя Пракаш, говорил матери, что она не настоящая его мама и этот бедный дом тоже не его. Ребенок со слезами на глазах умолял, чтобы его отвезли обратно в Коси-Калан. Однажды он взял и отправился туда пешком, прихватив с собой большой гвоздь, который, как он говорил, был ключом от его ящика в сейфе отца. Прежде чем его нашли и вернули, Пракаш успел пройти полмили вдоль дороги, ведущей в Коси-Калан.

Вполне понятно, что родители мальчика были весьма огорчены внезапными переменами, произошедшими в сыне. Им хотелось вернуть прежнего Пракаша, не страдающего от этих разрушительных воспоминаний, подтверждения которых они совсем не хотели искать.