Читаем Псайкер. Путь изгоя онлайн бесплатно

Тем утром он еще не знал, что к вечеру его жизнь кардинально изменится. Прежний покой исчезнет навсегда, а его место займут тревоги, страх и сомнения.

В конце концов, даже Вечному Императору не дано предвидеть всё.

— Братец, вставай. Уже утро.

Руксус что-то недовольно поворчал, перевернулся на другой бок. Его снова потрясли.

— Ну что, что? Вел, это ты что ли? Чего тебе надо?

— Уже утро, брат, — виноватым тоном повторил младший, — все уже за стол садятся. Вставай.

Руксус поворчал ещё что-то, однако всё же встал.

В их с братом крохотной комнате царил полумрак. Тоненькая полоска света пробивалась сквозь небольшое окошко почти у самого потолка. Витали небольшие, едва видимые сгустки пыли. Как водится на Сионе, было тепло.

Поднимаясь, Руксус заметил, что металлическая койка брата была не убрана. Сам не так давно встал, выходит, подумал он как-то раздражённо.

Жил Руксус вместе с семьей в небольшой трехкомнатной квартире, где едва-едва хватало места им четверым. Иногда он слышал, как отец его ворчит, что хотел бы переехать в квартиру побольше, но Руксус с рождения не видел иной жизни и потому не жаловался. В целом, он даже не понимал недовольства отца. Пусть жильё их на самом последнем, шестом этаже, однако днем здесь было тепло, а вечерами чуть-чуть прохладно. Несмотря на отдаленность от Моря Страхов, сюда всё равно иногда добирался его приятный, охлаждающий бриз. Соседи приятные, квартир всего по четыре на этаж. Чего ещё желать?

Однако Руксусу шел только седьмой год, и он подсознательно даже не пытался понимать того, чего не мог.

Выйдя из комнаты, мальчик увидел кухню, где по обыкновению суетилась мама. Достаточно высокая, со светлыми, длинными волосами до плеч, она как всегда казалась серьёзной, сосредоточенной. Плотно сжатые губы, опущенный взгляд — такой он привык её видеть. Однако, как всякий ребенок, он считал свою маму самой красивой на свете.

За столом сидел отец — средних лет коротко стриженный мужчина с аккуратной бородкой. Сейчас в его руках находилась книга, что Руксус видел крайне редко. «Значит, у него сегодня выходной», подумал мальчик.

Заметив сына, мужчина отвлёкся от чтения.

— Долго спите, юный гражданин. Уже давно утро, а вы еще в постели.

Мальчик, одетый в простую серую робу, неловко потоптался на месте.

— Ну…мама знает, что я люблю поспать, отец, — попытался он хоть как-то оправдаться спросонья.

— Да? — на удивление Руксуса, отец не стал сердиться. — И что же…сегодня ты тоже видел сны?

Тут мальчик невольно прикусил губу, что не ускользнуло от внимания отца.

Необычные сны Руксуса были частой темой для обсуждений в семье. С глубокого детства его время от времени посещали невероятно яркие, запоминающиеся сны, некоторые из которых даже показывали будущее. Так, три года назад мальчику приснилось, что рабочие со всех окрестных заводов поднимут восстание. Он так живо описал свой яркий сон, так настаивал, что это правда, что его родителям ничего не осталось. Они спешно собрались вещи и переехали к родственникам на месяц. Сон мальчика сбылся, и несколько городов в их регионе действительно охватил бунт. Были перестрелки, бои, погромы, облавы. Тогда родители Руксуса благодарили Бога-Императора за то, что вовремя покинули родной город, и лишь позже, когда страх немного спал, они вспомнили, что именно Руксусу приснились восстания. Это зажгло в них интерес и одновременно посеяло страх.

С тех пор они стали тщательно следить за мальчиком, спрашивать, видел ли он еще подобных снов. Прошло несколько лет, и за это время Руксус получил ещё несколько пророческих видений, однако за последний год не случилось ни одного, и это начало тревожить родителей мальчика. Причину страха они не могли объяснить, однако Руксус явственно чувствовал его, ощущал на каком-то необозримом уровне. Он оседал вокруг него, словно саван, и порой мальчику становилось от этого не по себе.

— Сегодня ничего такого, отец, — солгал он. Дрогнувший голос его выдал.

— Ну же, Руксус, не бойся. Ты что, боишься собственных родителей?

Тут мать отвлеклась от готовки, повернулась в его сторону, мягко улыбнулась.

— Послушай папу, сынок. Даже если тебе кажется, что там сущий бред — нам интересно будет послушать.

Руксус снова потоптался с ноги на ногу.

— Мне нужно понять, что я видел, — вновь соврал он. — Можно я скажу после того, как умоюсь?

Родители почти одновременно кивнули.

— Конечно, сынок.

Мальчик мылся неспешно, всё ещё сомневаясь. К его внутренним противоречиям добавился ещё и стыд. Соврать родителям дважды за утро — новый рекорд, и не сказать, что хороший.

Всё дело было в том, что со временем Руксус стал бояться своих снов. Когда он был еще совсем маленьким, рассказать о них родителям казалось чем-то важным, естественным. Иногда это было даже весело. Он начинал считать себя особенным, каким-то не таким, как остальные. Родители, как ему тогда казалось, смотрели на него с гордостью, даже с восхищением, но чуть-чуть повзрослев, он понял, насколько сильно заблуждался. То было не восхищение, а страх и недоверие.

Подобная реакция родителей вкупе с непониманием природы самих снов привела к тому, что Руксусу захотелось вообще их никогда не видеть. Пусть к нему будут приходить обычные детские сновидения, мимолётные и легко забываемые…Но этой ночью его словно засосало в какую-то воронку, и он вновь увидел подобный сон, правда достаточно бессвязный. Стоит ли тревожить родителей из-за какой-то бессмыслицы?

Не будь дураком, предупредил он себя. Эти сны никогда не лгут. Нельзя от них отворачиваться. Пусть тогда мама с папой бояться…Они, кажется, даже хотят этого. К тому же я уже соврал им сегодня, дважды. Нехорошо.

Он ещё раз омыл лицо холодной водой, поднял взгляд на зеркало. В ответ уставился достаточно худощавый, но высокий мальчик со светлыми непослушными волосами и пронзительными голубыми глазами. На левой щеке, почти у самой скулы, небольшой шрам, полученный в уличной драке. Выгляжу как хулиган, подумал он и нагло усмехнулся.

Руксус вернулся на кухню, и как раз вовремя. Мать ставила на стол миски с безвкусной серой кашей. Мальчик ел неспешно, изредка посматривая на брата, Велмина. Младшего не посещали подобные видения, однако особого интереса, в отличие от родителей, он никогда не выказывал, скорее наоборот. Всегда старался делать вид, что ничего не происходит, однако Руксус видел, что тот боится, причём в разы сильнее, чем родители. При одном только упоминании снов старшего брата Велмин бледнел, начинал трястись. «Это не правда», начинал он тогда твердить. «Неправда, тебе сняться обычные сны, ты всё врешь. Остальное — лишь совпадение. Пророческих снов не бывает». Руксус любил брата, и не хотел его разочаровывать. Они никогда не ссорились, постоянно проводили время вместе, и если не считать снов Руксуса, жили душа в душу. Он никогда не говорил этого вслух, но на самом деле был готов на всё ради Велмина. Младший отвечал тем, что всегда защищал брата перед сверстниками, когда те сторонились Руксуса и называли его «странным».

Вот и сейчас мальчик хотел поймать взгляд Велмина, увидеть в них хотя бы тень поддержки, но нет. Младший постоянно опускал взгляд. Ну и чёрт с тобой, сам разберусь, со злобой подумал Руксус.

Он ел так медленно, как мог, старался растянуть время, ловя при этом многозначные взгляды родителей. Поняв, что от ответа всё равно не уйти, он решился.

— Мам, пап. Сегодня мне снова…приснился такой сон. Правда достаточно бессмысленный.

— Почему же бессмысленный? — удивился отец. — У тебя никогда не было «бессмысленных» снов, сынок, уж поверь. Ну, рассказывай.

Мальчик не до конца понял слов отца, однако сжался, как пружина.

— Мне приснилось…приснился какой-то глаз. Чёрный на белом. Много глаз, и люди…Люди в мантиях, с посохами. Это всё, что я понял. Но это ещё не всё, — порывисто добавил он, стараясь не потерять мысль, — дальше совсем чушь. Мне привиделось, что я, совсем взрослый, путешествую по Галактике вместе с дяденькой-инквизитором и его свитой.

Как мальчик и ожидал, родители испуганно переглянулись. Мама побледнела, отец задумчиво пожевал челюстью, Велмин выронил ложку.

— Я же сказал — бессмыслица, — больше убеждая самого себя, твёрдо произнёс Руксус. — А вы мне не верили. Видишь, отец, всё-таки бывают у меня глупые сны.

Видно, они не знали, что ответить, ибо молчали. Взгляды родителей снова пересеклись, и Руксус с новой силой ощутил на коже липкие следы их страха. Он будто разнёсся по всей квартире смердящим густым облаком, отчего мальчик ещё больше съёжился в кресле.

«Нехорошо, совсем нехорошо».

— Сынок, — дрогнувшим тоном наконец выдавил из себя отец, — давай мы позже поговорим с тобой об этом, хорошо? Нам с мамой надо кое о чем посоветоваться. Ты же не против?

Руксус отрицательно покачал головой. Отец поманил его к себе, крепко и нежно обнял. Мальчик сквозь тоненькую ткань робы отца почувствовал, как у того быстро бьётся сердце.

— Ты главное ни о чем не бойся, Руксус, хорошо? Ты же из рода Вилмортов, помнишь? Твой дедушка был имперским гвардейцем, а бабушка служила в арбитрах. Сила и стойкость у нас в крови. К тому же, — отец посмотрел ему в глаза, — ты наш сын. Мы с мамой тебя любим, и никому не дадим в обиду. Никогда. Ты понял?

Руксус кивнул. От слов отца ему стало легче.

— Конечно, пап. И я вас люблю.

Мама тоже его обняла, добавив к объятьям нежный поцелуй в щечку. Обычно тихая, спокойная и послушная, сейчас она выглядела необычайно стойкой, словно за её сыном пришел неведомый враг. Это немного удивило мальчика, однако странное поведение родителей не укладывалось в его детской голове.

Он поспешил отпроситься на улицу. Обычно его отпускали без особых проблем, однако на этот раз мама с папой будто колебались. Получив от Руксуса обещание взять с собой еще и Велмина, они всё же решились, однако мальчик видел, как тяжело им далось это решение. Родной уголок, переполненный миазмами удушающего человеческого страха, Руксус покинул даже с облегчением.

Жилой блок, в котором жил мальчик, находился почти на самом краю портового города под названием Кардена. Из уроков в школе он так же знал, что их планета, Сиона, находится в секторе Овидия, Сегментума Ультима.

В глубоком детстве Руксусу нравился двуглавый черный орёл, гордо красующийся на многих зданиях Кардены, и как-то раз он спросил маму, что он значит. «Это значит, что все мы граждане великого Империума Человечества», ответила она.

Так совпало, что спустя неделю в учебной программе мальчика появился предмет «основы Империума и его краткая история». Руксус с открытым ртом и замиранием сердца слушал о великих деяниях прошлого и настоящего, о том, насколько велик, оказывается, Империум, в котором он жил до сих пор.

«Наше великое государство со всех сторон окружено врагами», важно вещал учитель Маллидор, высокий и худощавый, как скелет. Его жуткий внешний вид хорошо контрастировал с его словами. «Однако звёзды по праву наши, и потому мы никогда не сдадимся. Бог-Император распростёр свою всемогущую длань над всеми детьми человечества, да не оставит Он их ни в великой беде, ни в редкой радости. Помните об этом, когда придёт ваш час служить. Будьте праведны, да не оступитесь и будете достойны Вечного Света».

Очень часто мама брала его на службы, особенно в большие праздники, вроде Сангвиналы. Там мальчик слушал проповеди служителей Экклезиархии, стоявших, как правило, на высоких постаментах и вещающих с перекошенным от фанатизма лицом и жутким огнём в глазах. Одну часть слов он понимал разумом, другую — интуитивно, третью не понимал вовсе. Особенно мальчику было невдомёк, кто такие мутанты, псайкеры и ксеносы. С еретиками всё более-менее ясно: те, кто не так молиться Вечному Владыке, но остальные? Пришельцев и мутантов он представлял лишь смутно, тем более что никогда их не видел. Особенную путаницу создавали колдуны. Как это, ходят среди нас? А как их отличить от праведного слуги Бога-Императора? На этот вопрос проповедники не давали внятного ответа, лишь призывая их искренне их ненавидеть и бояться.

Тогда малыш задумался: а возможно ли по-настоящему ненавидеть того, кого никогда не видел и даже смутно себе представляешь?

В те времена Руксус ещё искренне молился Богу-Императору, надеясь, что в божественном плане Владыки действительно есть достойное для него, совсем мальчишки, место.

Оказавшись на улице вместе с Велом, Руксус остановился, растерянно оглянулся. Он так хотел уклониться от неприятного разговора, развеяться, получить свободу, но теперь он не знает, что с ней делать. «Глупый я», мелькнуло в голове мальчика.

— Ну что, пойдем, найдем Дариона? — с надеждой в голосе спросил он у Велмина. Тот утвердительно кивнул.

Кардена тянулась вдоль Моря Страхов, и считалась достаточно крупным городом. Её бело-серые здания редко были ниже пяти этажей, а мануфакторумы и здания Адептус, как настоящие гиганты из древних легенд Священной Терры, возвышались над всеми окружающими постройками.

Если бы Руксус был чуть постарше, то он бы знал, что Кардена славится как одно из лучших мест для отдыха на континенте. Здесь для этого было всё: яркое, тёплое солнце, не слабеющее круглый год, шумное, но чем-то притягательное море. Весь восток Кардены покрывали пляжи, поделенные на зоны. Там, где воды были тише и спокойнее, купались аристократы, как приезжие, так и местные, в остальных — простые жители Кардены. Несмотря на то, что жизнь в Кардене для обычного горожанина достаточно тяжела, ибо город ежемесячно поставлял на фронт тонны важной продукции, среди горожан считалось хорошей традицией посещать пляжи, отчего на них почти всегда было много народу. Нежиться на песке, в лучах щедрого солнца, было любимым видом отдыха карденцев.

Руксус подумал, что и сам бы с удовольствием вновь искупался в тёплых водах Моря Страхов, однако сейчас он хотел найти Дариона, а тот сейчас вряд ли на пляже. Причина тому проста: его семья жила достаточно далеко от берега, и посещала его в основном только на большие праздники. Руксусу и Велмину всё же было чуть-чуть поближе к чарующему морю; даже сейчас они чувствовали его приятный, едва дующий мягкий бриз.

— Ладно, пойдем сначала к нему, — решил старший брат. — Может, он возле своего дома гуляет. Его редко отпускают далеко.

Они двинулись по тёплым, но пыльным улицам Кардены, сейчас почти пустым; рабочий день давно начался, и мальчики встречали в основном или дряхлых стариков, уже совсем неспособных трудиться, или матерей с детьми.

Руксус не ошибся. Они нашли Дариона на заднем дворе, где он играл вместе небольшой группой уличных ребят. Заметив братьев, мальчик приветливо помахал им.

— Как вы узнали, что я здесь? — с улыбкой спросил он, протягивая руку для пожатия.

— Тебя редко отпускают далеко от дома одного, — Руксус тоже сиял от радости. Он не понимал почему, но Дарион всегда так на него действовал. Стоит только увидеть, — и уже улыбка до ушей.

— А вы что тут делаете? — спросил Велмин. — Играете в «попробуй попади»?

— Ну да. Хотите присоединиться?

Тут подошли остальные ребята.