Читаем Якутск-Москва на автомобиле онлайн бесплатно

Мысль совершить на автомашине путешествие по Сибири возникла неожиданно. Когда-то судьба свела нас на борту теплохода «Волга», пробиравшегося сквозь льды и штормы с первой послевоенной экспедицией советских горняков на остров Шпицберген для восстановления разрушенных немцами угольных шахт. Мы, тогда молодые инженеры, были крайне любопытными и «болели» страстью к путешествиям. Вот, собственно, и все, что было между нами общего. В остальном трудно было найти людей, более противоположных как по темпераменту, так и по вкусам и взглядам на окружающие вещи. Тем не менее с тех пор, куда бы ни забросила нас судьба, мы не теряли друг друга из виду — нити дружбы оказались сильнее различий в характерах. И хотя каждая наша встреча обычно сопровождалась жарким спором, мы находили обоюдное удовольствие в этом столкновении противоположных мнений и чувств.

Последние годы мы жили и работали в разных концах страны. Георгий читал лекции студентам, разрабатывал новую теорию превращения энергии и каждый день отмеривал шагами московские улицы. Кирилл осваивал методы строительства на вечной мерзлоте в далекой Якутии. Однажды зимним вечером мы встретились в Москве. Нам было о чем рассказать при встрече. Москва и Якутск, столица и далекая окраина… сколько тем для размышлений и споров.

По разве Якутию можно теперь назвать далекой окраиной? Еще лет пятнадцать назад до нее трудно было добраться, а теперь? Всего двенадцать летных часов, а если учесть, что время в Якутске отличается от московского на шесть часов, то и получается, что можно позавтракать в Якутске, а к обеду быть в Москве!

Мы оба автолюбители и привыкли измерять расстояние количеством дней, необходимых для автопутешествия. Оценить таким способом расстояние от Якутска до Москвы оказалось затруднительным. Наши оценки не совпали, мы поспорили. Как решить, кто прав? Критерием истины может быть лишь опыт, но его нет: из Якутска до Москвы на автомобиле как будто никто не ездил.

В разгар спора вдруг вспыхнула отчаянная мысль: а если отправиться в такое путешествие? Это же интересно! И автомашина есть, стоит в Якутске.

— Значит, едем?

— Конечно!

— Когда старт?

— 21 июня!

— ?

— Самый длинный день!

— Согласен!

Остыв, мы посмеялись, пошутили и, казалось, забыли об этом разговоре. Но идея автопробега сама собой засела где-то в голове, постоянно напоминая о себе.

«Разве нельзя превратить фантазию в действительность?» — спрашивало письмо, летящее в Якутск.

«Кто и что мешает нам действительно совершить автопоездку из Якутска в Москву?» — задавало вопрос встречное послание.

Скоро вопросы прекратились, их место заняли утверждения, шутка стала перерастать в серьезную затею. Уже через месяц очередное письмо доставило в Москву проект маршрута и длиннейший список самых необходимых запасных автодеталей. Этому списку было суждено претерпеть множество изменений и совершить несколько путешествий до Якутска и обратно. Когда мы прикинули вес требуемых деталей и занимаемое ими место, то оказалось, что надо делать прицеп или брать с собой в путешествие еще грузовичок. Начали список «резать». Но как можно угадать, что раньше сломается? Георгий, например, три года возил с собой в дальние поездки запасную рессору (как она мешала в кузове!), и она ни разу не сломалась. На этом основании в четвертую поездку он ее не взял, и… одна из рессор лопнула.

С горем пополам мы составили список самого необходимейшего и стали искать запасные части. Но, увы! Это оказалось нелегкой задачей. Процентов двадцать намеченных деталей мы достали, а дальше дело затормозилось: выяснилось, что остальные детали дефицитные. Записались в очереди, сделали заказы знакомым автомобилистам, стали ждать. А пока углубились в обстоятельную разработку маршрута и перечня вещей на все случаи жизни.

Как научные работники, мы начали с изучения литературных источников. Помимо самых общих руководств для автотуристов только один труд, как говорится, бил не в бровь, а прямо в глаз — книжка В. Урина «179 дней в автомобиле» о путешествии из Москвы во Владивосток. Мы ее изгрызли вдоль и поперек и, потрясенные, обнаружили, что нам надо взять с собой: несколько ружей, спальные мешки, двадцать целлофановых мешочков и портативный холодильник для хранения продуктов, дополнительный бак для бензина, лебедку, надувные матрацы, бензозаправочный гарнитур, фигурные (толики на руль и под пишущую машинку, саперную лопатку, надувную лодку, примус, таблетки сухого спирта, шесть пар цепей на колеса, фотолабораторию и десятки других вещей.

Кроме этого требовалось иметь по крайней мере полугодовой отпуск и всевозможные документы: открытый лист на бензин, дающий право получать бензин на любой бензоколонке, разрешение Министерства путей сообщения на немедленное предоставление грузовой железнодорожной платформы и т. п. Надо было обойти более шестидесяти организаций для получения советов и консультаций. В довершение всего требовался автомобиль повышенной проходимости с передними ведущими колесами.

Такие масштабы сборов были нам явно не по зубам. На путешествие мы могли затратить не более полутора месяцев, автомобиль самый непроходимый — «москвич-402», холодильника нет, шестьдесят организаций нам не обойти — работаем.

И если бы не другие труды, например «Путешествие на «Кон-Тики» Т. Хейердала или «За бортом по своей воле» А. Бомбара, и некоторый жизненный опыт, то так и остались бы наши планы розовыми мечтами.

Думали мы думали, спорили, спорили и пришли к самому простому и гениальному решению: никуда не ходить и ничего не собирать! Ехать-то мы будем по дорогам, значит, в случае несчастья нас всегда выручит попутный автомобиль, а поскольку дороги связывают населенные пункты, не нужны ни целлофановые мешочки, ни холодильники: свежие продукты можно купить в магазинах или у местных жителей.

Итак, решено. Для машины мы берем две запасные покрышки, шесть камер, две канистры с бензином и одну с маслом, одну рессору и коробку с гайками, болтиками и запасными частями. Для себя — географический атлас, двустволку тульского производства, по фотоаппарату, термос и вещи, которые обычно возим с собой в командировки. Против грязи обзаводимся лопатой, топориком и буксирным тросом с полиспастом. А вот о цепях на колеса забыли, о чем не раз пришлось пожалеть.

Для автолюбителей, которые захотят отправиться в путешествие по нашим следам, сообщаем, что набор запасных частей у нас состоял из тормозных цилиндриков и манжет, ремня для вентилятора, фильтров, прокладок, подшипников передних колес, распределителя зажигания, индукционной катушки, мотопомпы и электролампочек. Исходя из приобретенного нами опыта при длительных путешествиях по Сибири, этот перечень следует дополнить шаровыми соединениями рулевых тяг и резиновыми втулками для передней подвески.

Наступило долгожданное лето. Все шло по графику. Приказы об отпусках подписаны. Георгий дрожащей рукой взял в окошке железнодорожной кассы билет до станции Лена.

«Что я делаю? — стучало у него в голове. — Все мои знакомые едут в отпуск в Сочи, на Рижское взморье, а я?..»

Пять суток в вагоне и еще пять на борту теплохода. Как на экране, проносятся города и села, горы, поля и реки. Сибирь величественная и безлюдная, Сибирь промышленная и кипучая. Уйма впечатлений; они переполняли сердце, и сомнения насчет Рижского взморья и Сочи таяли с каждым днем.

19 июня теплоход подошел к якутской пристани. Кирилл стоял на берегу и махал рукой. Здесь же наш салатного цвета «москвич», готовый отправиться в путь. Он почти новый — прошел 15 тысяч километров, и ни одной аварии. Сухой якутский воздух обеспечил его чудесную сохранность, не допустив ни одного пятнышка ржавчины. Теперь уже ничто не мешало начать путешествие именно в тот день, который был назван экспромтом полгода назад. Два дня в запасе. Их потратили на осмотр Якутска и его окрестностей и посещение якутского комитета ДОСААФ. Там нас внимательно выслушали, одобрили план путешествия и выдали официальное письмо организациям ДОСААФ на пути следования с просьбой оказывать содействие и необходимую помощь. Эта бумага не сулила нам реальной помощи, но зато давала некоторую моральную поддержку в пути.

Наш «москвич» бежал по пыльной, тряской дороге. Позади временная пристань, плавучие краны и нагромождения грузов, впереди неровное поле и в пылевой дымке очертания каких-то распластанных строений и заборов. В стороне, на высокой насыпи, приземистое здание с высокой дымящейся трубой — водоносная станция. Зачем труба? Это местная специфика: воду надо подогревать, поскольку водопроводные трубы проложены в мерзлых грунтах.

Деревянные почерневшие домики и покосившиеся заборы; рядом большое из красного кирпича здание кожевенно-обувного комбината, непривычно приподнятое над землей на тонких столбиках. И это опять виновата она, вечная мерзлота. На берегу речной протоки здание электростанции, напоминающее устаревший неуклюжий пароход. Это первое в мире крупное промышленное здание, построенное на вечной мерзлоте, успешно эксплуатируемое уже больше четверти века.

На фоне деревянных строений города резко выделяется широкая, покрытая асфальтом улица — проспект Ленина. Трех-, пятиэтажные жилые дома, гостиница, театр придают проспекту стройность современного города. На краю площади, перед зданием филиала Академии наук, старинная деревянная башня, одна из сторожевых башен крепости, возведенной в XVII веке. Проспект Ленина по мосту пересекает искусственный канал, на котором якутяне катаются летом на лодках, а зимой на коньках. Канал широкой дугой прорезает город, а на его берегу также в виде дуги протянулся проспект Мира — вотчина студентов. Здесь возвышаются белое здание технического факультета и стены строящегося главного корпуса Якутского университета. На проспекте можно увидеть цепочку ивовых кустов — первая попытка озеленить город.

К проспекту Ленина примыкают благоустроенные кварталы, за ними тянутся улицы без покрытия с деревянными домами. Якутск разбросан, и каменные здания выделяются на фоне деревянных домишек, как пришельцы из другого мира. Многие старые дома перекосились, заборы изогнулись, ворота накренились. Виновница этого все та же вечная мерзлота, которая долгие годы не покорялась строителям, разрушала знания и дороги.

Некоторые улицы замощены брусчаткой — деревянными чурками из лиственницы, уложенными торцом. Еще в 1960 году все центральные улицы имели такое покрытие, но теперь они заасфальтированы, и через несколько лет брусчатка, видимо, станет музейной редкостью. Тем не менее дорожники не успевают за темпами развития города и не в состоянии заасфальтировать все улицы.

Пыль остается одним из самых неприятных сюрпризов Якутска. Первое, что чувствует человек, попавший в Якутск летом, — это запах пыли, едкий, удушливый. Очень жаркое и сухое лето высушивает верхний слой пылеватых суглинков. Проходящие машины постоянно поднимают клубы пыли. От этого город кажется серым. Этот цвет особенно стоек потому, что на улицах нет ласкающей глаз зелени. Мерзлота здесь служит козлом отпущения: все сваливают на нее, хотя вокруг Якутска много деревьев.

Но недолго осталось ей властвовать, пыль вынуждена с каждым годом сдавать позиции. Якутяне ведут широкое наступление и верят, что в ближайшие годы они победят пыль, исчезнут покосившиеся заборы и домики, зазеленеют вдоль улиц деревья.

Якутску более трехсот лет. Он был основан в 1632 году отрядом енисейского казацкого сотника Петра Бекетова, заложившего острог, который стал ядром города. В дореволюционное время Якутск был военно-административным и торговым центром Северо-Восточной Сибири, оставаясь при этом небольшим деревянным городком. Известность получил как одно из самых отдаленных мест ссылки политических заключенных. Здесь отбывали ссылку или ожидали отправления в еще более глухие места Н. Г. Чернышевский, В. Г. Короленко, Г. К. Орджоникидзе, Г. И. Петровский, Е. М. Ярославский. Их именами названы главные улицы.

Бурный рост города начался лишь в пятидесятых годах нынешнего столетия, особенно после открытия в Якутии богатейших залежей алмазов. Город растет на глазах, меняет очертания с каждым годом. Уже освоены методы строительства на вечной мерзлоте многоэтажных каменных домов, созданы заводы, научно-исследовательские институты, открыт университет — самый северный в нашей стране.

За городом на фоне леса контрастно выделяется белое трехэтажное здание Института мерзлотоведения. Немного в стороне старое одноэтажное здание института, далее — наполовину спрятавшийся в зелени домик. На его пороге нас встретила жена Кирилла Елена с сыном Валей. Они активные помощники нашего автопробега. Георгий удивился: около дома пышные заросли боярышника, березки, сосны, полевые цветы, совсем как в Подмосковье. Где же вечная мерзлота? Или на территории института ее нет? «Мерзлота есть, и завтра сможешь не только посмотреть на неё, но и потрогать руками», — заявил Кирилл.

Жарко, термометр показывал в тени 26°. Сухой, знойный воздух без дуновения ветерка. Климат в Центральной Якутии резко континентальный. Годовая сумма осадков здесь около 200 миллиметров, в три раза меньше, чем в Москве. И если бы не мерзлота, здесь была бы засушливая зона. Только многометровая толща мерзлых грунтов удерживает влагу в верхнем оттаивающем слое, не давая ей возможности проникнуть глубже и уменьшая испарение (чем холоднее поверхность земли, тем медленнее происходит испарение!). Это и позволяет зеленеть лесам и лугам.

Изнывая от жары, трудно поверить, что зимой в Якутске бывают жестокие морозы. Но факты — вещь упрямая. Кто не знает, что Якутск — одно из самых холодных мест в СССР! Долгие годы считалось, что полюс холода находится недалеко от Якутска, в Оймяконе. И хотя позже было доказано, что в действительности полюс холода находится в Антарктиде, упоминание о якутских морозах вызывает у многих дрожь. Подумать только: в Якутске мороз достигал 64°, в Верхоянске — 68, а в Оймяконе; аж — 71°. Но такие морозы пугают обычно лишь жителей Европейской части Союза. «Как вы там живете, бедные!» — часто говорят они при встрече с якутянами.