Читаем Мотыльки летят на свет онлайн бесплатно

Изабель стояла у окна в жаркий августовский день и чувствовала, как лучики солнца прорываются сквозь жалюзи и играют на ее каштановых волосах, как прожигают ее белоснежную кожу и прикасаются к веснушкам, столь ненавистным в затянувшемся подростковом возрасте. Она улыбалась, потому что сегодня ей пришло первое письмо в ее жизни. В мире интернета, мейлов, сообщений и звонков не осталось места бумаге, но осталось место надежде, с которой она жила последние годы. Изабель с замиранием сердца вдохнула аромат конверта: пахло чем-то незнакомым, забытым и в то же время родным. Конверт совершенно белый, лишь в центре надпись от руки «Моей дочери». Шестнадцать лет были наполнены томительным ожиданием знака от той, кого она никогда не знала. И сегодня, в день своего рождения, Изабель получила что-то особенное, о чем даже никогда не мечтала. Дрожащими от волнения руками она вскрыла конверт: неровный почерк и ее имя в начале строки. На глаза навернулись слезы.

– Боже мой! Что вы делаете?!

Джон вздрогнул от внезапного крика за спиной и незамедлительно обернулся. Напротив себя он увидел сгусток ненависти и злости, отдаленно напоминающий девушку: она стояла в самом центре лестничной площадки и тяжело дышала. Объемное красное плюшевое пальто делало ее похожей на воздушный шар, и это неожиданно рассмешило Джона. Ему на секунду показалось, что сейчас откроется дверь и появится человек с камерой из какого-нибудь шоу про розыгрыши. Джон осмотрелся по сторонам – никаких изменений, и снова взглянул на незнакомку, воинственно сжимающую кулаки. Она сделала шаг навстречу нему.

– Отойди от двери! – нетерпеливо взвизгнула девушка.

– Какого черта ты мне приказываешь?! – Джон не шевельнулся и посмотрел на нее в упор. Кажется, она стала еще яростнее и краснее, и, по всей видимости, сейчас будет взрыв. – Хорошо! Как прикажешь. Я только не понимаю почему? – рассуждая вслух, проговорил он, отступая от входной двери. – И что теперь?

Как хищник, выслеживающий свою жертву, девушка осторожно обошла Джона и остановилась на месте, где он недавно стоял.

– Ты чокнутый! Я сейчас же позвоню в полицию и сообщу, что какой-то вор вламывается в мою квартиру! Мало того, что вламывается, так еще и стоит и не бежит с места преступления! Вы, воры, с ума сошли? Где твое чувство самосохранения?

Джон снова оглянулся по сторонам в поисках камер: чья-то шутка слишком затянулась.

– Я не вор и никуда не собираюсь бежать. И это моя квартира, а вот мои ключи, – спокойно ответил Джон Картер, сделав паузу и глубоко вдохнув, добавил: – Ты сумасшедшая, однозначно. Это у тебя нет чувства самосохранения.

Сузив глаза и недоверчиво взглянув на него, девушка достала из кармана ключ и махнула им перед опешившим Джоном.

– Ключ! – сквозь зубы прошипела она.

Затем подошла вплотную к отвоеванной двери и нервно ткнула в нее пальцем.

– Эта дверь ведет в мою квартиру!

Сделав акцент на слове «мою», что прозвучало особенно громко и театрально, девушка начала возиться с ключом, пытаясь открыть дверь. Впрочем, безуспешно. Замок не поддавался. Незнакомка запаниковала, и краснота ее лица сменилась почти мертвенной бледностью. Джон же флегматично зевнул, устав от невольного представления.

– Да что же это такое?! – непонимающе вскрикнула напуганная девушка.

Она нехотя повернулась к Джону и, стараясь не смотреть ему в глаза, уточнила:

– А какой этаж… вор?

– Ты издеваешься? – Он подошел к ней. – Почему ты называешь меня вором?

– Этаж какой? – продолжала она тем же тоном, игнорируя вопросы Джона.

– Седьмой, – автоматически ответил Джон.

Глаза девушки расширились от удивления: она быстро взглянула на потолок и рассмеялась, но тут же оборвала смех и начала медленно отступать в сторону лестницы.

– Черт… Жаль, что не восьмой. Тогда придется снять с него обвинения. Или я сплю? Или я умерла…

– И куда ты пошла?

Голос Джона заставил ее замолчать и застыть на месте. Она быстро заморгала, видимо, пытаясь прогнать нелепую картину, но ничего не изменилось: все та же лестничная площадка.

– Вот гадство, – прошипела девушка и протянула Джону руку. – Софи. Оказывается, я твоя соседка сверху.

– Да неужели? – он сжал ее ладонь, отмечая, что горячая. – Джон. Джон Картер. Очевидно, твой сосед снизу. Если ты, конечно, не хочешь еще раз попытаться вломиться в мою квартиру.

Софи нервно хихикнула.

– Не хочу. Хватит на сегодня приключений, – она высвободила свою ладонь. – Правда, извини, Джон. Я поднималась по лестнице и сбилась со счета. А перед этим завал в колледже, а еще я не выспалась сегодня…

– Тяжелый день?

– Точно! – на ее лице наконец появилась улыбка, и она оживленно заговорила. – Понедельник – самый тяжелый из всех возможных тяжелых дней недели.

– Хуже понедельника только следующий понедельник.

– Верно, Джон Картер. – Похоже, Софи окончательно расслабилась: она хлопнула по плечу Джона и собиралась хлопнуть еще раз, но, поймав на себе его строгий взгляд, спрятала руки в карманы. – Мне надо как-то загладить свою вину перед тобой.

– Ничего страш… – хотел успокоить ее Джон.

– Перестань говорить глупости. Если бы кто-то устроил подобное у моей квартиры, я бы его тут же внесла в свой список ненависти. Может быть, кофе сегодня вечером? Ты придешь? Я угощаю.

Теперь улыбался Джон. Напротив него стояла немного странная и определенно эксцентричная особа. Растерянно переступая с ноги на ногу, она ждала ответа, но Джон молчал, наслаждаясь ее смущением.

– Хорошо. Я…

– Заходи в семь вечера. Ты же будешь свободен в семь вечера? – сменив рассеянный тон на деловой, спросила Софи.

«Как же быстро поменялись роли», – подумал Джон, но согласился.

– Да.

– Отлично! Еще раз прошу прощения, Джон Картер. Оказывается, ты вовсе не вор, – сказала Софи, стремительно удаляясь от злополучной двери.

– Тогда до семи? – уточнил Джон, но Софи его не слушала. Она шагала по ступенькам, бормоча себе под нос:

– Вор! О, Софи, давно ты так глупо не выглядела!

Джон потрясенно смотрел ей вслед – словно огненный шквал промчался рядом с ним. От улыбки, не сходившей с его лица, заболели скулы.

– Вот сумасшедшая! – засмеялся он, как только затихли шаги.

– Я все слышу! – незамедлительно раздался голос сверху.

Джон широко улыбнулся, прикусывая нижнюю губу: его день тоже стал налаживаться. Он еще раз оглянулся по сторонам в поисках камер – ничего не было. Застыл на месте, прислушиваясь, не смеется ли кто-то над ним, – и снова ничего. Обычная лестничная площадка, как и все предыдущие дни, только вот сегодня он столкнулся с чем-то невероятным и новым, чему он пока не мог дать определения.

– Какая же я дура! – вопль Софи пронесся по квартире вихрем.

Она со всей силы захлопнула дверь и тут же залепила себе пощечину.

– Ай! – и взвыла от боли, прикладывая холодный телефон к щеке. – Больно.

Да, она определенно не спит и точно жива.

Не снимая пальто, Софи зашла в гостиную и плюхнулась на кресло в углу. Устало обвела взором комнату, в которой спала, училась, ела, проводила время с гостями и играла на цистре. В ней господствовал бардак: раскиданная одежда на полу, расставленные, где только можно, кружки с недопитым кофе, давно засохший цветок в горшке, разложенный диван с помятым постельным бельем, коробки из-под заказной еды.

Черт!

Софи взглянула на цистру. Она одиноко стояла, прижавшись к стене. Среди хаоса, царящего вокруг, цистра являла собой островок спокойствия. Хоть сейчас никто не касался струн, она все равно продолжала дышать и безмолвно рассказывать о себе и своей хозяйке. «Слишком личное» – подумала Софи. Для музыкального инструмента места на встрече не было. Вдруг Джон попросит сыграть. А Софи играла редко, обычно просто смотрела на инструмент, вспоминая время в Париже, которое уже никогда не вернуть.

Черт! Черт! Черт!

– Я не хочу прибираться, – обреченно прошептала Софи, – сегодня не суббота. – Вспомнив, что в прошлую субботу дело до уборки так и не дошло, добавила: – Вернее, не последняя суббота месяца.

Жизненная позиция Софи была понятной: легкий беспорядок – это нормально. Но подумает ли так же Джон? Вдруг у него аллергия на пыль или, хуже того, он чистюля. И почему ее беспокоит его мнение? Она просто освободит для него уголок, он туда сядет, выпьет свой кофе, и… Вуаля! Ее карма чиста. Эта мысль заставила Софи рассмеяться.

А если Джон запнется обо что-нибудь и расшибет себе голову? Тогда он зальет весь пол кровью, и точно придется капитально прибраться. Жуть! Она не позволит этому случиться. Лучше уж лицемерно навести порядок, чем потом прятать труп.

Соглашаясь с собственными мыслями, Софи одобрительно кивнула и резко наклонилась вниз:

– Я не позволю тебе замарать кровью мою квартиру, Джон Картер!

Джон медленно поднимался по лестнице на восьмой этаж. В обычное время он мог бы преодолеть один пролет секунд за десять, но сегодня не торопился. Джон оттягивал встречу, задерживаясь на каждой ступени. Он пытался вспомнить, как Софи выглядит, но на ум приходило только то, что его новая знакомая умеет менять цвет лица словно хамелеон. Сначала красное, затем белое, и снова красное. Во время спектакля, устроенного ею ранее, он так и не смог ее рассмотреть. Живая и яркая, сумасшедшая и неуловимая, громкая и смешная, она заполонила весь этаж собой. Энергия, исходившая от нее, непостижимым образом скрыла ее лицо, волосы, лишила роста и цвета глаз. И единственно губы, с неровно накрашенным контуром и съеденной помадой, врезались в память.

Джон застыл на последней ступени и уставился на дверь. Лишь в кромешной темноте можно было спутать его дверь (темно-синюю) и дверь Софи (темно-серую). Он подошел ближе.

– Чем она думала, когда вламывалась ко мне в квартиру?! – Джон рассмеялся, и его рука замерла над звонком. Но дверь тут же открылась, и в его мир опять ворвался ее звонкий голос.

– Почему ты смеешься? Ты ненормальный?

«Какого черта?!»

– Угу, ненормальный, – с нескрываемым сарказмом ответил Джон, – зато ты у нас самая нормальная, – он постучал по двери пальцем. – Серая.

Видимо, она сразу поняла, что он имеет в виду. Софи закатила глаза и глубоко вдохнула, настраиваясь на серьезный разговор.

– Все цвета одинаковые, Джон Картер, если на лестничной площадке тусклый свет, – спокойно произнесла Софи. Теперь он увидел ее глаза – голубые, как ясное небо.

Джон улыбнулся – Софи оказалась хрупкой миниатюрной девушкой с темными длинными волосами, торчащими в разные стороны. Если бы не заколка рядом с ухом в виде птицы, он подумал бы, что Софи даже не соизволила причесаться перед их встречей, но замысловатая заколка явно свидетельствовала о том, что его ждали. И это польстило ему.

– Я принес тебе подарок, – он протянул Софи упаковку успокоительных таблеток.

Она взяла коробку и поблагодарила его, но уже через секунду милое личико Софи исказилось бешенством и кончик носа дернулся. Джон понял, что Софи прочла название на упаковке и оно не пришлось ей по душе. Она быстро взглянула на него и даже приоткрыла рот, чтобы что-то сказать, но неожиданно для Джона промолчала и неискренне улыбнулась.

Он ждал следующего хода от Софи, но она не торопилась и лишь неспешно перекладывала коробку из руки в руку.

– Спасибо, – повторила Софи, но на этот раз утвердительно и четко. – Джон, да?

Джон с трудом сдерживался, чтобы снова не рассмеяться: какая поразительная актриса стоит перед ним. Он качнул головой.

– Да.

– Для нас обоих, – она радостно помахала упаковкой перед лицом Джона. – Проходи. И захлопни дверь, пожалуйста.

Софи скрылась за дверью. И Джону оставалось лишь принять вызов и последовать за ней. Ну и хлопнуть дверью. Как можно сильнее. Разумеется, случайно.

– Упс.

Софи оглянулась на громкий звук, но ничего не сказала: на ее лице промелькнула еле заметная улыбка. И от этой улыбки Джону стало не по себе. Значит, игра продолжалась.

– Софи, я не ослышался? Нам обоим? То, что у тебя нервишки шалят, – это факт, но моему спокойствию может позавидовать тибетский монах.

– Не обманывай себя, Джон. Секунду назад ты так сильно хлопнул дверью, что всем: мне, Богу, соседям – стало очевидно, что о твоей уравновешенности и речи не идет. – Она остановилась. – Джон, присаживайся на диван, на пол. Куда тебе угодно. Я принесу кофе.

– Как прикажешь, – не сразу ответил Джон, с нескрываемым удивлением разглядывая гостиную.