Читаем Звездный герб - Принцесса Империи онлайн бесплатно

Ух ты, думал Джинто Линн, с восхищением взирая в ночное небо. Обалдеть.

Небо, казалось, обволакивало. Среди звезд величественно плыл спутник планеты Мартин, которого еще тридцать дней назад у нее не было. Спутник царил над планетой, словно глядя сверху вниз на ее обитателей.

От спутника исходило сияние. Возможно, примерно так же для жителей Земли выглядела Луна.

Повсюду вокруг спутника виднелись искорки - космические корабли Аб. Они-то действительно царили над головами десяти миллионов мартинийцев.

Искорок было много. Десятки. В какую часть ночного неба ни устреми взгляд, хоть одна обязательно попадется на глаза. Вот и теперь Джинто видел, как целая группа искорок всплывала из темных джунглей Мартина подобно рою мартинийских светлячков.

Особенно много искорок порхало рядом со светящимся шаром. Присмотревшись, можно было заметить, что некоторые искорки исчезают внутри шара, а другие, напротив, из него появляются.

Искорки роились в небесах, они летели слишком быстро, чтобы их можно было принять за звезды, и они оставляли за собой светящиеся хвосты. Некоторые пролетали достаточно близко над поверхностью планеты, чтобы можно было рассмотреть их форму. Джинто казалось, что он грезит.

Джинто давно пора было ложиться спать, а он все смотрел яркое представление, стоя посреди садика на крыше своего жилого комплекса. Вообще-то ему, в его восемь лет, не полагалось быть на улице в одиночку в столь позднее время. Ретрограды, упорно придерживающиеся стандартного земного календаря, сказали бы, что ему уже десять; но в любом случае он был всего лишь маленьким мальчиком.

***

Задолго до рождения Джинто все человечество обитало в звездной системе, называвшейся «Солнечной системой» в честь своего солнца. Преисполненные решимости исследовать громадные пространства космоса, люди запускали бесчисленное множество космических кораблей. Один из исследовательских кораблей, «Оорт Клауд», во время первого же своего полета обнаружил приблизительно в трех десятых светового года от Солнца загадочную частицу. Будучи всего в тысячу раз тяжелее протона, она, тем не менее, каким-то образом излучала около пятисот мегаватт энергии. Никто из экипажа «Оорт Клауд» не смог определить источник этой энергии.

Астронавты выдвигали различные гипотезы. Кто-то говорил, что это «белая дыра»; кто-то употреблял слова «нуль-пространство» и «гиперпространство». Но независимо от конкретного термина все склонялись к тому, что такие частицы должны быть своего рода дырками в стенах, разделяющих вселенные. Для более-менее научных теорий все это было слишком зыбко.

Ученым не представилось особых возможностей для исследования природы и происхождения этих частиц; едва они успели окрестить их «юанонами», как от них потребовали сфокусировать исследования на использовании выделяемой частицами энергии. (Люди никогда не проходили мимо новых потенциальных источников энергии.)

К тому времени человечество уже овладело реакциями ядерного распада. Как правило, ядерные энергостанции были чистыми и эффективными, но на Земле; для космоса же они оказались слишком громоздкими. Чтобы достичь ближайшей звезды, корабль с ядерным двигателем надо было загрузить топливом, в сотни раз превышающим по весу сам корабль – это была физическая данность. Совершенно непрактично! Прямоточные двигатели Бассарда были равно неэффективны, так как плотность межзвездного вещества была слишком низка, чтобы они могли нормально работать. Антивещество в качестве топлива тогда еще не использовалось, но если бы и использовалось - проблему массы и это бы не решило. Словом, не углубляясь в детали – любой известный источник топлива просто-напросто слишком много весил.

 Но если – и это было воистину если! – людям удалось бы подчинить себе юаноны, все предыдущие двигательные системы космических кораблей они спокойно могли бы отправить в мусорное ведро. Само понятие топлива бы устарело.

Совместные усилия множества пытливых умов привели к тому, что разработка космического корабля на юанонной тяге была завершена довольно быстро. По форме корабль напоминал гигантскую трубу. Внутри трубы располагалась электромагнитная ловушка, отражающая испущенные юаноном электроны. Часть электронов, конечно, поглощалась, но остальное выбрасывалось в космос. Что касается электрически нейтральных частиц, то они поглощались внешней оболочкой трубы.

Если возникала необходимость двигаться с максимальным ускорением, достаточно было перекрыть один конец трубы, так что все электроны вылетали со второго. Если ускорение не требовалось, труба открывалась с обоих концов, и электроны вылетали равно в обе стороны. Ну а регулировалось ускорение частичным открыванием-закрыванием концов.

Несмотря на то, что разработка юанонных двигателей столкнулась с множеством технических и экономических трудностей, ее подстегивал стремительный рост населения Земли и вызванные им войны.

Одновременно люди посылали беспилотные корабли-зонды для исследования ближайших звездных систем на предмет возможной колонизации. К несчастью, результаты исследований показали, что планеты с кислородной атмосферой чрезвычайно редки. Еще более редкими были планеты, у которых содержание кислорода в атмосфере, гравитация и количество получаемой от местного солнца энергии были близки к земным. Планеты, подобные Земле, были исключениями среди исключений; мест, где углеродные формы жизни могли бы чувствовать себя комфортно, во Вселенной действительно оказалось крайне немного.

Несмотря на несовершенство юанонных двигателей, рост населения сделал межпланетный транспорт совершенно необходимым, и нужда в юанонных кораблях росла. Поэтому ценой огромных усилий первый юанонный корабль все же построили и весьма логично окрестили «Пионером». Задачей «Пионера» была доставка людей и оборудования, необходимых для основания новых колоний. После сооружения там баз для кораблей на лазерной тяге необходимость в дальнейшем применении дефицитных юанонных кораблей отпадала.

Вместо того чтобы использовать корабль для поиска иголок в бесконечных стогах космоса, люди решили создавать колонии сами; они сосредоточили все усилия на разработке технологий терраформинга – изменения суровых условий на планетах с целью приспособления их для жизни человека.

Всем не терпелось испытать новую технологию как можно быстрее, потому взоры были обращены на ближайшие планеты, имеющие хоть что-то общее с Землей. Марс и Венера, расположенные достаточно близко, были оба признаны подходящими объектами для эксперимента. Ученые увеличили плотность атмосферы, чтобы в ней стало возможно дышать. Они за короткое время искусственным путем провели эрозию, которая в норме шла бы миллионы лет, и создали почву, на которой могли жить растения. Новейшие технологии позволили им произвести огромные количества воды буквально из ничего. Они создали целые искусственные экосистемы.

Эксперименты на Марсе и Венере оказались невероятно удачными. Дополнительный плюс от новых технологий: если человечество и дальше будет превращать неприспособленные для жизни планеты в приспособленные, его не будет мучить совесть по поводу вытеснения местных форм жизни.

По мере появления новых экосистем транспортные корабли везли в эти искусственные миры людей. Расширяя свою сферу обитания, люди находили все новые и новые юаноны, что, в свою очередь, позволяло строить новые и новые корабли. Если прежде юанонные корабли использовались исключительно для транспортировки материалов, теперь они принимали непосредственное участие во всех аспектах процесса колонизации. Благодаря этому человечество проникло далеко за пределы Солнечной системы.

Одним из построенных кораблей был «Лейф Эриксон», предназначенный исключительно для изысканий и иммиграции – в первую очередь для исследования и отбора потенциальных объектов колонизации. Правительство провело лотерею, на основе которой был сформирован экипаж «Лейфа Эриксона». Корабль был быстро снаряжен всем необходимым и без особых церемоний запущен.

Несмотря на невыразительные проводы, пассажиры и экипаж «Лейфа Эриксона» питали искренние надежды на лучшее. Они были твердо намерены не сдаваться, пока не найдут подходящую планету. Эта решимость и привела в итоге к успеху.

В надежде найти где-либо необычную экосистему «Лейф Эриксон» на протяжении многих поколений бесцельно блуждал по космосу, пока не наткнулся наконец на голубую планету, вращающуюся вокруг звезды класса G. Звезда была названа Хайд в память первого капитана корабля, так и не дожившего до исполнения своей мечты. В честь тогдашнего капитана голубая планета получила имя Мартин.

Разумной жизни на планете Мартин не было, зато в изобилии имелись флора и фауна, притом довольно своеобразные. Поселенцы, постоянно заботясь о необычной экосистеме, расширяли свою колонию небыстро.

Выполнив свою главную задачу, межзвездный транспорт «Лейф Эриксон» был оставлен на орбите планеты Мартин, став фактически орбитальным памятником.

На пятьдесят седьмой день сто семьдесят второго года после образования колонии «Лейф Эриксон» внезапно взорвался. Все, что осталось от корабля – газоподобный шар, по-прежнему кружащий по орбите.

Светящееся облако представляло собой не что иное как юанон «Лейфа Эриксона», столь внезапным образом изменивший свое состояние и форму. Его фосфоресценция выглядела великолепно, и в конце концов люди стали относиться к нему с любовью, словно это была их луна.

Затем, ко всеобщей неожиданности, прямо из газового сгустка материализовался космический корабль и принялся описывать круги вокруг планеты. Корабль не реагировал на все попытки с ним связаться, что усилило беспокойство обитателей Мартина. Совершив три витка вокруг Мартина, корабль так же быстро, как появился, исчез внутри сияющего юанонного облака.

Естественно, у мартинийцев возникло желание исследовать таинственный сферический объект, однако возможность сделать это исчезла прежде, чем правительство хотя бы начало обсуждать бюджет проекта. На восемьдесят первый день года из шара вынырнула целая армада.

Обитатели кораблей, или «Аб», как они себя называли, на сей раз выразили желание общаться. Переговоры были возможны, поскольку разведывательный корабль тремя неделями ранее определил, что в основе языка мартинийцев лежит английский. Аб обладали высокотехнологичными машинами, способными мгновенно переводить их гортанный язык в безупречный английский.

Аб, появившиеся на мартинийских экранах для видеоконференций, все как один были молоды и красивы; внешне они были чрезвычайно похожи на людей, с той лишь разницей, что у всех их были синие волосы. «Невзирая на наши физические различия, мы тоже дети Земли, - объяснили Аб. – Мы просто слегка подрегулировали наши гены».

Аб сообщили, что они правят примерно полутора тысячами обитаемых звездных систем и более чем двадцатью тысячами частично обитаемых. Их огромная территория занимала столь большую часть Вселенной, что она получила название Человеческая Империя Аб (Frybar Gloer Gor Bari) [1], или, для краткости, просто Империя Аб (Frybar).

Правительство Мартина со свойственным ему оптимизмом предложило заключить союз. Командор Абриел, командующий флотом Аб, решительно отказал.

- К сожалению, - произнес он без тени сожаления на лице, - мы не можем этого сделать. Наша миссия заключается не в том, чтобы искать для Империи союзников, а в присоединении новых миров к территории Ее Величества Императрицы.

Поскольку Аб прислали не одиночный безоружный корабль, а тяжеловооруженную эскадру, жители Мартина были не слишком удивлены этим ответом. Что их удивило, так это прямота, с какой Абриел обрисовал намерения Аб.

Народ Мартина пожелал переговорить с дипломатом – должен же там был оказаться кто-то с бОльшими полномочиями, кто-то, кто с бОльшим сочувствием отнесся бы к их положению.

- Я не только солдат, - объяснил Абриел. – Я еще и дипломат.

Но каково его звание? Каковы его полномочия? Вот что желали знать мартинийцы.

- Вообще-то я наследный принц. Моя воля – воля Империи, - он сделал паузу. – Я понимаю ваше беспокойство, но я не собираюсь вступать в переговоры касательно вашей независимости. Однако я охотно разъясню ваше положение как подданных Империи.

После краткой дискуссии правительство приняло решение, что, поскольку вторжение повлияет на все население, обращение Аб следует транслировать на всю планету. Правительство вывело изображение командора, находившегося на своем флагманском корабле, на общественные видеоэкраны, позволив гражданам впервые увидеть своего захватчика.

Большинству людей он показался похожим на эльфа. Заостренные уши выглядывали из длинных, до пояса, волос Абриела цвета йогурта из голубой малины. Вычурная тиара казалась больше похожей на корону. Судя по бледному лицу, ему было где-то около двадцати пяти лет. Черты его лица были столь утонченными, выражение столь скучающим, что его легко можно было бы принять за женщину, которая находит покорение звездных систем исключительно неинтересным занятием.