Читаем Книга I. Древнее Пророчество. онлайн бесплатно

Меня зовут Александра Скоринина.

Мне…

Сейчас уже неважно, сколько мне лет.

Сейчас…

Важно лишь то, что родилась я 29 апреля…

Сегодня я выгляжу совсем иначе…

Да уж, что и говорить…

Однозначно, годы берут свое…

А вот такой счастливой и беззаботной я была в далекие и безоблачные семнадцать лет, до того, как…

Все началось миллионы лет назад, когда силы Тьмы бросили вызов светлой части Вселенной.

Абсолютное Зло пошло напролом и смешалось с сущностью Абсолютного Блага. Так началась война. Бесконечная, изнурительная… Многие миры были уничтожены в той междоусобице. На карте живых осталась лишь одна Вселенная, в которую и были перенесены основные полигоны страшной бойни. Единственным местом, населенным живыми существами, оказалась (если называть человеческим языком) планета так называемого Млечного Пути. А потому конфликт был перенесен сюда - на Землю.

Последним серьезным ударом, который удалось нанести Черной силе, стал странный луч под названием “вампиризм”. В тот момент казалось, что исход предрешен, если бы не случилось неожиданное: что-то, неподконтрольное ни одному абсолюту, вмешалось в ситуацию, круто повернув ход сражения в непонятное русло. В одной из точек Вселенной, на нашей земле, появились странные камни, покрывшиеся эльфийскими рунами, словно ранами на человеческом теле. Они пели и танцевали, предрекая будущее. Вот только истолковать их мочи не было. Разным посвященным смысл открывался иной.

В такое вот время Благо и сделало свой решающий ход. С того времени все изменилось. Причиной тому - время. Финал был отсрочен на долгие века, на протяжении которых обоим соперникам оставалось лишь ждать. Однако, со временем пособники Зла, так называемы вампиры, вместо того, чтобы выполнять свое Предназначение, сделали ход конем и почти оказались в дамках: им удалось практически разорвать связь со своим Хозяином и пойти собственным путем. Не менее черным… Хотя ответвление неприемлемо, Хаосу удалось глубоко погрузить свою длань…

Всполошившись, Благо ступило на скользкую стезю, пытаясь не сдать позиции. Несмотря на Пророчество, а может, и благодаря нему, победа уже начинала мерцать вдали, словно оазис в песчаной пустыни. Все казалось выполнимым и неизбежным, пока не случилось необычное рождение…

Еще несколько столетий назад Тьма изнывала от бессилия. Однако одно неординарное событие позволило силам Зла уровнять шансы.

А сегодня идет последний бой, который позволит одной чаше весов перевесить противную. Два Абсолюта, столкнувшихся в смертельной схватке, и Третья сила, о которой не ведают даже Бог и Дьявол… Или же не все так просто, и то, что неизвестно одному, на самом деле, является частью другого? Кто даст ответы на все вопросы? Кто вовлечен в страшную войну, питающуюся миллиардами жертв и страданий? Кто дергает за ниточки? А кто исполняет роль послушных кукол?

Пока что известно лишь то, что основной очаг разгорелся меж двумя обычными территориями: той, на которой расположен Верройский Союз, и той, где раскинулся Славянский Край. Одно место населяют вампиры, другое - древние люди. Все они живут среди обычных людей, ничего не ведающих о том, что на самом деле творится в живом мире.

Странно, как все получилось: столь значимые вещи сегодня разрешаются в ничего не значащих строениях не совсем обычными, но все же далеко не значительными существами.

Книга I. Древнее Пророчество.

“В 2012 (или все же в 2013?) году - конец света…”, - в последнее время многие люди об этом говорят…

*

…Он шел по одному из многочисленных коридоров Высшего Экспериментального Вампирского Института (или просто ЭВИ, как его сокращенно называют сами вампиры). Напротив появился Кирилл. Они поравнялись.

- Здравствуй, Анри.

- Привет. Как там твоя подопечная?

- Это ты о ком?!

- Как о ком? О той девушке, которую тебе поручено охранять. Саша, кажется?

- А, ты о ней! - вампир безразлично передернул плечами, словно смахивая доселе незамеченную муху. - Какая она подопечная?! Она лишь объект задания.

- Да ну! Ты что, хочешь сказать, что абсолютно к ней равнодушен? Столько лет - и никаких эмоций?!

- Послушай, Анри, ты ведь меня знаешь. Для меня она - лишь звено длинной цепи событий, которые должны увенчаться… Впрочем, ты и сам знаешь, чем все должно закончиться. А она - лишь средство достижения цели. Не более. - На лице Кирилла не дрогнул ни один мускул. Его холодное и безразличное лицо походило на маску.

- Ладно. Хватит об этом. Лучше скажи, чего ты такой хмурый?

- Она вновь исчезла, - Анри еще сильнее сдвинул черные брови к переносице, пытаясь, будто в тисках, зажать свою тоску в одном месте так, чтобы ей не было дороги в его и так невеселые мысли.

- Сочувствую. Хотя, если откровенно, то мне не совсем понятно, что с тобой происходит. Такой профессионал, как ты, и столько лишних чувств…

- Поверь, Кирилл, любовь - это вовсе не лишнее чувство.

- Знаешь, меня всегда учили, что вампиры не умеют любить, - все так же апатично, холодно и отстраненно протянул собеседник.

- Тебе лгали, друг. Вампиры умеют любить. И даже намного сильнее, чем обычные люди. У нас эти чувства полнее и намного более эмоциональны, нежели у обычных смертных. Ты просто пока еще не встретил ту, которая вскружит тебе голову, ту, которая, будет более пьянящей, чем самая редкая группа крови… Пока…

Время пришло, и они встретились. Две молодые и привлекательные девушки: Александра и София. Человек и…

- Здравствуй, Соня. Ну, вот мы и увиделись. Очень рада с тобой познакомиться. Что ж, наконец-то он настал, тот час, с которого начнется наш совместный и до боли тернистый путь.

- Привет, Саша. - Они обменялись мягким рукопожатием. - Я тоже рада, что этот момент наконец-то настал. Откровенно говоря, я уже устала ждать. Присаживайся. - Соня приглашающее указала Саше на место напротив себя. Между ними пылал ярко-красный огонь. - У нас еще есть кое-какое время. Может, расскажешь мне, через что тебе пришлось пройти?

- А мы успеем? Сколько еще осталось?

- Думаю, что достаточно. Во всяком случае, уж точно не раньше, чем догорит этот костер. Так что можешь сильно не сокращать. - Соня захихикала. Ее юношеская беззаботность создавала ощущение легкости и радости. Рядом с ней казалось, что все, происходящее в мире - всего лишь обычная суета, на которую даже не стоит обращать внимания. Подле нее забывалось все: обиды и страдания, горечь потери и ненависть, боль и злость, а неразрешенные и неразрешимые вопросы походили на детские загадки, непреодолимые преграды казались маленькими неприятностями, а обман и ложь виделись лишь неловкими случайностями. - Ну, так как?

- В принципе, я не против. - Саша задумчиво поглядела на красные языки пламени, создаваемые сухими поленьями, наполнявшими костер. Сами поленья продолжали источать аромат вишневых плодов, еще недавно гроздьями увешивавших склоненные к земле ветви молодых деревьев. Саше вдруг показалось, что пламя попыталось дотянуться и лизнуть ее руку. Она отпрянула. Да, самообладание немного подводило в последнее время. Но было отчего. Так что она решила попросту расслабиться. Девушка медленно подняла голову и взглянула на собеседницу.

- А когда я услышу твою историю? - Соня вновь тихонько засмеялась. Молодо и задорно. Так, как умеют смеяться лишь в восемнадцать лет. Когда еще для обычных людей жизненный путь лишь начинается, когда еще весь мир выглядит маняще и притягательно, когда молодые девушки еще только начинают жить, любить, дружить и узнают, что такое настоящие чувства… Любовь, ревность, горечь, страсть, ненависть… Когда еще ни одно из этих горьких и болезненных ощущений не может оставить сеть мелких морщинок вокруг глаз и глубокие борозды на молодом челе.

И хотя эти девушки уже успели через все это пройти (во всяком случае, так им казалось в тот момент), в глазах все еще пылал (в унисон с подле них разведенным костром) молодой озорной огонек, а задорно вздернутые носики свидетельствовали об огромном запасе жизненной энергии и готовности к еще более сложным препятствиям, кои, как со временем оказалось, уготовила им судьба.

- Мою? Ну… Это история из совсем другой книги. И поскольку я была еще ребенком, когда все началось, а, значит, очень многого не помню (а, может, и не понимаю) то, думаю, что лучше ты услышишь этот рассказ от моей тетушки Лили. Кстати, она скоро к нам присоединиться. Ну, а теперь, давай рассказывай.

- Хорошо. - Саша не сопротивлялась. Она вдруг невольно окунулась в воспоминания, и лишь потрескивание поленьев не позволило ей полностью отрешиться от внешнего мира. - А с чего начать-то? - вдруг встрепенулась она.

- Думаю, с главного. - Располагающе улыбнулась Соня.

- А-а, - протянула Саша. - Вот бы еще уметь правильно выделить главное во всем этом странном водовороте… Что ж, давай-ка лучше начнем с того дня, когда моя жизнь перевернулась с ног на голову. А случилось это…

- Ой, Саша, ты извини, что я уже тебя перебиваю. Я такая выскочка! Все мне об этом говорят! - Соня почти подпрыгнула на своем месте. Эмоциональность этой девушки не позволяла ей ни минуты усидеть спокойно. При чем такой она была с самого рождения.

- Прежде чем ты начнешь, я бы очень-очень хотела задать тебе один вопрос. Можно? - Саша понимающе улыбнулась, ведь она и сама была довольно резвой и эмоциональной личностью.

- Конечно же, можно. Задавай.

- Саша, а ничего, если он будет немного некорректным?

- Нет, Соня, ничего. Это будет даже к лучшему. Нам ведь бок о бок теперь идти, так что будет проще, если между нами не будет недомолвок. - Соня открыла было рот, чтобы задать вопрос, но видно было, что то, что она собиралась уточнить, носило и впрямь слишком личный характер. Она замялась, подбирая слова. Однако, будучи от природы довольно прямолинейной, все же набралась храбрости и на одном дыхании выпалила:

- Скажи, а ты сделала ЭТО потому, что так надо было или все-таки потому, что действительно его любишь? Ну, я имею в виду того вампира?

- Ох, Соня, если бы ты только знала… - Саша как-то сразу погрустнела. Она медленно опустила глаза и мрачным взглядом уставилась на пепел, раздуваемый легким ветерком вокруг аккуратно сложенного костра. Она выглядела такой поникшей, такой расстроенной, что Соня попросту не могла не ощутить внутренней борьбы внутри своей собеседницы. Так, в полной тишине, прошло около двух минут. Соня все понимала, а потому не торопила.

- Знаешь, - Саша все так же медленно, словно размышляя о чем-то вечном и непостижимом, подняла глаза на Соню. - В последнее время этот, казалось бы, обычный и, в принципе, несложный вопрос, превратился для меня в наваждение. Все так сложно. Так запутано… Но я отвечу на твой вопрос. Непременно. Обещаю. Можешь даже не сомневаться. Только чуточку попозже. Ладно? - Соне не оставалось ничего другого, как согласиться. Она утвердительно кивнула головой. А Саша тем временем продолжала.

- А сейчас я все же хотела бы немного углубиться в воспоминания о том моменте, который и стал отправной точкой моей новой жизни. И не только жизни. Да и не только моей…

*

“Все началось, когда мне едва исполнилось семнадцать. Мне казалось, что на мир опускается всепоглощающая мгла. Беспросветная, тягучая, непроглядная и бесконечная. Она застилала глаза, проникала внутрь, вгрызаясь в сам мозг. И я уже тогда подсознательно понимала, что светлый, наполненный яркими красками мир, для меня навсегда померк. Разумом я понимала, что я не одна такая в огромном, населенном миллиардами других людей мире. Я знала, что есть люди, которые страдают намного сильнее меня, что их несчастья даже несравнимы с моим горем, но это не меняло того, что с этого дня я встала на путь совсем иной жизни. Одинокой, полной горечи утраты самых близких людей. Не знала я лишь того, что это было только началом долгой и ужасной ленты происшествий, которая должна была закончиться…”

…Большая слеза катилась по ее щеке. За ней вторая, третья… Нос покраснел, глаза заволокло туманом, веки вспухли. В такие минуты ее милое личико казалось откровенно некрасивым. Сквозь слезы нельзя было разглядеть серых глаз, в которых так часто зажигался тот самый молодой озорной огонек. Теперь же они были подернуты дымкой, которая скрывала цвет ее необычных очей. Глаз цвета металлика…

Истории было известно немного личностей, обладателей столь поразительных глаз. Д-да, обладателями таких глаз всегда были непростые смертные… Каждый, кто хоть раз в жизни встречался с ними, уже не сможет забыть страшное действие, которое оказывает взгляд этих серых, металлических очей. И не нужно ничего делать их обладателю, ибо сила и поражение исходят из них одновременно с появлением эмоций их хозяина. В апатичном состоянии - это не предвещающие ничего злого или плохого две серебряные крупинки. Но стоит какому-то чувству возобладать над их носителем, как их раскраска тут же меняется. И, не дай Бог, чтобы это была злость, ибо в тот момент белки почти исчезают, а радужные оболочки становятся темного, почти черного цвета. И никогда эта резкая перемена не предвещает ничего хорошего. Англичане, жившие в четырнадцатом веке, вполне испытали на себе действие подобных метаморфоз. А их потомки еще не раз вспомнят, скольких послал на виселицу и приказал умерщвить Роджер Мортимер, бежавший из Тауэра, из крепости, из которой не бегут, бывший в опале и низложивший короля Эдуарда Второго и ступивший под знаменем освободителя на английскую землю. И все это благодаря королеве Изабелле, простой смертной женщине, которая не смогла устоять перед обманчивой кротостью взгляда этих металлических глаз. Откуда же ей было знать, что люди, обладавшие такими очами, приносят много счастья (ей довелось испытать это на себе), но и не меньше горечи и обид (вскоре и эта чаша была испита ею до последней капли). Долго еще после казни Мортимера содрогались английские бароны, ощущая силу и мощь столь глубоко врезавшихся в их столь короткую память горящих металлическим пламенем угольков.

Астрологи всегда прочили людям, обладающим столь редкими глазами, незаурядное будущее, но и не скрывали силу негативных превращений, которые привносят эти личности в существование себе подобных. Но обо всем этом Саша узнает позже, а еще и со временем получит доказательства вышеизложенного. Все это случится потом, в ее страшном, необычном и одновременно чем-то прекрасном, похожем на сказку и на кошмар, будущем. А сейчас… Сейчас она просто стояла и плакала. И вот именно с этого момента грусть в ее глазах будет появляться все чаще, но так никогда и не останется в них насовсем, чтобы ни случилось.