Читаем Адреналин. Флирт. Ветер (СИ) онлайн бесплатно

Мистер Лузинсон ел мятные конфеты лишь в крайних случаях. Первый экстренный случай наступал, когда к нему в гости приезжала тёща. Второй — когда он влипал подошвой в вонючую кучку соседской собаки по кличке Йети. А третий случай — когда приходил его самый нелюбимый день в неделе: четверг. Сегодня день у мистера Лузинсона не задался с самого утра, поэтому в семь часов он уже одну за другой заглатывал мятные конфеты.

В 6:30 жена сообщила ему, что завтра к ним приедет её мать.

В 6:45 его фирменный ботинок оказался в зловонной кучке пуделя Йети, которого соседи выпускали гулять на чужой газон.

В 6:50 мистер Лузинсон с ужасом осознал, что сегодня четверг.

Поэтому в 7:20, находясь уже по пути на работу, он опустошал вторую пачку мятных конфет.

Несмотря на середину лета, этот день выдался весьма мрачным. С самого утра моросил дождь. Шелестели капли, опускаясь на скользкую серую дорогу. Мистер Лузинсон с грустью взглянул на окружающий пейзаж и прислонился лбом к окну вагона. Маленькие капельки прилипли к запотевшему стеклу, создавая причудливый рисунок в виде паутины.

— Каждый день я встаю ни свет, ни заря, чтобы добраться поездом в чёртов Лондон! Ну, почему жена настояла, чтобы я работал в столице?! Можно подумать, в Вэтхеме нет нормальной работы! — взвыл мужчина и раздражённо надвинул сползшую шляпу. В этот момент к нему в купе постучались. Дверца противно скрипнула и отворилась. Мистер Лузинсон повернул голову и увидел женщину лет тридцати пяти.

— Вот летун моего огня, дыхание ручья! Ненавижу дожди! Вы не будете против, если я присяду к вам? Просто все остальные купе уже заняты! — с жаром воскликнула незнакомка. Её голос был таким мягким, что казалось, из него можно вылепить фигурку, как из глины.

Мистер Лузинсон кивнул, хотя его немного смутил вид женщины. С пышной гривы волос цвета воронова крыла стекали капли дождя. Ярко-красные губы напоминали свежий мазок крови. Чёрные, чуть раскосые глаза ярко блестели из-под полуопущенных ресниц. Бледность кожи и заостренные скулы говорили о дурном аппетите и частом недосыпе. Видя, как незнакомка съёжилась на сиденье, мистер Лузинсон хмыкнул. Видно не у него одного сегодня выдалось плохое утро.

— Чего вы так сжались? Неужели боитесь ехать в поезде? — добродушно пропыхтел толстяк. Он вспомнил, что когда-то читал о подобной фобии, но решил, что это чушь и с ворчанием выкинул газету. Женщина плотнее закуталась в кожаную куртку и вытащила из кармана зажигалку.

— Да, признаться, я действительно опасаюсь таких поездок! Понимаете, когда я еду в поезде, случаются странные вещи, — она стала играть с зажигалкой. Её губы искривила тонкая, чуть насмешливая улыбка. Глаза затуманились воспоминаниями. Мистер Лузинсон покачал головой и прочистил горло.

— А как вас зовут, миз… — он снова прокашлялся.

— Миз Вильтон, — женщина откинула за спину тяжёлую корону волос.

— Ваша профессия? — выпалил мистер Лузинсон и тут же прикусил себе язык, чтобы не ляпнуть лишнего. И чего он так заинтересовался этой незнакомкой?

— Профессия? Ведьма. Верховная ведьма, — безразлично бросила Вильтон. Мужчина схватился за сердце, но не успел ответить. Внезапно окно в их купе разлетелось на тысячи осколков. Внутрь кабины просунулись две уродливые морды. Узкие глаза чудищ были мутно-зелёного цвета, как у рептилий. Головы венчалась закрученными бараньими рогами. Одна из тварей оскалилась: из зловонной пасти высунулся чёрный раздвоенный язык. Мистер Лузинсон попробовал завопить, но случайно подавился мятной конфетой.

— Ты не сказала Милене Каролл… — прошипел монстр.

— Она не знает о своём наследстве… — синхронно просипела другая тварь. Мистер Лузинсон судорожно прижал к груди портфель и вжался в кресло. Его лоб покрылся испариной. На виске отчаянно запульсировала жилка.

— Зачем Грифон послал вас, Ищейки? — Вильтон скрестила руки на груди.

— Наш господин хотел предупредить тебя… Он сказал, что наследство само придёт к Милене Каролл… И оно уже близко… — две головы одновременно ощерились, обнажая крепкие жёлтые клыки, и скрылись из виду. Ветер подул сильнее, теребя занавеску через оставшиеся куски стекла.

— Вам не холодно? — незнакомка заботливо задёрнула занавеску. Мистер Лузинсон нервно подкрутил кончики своих пышных усов и засунул в рот очередную конфету. Внезапно поезд остановился. Послышался возбуждённый гомон людей, которые видели чудищ и теперь делились впечатлениями. Вильтон медленно поднялась со своего места.

— Вот летун моего огня, дыхание ручья! Я же говорила вам, что когда еду в поезде, происходят странные вещи, — со вздохом проронила она и вышла из кабины.

Мистер Лузинсон вытер пот со лба и перекрестился. Да, сегодня у него день определённо не задался! Он позволил своей руке скользнуть в карман портфеля за новой пачкой мятных конфет.

— К чёрту стоматолога! Ненавижу четверги! — прокряхтел мужчина и засунул леденец в рот.

За этот день мистер Лузинсон съел сорок пять мятных конфет.

Аш бежала так быстро, что волосы развевались сзади длиной чёрной фатой. Ноги отбивали нечёткий ритм по пыльному асфальту. Она боялась опоздать. Наконец, Вильтон увидела человека, ради которого отправилась в Лондон. Тощая фигурка взобралась на край моста и замерла, балансируя на самых носочках. Раздались встревоженные вскрики людей, которые не ожидали увидеть этим утром на Вестминстерском мосту самоубийцу.

— СТОЙ! — крикнула Аш и ринулась к девушке. Первое, что бросилось ей в глаза, были синие дреды незнакомки. Но причёска была не самой шокирующей деталью её внешности. На смуглой коже особо выделялись фиолетовые глаза. Оригинальный образ довершали яркая оранжевая майка, перчатки без пальцев, широкие спортивные штаны и потёртые кроссовки. Аш подняла глаза. Черты лица у девушки были очень острыми. Словно вырезанными из дерева умелой рукой мастера… Тонкие губы, волевой подбородок, хмурый разлёт бровей… Это лицо нельзя было назвать красивым. Но было в нем что-то такое, что невольно притягивало взгляд.

Вильтон осторожно приблизилась, и незнакомка невольно пошатнулась. Толпа зевак ахнула. Но девушка чудом сумела удержать равновесие.

— Что вы от меня хотите? — завопила она, когда Аш схватила её за руку.

— Я твой друг, Ирла. И я пришла, чтобы отвести тебя домой, — спокойно проговорила Вильтон. Незнакомка покачала головой, по её щекам катились слёзы. — Не веришь? Что ж, я докажу тебе, — с этими словами ведьма выпустила из ладони струю пламени…

Началась суматоха. Люди, ещё не пришедшие в себя от мятежа Ордена Посвящения, с воплями разбежались. В эту минуту они позабыли о самоубийце. Сейчас их волновали лишь собственные шкуры. Аш захохотала, и огонь впитался обратно в кожу.

— Теперь ты веришь? — прошептала она, игнорируя суету вокруг.

— Да, но это ничего не меняет! Я живу в детском доме! А знаешь почему? Потому что семья отказалась от меня! Испугалась иметь ребёнка-мутанта! Я устала от вечных насмешек! Устала отбиваться! Устала бороться за право на жизнь! Эти магические способности не дар… Это проклятье! — Ирла приготовилась сделать последний шаг. Но Аш дёрнула её за руку, притягивая к себе.

— Отныне у тебя новая семья! Ты больше не изгой! — Вильтон обняла девушку. Ирла расслабилась, по её губам скользнула слабая благодарная улыбка. Аш со свистом вытолкнула воздух сквозь зубы, чувствуя, как напряжение покидает тело. Она выполнила свою миссию. По лицу Ирлы струились крупные слёзы. Не было ни стонов, ни криков, ни истерики. Истинная боль иногда не сопровождается звуками. Она — в молчании.

Но внезапно девушка резко оттолкнула Вильтон.

— Ты права… Но я не хочу быть одной из вас! НЕ ХОЧУ БЫТЬ МОНСТРОМ! — с этими словами Ирла сделала шаг в пустоту. Аш потянулась к ней рукой, но опоздала. Её пальцы ухватили лишь воздух. Люди вокруг кричали. Кто-то вызывал по телефону скорую помощь. Рядом послышался вой полицейской сирены. Но Вильтон даже не сдвинулась с места. Её взгляд был устремлён на маленькую фигурку, которую подхватил поток реки. Ирла пыталась насильно уйти под воду, но её макушка всё равно всплывала на поверхность. Взлетев, Аш понеслась к девушке. Она схватила её за ворот майки и понесла к берегу.

— Чёрт, я даже нормально умереть не могу! — захныкала Ирла и, откашливаясь, выплюнула мутную струю. Вильтон выругалась и потянулась в карман за сигаретой. Затянувшись дымом, она задумчиво изрекла:

— Вот летун моего огня, дыхание ручья! Лысый гном тебя побери! Ты ведь уже пробовала, верно? Ты уже не раз спрыгивала с моста, да? — сдавленный смех вырвался из горла Ирлы, и она кивнула. Аш встряхнула головой и смахнула со лба влажный завиток волос.

— Я уже несколько раз пыталась утопиться, но не получается! А прыгнуть под машину у меня не хватает духу! Утонуть же я не могу! Вода выталкивает меня наружу! — Ирла снова разрыдалась, а Аш ласково провела ладонью по мокрым дредам. С её губ сорвалось кольцо табачного дыма.

— Родная стихия не может погубить ведьму. Она просто не способна на это, — пояснила Вильтон и неловко похлопала девушку по спине, успокаивая. Но тут её рука безвольно повисла…

Ещё издали она увидела знакомый силуэт в тёмном плаще. Фигура помахала рукой на прощание и растворилась в толпе. Аш чертыхнулась и прижала дрожащую Ирлу к себе. Ей повезло. Она опередила его. И теперь девушка останется с ней.

Милена недовольно зашевелилась под одеялом. Несмотря на то, что комната родителей находилась этажом ниже, Вэнс так громко смотрел фильм «Кинг-Конг», что даже оттуда мешал ей спать. Она застонала и положила подушку на голову. Перед завтрашним днём ей следовало хорошенько выспаться. Только вот заснуть под такие звуки никак не удавалось. В этом году в Вэтхеме решили устроить день искусства. Мэр считал, что лишь таким способом можно привить молодежи чувство прекрасного. Но поскольку в городе существовал лишь один музей, то его были обязаны посетить все школы. Правительство как-то не интересовало, что наступило лето. Законное право учеников на отдых. Поэтому завтра Милену ожидала настоящая пытка. Она представила «долгожданную» встречу с миссис Шейп и ехидно улыбнулась. С этой женщиной, которая по злой иронии судьбы, занимала должность завуча, её связывали непростые отношения. Ещё с первого класса учительница невзлюбила её. Сначала Милена пыталась наладить отношения. Но потом пришла к выводу, что это бессмысленно. Казалось, что миссис Шейп только и делает, что сидит целыми днями у себя в кабинете и выдумывает изощрённые наказания. С этой мыслью Милену, наконец, поглотила пучина сна. Ей снилась гроза. Она наполнила воздух странным ароматом электричества и сожжённой пыли. Милена почувствовала, как от этой густоты волосы на затылке встают дыбом…

Она стояла на крыше своего восьмиэтажного дома. Отсюда были видны все мрачные окрестности Вэтхема: маленькие домики и заброшенный парк. Прямо под ней раскачивалась верхушка каштана — такого огромного, что все деревья по сравнению с ним казались кустиками.

— Я уже думал, ты не придёшь, — раздался низкий голос, будто сотканный из сплошных тяжелых отрывистых нот. Словно связки заговорившего привыкли издавать рычание, отвыкнув от человеческой речи.

Милена резко обернулась. Перед ней стоял главный судья Совета Теней. Помесь кошки и летучей мыши… кожистые крылья, сквозь которые просвечивались тонкие перепонки, вытянутая кошачья морда и челюсти, украшенные двумя загнутыми кверху клыками. Тело Уриаха было покрыто чёрной жёсткой шерстью. Маленькие глаза, словно две капельки застывшего янтаря, пожирали её немигающим взглядом.

— Что ты делаешь в моём сне? Нет, я, конечно, знала, что засыпать под «Кинг-Конга» плохая идея, но чтобы до такой степени… — рассеяно пробормотала Милена. Уриах взмахнул крыльями и подлетел к ней, вглядываясь в ночные очертания города. Вспышка молнии окрасила небо в розовый цвет, делая его похожим на яркую рекламную вывеску.

— Меня послала сюда Агнесса. Знаешь, я до сих пор корю себя, что вынес ей тогда смертный приговор. Возможно, я был слишком жесток. А сейчас, когда её уже нет… Я сожалею о своём поступке. Чтобы хоть как-то искупить перед ней вину, я иногда навещаю её в мире мёртвых, — голос судьи был таким густым, что казалось, в этой глухой вязкости можно утонуть.

— Во время нашего последнего разговора я поклялся Агнессе, что буду за тобой присматривать. И в эту минуту я исполняю своё обещание. Я хочу предупредить тебя, Милена Каролл. Агнесса оставила тебе необычное наследство… Старуха надеялась, что оно защитит тебя от Уильяма. Она не знала, что это наследство может не только спасти, но и погубить. Оно весьма опасно, — Уриах оскалился. Клыки блеснули лезвиями во тьме.

— Но что это? Что это за наследство? — прошептала Милена, вспоминая странный сон в начале лета. Тогда Агнесса тоже говорила ей об этом.

— Наследство — это не что. Это — кто. И этот кто-то скоро придёт за тобой, Каролл, — просипел судья. Милена повернулась к нему, чтобы подробнее расспросить о наследстве, но… Уриаха уже не было. На неё одинокими глазами смотрела пустота. Милена поморщилась… и проснулась.

В следующий раз её разбудило ощущение прохладных рук на своем лице. Она включила ночник и сонно усмехнулась.

Кристиан по-кошачьи сощурился, кривясь от света. Тусклый луч лампы осветил лицо ведьмака. Высокие скулы, твёрдый подбородок с ямочкой, чётко-очёрченные губы, точёный овал лица… Голубые глаза были холодными и в то же время настолько кислотно-яркими, что хотелось зажмуриться. Лоб и левую бровь пересекала косая чёлка, которую он раздражённо смахнул с лица. Воган походил на хищника — не только внешностью, но и характером. Опасный, решительный, а местами неимоверно жёсткий… Но такой притягательный!