Читаем Шпагат через Атлантику онлайн бесплатно

Карина Армлос

Шпагат через Атлантику

Я так долго читала чужие книги, пользуясь их опытом и мудростью, что теперь и я хочу что– то отдать этому миру.

Сижу одна в пустой квартире, арендованной в спешке. Из прежней уходила, бросив большинство своих вещей. Можно подумать, я это сделала, чтобы вернуться. Но это не так. Для меня важно было уйти как можно быстрее. Я боялась, что если не сделаю этого сегодня, то так никогда и не решусь.

Всегда найдутся причины, чтобы отложить еще на денек. А потом я оглянусь, а нас уже не двое, а трое или даже четверо. Каждый год – это перемены, а перемены несут необратимые разрушения моему миру и окружению.

Я думала, с Данилом все будет иначе. Когда мы поженились, я была уверена, что наконец– то нашла покой. А теперь я убежала и от своего мужа.

Посреди ночи, с рюкзаком самых необходимых вещей… И пусть мысли об уходе посещали меня уже давно, у меня не хватало духа посмотреть ему в глаза и сказать: «Мне нужно уйти».

Я уверена, он первым делом спросил бы: «Ева, ты что, больше не хочешь быть со мной?» А я, не сумев соврать, призналась ему в любви, и мы остались бы обнимать и утешать друг друга. Начали долгий разговор. Данил искал бы выход из этой ситуации, вытирал мои слезы рукавом своей кофты и обнимал так сильно, что я не смогла бы сдвинуться с места.

Поэтому все, на что у меня хватило сил, – это убежать среди ночи.

Я уходила, зажмурив глаза, пытаясь не смотреть по сторонам. Слишком тяжело было все оставлять. Нашу квартиру, которая была больше чем просто жильем. Два года назад ее сложно было назвать «нашим домом» – серая, безликая коробка без стен, такой она была прежде. Я придумала место для каждой стены, для каждого предмета, продумала дизайн и декор. На диване остался мой любимый плед, который связала для нас моя мама, на подоконнике – мои книги и альбомы с набросками. Вся моя жизнь там, мой родной и близкий человек в той моей жизни, а я ушла.

Ушла потому, что эта комфортная и милая жизнь больше не соответствовала моему внутреннему состоянию. Я превращалась в робота, который улыбается только потому, что ничего плохого не происходит, а не потому, что есть повод для улыбки. Я приходила каждый день домой лишь потому, что я была женой. Хотя временами мне хотелось опять оказаться студенткой Work and Travel, как девять лет назад. Спасателем в аквапарке маленького прибрежного городка штата Нью– Джерси.

Как же не хватает тех времен! Мне был всего двадцать один год, я только закончила институт, и впереди меня ждали самые большие испытания и приключения.

Ни до ни после Америки я не чувствовала себя такой счастливой и живой.

Сейчас я человек, который соответствует чужим стандартам, чьим– то представлениям о том, какой должна быть жизнь молодой девушки.

В последний год я была счастлива, но недостаточно. Я все время убегала из нашей идеальной жизни. Разве это честно – такое отношение к самому близкому и дорогому человеку? Я бы не хотела, чтобы со мной жили и были только наполовину.

Ну и что, что два года назад я надела платье, а он мне – кольцо на безымянный палец? Тогда нам казалось это правильным, а теперь для меня это больше не работает.

В квартире довольно прохладно, и я еще сильнее хочу укутаться в плед. Завтра со всем разберусь, а сейчас постараюсь уснуть. Долго прятаться от Данила не смогу, игнорировать его звонки или избегать встречи – тоже. Мы ведь взрослые, поговорить придется, просто мне нужно немного окрепнуть в своем решении. Мне нужно почувствовать, что у меня есть стержень, что я не пропаду сама.

С самого детства, как и большинство девочек, я пряталась за папиной спиной, а с пятнадцати лет начала переходить из одних отношений в другие, даже не успевая и месяц побыть одна. Это, пожалуй, одна из главных причин моего ухода. Побыть наедине с собой, не рассчитывать ни на кого и не искать одобрения моих решений.

Я всегда подстраивалась. Мне казалось, именно таким должно быть правильное поведение хорошей девушки. Разделяй его интересы, поддерживай во всем и тогда получишь звание лучшей девушки года. Осознание приходило ко мне понемногу, в последние полгода.

Можно подумать, что у меня кризис среднего возраста, переосмысление себя. Можно даже предположить, что эта буря в стакане – от хорошей жизни, что мне больше нечем себя развлечь, и я пожалею о своем решении.

Я могу согласиться со всеми этими мыслями только с поправкой на то, что у моего бегства есть определенная цель.

Чай допит, уже нет людей на улицах, видимо, пора и мне, хотя бы на время, прекратить этот поток мыслей.

Лето 2007 года

Первый полет в моей жизни. На соседнем кресле спит Аня, положив голову на мое плече. За окном сине– белая гладь, внутри детский восторг. В голове вертится мысль: «Это будет самое лучшее лето в моей жизни, и оно начинается именно в эту минуту».

Сбылась моя розовая мечта, хоть я даже не подозревала, что она у меня есть. Мы теперь с Аней не просто студентки. Мы теперь студентки Work and Travel с американской визой J1.

Нас ждут океан, английский язык из каждого улыбающегося рта, много новых знакомств и путешествий. По крайней мере, так я представляю себе нашу поездку, сидя на высоте 10000 м над землей.

Уже немного грущу по Антону: три месяца разлуки – достаточно большой срок, хотя уверена, что мы легко переживем это время. У нас случались испытания и похуже, но теперь все будет иначе.

Мы уже не школьники, и даже не студенты. Хоть я и не дождалась вручения диплома, он у меня есть. Лежит в какой– то типографии или уже направляется в институт.

Даже не представляю, каким чудом нам, пятикурсникам, дали визы. Знакомые, побывавшие в Америке, говорили, что получить визу на последнем курсе – тоже самое, что выиграть в лотерею. А мы не побоялись и подали документы. Получается, знакомые не обманывали: когда мы ее получили, и вправду почувствовали себя выигравшими крупный приз.

Мы хотим посмотреть Нью– Йорк, Ниагарский водопад, Вашингтон и все близлежащие города, в которые успеем съездить.

Я мечтаю заработать денег. Привезти два чемодана, полных новой одежды и обуви. И пусть чемоданы будут настолько большими, что придется переплачивать за перевес на обратном пути.

За двадцать один год моей жизни со мной не случилось ничего выдающегося. Вернее, многое казалось мне масштабным, но сейчас все это померкло на фоне предстоящего лета. Мне волнительно и интересно.

Стюардесса принесла обед, учуяв запах еды, проснулась Аня. Сейчас мы узнаем, чем кормят в самолетах. Вообще все, что связано с перелетами и аэропортами, у меня впервые.

Мне нравится это чувство: я и неизвестность.

В Нью– Йорке прогуляться по городу не получится. Причин много: чемоданы, усталость и самое главное – нужно срочно заселиться. Плюс нас ждет какая– то бюрократия, связанная с работой, и тренировочные дни. Особенность должности спасателя, чем мы и будем заниматься, заключается в соблюдении большого количества правил безопасности. Поэтому перед началом работы мы пять дней будем тренироваться и изучать все необходимые правила.

После поисков в Гугле мы знаем, что от нашего городка до Нью– Йорка ехать всего четыре часа. В первый же выходной мы сядем в автобус Вайлдвуд – Нью– Йорк, и начнутся наши прогулки по Time Square и покупки платьев в Century 21.

Осталось два часа до посадки, я тренирую английский – разговариваю со стюардессой, – но понимаю, что ни школьная, ни институтская программы не дали мне ровным счетом ничего. Вернее, я знаю много слов, могу понять почти все, что написано, но в устной речи мне это мало помогает. Страх сделать ошибку и выглядеть глупо сковывает, поэтому я пытаюсь избегать ситуаций, где нужно отвечать больше чем одним словом.

Как у Ани получается так много спать? Она проснулась, чтобы поесть, и опять уснула. А я все думаю, что же нас ждет. Я рада, что еду не одна, а именно с Аней. Она из тех людей, с которыми не страшно оказаться в любой точке мира. И это уже проверено. Мы неоднократно оказывались в ситуациях, когда не хватало денег на обратную дорогу или хотелось есть, а платить было нечем, и она придумывала, как все устроить. Договаривалась с людьми, находила лазейки и неочевидные варианты.

Рядом с Аней кажется, что нет никаких границ и вместе мы можем все.

Второй день мы в Вайлдвуде. Слишком много впечатлений. Начиная от красот этого городка, заканчивая потоком новых людей.

Вайлдвуд – маленький городок в штате Нью– Джерси, которому посчастливилось уютненько расположиться по соседству с океаном. Океан очаровал меня сразу. Однажды, года два назад, подружка рассказывала про него. И я тогда не понимала, почему она так восхищается. Ну, вода и вода, все мы любим море, ничего особенного. Теперь я поняла, что она имела ввиду. Оказалось, они совсем не похожи друг на друга. Можно сказать, что он большой, мощный, бескрайний, волнующий, красивый, но этого все равно мало.

Набережная в Вайлдвуде – это по большому счету и есть весь город, или семьдесят процентов его территории. По ее левую сторону расположились кафе, магазины, тату– салоны и все, что только можно представить в курортном городке. Справа – только деревянные лавочки, на каждой из которых написаны фамилии семей, их установивших. И побережье. Оно красиво в любое время дня, и, признаться, я в него влюбилась с первого взгляда.

В Вайлдвуде нет многоэтажных домов. Чаще всего встречаются двухэтажные коттеджи с небольшими террасами. Их стены выкрашены в белый цвет, а деревянные ставни облупились на солнце. В городе много туристов, большинство из которых канадцы из– за близости Вайлдвуда к границе.

Мне здесь нравится все: наш дом, моя маленькая комната, в которой только кровать и кресло, большая общая кухня. Кроме нас с Аней, в доме живут еще два парня. Для Америки это нормально – жизнь разнополых людей под одной крышей. В нашем доме четыре комнаты, так что даже с Аней живем раздельно. Сейчас у одного из соседей, Беннета, так его, по– моему, зовут, гостит девушка, но это ненадолго.

Мы еще не успели познакомиться с соседями, знаем только, что они двоюродные братья из Канады. Крайне редко бывают дома, работают в одном из магазинчиков на набережной, который закрывается не раньше двух часов ночи. Несмотря на то, что Вайлдвуд – крошечный городок, туристов здесь много, и большинство магазинов работают далеко за полночь.

Вдобавок ко всему, здешние люди приветливы и жизнерадостны. Мне уже полюбились солнечная погода и наша пятнадцатиминутная дорога на работу через всю набережную.

Мы еще проходим тренировочный период. Тренировки занимают не более четырех часов в день. Проходя обучение, мы параллельно успеваем знакомиться с ребятами, будущими коллегами. Они тоже студенты со всех точек земного шара.

Мы с Аней собираемся узнать побольше о ночной жизни города. Сегодня нас позвали парни из Доминиканы – они тоже проходят стажировку в аквапарке – сходить вместе в бар.

Хорошо, что мы обе уже совершеннолетние. Это означает, что нам доступны все развлекательные заведения и алкоголь.

Столько всего происходит, домой писать совсем не успеваю. А вот Антон уже написал мне сообщений двадцать, в которых сплошные вопросы. Понимаю, что ему жутко интересно, как мы тут обустроились. Однако все, на что меня хватает, это короткие письма в стиле «У меня все хорошо, пора бежать. Подробности позже».

Нас с Аней пока заботит только одно: где найти магазин, чтобы купить себе одинаковые босоножки с десятисантиметровой шпилькой. Это наш долг перед Вселенной.

В марте, когда мы ехали в Киев на собеседование в посольство, заснуть никому не удавалось – слишком переживали. Мы снова и снова по кругу отвечали друг другу на вопросы из брошюры «Рекомендованные для прохождения собеседования в Посольстве США». И тут Ане в голову пришла идея, что если принести какую– то жертву, то боги выдачи виз будут к нам благосклоннее. В итоге мы решили, что если все же попадем в Америку, первым делом купим себе одинаковые босоножки с самой высокой шпилькой и будем танцевать на них всю ночь.

Пора платить по счетам. Говорят, что в самом Вайлдвуде нет нормальных магазинов и за покупками нужно ехать в городок неподалеку, Кейп Мей, где есть аутлеты с одеждой и обувью.

Сегодня первый рабочий день. Нам выдали униформу: белые футболки с эмблемой аквапарка и свистки. Мой образ дополняют розовый купальник и кепка с американским флагом, купленная на набережной.

Рабочий день с девяти до шести – повезло с графиком, остается много времени для своих дел. Некоторые ребята из аквапарка хотят устроиться на вторую работу, чтобы заработать побольше. Но мы с Аней не собираемся жертвовать свободным временем. Для нас сейчас самое главное, чтобы хватало времени и денег на развлечения и на поездки в выходные дни.

В нашей команде десять человек. Особенно мы сдружились с Дженни из Болгарии и Джо и Марти из Доминиканы. Уже посетили пару домашних вечеринок и начали изучать местные бары.

В Вайлдвуде нет такого понятия, как ночные клубы – возможно, городок для этого слишком маленький. Или привычный нам формат ночных клубов отсутствует в Америке, пока не знаю. Танцуют здесь в барах, возле стойки или столиков.

Босоножки мы пока не купили – ждем выходных, чтобы отправиться на наш первый американский шопинг.

Настроила Скайп. Скучаю по Антону, но только когда его вижу на экране или слышу его голос. А все остальное время я как будто в параллельной реальности.

Он, жалуется, что погибает в жарком, пыльном городе и в страданиях. А мне нравится, что я к нему легко отношусь сейчас. Я не стала меньше любить, просто перестала «зацикливаться» на нем. Наверное, это был единственный правильный вариант после стольких неудачных попыток возобновить отношения.

Мы расходились три раза за пять лет. Теперь все иначе. Не знаю, откуда такая уверенность. Может, так повлиял разговор, когда я ночевала у Антона перед отъездом.

Родители были на даче, и в такие редкие моменты мы никогда не тратим время на сон. Разговариваем всю ночь напролет, смотрим друг на друга часами, ну и все остальное: поцелуйчики, нежности, секс.

Уже светало, я лежала на его синем диване, понимая, что завтра сяду в поезд, и нас ждет долгая разлука. Он молча смотрел на меня, а потом сказал: «Мы больше никогда не расстанемся. Теперь если поедем куда– то, то только вдвоем. Я обещаю, что это будет последний раз, когда мы не вместе». И хотя он причинил мне много боли, я все равно чувствую, что мы уже переросли наши проблемы.

Мало кто из моих подруг верит в продолжение наших отношений. Когда мы впервые расстались, мои самые близкие девочки, как и полагается, затаили на него огромную обиду. И если я смогла все простить, то они – нет.