Читаем Пока не начался джаз онлайн бесплатно

Судьба разговаривает с людьми шепотом.

Коммуникатор звякнул едва слышно – будто ветром качнуло гроздь стеклянных палочек, но сон как рукой сняло. Этот звук Виктор услышал бы даже в криокамере, будучи замороженным до костяной твёрдости. Да что там криокамера, он и в вакууме прозвучал бы набатом, к чертям игнорируя физические законы. Потому что это не комм звенел – это подавало голос будущее. Чертовски обеспеченное и наверняка счастливое.

Виктор осторожно высвободил руку из-под головы Джулии и щелкнул пальцами. Жучок-коммуникатор сорвался с полки, выписал спираль Юинга и приземлился на запястье. Между расправленными усиками вспыхнула зеленоватая искра, развернулась в полоску инфо-строки. Никаких излишеств, строгий двумерный текст:

«Поздравляем с получением контракта. Погрузка 07-00. Трета-Декс».

Виктор крепко зажмурился, сосчитал до двенадцати и вновь открыл глаза. Сообщение не пропало, слова горели как причальные огни. Такие же долгожданные и многообещающие. Впервые за долгие годы ему улыбнулась удача...

– Сукин ты сын!

Удар локтем по ребрам – штука малоприятная даже при пониженной гравитации. Особенно, если бьют внезапно и не ради баловства.

Виктор охнул, скатился с кровати, счастливо избежав второго удара, и занялся упаковкой взбесившейся бабы в одеяло. Дело оказалось непростым, но надо признать, имелись в нём и приятные моменты. Подоткнув последний уголок, Виктор полюбовался на дергающийся кокон с торчащей наружу прелестной головкой и спросил:

– Кошмар приснился?

– Вон из моей постели, – с ненавистью прошипела Джулия. – Мерзавец!

Говоря по справедливости, постель была общая, за номер платили вскладчину, но Виктор решил не придираться к мелочам.

– Что-то я тебя не пойму, милая. – Он пресёк отчаянную попытку выбраться из плена и предложил: – Попытайся изложить суть претензий более внятно. Итак?

В ответ Джулия выдала такое, что комм яростно затрещал крылышками и заморгал алым: уровень корректности оскорблений значительно превышал допустимый. Зато Виктор наконец-то начал смекать, что к чему.

– Так ты тоже подавала заявку в «Трета-Декс»?

Джулия молча сверкнула глазами.

– Н-да, ситуация… Слушай, тебе будет легче, если я попрошу прощения?

Джулия скривила рот, после чего ситуация с панически жужжащим и сигналящим коммом повторилась.

– Так я и думал.

Не сводя с девушки глаз, Виктор торопливо оделся, клацнул магнитными подковами ботинок и велел жужелице снизить гравитацию до ноля. Затем подхватил невесомый кокон, разместил аккурат между полом и потолком и, не удержавшись, придал ему легкое горизонтальное вращение.

– Знаешь, в таком виде ты просто очаровательна. Жаль, что не могу любоваться до бесконечности. Меня ждет погрузка. Пока!

В том, что Джулия выберется, Виктор ничуть не сомневался. Однако искренне надеялся, что к тому моменту сам он окажется далеко.

***

Орбитальный швартовочный узел, в просторечии – Порт-Уран, напоминал сдвоенную гигантскую рулетку с непомерно раздутым сектором «Зеро». Расположенная в плоскости эклиптики ось грозила космосу двумя могучими наконечниками, пробуждающими в памяти сочинения древнего австрийского профессора, специалиста по отношениям полов. Бугристый стебель, словно изморозью, оброс бахромой систем отвода тепла. Генератор шаффл-катапульт производил его столько, что хватило бы на обогрев соседней Титании.

Возле распахнутого шлюза №1 с грацией текодонта ворочался булл-райдер Вооруженных Сил Земли. Легкие субсистемники шныряли туда-сюда, проворные как рыбёшки. Сколько хватало глаз, виднелись цепи аутсторов – точно брошенные в пространство связки чёрного жемчуга.

К стартовой ячейке номер тринадцать ползла каплета лифта с единственным пассажиром. Пассажир, судя по всему, нервничал. Он то и дело касался выбритого до блеска черепа, как будто сомневаясь, что тот еще на месте.

Надо сказать, основание для тревоги у Виктора имелось. В прекрасном теле Джулии текла буйная кровь индейцев сиу. Девушка чрезвычайно этим гордилась и при всяком удобном случае поминала духовную связь с воинственными предками. Виктор относился к её фантазиям с иронией, но лишь до момента, когда она продемонстрировала свою страшную коллекцию…

Виктор еще разпогладил гладкую макушку. Черта с два она получит его скальп!

Лифт остановился, дверь открылась. Жужелица устремилась вперёд, оглашая ангар громогласным:

– Экипаж, смирно! Капитан прибыл!

Виктор самодовольно ухмыльнулся, шагнул наружу и едва не нырнул мордой вниз. Ноги будто прилипли к полу.

– Подковки, кэп! – жизнерадостно заорал Ватсон. Полосатый хвост неистово мотался из стороны в сторону, сообщая миру, что у штурмана «Химеры» отличное настроение. – Опять шалили с Джул в невесомости?

– Разговорчики, животное, – пробурчал Виктор, отключил магниты и наконец выбрался из лифта. – Доложи обстановку.

Прихрамывая, Ватсон подбежал к капитану и дурашливо вытянулся. В огромных глазах отражались полторы немудрящие мысли и ровно одно желание. Проигнорировать это желание было бы бессердечно. Виктор ласково потрепал лемура по голове и протянул конфету.

Ватсон радостно взвизгнул и зашелестел оберткой. Наблюдать за ловкими движениями его маленьких проворных пальчиков было настоящим удовольствием. Покончив с конфетой, Ватсон шлёпнулся на задницу и, поигрывая хвостом, затараторил:

– Докладываю. «Химера» полностью готова к полету! Риг проверил своё хозяйство от и до. Шаффл-кодер тоже в полном ажуре. Я прогнал его на симуляторе по восьми маршрутам. Работает безупречно. Пора в полёт, кэп! Или вы всё ещё не наигрались со своей собирательницей скальпов?

– Штурман, ты зарываешься, – с напускной суровостью рыкнул Виктор. – Это вообще не твоё дело.

– Ну да. – Лемур погрустнел. – Только очень уж надоело здесь торчать. Руки стосковались по настоящей работе! А если отвыкнут окончательно, блайнд придёт всем. Шаффл – это ведь не постелька страстной индеан… Ой!

Ухо негодника Виктор отпустил далеко не сразу. Чтобы дольше помнил. Хотя бы сутки.

Теоретически, блайндом – ходом вслепую, являлся каждый полет «Химеры». Ватсон был отличным штурманом, просто великолепным, но... Но его процент удачных расчетов шаффл-прыжка равнялся всего девяноста двум. Теоретические восемь процентов неудач – это очень много. Слишком много. Собственно, поэтому и летал Ватсон не на круизном лайнере или огромном грузовике богатой корпорации, не на боевом корабле ВСЗ, а на крошечной посудине Виктора. В остальном же это был идеальный член экипажа. Физический инвалид, представитель угнетенной в прошлом расы, носившей оскорбительное наименование «полуобезьян». Обладатель IQ менее сотни (к счастью, на работе с шаффлом это никак не сказывалось) и, наконец, владелец полного набора штурманских имплантатов. Если бы не проклятая недостача восьми единиц ПУР, его карьера могла взлететь до небес.

В экипаж «Химеры» Ватсон попал благодаря счастливому случаю. Или несчастному – как смотреть. Четыре года назад десант Задворья как снег на голову рухнул на Умбриэль. Целью была расположенная там штурманская школа, а вернее, её выпускники. Сто шестьдесят лемуров катта и сенегальских галаго, готовых нацепить пояса действительных шаффл-гайдов. Задворье, не способное производить межзвёздных штурманов самостоятельно, и лишенное возможности получать их по законным каналам, смертельно нуждалось в пополнении экипажей своих кораблей.

Субсистемник Виктора, как и сейчас болтавшийся возле Урана, был мобилизован Вооруженными Силами Земли вместе с экипажем. В трюмах разместилась рота штурмовых андроидов, а каюты заняли теплокровные офицеры. Тогдашняя команда «Химеры» – Виктор и Джулия – ютилась в рубке. Это и спасло им жизнь, когда к корпусу корабля прилип выводок москитных мин. После взрыва от субсистемника остались только рожки да ножки. Бронированные ножки в основном принадлежали штурмовикам, а в витом «рожке» рубки болтались без надежды на спасение два человека.

Тогда-то они и поняли в полной мере, насколько неумолимо их тянет друг к другу.

Когда их подобрали (еле живых, но что именно их истощило, спасатели понять не могли – воздуха и продуктов было в достатке), операция уже завершилась полным истреблением вражеского десанта. Драгоценные курсанты уцелели почти все. Было много раненых, но лишь около десятка «тяжелых». В числе этих бедолаг оказался и Ватсон. У него серьёзно пострадали задние конечности, однако самое печальное – тонкий как заноза осколок навылет пробил голову. После лечения и последующего тестирования прозвучал жуткий для любого шаффл-гайда приговор. ПУР – процент удачных расчетов курсанта Ватсона составляет девяносто два пункта. В качестве штурмана годен ограниченно.

Владевшая штурманской школой корпорация не поскупилась на вознаграждение участникам операции. Военных засыпали орденами и чинами. Попавшим под мобилизацию гражданским возместили материальные потери, и возместили сторицей.

Виктор и Джулия получили по новенькому кеттрийскому внесистемнику с приданным кеттрийцем-механиком. Сверх того им предложили выбрать шаффл-гайдов из отбракованной партии. Оплата – треть базовой, рассрочка – двадцать стандартных лет. Это были чудовищные деньги, но возражать не подумал никто. Ползать всю жизнь на субсвете по Солнечной, перевозя барахло за гроши, или летать в Большом Космосе – разве могут возникнуть хоть малейшие колебания в выборе?

Виктору приглянулся хроменький жизнерадостный кошачий лемур Ватсон, Джулии – угрюмая самка галаго по имени Мадонна. Злая ирония заключалась в том, что Мадонна во время нападения десанта полностью потеряла зрение и способность к деторождению. Зато имела ПУР целых девяносто семь процентов…

Скомандовав жужелице показать текущее время (высветилось 06-44), капитан зашагал к своему кораблю. На фоне глубоко-фиолетового корпуса «Химеры» объёмные зеленоватые цифры смотрелись крайне эффектно. Виктор ещё раз похвалил себя за приобретение хорошего комма. Как и любой продукт, произведенный кеттрийцами, жужелица стоила недёшево, зато и окупалась без остатка.

Твиндек был уже открыт, в глубине недвижно раскорячилась многоногая фигура механика. Приземистый плоский корпус из упрочнённого хитина, четыре опорные конечности и восемь рабочих; органы зрения, захватывающего сверхдлинную и сверхкороткую области спектра; слух как у летучей мыши и прочее и прочее. Кеттриец вне Роя. Намного больше, чем животное, но бесконечно меньше, чем личность. Разумный придаток к кораблю, выращенный вместе с кораблем, чувствующий корабль до последней щербинки на корпусе, и живущий только ради корабля.

– Привет, Риг! – Виктор вскинул три пальца к виску. – Как машина?

– Здравия желаю, кэп. Машина – зверь. Ждём вылета.

Даже преобразованный вокодером, голос кеттрийца продолжал скрипеть и щёлкать. Виктор подозревал, что это – проявление чувства, заменяющего кеттрийцам юмор. Впрочем, временами Риг успешно выдавал шуточки, понятные человеку. Или лемуру.

– Считайте, дождались. Через пятнадцать минут погрузка. Готовь захваты под полутонные контейнеры.

– Давно готовы.

– Что? Что? Вылет? Ура! – заверещал Ватсон с такой искренней радостью, что губы у Виктора поневоле растянулись в улыбке. – Что везём, кэп? И куда?

– Не обкудыкивай дорогу, чучелко!

– Ой! Тьфу-тьфу-тьфу! – Ватсон мелко-мелко заплевал через левое плечо. – Я хотел спросить – далеко ли?

Виктор поманил жужелицу и сделал рукой движение, будто проведя по полям широкой шляпы. Комм басовито загудел, генерируя колокол помех. Конечно, от профессиональных приборов наблюдения защита никудышная, но от обычного подслушивания и подглядывания – более чем надёжная.

– Сектор «Йот», узел одиннадцать, – сообщил Виктор.

– Кэп, но это же Задворье! – Лемур прижал лапки к щекам.

– Да. Поэтому доплата за риск будет… скажем так, достойной.

– А, тогда ладно, – беззаботно сказал Ватсон.

Риг молча пошевелил манипулятором. Кеттрийцу было всё равно, куда лететь и что везти. Лишь бы механизмы «Химеры» функционировали исправно.

Эх, паук, мне бы твоё спокойствие, подумал Виктор.

***

Пока под надежным руководством Рига шла погрузка, Виктор и представитель группы «Трета-Декс» в чине аж целого бубнового валета завершали переговоры. Дело происходило в рубке «Химеры». Над головами людей вились четыре комма таких чудовищных размеров, что напоминали скорей не жужелиц, а летающих трилобитов. Создаваемый ими колокол помех был настолько силён, что у Виктора болела голова и слезились глаза. Валет из «Трета-Декс» был так невозмутим, словно имел свинцовый череп и чугунные мозги.

– Здесь точные координаты выхода из шаффла. – Он протянул Виктору молочно-белый кристалл ривера.

Виктор взял кристалл и сунул в нагрудный кармашек. Головная боль усиливалась буквально ежесекундно.

– Теперь-то можете сказать, что за груз? – спросил он. – Хотя бы в общих чертах?

– В общих могу. Тем более что вы и сами, наверное, догадались.

Виктор неопределенно махнул рукой. Ни для кого не секрет, что «Трета-Декс» разрабатывает и производит новейшие имплантаты. В том числе такие, о которых давным-давно мечтают в Задворье.

– Нами была выпущена значительная партия некоего товара по заказу… Впрочем, это неважно. Важно другое. Когда товар был произведён, оказалось, что в спецификации закралась ошибка. Продукт оказался не тем, который нужен заказчику.

– Брак?

– Нет, не брак. Просто кое-что другое. Заказчик, разумеется, от товара отказался. Однако средства были вложены, и средства значительные. К счастью, покупатель всё-таки нашелся. К несчастью, находится он в секторе «Йот». Произвести туда официальную поставку мы не можем, но и терять деньги не хотим.

– Это оружие? – прямо спросил Виктор. – Или то, что может потенциально стать оружием?

Валет поморщился.

– Вы мыслите стереотипами. Если контрабанда, то обязательно что-то запретное. Всё значительно проще. «Трета-Декс» входит в пул компаний, которым запрещено торговать с Задворьем в прин-ци-пе. Мы не имеем права поставлять туда даже туалетную бумагу или, скажем, шарики для пинг-понга. Таковы законы. Мы живем в правовом мире, шаффл-кэп.

– Я тоже.

– Конечно! И поэтому никто в целом космосе не смеет отнять у вас право на свободное предпринимательство.

– Ловко. Ну хорошо, завершим дискуссию. Что у нас с оплатой?

Бубновый вытянул руку ладонью вверх. На неё тут же спланировал комм. Из щели в панцире выскользнул банковский чип.

– Пятьдесят процентов от оговоренной суммы уже на вашем счёте. Убедитесь.