Читаем Умирать или не умирать ответ простой... (СИ) онлайн бесплатно

Annotation

Когда смерть - это все о чем ты мечтаешь

М. Канамет

М. Канамет

Умирать или не умирать ответ простой...

Умирать или не умирать ответ простой...

Страх смерти обратно пропорционален хорошей жизни.

Лев Николаевич Толстой

Он открыл глаза.

Утро. Косые лучи восходящего солнца еле пробивались сквозь мелкие решетки светло-бежевых занавесок. За майскими окнами небольшой ветерок качал верхушки голубых елей. Хороший день, что бы умереть.

На другой стороне комнаты девушка разглаживала руками одеяло, накладывала последние штрихи на заправленную кровать.

- Проснулся, - сказала она, улыбаясь. - Надеюсь, не я разбудила тебя.

Он отрицательно мотнул головой.

Она подошла к нему и поцеловала в лоб.

- Доброе утро, дорогой. И поздравляю с двадцать четвертым днем рождения.

- Спасибо, - ответил он.

- Ну как ты выспался? Таблетки от бессонницы помогают?

Он кивнул, вспоминая, как ночью расколол таблетки зубами на несколько частей и, выплевывая кусочки по одному, разбросал по всей комнате. Целая таблетка могла привлечь внимание.

- А зуб не беспокоил ночью?

- Таблетки от бессонницы помогают и при зубной боли, - ответил он без улыбки.

Она улыбнулась.

- Ах, эти твои шуточки.

Она подошла к окну, раздвинула шторы и открыла форточку. В комнату ворвался чистый свет и свежий утренний воздух.

- Завтра же пойду к этому зубному врачу и устрою там скандал, вот увидишь, - говорила она, грозя указательным пальцем вверх. - Как возможно, отказать тебе в твоем положении. Ты и так... - Она хотела сказать "мучаешься" но передумала. - Тебе и так нелегко, а тут еще и это. Так государство заботиться об инвалидах?

Он ненавидел слово "инвалид". Всего лишь раз за свою жизнь произнес вслух он это слово, но его привкус навсегда остался у него во рту.

Сестра знала про это, но иногда забывала и теперь вспомнила, когда запретное слово неожиданно выскочило из нее. Она виновато улыбнулась брату. Может, не услышал? Сердце ее сжалось от боли в душе, но вслух ничего не сказала. Иначе он еще больше расстроится.

Больной ничего не отвечал, он посмотрел на сестру, потом медленно перевел взгляд на потолок. Его лицо не выражало никаких чувств, словно он только что видел какое-то скучное интервью по телевизору.

- Ладно, - сказала девушка. - Это завтра, а сейчас я принесу тазик с водой. Ведь сегодня праздник, гости будут, и надо помыться основательно.

Грустная улыбка с трудом расшевелила его лицо.

- Сейчас вернусь, - весело ответила девушка и быстрыми, широкими шагами вышла из комнаты.

Десять лет. Десять лет прошло с тех пор как он, четырнадцатилетним Аликом нагнулся завязать развязавшийся шнурок и слетевший с тормозов городской автобус, пригвоздил его к этой кровати, навсегда. Автобус убил его тело, руки, ноги и всю его жизнь, оставил в живых только его голову, которая в придачу с мертвым телом, сейчас находилась на попечении сестры и брата. Может судьба и слепа, но все мы у нее в ладони.

- Мне сегодня родители снились, - говорила девушка. Она посадила брата и подоткнула под его спину заранее приготовленные подушки. Мир Алика сразу увеличился вдвое.

- А я не помню, когда мне что-нибудь снилось, - Алик вдруг удивился, до конца осознав сказанное. Он задумался. И тихо, словно он здесь один, проговорил полушепотом. - Полгода? Нет. Еще до смерти мамы я перестал видеть сны. Год?

Почистив зубы и умыв лицо брату, девушка взялась за его постельное белье. И только теперь, для него начиналось настоящее мучение, не физическое - душевное.

- Повернемся на бок, - говорила девушка.

Худое, податливое тело больного, девушка с легкостью переворачивала влево, вправо, обтирая мокрым полотенцем. Он держал подбородок высоко, глаза его смотрели вверх. Он не мог без боли в сердце смотреть вниз. Эти безжизненные ноги, отвисшие кисти рук "Кисти орангутанга" как он сам их называл. Он вообще не помнил, когда в последний раз видел свое голое тело. "Зачем смотреть на то, чего больше нет".

Полчаса спустя девушка вернулась с подносом и села возле больного.

- Сыра нужно купить сегодня, совсем немного осталось. И то, еле отобрала у Руслана.

Он улыбнулся и сказал:

- Не нужно было.

- Он же знает, что ты любишь сыр, зачем берет, если видит, как мало осталось. Сегодня к тому же и твой день рождения, в двойне должен понимать. Если так сильно хочет, пусть пойдет и купит сам.

Любой поступок младшего брата, всегда вызывал улыбку у Алика. Девушка, протягивая брату кусок сыра с хлебом, заметила его улыбку.

- Это другое дело, а то ты в последнее время какой-то уж слишком грустный.

Вошел младший брат.

- Доброе утро, - сказал он, нагнулся к кровати и обнял Алика. - Поздравляю братишка, с днем рождения и дай бог, чтобы следующий день рождения, ты встретил на своих ногах.

- Спасибо, - ответил Алик.

Пока сестра с улыбкой умиления на лице задумалась, младший выхватил кусок сыра и бросил себе в рот. Девушка запоздало убрала тарелку и, схватив за шиворот младшего брата, стала выталкивать его из комнаты.

Алик на это улыбался и говорил про себя:

"Как мне будет не доставать вас", - слезы готовы были потечь, но он сразу же отключил мысли и часто заморгал, высушивая глаза. Ему очень не хотелось сейчас плакать, при брате и сестре. Он обязательно сделает это потом, оставшись наедине с собой и со своими мыслями.

После завтрака, девушка унесла пустую посуду и быстро вернулась.

- Мне скоро в магазин выходить, но успею немного размять твои руки и ноги. Младшему доверишь, потом самой придется делать. Молодые они такие, ветер в голове, ветер в ногах. Носит их туда, сюда.

"Она говорит как мать, хотя всего на семь лет старше Руслана", - думал Алик. - "Быстро она повзрослела, возможно, скоро станет даже слишком взрослой для брака. Этого никак нельзя допустить".

- Сегодня не работаешь?

- Не-а. Дядя дал мне отгул.

Девушка выходила на работу во вторую смену, как только Руслан приходил с учебы.

- Дядя придет сегодня? - с надеждой спросил Алик.

- К сожалению нет. Не знаю, что там произошло, его куда-то вызывают. Короче он не сможет. Но, будет Лида с Артуром.

Если дядя так сказал, значит это, правда. Алик верил ему как отцу, хороший человек, человек слова. Если бы не дядя, то невозможно представить, что с ними сейчас было бы.

- Жаль, - сказал он с печалью на лице и в голосе. - Жаль, что его не будет.

Ему очень хотелось повидаться с дядей напоследок.

- А это, он тебе подарил, - девушка показала красно-оранжевую купюру с изображением гордого генерала. - Чего бы ты хотел получить в подарок на день рождение?

- Ничего не нужно.

Девушка присела на край кровати:

- Я волнуюсь за тебя милый, в последнее время ты какой-то уж слишком грустный.

- Не обращай внимания, скоро пройдет.

- Раньше ты хотя бы по утрам был веселый, постоянно шутил, улыбался.

Раньше по утрам он действительно всегда был полон бодрым, хотя и нелогичным оптимизмом.

Мысли о самоубийстве, начали приходить к нему уже в первые месяцы болезни. Обычно происходило это по вечерам. Но потом словно яд по организму, страшные мысли начали распространяться и на другие времена суток. Дошло до того, что утром открыв глаза, он уже начинал думать о самоубийстве. Начиная с самого утра, весь день, весь вечер, мысли были только о смерти.

"Если майским утром, ты лежишь и думаешь о самоубийстве, ты действительно уже конченый человек", - сказал он себе неделю назад.

Алик очнулся от мыслей, когда его начало трясти. Сестра держала его правую руку и разминала в своих ладонях словно пластилин.

- После хорошего массажа кровь будет бурлить в тебе, - говорила она, вкладывая все имеющиеся силы в свои пальцы. - А то, как говорят - "Под лежачий камень вода не течет".

- Зато под лежачим больным еще как течет.

- Опять ты за свое, - недовольно проговорила девушка.

- Сам не знаю что со мной, жизнь так прекрасна, - выпалил Алик и сразу пожалел об этом. "Зачем я это сказал? Что мне это даст? Идиот".

- Прекрасна. Конечно, прекрасна, - ответила сестра. Она протянула руку и погладила брата по голове.

Алик не любил, когда с ним обращаются как с ребенком, но только что он позволил себе слишком много и сейчас решил стерпеть.

- Все устроится, разгони тучи на своем лице, - упрашивала девушка. - Этим делу не поможешь.

- Постараюсь, - сказал он и растянул на лице трудную улыбку.

Неистовое трение накапливал жар в руках, но Алик ничего не чувствовал. Он смотрел на сестру и жалел ее труд.

"Все бессмысленно. До сих пор было бессмысленным. Но сегодня я положу этому конец".

Иногда он вяло поворачивал голову и смотрел на потолок без мыслей. Мысли всегда вызывают слезы, а слезы ему сейчас не к чему.

- Представляешь, - начала девушка, не отвлекая сосредоточенного взгляда от своих рук. - Наша соседка ногу сломала. В аварию с мужем попала.

Когда не болеешь, не замечаешь, сколько больных людей тебя окружает. Стоит сломать себе руку, и тут же всплывает столько знакомых и незнакомых имен, которые ломали когда-то руку, что даже удивляешься и не веришь их количеству.

- Говорят на своей легковушке в зад грузовику въехали. Он ничего, отделался синяками. А она лежит с ногой, подвязанной к перекладине. Хорошо, что детей с ними не было, - девушка взглянула на брата и, убедившись, что он не заснул, продолжила. - Теперь она долго будет лежать, не вставая.

- Пролежит месяц, другой, и будет как новая, - слегка раздраженным голосом, произнес Алик.

Иногда тем, у кого больше горя и меньше здоровья, кажется, что имеют право судить и смотреть свысока на тех, у кого их мало. В детстве бывает такое; когда хвастаешься перед друзьями своими шрамами.

После слов брата, девушка поникла головой, словно чувствуя вину за свое прекрасное здоровье.

- Тебе бы такие проблемы, - произнесла она.

Брат посмотрел на сестру и у него на глазах навернулись слезы.

"Зачем мучать себя и ее, если собрался сегодня умереть"? Он не мог ответить на этот вопрос, все получилось неожиданно для него самого. "Не обидел ли я, ее? В последний день своей жизни, надо быть помягче. Невозможно думать о смерти постоянно, если даже знаешь, что сегодня умрешь".

Девушка, закончив с левой рукой больного, пересела и принялась за правую руку, молча.

Он успел тысячу раз пожалеть за резкий выпад на сестру. Продумывая план как бы исправить свой промах, он пристально смотрел на нее, улыбаясь.

"Надеюсь, вы будете счастливы".

- Что улыбаешься? - спросила девушка, казалось она, уже забыла недавний разговор.

- Любуюсь на тебя и думаю, какая ты красивая.

Щеки девушки налились красным. Давно она не слышала таких слов.

- Найди парня и будь счастлива, - выпалил Алик. - Хорошего только.

Она от неожиданности округлила глаза, потом отмахнулась:

- Подождут, никуда не денутся.

Алик молча следил за сестрой, и улыбка не сходила с его губ. Она иногда приподнимала взгляд на лицо брата и тут же опускала, смущенная излишним вниманием.

- Ты что делаешь? - не выдержала она, давясь смехом.

- Проверяю тебя, - невозмутимо и без тени улыбки ответил брат.

- Меня? А что именно? - искренне удивилась девушка.

- Смотрю, что ты будешь делать, если парень будет смотреть на тебя влюбленными глазами.

Она засмеялась.

- Ну и как я тебе?

- Неплохо. Несколько тренировок под моим руководством и лучший парень у тебя в кармане, или под каблуком.

Она согнулась, пряча свой смех.

- Твои шуточки, каждый раз что-то новое. И откуда ты их берешь?

Вдруг они посмотрели друг на друга смеющимися лицами, и неожиданно сорвавшийся хохот галопом поскакал по стенам комнаты.

Они смеялись, заражаясь больше и больше. Они уже и не помнили, зачем смеются, но продолжали смеяться. Иногда они успокаивались и затихали, но достаточно было заглянуть друг другу в лицо, как опять начинался их безудержный смех.

Младший брат вошел в комнату озадаченный, и с растерянной улыбкой на лице.

- Что с вами происходит?

- Мы не... знаем, - с трудом выговорил Алик. Девушка тряслась, зарывшись лицом в руку старшего брата и, отмахивалась рукой.

Руслан дернул плечами и, покрутив пальцем у виска, ушел.

Спустя пять минут оба успокоились.

- Я чуть не лопнул от смеха, а ты говоришь грустный.

- С детства так не смеялась, - призналась девушка, держась за живот.

- Я тоже, - сказал Алик, и только спокойную грусть теперь выражало его лицо.

Сестра положила руку брата на кровать и посмотрела на часы:

- Мне нужно бежать.

- Стрелки часов указывают нам что делать?

Она улыбнулась и вышла, чтобы через пять минут вернуться.

Натягивая на себя толстовку, девушка рылась в шкафчике, рядом с кроватью больного.

- Вы тут оставайтесь, я быстренько сбегаю в магазин. Вчера после работы не успела все накупить... Ах да, чуть не забыла про твои витамины.

Она достала из шкафчика пластмассовую баночку и, открутив крышку, высыпала все содержимое себе на ладонь.

- Шесть штучек осталось. Будешь все.

- Да... нет. Дай три штучки и все.

"Чуть все не испортил. Идиот, идиот, надо быть осмотрительнее. Если бы я все их съел, она могла выкинуть баночку и тогда плану конец. Тогда жди до следующего дня рождения".

- Хочешь лечь на бок? - спросила девушка. Она предпочитала оставлять меньше забот Руслану, помня его забывчивость и молчаливую терпимость Алика.

Вопрос девушки остался без ответа, Алик задумчиво смотрел куда-то далеко в потолок.

- Давай ляжем на бок, - повторила она твердым голосом. - А то ты же знаешь, пролежни будут.

- А, хорошо, - Алик словно очнулся от долго сна.

Закончив с братом, девушка вышла и через минуту вернулась, застегивая замок толстовки.

- Ну, я пошла. Что-то нужно еще?

- Нет. Иди, не волнуйся.

- Я пришлю этого балбеса. Пусть лучше посидит с тобой, чем болтает в интернете, с кем попало. Не скучайте. Пока, пока, - она помахала ему рукой по детски и вышла.

Через минуту вошел Руслан.

- Ну как, че будем делать? - сказал он, опираясь на спинку кровати. - Одеваемся и перебираемся в коляску? Телевизор или фильм, какой по инету посмотрим. Тут мне недавно посоветовали хороший фильм...

- Не сейчас, потом, - перебил Алик и улыбнулся, словно извиняясь.

- Может порнушку посмотрим, пока Лены нет.

Алик отрицательно качнул головой. Он не знал что ему сейчас нужно.

"Может просто полежать, ничего не делая? Тогда полезут в голову ненужные мысли, и.. хреново будет. Не пойдет".

- Может, у окна хочешь посидеть? Деревья, улица...

- Что я там не видел. Ты скачал, то, что я вчера просил?

- Набоков, рассказы. Да.

- Тогда принеси, пожалуйста, плеер и наушники.

- Один момент, - Руслан развернулся и вышел.

Скоро он вернулся, читая с дисплея телефона:

- "Гроза", "Катастрофа", "Ужас". Набоков что, ужастики пишет?

Алик улыбнулся:

- Почитай и узнаешь.

- Тогда для меня это останется загадкой навсегда.

Руслан надел наушники брату и прежде чем включить спросил:

- Будешь лежать на боку, или?

- Оставим как есть. - Алик лежал спиной к двери, а лицом к окну. - "Если что, легче будет скрыть слезы. И взгляду просторно в синеве неба".

- Ну как? Все нормально?

Алик кивнул.

- Ну, я пошел?

Алик еще раз кивнул.

- Наслаждайся своим Набоковым. Если что, я тут в комнате за компом, двери открыты.

Руслан вышел.

"Конечно, открыты. Десять лет как открыты".