Читаем Бесконечность онлайн бесплатно

К.М. Бэйкер

Бесконечность

Данный перевод является любительским, не претендует на оригинальность, выполнен НЕ в коммерческих целях, пожалуйста, не распространяйте его по сети интернет. Просьба, после ознакомительного прочтения, удалить его с вашего устройства.

Перевод выполнен группой: delicate_rose_mur

Для всех, кого когда-либо тянуло к смерти.

Твоя жизнь важна. Ты важен.

Playlist

Пролог Dear Agony-Breaking Benjamin

Глава 1 Leave It All Behind-Sleeping With Sirens

Глава 2 Alkaline-Sleep Token

Глава 3 Popular Monster-Falling In Reverse

Глава 4 Mine-Sleep Token

Глава 5 Feel Nothing-The Plot In You

Глава 6 Nice To Meet Ya-Nia Horan

Глава 7 FU In My Head-Cloudy June

Глава 8 Mercy-Shawn Mendes

Глава 9 I’m Not Okay-Jelly Roll

Глава 10 Are You Really Okay-Sleep Token

Глава 11 The Real You-Three Days Grace

Глава 12 Bring Me To Life-Evanescence

Глава 13 Afterlife-Holding Absence

Глава 14 Teardrops-Bring Me The Horizon

Глава 15 Give Me A Sign-Breaking Benjamin

Глава 16 You Say-Lauren Daight

Глава 17 Say You Wont Let Go-James Arthur

Глава 18 Him & I-Halsey G-Easy

Глава 19 Eternally Yours Motion Picture Collection ( feat Crystal Joilena)-Motionless In White Chrystal Joilena

Пролог

Лена

Именно так выглядит дно. Я просто знаю это. Я не могу остановить слезы, которые свободно текут, когда я смотрю в пространство и удивляюсь, как, черт возьми, я дошла до этого. Я никогда не чувствовала себя такой одинокой. Я думала, что это чувство пройдет после окончания школы, но почему-то оно стало только хуже. Из своего сидячего положения я опускаю взгляд на свои запястья и наблюдаю, как кровь течет из порезов, которые я только что нанесла себе.

«Я думаю, всем будет легче, если ты отправишься в свой новый колледж, не имея никаких связей с Черри-Хилл, включая меня».

Это то, что моя лучшая подруга Дэни сказала мне сегодня ранее, когда я была окружена толпой людей. У нее даже не хватило порядочности поговорить со мной об этом наедине, где мы могли бы все обсудить и разобраться, в чем была настоящая проблема. В зрелом девятнадцатилетнем возрасте единственный человек, на которого, как я думала, я могла положиться, доказал обратное.

У нас никогда не было никаких проблем с нашей дружбой, пока она не начала встречаться с Россом. Он был одним из нескольких человек, которые открыто издевались надо мной в старших классах, и она знала это, но все равно пыталась убедить меня, что он изменился. Она настаивала на том, что, как только он закончит школу, он повзрослеет. Я пыталась объяснить ей, что такие люди, как он, не меняются. Им только лучше удается скрывать, кто они есть на самом деле. Им все лучше удается манипулировать другими, заставляя их верить в ложь.

Тем не менее, она продолжала оправдывать его поведение. Я не хотела ничего из этого слышать. Никакие его оправдания не изменят того, как он относился ко мне и что мне пришлось пережить.

Все вокруг меня начинает казаться холоднее. Не думаю, что температура в доме изменилась. Еще один взгляд вниз, на мои запястья, показывает большие лужи на полу в ванной. Было бы чище, если бы я делала это в самой ванне. На того, кто меня найдет, ляжет бремя уборки за беспорядком, который я оставлю после себя. Надеюсь, это не моя мама. Она всегда все делает сама. Я уверена, что она разрушит водопроводную систему и расскажет всему миру о том, как ей пришлось найти свою дочь в луже крови. Как это пачкало ее идеальные мраморные полы.

Я ожидала, что Дэни поймет, к чему я клоню. Я не знаю, как она думает, что быть в отношениях с таким жестоким человеком, как Росс, нормально. Он был не единственным, кто издевался надо мной, но он был худшим из группы. Когда мне было шестнадцать, он подошел ко мне в столовой и отрезал мне волосы. Мои гребаные волосы. Он отрезал их, а затем размахивал ими, смеясь над этим вместе с остальной частью своей долбаной компании друзей.

Я с трудом воспринимаю стрижку чьих-либо волос как шутку. Даже сейчас, спустя три года, они ниспадают мне только на плечи. Я специально остригаю их коротко. Эта группа придурков обзывала меня до конца учебного года из-за него.

Я опускаю взгляд, чтобы пробежаться по шрамам от порезов, которые я нанесла в тот день. По два на каждой руке, чуть ниже внутренней стороны локтя. Мне следовало резать глубже. Может быть, если бы я это сделала, то смогла бы избежать того, что я чувствую сейчас.

Дэни решила, что наша дружба больше не является тем, к чему она стремится. Ей было слишком сложно пытаться сбалансировать свои отношения с Россом и дружбу со мной. Она устала быть между нами двумя и, в конце концов, выбрала его. Она любит его, поэтому бросила меня.

Я так сбита с толку, и мой разум ходит кругами. Когда все изменилось? Когда она почувствовала, что больше не может со мной разговаривать? Почему ей было так легко разорвать нашу дружбу, не задумываясь? Я действительно так мало для нее значу?

Она была единственным плечом, на котором я могла выплакаться в старших классах. Она изо всех сил старалась защитить меня, хотя это не всегда ей удавалось. Я была изгоем, и травля была постоянной.

По какой-то неизвестной причине я стала мишенью с того момента, как мы достигли половой зрелости. Я никогда не делала ничего, чтобы выделиться, и я думаю, именно поэтому они заостряли на мне внимание. Я всегда была тихой, странной девушкой, которая всегда сидела в углу, читая книгу. Людям угрожает то, чего они не знают и не понимают. Меня никто не знал и не понимал. Они до сих пор этого не делают. За исключением Дэни, то есть. Ну, было.

Может показаться странным такая резкая реакция на конец дружбы. Эта дружба была единственным, что воодушевляло меня и спасало от самых мрачных времен. Она была рядом, на кого я могла опереться, когда умерла моя бабушка и сказала мне, что я никогда не буду одинока. Ложь.

Моя бабушка была моим самым близким человеком, и Дэни какое-то время заменяла мне ее. Больше нет. На этот раз здесь нет никого, кто помог бы мне собрать все по кусочкам, и уж точно нет моих дерьмовых родителей. Я остаюсь в темноте без надежды найти свет.

Моя семья никогда не поймет. Я боролась со своим психическим здоровьем всю свою жизнь. Они пытались сказать мне: «Это этап, ты перерастешь его». Моя мать настаивала, что средняя школа трудна для всех, и как только я попаду в реальный мир, все изменится. Они твердо верили, что мне просто нужно научиться лучше выражать свои эмоции. Моя мать явно понятия не имеет, как работает психическое здоровье.

Я точно знаю, как хочу выразить свои эмоции. Лезвие, лежащее на полу рядом с моими окровавленными руками, кажется чертовски хорошим способом. Это единственный известный мне способ выразить что-либо еще.

Мои мысли всегда побеждают. Просто режь немного глубже. Этого недостаточно. В этом деле нужно идти дальше, так что, возможно, я действительно почувствую что-то помимо оцепенения, которое сейчас распространяется по моему сердцу. Я снова провожу лезвием бритвы по коже, и от него мгновенно начинает тянуться красная дорожка. Кровь стекает на пол, собираясь в лужицу от предыдущих порезов.

По краям моего зрения начинает темнеть, и я замечаю, что больше не чувствую пальцев рук и ног. Мне следует встать, но я не могу пошевелиться. Теперь все вокруг меня окутано дымкой. Это почти так, как будто я смотрю на это со стороны. Наконец-то, думаю я, и приветствую это чувство.

Мое внимание привлекает темная фигура в коридоре рядом с ванной. Черные струйки дыма вьются по ковру. Я пытаюсь поднять голову повыше, чтобы получше рассмотреть, с чем они связаны, но я слишком слаба. Я с удивлением наблюдаю, как похожие на дым завитки медленно приближаются ко мне.

Думаю, на этот раз я, наконец, сделала это. Я позволила оцепенению поглотить мое тело, и слеза скатывается из уголка одного из моих темно-карих глаз. Это та часть, где я могу освободиться от всего этого, верно? Мои глаза закрываются, когда тени останавливаются прямо рядом со мной.

Я резко просыпаюсь от того, что мама кричит мне в лицо.

— ЛЕНА! Что ты сделала? Как ты могла так поступить с собой? Посмотри на этот беспорядок.

Мой рот открывается, чтобы ответить ей, но ничего не выходит. Я хочу сказать ей, чтобы она оставила меня в покое. Позволь мне уйти из этого жестокого мира так, как я хочу. Просто дай мне насладиться моментом, пожалей меня и продолжай жить своей жизнью. Это то, чего я хочу больше всего на свете. Просто дай мне умереть.

Мои глаза закрываются, когда я отключаюсь от нее, и темнота окутывает меня. Когда они снова открываются, я лежу в кровати, укрытая ниже пояса темным колючим одеялом. Мои руки лежат вдоль туловища ладонями вверх, от локтей до запястий их покрывают бинты.

Я делаю глубокий вдох, понимая, что моя мать нашла меня вовремя. Я даже не могу покончить с собой должным образом. Единственный раз, когда она появилась, чтобы спасти меня, был тогда, когда я не хотела, чтобы меня спасали. Гребаные цифры.

Глава 1

Лена - 2 года спустя

Предполагается, что учеба в колледже должна быть легкой и веселой. Последние годы нашей умирающей юности, но это не кажется веселым. На самом деле, прошло много времени с тех пор, как я была способна чувствовать что-либо, кроме пустоты. Последние два года были пронизаны одним разочарованием за другим. Точно так же, как и всю мою гребаную жизнь.

После того, как моя мать очень грубо прервала мою неминуемую смерть на полу в ванной своего идеального дома, она отправила меня в больницу. Я пробыла там всего неделю. Когда я вернулась домой, то обнаружила, что все мои вещи собраны. Она была готова отправить меня в колледж без единого слова.

Не было никаких дискуссий, никаких разговоров о терапии или вопросов о том, почему я сделала то, что сделала. Она просто нашла меня истекающей кровью на мраморном полу, отослала подальше, чтобы порезы начали заживать, и продолжала притворяться, будто ничего не произошло. Для моих родителей психических заболеваний не существует. То, что я пропускаю колледж, выставляет ее и моего отца слабаками. Мы не можем этого допустить.

Единственный плюс пребывания здесь в том, что я не в том доме с ними. Моя мать проверяет каждые несколько дней, чтобы убедиться, что я не отстаю от учебы, но ни она, ни мой отец никогда не спрашивают меня, как у меня дела, и не упоминают о попытке покончить с собой. Ни попытка двухлетней давности, ни какая-либо другая до этого. Они просто носят свои розовые очки и притворяются, что их дочь не в полном дерьме.

Я закрываю глаза и вспоминаю темную фигуру, которая заполняла мое зрение до того, как тьма поглотила меня. Что-то в том, что я увидела ее, говорит мне, что в тот раз я была близка к этому. Я была всего в нескольких секундах от того, чтобы обрести облегчение от этого долбаного мира.

Вместо этого я сижу здесь, в этом дерьмовом колледже, с дерьмовым парнем и фальшивыми друзьями, притворяясь, что счастлива. Я хороша в том, чтобы натягивать на лицо фальшивую улыбку, притворяясь, что снаружи все в порядке. Люди не хотят знать о твоей борьбе. Никто не хочет быть рядом с тобой. Я поняла это на собственном горьком опыте в тот день, когда Дэни решила, что Росс значит больше, чем наша дружба.

Лучшим во всей этой ситуации с ней было то, что они расстались менее чем через шесть месяцев. Она пыталась позвонить и написать мне, чтобы восстановить связь, но я просто сказала ей: «Извини, Дэни, для всех будет лучше, если у меня не будет никаких связей с Черри-Хилл». Я бросила ей в лицо те же слова, которые она мне сказала, и я не чувствую себя виноватой из-за этого. Даже если бы я смогла найти в себе силы простить ее, все уже никогда не было бы по-прежнему после того, как она обращалась со мной.

Решение Дэни разорвать нашу дружбу вызвало череду событий, которые кричали: «Давай трахать Лену всеми возможными способами». Я делала все, что могла, стараясь высоко держать голову во время каждого из них, но я не думаю, что смогу делать это больше. Мысленно я нахожусь прямо на грани того, где я была, когда перерезала себе вены на полу в ванной.

Мой телефон звонит, и я смотрю вниз, чтобы увидеть видеосообщение с незнакомым номером телефона. Начинают поступать сообщения с нескольких номеров, которые я не узнаю.

Неизвестный: Я и не подозревал, какая ты грязная шлюха. Но теперь весь кампус знает.

Неизвестный: Черт возьми, я бы с удовольствием посмотрел, как ты вот так скачешь на моем члене.

Неизвестный: Значит, тебе нравится давиться членом?

Неизвестный: Я всегда знал, что ты шлюха.

Я больше не могу читать. О чем, черт возьми, они говорят? Дрожащими пальцами я нажимаю на видео, и то, что я вижу, шокирует меня до глубины души. Это я, лежащая лицом вниз, задравшая задницу, которую оттрахали сзади, в то время как Карсон шлепает меня по ней и называет нуждающейся сукой.

Мои щеки краснеют от смущения, а грудь сжимается. Я делаю быстрые вдохи, пытаясь успокоиться, прежде чем отбросить телефон и уставиться на стену гостиной нашей квартиры. Видео продолжает проигрываться, и я слышу, как я говорю ему трахать меня сильнее. Боже мой, этого не может быть.

Я не знаю, что еще сделать, кроме как взять телефон и досмотреть оставшуюся часть видео, которое, я предполагаю, сотни других людей также смотрят в этот самый момент. Карсон давит мне на затылок, удерживая меня на месте одной рукой, а другой шлепает по заднице.

Гребаное секс-видео, правда? Это не мог быть просто невинный, зернистый пятисекундный клип. Это ясно как день, полноценное порнопроизводство, с моей раздвинутой киской, выставленной на всеобщее обозрение несколько раз. Такое ощущение, что мир рушится на меня. Я просто хочу быть невидимой.

Я не стыжусь того, как мне нравится трахаться. Мне нравится, когда это грязно, и в этом нет абсолютно ничего плохого. С чем я борюсь, так это с насмешками, которые будут исходить из этого. Люди жестоки. Они не могут сопротивляться желанию быть дерьмовыми людьми, и это огромная возможность для них. Я уже знаю, что буду в центре всеобщего внимания, черт знает сколько времени. От одной этой мысли меня передергивает.

У меня все шло так хорошо. Я два года не позволяла себе прикасаться к лезвию, но вот это — уже слишком. Непрекращающиеся комментарии, которые, я знаю, последуют из-за этого ДВАДЦАТИМИНУТНОГО видео, выводят меня из себя.