Эталон привлекательности.
Мы выяснили, что эталоном красоты в Серебряном Веке была стройная, но фигуристая брюнетка с чёрными или с фиалковыми глазами, этакая Женщина-Цветок. Таким образом, занявшись описанием красавиц, мы совсем забыли об их изысканных кавалерах, впрочем, по словам лорда Генри, героя Оскара Уайльда:
«Женщины, во всяком случае, добродетельные женщины, - не ценят красоту». Но так ли это? Впрочем, всё по порядку. Идеальный персонаж Прекрасной Эпохи –
высокий, атлетически сложенный, но изящный брюнет. Изысканность сочетается в нём с мужественностью, а интерес к поэзии – с остроумием и даже некоторым цинизмом суждений. По-прежнему в моде борода и усы, но некоторые мужчины уже отказываются от этих символов мужественности в пользу гладко выбритого лица.
«Бритый, с тонкими чертами лица, темноглазый и темноволосый. Безукоризненные манеры с оттенком надменности. Поразителен контраст между твёрдыми линиями рта и подбородка и мечтательным выражением глубоко посаженных глаз»,- так рисует всё тот же Оскар Уайльд портрет лорда Чилтерна. Следуя моде на тёмный цвет волос, многие мужчины красили волосы и усы – это не считалось чем-то из ряда вон выходящим, хотя и высмеивалось в прессе. От молодых щёголей не отставали и пожилые, убелённые сединами, мужчины.
«Седые волосы и усы сделать чёрными!» «Седину волос и усов можно устранить при помощи ‘Van’s Mexican hair restorative’ безо всякого вреда для кожи головы», - писали в своих рекламных объявлениях производители и торговцы спецсредствами для получения «радикально чёрного» цвета волос (Цит. по 'American dress pattern catalogs' 1909. NY).
![]()
Типичный красавец Серебряного Века.
Открытка из личной коллекции автора.
Обществом приветствуются занятия спортом, и, если на женщин - спортсменок всё ещё смотрят с некоторой насмешкой (а то и - осуждением), то мужчина, играющий в теннис и устраивающий заплывы, имеет все шансы понравиться любой, даже самой капризной, красавице. Благодаря гимнастике и поднятию тяжестей, тело наливается красивой мускулатурой, становится гибким и выносливым. Ценится не просто стройное тело, а та идеальная соразмерность, которая приобретается в беспрестанных упражнениях. Образ юного атлета становится всё более и более актуальным. О.Генри иронизирует:
«Молодой человек из зеленной лавки был строен и широкоплеч и отличался такой же свободой и непринужденностью движений, как тот атлетический красавец, который на рекламном вкладыше в воскресный журнал примеряет новейшие, не натирающие плеч подтяжки».
Действительно, на рекламных проспектах, плакатах и открытках тех лет неизменно изображался румяный, улыбчивый, стройный красавец с чёрными, на прямой пробор волосами и лихо закрученными усиками. В типичном для эпохи рассказе Николая Архипова «Лучезарная»* молодому спортсмену противопоставляется хилый интеллектуал (но интеллектуал без всякого блеска!), хотя и в золотых очках.
«На фоне мягкого солнечного света, точно стальная, вырисовывалась фигура Медведева в лёгком купальном костюме, с широкими плечами и сильными руками, на которых змейками играла мускулатура»,- таков идеальный мужчина Прекрасной Эпохи. И его антипод:
«…близорукое и доброе лицо жениха, с неизменными большими золотыми очками на носу и он показался ей будничным, слабым человеком».«Будничный человек» - нет худшего приговора, как для мужчины, так и для женщины. В романе «Портрет Дориана Грея» Оскар Уайльд рисует образ прекрасного юноши, единственным богатством которого является красота, а главным врагом – неминуемая старость.
![]()
Неизвестный художник. Афиша выступления братьев Медведевых. 1899 год.
Однако мужчина ‘Belle 'epoque’ относился к возрастным изменениям гораздо спокойнее, чем уайльдовский Дориан Грей. Во второй половине XIX века, когда продолжительность жизни в Европе и в Северной Америке значительно увеличилась, пожилой возраст перестал восприниматься как синоним болезней и старческого уродства. Мужчина, которому перевалило за пятьдесят, а то и за шестьдесят лет, уже не ассоциировался с «уходящим поколением», - это был полный энергии, сил и желаний человек.
«Граф де Шаньи был зрелым мужчиной. Знатный вельможа, красавец. Роста выше среднего, с приятным лицом, несмотря на тяжёлый лоб и холодноватые глаза; он отличался самыми утончёнными манерами с женщинами и был несколько высокомерен с мужчинами, которые не всегда прощали ему успехи в свете»,-это описание знатного немолодого француза из романа «Призрак оперы».
«Ему пятьдесят шесть лет, но он еще очень красив и всегда хорошо одет - мне не понравилось только, что он приехал в крылатке, - пахнет английским одеколоном, и глаза совсем молодые, чёрные, а борода изящно разделена на две длинные части и совершенно серебряная», - это уже русский барин из рассказа «Лёгкое дыхание». Красота пожилого, импозантного мужчины, не утратившего обаяния молодости – такой же актуальный образ ‘Belle 'epoque’, как и юный атлет. Внешняя привлекательность, хороший вкус, умение ухаживать за дамами и, вместе с тем, цинизм в суждениях и даже – некоторая развращённость – всё это укладывалось в понятие ‘charmeur’ – очаровывающий в первого взгляда; соблазнительный сердцеед. Таким был, например, известный парижский красавец Бони де Кастеллан или, скажем, князь Феликс Юсупов.
![]()
Открытка из личной коллекции автора.
Однако, стоит заметить, что женщин Прекрасной Эпохи в ещё большей степени привлекали не писаные, но пустые красавцы, а творчески одарённые люди – разумеется, успешные и знаменитые. Или же безумные гении с горящими глазами. Поэтам и художникам был обеспечен абсолютный успех у светских «львиц», актрис и гимназисток. Людям творческих профессий приписывались самые фантастические качества – страстность натуры, власть над толпой и даже – демонизм. При этом «кумир» мог выглядеть заурядно и даже непривлекательно. Чеховский Тригорин. ходит в
«…рваных ботинках и брюках в клетку»; любит удить рыбу и
«радуется, что поймал двух голавлей»; старается не привлекать к себе внимания; не разучился «конфузиться» от похвал;
«вялый, рыхлый, всегда покорный».
Тем не менее, две потрясающие женщины – Нина и Аркадина от него без ума. Или вот, помните, у Алексея Толстого?
«...Было невыносимо оскорбительно так долго страдать и думать об этом Бессонове, который и знать-то её не хочет, живёт в свое удовольствие где-то около Каменноостровского проспекта, пишет стихи об актрисе с кружевными юбками...А Даша вся до последней капельки наполнена им, вся в нём».В рассказах Михаила Арцыбашева чаще других встречается образ коварного соблазнителя – знаменитого писателя или художника, внешность которого чаще всего - обычна. Не были обойдены вниманием и революционеры всех мастей - ниспровергатели азбучных истин, радикальные лидеры, запрещённые авторы и прочие бомбисты, скрывающиеся от властей по конспиративным квартирам. То есть либо шикарная внешность, либо творческая, а лучше - демоническая или ещё какая-нибудь нетривиальная личность.
![]()
Красавец-мужчина среди Женщин-Цветов.
Художник Альфонс Муха. Середина 1890-х годов.
Насмешку вызывали тучные мужчины, мелкие клерки, скромные людишки с такими же унылыми интересами - ведь все они не могли быть героями романтических приключений. Полный, низенький человек в дешёвой визитке, любящий поесть и предаться празднословию, то есть произносящий банальности – антигерой Прекрасной Эпохи. В нём нет никакой загадки. Такого было принято считать «скучным пошляком», ничего не понимающим в искусстве…
«Андрей был бы хорош, только он располнел очень, это к нему не идёт»,- констатирует чеховская Ольга. Располнел, опошлился, и - перестал быть интересным.
…В целом, общество ‘Belle 'epoque’ было ориентировано на любование красотой – будь то женские прелести или волшебный цветок, вычурность поэтического слога или дивное сочетание лент на шляпке. Пассивное наблюдение за прекрасным, как способ отвлечься от мысли о социальных потрясениях, о всё большем разобщении людей, о крушении незыблемых идеалов стало для человека ‘Belle 'epoque’ настоящим спасением, той самой соломинкой, за которую хватается утопающий. Эпоха прелестных шляпок, изысканных флаконов, выспренних стихов и бесподобных виньеток, ‘Belle 'epoque’ вывела формулу гармонии:
«В человеке всё должно быть прекрасно».Прекрасная Эпоха была жестока в своём желании принимать только красивое, как жесток был Дориан Грей, плоть от плоти своего времени.
![]()
Исправление мужских носов - тоже веяние времени.
Взято из этого блога.
Да. ‘Belle 'epoque’ была временем настоящих эстетов, смаковавших каждый момент своей жизни и придававших огромное значение прелестным мелочам. Эти мужчины были законодателями мод и персонажами светской хроники (иной раз, участниками скандалов!), без них не обходилась ни одна премьера и ни одна выставка современных художников. О мужчинах-денди мы и поговорим в следующей Части.
*Примечание. Рассказ Н.Архипова «Лучезарная» цит. по альманаху «Любовь», СПб., 1910, стр.145.
Красавцы Серебряного Века.
Итак, продолжаем наш разговор о мужчинах ‘Belle 'epoque’. Это было время настоящих эстетов, смаковавших каждый момент своей жизни и придававших огромное значение прелестным мелочам. Эти мужчины были законодателями мод и персонажами светской хроники, без них не обходилась ни одна премьера и ни одна выставка современных художников. А иной раз они были персонажами скандальной хроники. Красавцы, модники, эталоны стиля. Таков, был, например, известный парижский бонвиван –
граф Робер де Монтескью - Фезенсак(le comte Robert de Montesquiou-F'ezensac). Богатство, знатность, внешняя привлекательность, утончённый вкус и любовь к жизни отличали этого человека. Современники называли его «повелителем утончённых запахов» и «профессором красоты». Стройный, даже, можно сказать, худой, брюнет с точёным профилем, Монтескью воплощал эстетический идеал своего времени.
Коллекционер, любитель книг, вин, драгоценностей и ароматов. Историк моды, автор книги о дендизме, О.Вайнштейн отмечает:
«Монтескью обладал удивительной способностью притягивать к себе лучшие таланты эпохи. Граф был душой любой компании. У него были преданные поклонники и обожательницы в великосветских кругах, но по-настоящему графа оживлялся среди людей искусства. Он мгновенно отличал людей одарённых и старался помочь им». Среди его друзей были Поль Верлен, Сара Бернар, Марсель Пруст. Монтескью устраивал постановки спектаклей для Иды Рубинштейн и пропагандировал Русские Балеты. Имея солидный капитал, он привык поддерживать деятелей искусства, например, всё того же Поля Верлена.
![]()
Робер де Монтескью в юности.
Считается, что граф Робер послужил прототипом главного героя для романа Жориса Гюисманса «Наоборот» - книги, ставшей неким манифестом декаданса конца XIX века.
«Он прослыл чудаком и славу эту за собой утвердил, когда стал ходить в белом бархатном костюме с парчовым жилетом и - вместо галстука - с букетом пармских фиалок в вырезе рубашки без воротничка…»,- таково описание молодого герцога дез Эссента, в котором современники явственно угадывали Робера де Монтескью. Жизнь дез Эссента протекает среди цветов, драгоценных камней, изысканных благовоний и…ночных кошмаров – он всеми силами пытается уйти от уродств и дисгармонии современного ему общества. Страх перед веком бездушных машин, перед крушением, казалось бы, незыблемых устоев, дейстивтельно, мучил многих современников Монтескью и Гюисманса.
