Читаем Искушение онлайн бесплатно

В оформлении макета использованы фото из личного архива автора.

Я решил назвать данную книгу «Искушение».

Искушение, кстати, в переводе с церковнославянского – «испытание», имеет много значений: соблазн; наше действие, направленное против другого человека с целью показать его в невыгодном свете; внутренний помысел, мысль или желание, подталкивающие к греху; действие Божье, направленное на испытание человека; провокация разных сил, направленная на то, чтобы расположить человека ко греху, и даже испытание долготерпения Божия со стороны человека.

Искушение приходит к нам в мыслях, чувствах и, конечно же, наяву. И в наших силах преодолеть его или поддаться ему. Искушения встречают нас в повседневной жизни на каждом шагу. Это не значит, что я смогу подсказать, как избежать искушений или как им противостоять. Нет, это не в моих силах.

Но я постараюсь показать, как искушение приводит человека к совершению преступления. Как появляется искушение помогать заведомо виновному и стараться сделать так, чтобы он избежал ответственности. Или, наоборот, как круговая порука и искушение заработать заставляют обвинять невиновного или придумывать схемы по завладению чужим добром. Как искушение меняет людей, делает их конъюнктурными и бессердечными.

Но будут в книге и истории о людях, которым удалось избежать искушения. Не стать предателем, а остаться верным присяге и Родине, не отмахнуться, а бескорыстно помогать слабым и больным, не возгордиться, а остаться простым и человечным.

Может быть, прочитав данную книгу, кто-то сумеет вовремя разглядеть искушение и сможет ему противостоять. Преодоленное искушение неизменно умножает нашу духовную силу. А если так, то значит, не зря я поддался искушению положить на бумагу некоторые пережитые мной эпизоды жизни.

Вспоминаю работу в Аппарате Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации с особой теплотой. И не только потому, что руководил большим коллективом талантливых и небезразличных профессионалов, но и потому, что эта деятельность предоставила мне уникальную возможность ежедневно помогать конкретным людям.

Это были не только сотни заявителей с личных приемов, люди, которые обращались письменно, но те, кого мне узнать так и не удалось – потерпевшие от преступлений, а также те, кто прошел все круги бюрократического ада в поисках справедливости.

Нашей команде приходилось не только работать с документами, но и выезжать на места, знакомиться с работой десятков исправительных колоний и СИЗО, добиваться того, чтобы виновные не ушли от ответственности и, наоборот, невиновные не попали под каток государственного принуждения.

Надеюсь, что те, кому удалось помочь, не таят на нас обиды за то, что не удалось это сделать более эффективно. А мои коллеги, даже по прошествии времени, не станут поминать недобрым словом. Для меня это был бесценный опыт, за который я благодарен Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации Т. Н. Москальковой.

По этому и следующим двум делам мы работали совместно с Денисом Борисовичем Павловым – опытным юристом и профессионалом, пришедшим в аппарат Уполномоченного по правам человека из частной юридической практики. Он проработал в должности заместителя начальника управления защиты прав человека в уголовном производстве относительно недолго, но за это время показал себя с лучшей стороны. Он смог мотивировать коллектив на более внимательный и чуткий подход к судьбе человека, показывая пример глубокого и тщательного изучения каждого поступившего обращения и материала.

Сегодня он вновь возглавляет адвокатское бюро «Urals legal», которое имеет отделения в Москве, Екатеринбурге, Тюмени и планирует постепенно обеспечить свое присутствие по всей России. Я спокоен за их клиентов, так как узнал Дениса в деле: тщательный, профессиональный и честный подход им обеспечен.

А пока шел 2017 год, и нам предстояло досконально разобраться в деле гражданина Порываева (здесь и далее фамилии изменены по этическим соображениям), который отбывал срок за преступления против половой свободы несовершеннолетних.

Не секрет, что к Уполномоченному по правам человека обращаются не только люди, права которых нарушены и требуют восстановления? f также и те, кто на деле совершил преступления, но с помощью этого правозащитного института надеется избежать ответственности или наказания. Или хотя бы значительно смягчить его. Бывает, что за них вступаются известные правозащитники или влиятельные люди. Я уже не говорю о дорогих адвокатах и самых разных независимых экспертах.

И здесь самой главной нашей задачей становилась беспристрастность. Очень просто повестись на продуманную и четко выстроенную защитой линию на полное оправдание своего клиента. Начать исходить из того, что оперативные материалы сфабрикованы, а доказательства подогнаны. Тем более справедливости ради надо сказать, что с подобными фактами нам приходилось сталкиваться неоднократно. Поэтому страшилки о невинной жертве правоохранительного произвола ложились на благодатную почву, обусловленную опытом правозащитной работы.

В данном случае у нас было обращение от члена СПЧ и бывшей судьи Конституционного Суда Российской Федерации о том, что некий гражданин Порываев отбывает наказание ни за что, так как его оговорили из мести его отцу, а он сам – хороший семьянин и абсолютно порядочный человек.

Кроме того, на состоявшемся незадолго до этого обращения заседании СПЧ с участием Президента России главе государства была рассказана история о том, как некий гражданин Порываев пал жертвой прокурорского произвола из-за земельного конфликта с заместителем председателя областного суда. Они были соседями по участкам, на которых стояли загородные дома, и, как часто бывает, не поделили клочок земли. Конфликт был эмоциональный, ни одна из сторон не хотела уступать, считая, что она права.

Президент поручил разобраться в данной ситуации. Все это зафиксировали СМИ и общественное мнение. Но дело в том, что на заседании СПЧ речь шла об отце гражданина Порываева, который и отбывал срок за посягательство на половую неприкосновенность несовершеннолетних.

Родственникам и адвокатам Порываева удалось убедить правозащитников в том, что Порываев-младший посажен из-за конфликта его отца, что это месть системы данной семье. И кроме того, умело делали смысловую подмену, выдавая реакцию и поручение Президента по вопросу земельного спора отца Порываева за реакцию на дело его сына, наказанного за совершение ряда тяжких преступлений.

Могу сказать, что этот прием сработал и многие, с кем нам пришлось общаться по этому делу, воспринимали ситуацию именно так, что поручение дано по Порываеву-младшему. В том числе и семьи потерпевших, которые находились в депрессивном состоянии и уже никому не верили.

А в многочисленных жалобах в пользу Порываева, поступивших в Аппарат Уполномоченного по правам человека в РФ, приводились доводы о том, что Порываев был осужден незаконно, так как нет достаточных доказательств, свидетельствующих о его виновности, а в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства были допущены существенные нарушения уголовно-процессуального законодательства.

Я так подробно рассказываю об этом, чтобы читатель мог понять, на каком информационном и эмоциональном фоне нам пришлось работать по этому непростому делу. Совершенно понятно, что простым анализом представленных документов здесь было не обойтись. Поэтому в рамках назначенной Уполномоченным проверки было принято решение выехать в Липецк, где Порываевым предположительно были совершены преступления, встретиться с потерпевшими, свидетелями и следователем, который вел предварительное расследование.

Прошло уже несколько лет, девочки выросли, и многие достигли совершеннолетия и давно хотели забыть об этих эпизодах своей жизни. Но нам было важно услышать все из первых уст, показать фотографию Порываева, увидеть реакцию. Ситуация была такова, что нужны были веские доказательства вины Порываева, а в случае отказа потерпевших от прежних показаний приговор с большой вероятностью мог быть пересмотрен. Все к этому и шло.

Из имевшихся в нашем распоряжении материалов следовало, что в период с апреля по август 2010 года Порываев совершал иные действия сексуального характера с использованием беспомощного состояния не достигших четырнадцатилетнего возраста потерпевших П., И., Ю. и Г.

Приговором Липецкого областного суда в 2012 году Порываев был признан виновным в совершении 14 преступлений, предусмотренных пунктом «б» части 4 статьи 132 УК РФ, и приговорен к 19 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, с лишением права заниматься педагогической деятельностью, связанной с преподавательской и воспитательной работой, на срок 18 лет, с ограничением свободы на 1 год и 8 месяцев.

Тем же приговором он был оправдан по предъявленному обвинению в совершении 26 преступлений, предусмотренных частями 1 и 2 статьи 135 УК РФ (развратные действия в отношении лиц, не достигших шестнадцатилетнего и четырнадцатилетнего возраста), в отношении 1 мальчика и 7 девочек. Суд посчитал, что для наличия состава преступления, предусмотренного частями 1 и 2 статьи 135 УК РФ в редакции, действующей на момент вынесения приговора, необходимо подтверждение достижения или недостижения лицом половой зрелости. Установить данное обстоятельство возможно было только посредством проведения соответствующей судебной экспертизы, что стало крайне затруднительным по причине вероятностных выводов экспертов и несогласия части потерпевших и их родителей.

Постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации в 2013 году указанный приговор был отменен ввиду уже упомянутого мной конфликта по вопросу землепользования между заместителем председателя областного суда Б. и отцом осужденного – Порываевым, что стало основанием для изменения территориальной подсудности уголовного дела.

Оно было направлено на новое рассмотрение в Ростовскую область. Теперь уже приговором Ростовского областного суда в 2014 году Порываев был признан виновным в совершении четырнадцати преступлений, предусмотренных пунктом «б» части 4 статьи 132 УК РФ, и приговорен к 17 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, с лишением права заниматься педагогической деятельностью, связанной с преподавательской и воспитательной работой, сроком на 17 лет, с ограничением свободы сроком на 1 год и 6 месяцев.

Апелляционным определением Верховного Суда Российской Федерации в том же году приговор Ростовского областного суда был изменен: назначенное Порываеву наказание за совершение четырнадцати преступлений смягчено до 12 лет лишения свободы за каждое преступление; по совокупности четырнадцати преступлений окончательное наказание составило 13 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с лишением права заниматься педагогической деятельностью, связанной с преподавательской и воспитательной работой, на срок 17 лет, с ограничением свободы на срок 1 год и 6 месяцев.

После этого защитники Порываева обращались в Верховный Суд РФ, однако все их жалобы были отклонены. Таким образом, Порываевым и его защитниками были исчерпаны возможности по обжалованию приговора в судах общей юрисдикции. Последней надеждой было обращение в Верховный Суд от имени Уполномоченного по правам человека. А вот обоснованно ли такое обращение, нам с Денисом и предстояло выяснить.

Мы прилетели в Липецк ранним апрельским утром, так что уже к 10 часам были в офисе регионального уполномоченного по правам человека. Там удалось собрать родителей трех девочек, признанных потерпевшими. Привести с собой детей они отказались. Но и это уже было для нас большим достижением.

Наш разговор имел все шансы не стать конструктивным. Родители были крайне раздражены информационной шумихой, которую в то время подняли СМИ. К одним из них журналисты ТВ-каналов приходили несколько раз, так и не уяснив для себя, что с ними не хотят общаться. Люди сразу сказали нам, что «мы знаем, для чего вы приехали. Сказать, что никаких преступлений Порываев не совершал, наши дети все выдумали, и в итоге выпустить его на свободу». Вполне понятно, что помощниками в этом деле никто из них становиться не хотел.

Спокойно и аргументированно мы сказали, что цель наша другая – разобраться, и если потерпевшие подтвердят, что преступные деяния имели место быть, на корню прекратить все спекуляции вокруг этой темы. Это несколько изменило настрой родителей, но в общении с их детьми нам еще раз было категорически отказано. «Мы не хотим, чтобы девочки снова все это переживали и смотрели на фото этого мерзавца». И с этими аргументами было трудно поспорить.

Но надо было продолжать диалог и попытаться выйти на общение хотя бы с одной потерпевшей. Иначе нашу миссию можно было бы считать неудачной. Постепенно, шаг за шагом мы объясняли людям, что нам не нужны никакие подробности, а нужно лишь одно: чтобы девушки четко ответили, имели ли место преступные действия и совершал ли их Порываев. Иначе есть большая вероятность того, что приговор в отношении него может быть пересмотрен.

В итоге Елена Петровна, мама только одной девушки, согласилась разрешить беседу с ней. По ее словам, в тот момент ее дочь должна была находиться дома. Я оставил Дениса дальше разговаривать с родителями, а сам отправился к ним в дом, который находился на окраине города.

По дороге мы с Еленой Петровной заговорили о событиях того времени, она вспоминала суд и все, что ему предшествовало, рассказывала, как переживала ее дочь. Она показала, что в период расследования дела ее дочь пытались запугать родственники Порываева, поджидая ее на пути из школы домой. В один момент Оксана даже хотела повеситься из-за этого, что ей и самой Елене Петровне пытались вручить деньги за изменение показаний. Сама Елена Петровна от денег категорически отказалась. Я попросил ее чуть позже изложить все это письменно, и она согласилась.

Я слушал ее и периодически кидал взгляды на улицы города, по которым мы проезжали. Окна автомобиля были не тонированы, так что можно было разглядеть ухоженные и чистые улицы, цветочные клумбы и молодые листочки на деревьях.

Внезапно с нашей машиной поравнялся другой автомобиль – уже не новый «мерседес» черного цвета. На переднем сиденье сидела девушка, которая стала внимательно вглядываться в нас с Еленой Петровной. Потом она что-то сказала водителю, и машина, притормозив, пристроилась за нашей.