Читаем Криминалистическая идентификация по мысленному образу и особенности реализации ее процессуальной формы онлайн бесплатно

Авторы:

Степаненко Д. А., д-р юрид. наук, профессор (гл. 1, 2);

Егерев И. М., канд. юрид. наук, доцент (гл. 3,4)

Рецензенты:

Образцов В. А., д-р юрид. наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации

Моисеева Т. Ф., профессор кафедры уголовно-процессуального права РАП, д-р юрид. наук, профессор

Понятие идентификации по мысленному образу может быть рассмотрено и определено в нескольких аспектах как: область теоретического знания – составная часть теории криминалистической идентификации; вид и направление научно-исследовательской и практической деятельности; цель, метод, процесс и конкретный результат воплощения этой цели в жизнь. Наибольший интерес представляет, прежде всего, рассмотрение идентификации по мысленному образу в смысле учения (теории), метода и процесса практического познания. Результаты научной разработки именно этих понятий, судя по всему, и должны составлять фундамент теоретико-технологических основ указанной области научного знания и практической деятельности, которые находятся в зачаточном состоянии.

В криминалистической литературе содержатся весьма скупые, недостаточно развернутые суждения по поводу отдельных компонентов общих положений научных основ идентификации по мысленному образу. Они касаются назначения данного вида идентификации и возможностей использования полученных результатов в оперативно-розыскной и следственной практике. Большая часть авторов склоняется к тому, что эти результаты в одних случаях создают предпосылки к обнаружению доказательств, в других – когда идентификация протекает при производстве процессуальных действий (главным образом в случае предъявления для опознания), полученные результаты имеют доказательственное значение. Редкое единодушие проявлено в отношении характера и номенклатуры объектов, тождество которых может быть установлено путем идентификации по мысленному образу. При этом имеются в виду самые разнообразные материальные образования, обладающие устойчивым внешним строением, которые функционировали и взаимодействовали в процессе подготовки, совершения, сокрытия и отражения преступлений и связанных с ними событий. Они играют роль объектов оперативно-розыскного и следственного поиска, фиксации, осмотра, предварительного и судебно-экспертного исследования (люди, животные, трупы людей и животных, части и фрагменты трупов, орудия преступлений, похищенные предметы, участки местности и т. д.). Среди авторов, пишущих на рассматриваемую тему, отсутствуют разногласия по поводу концепций: 1) субъектов данного вида идентификационного познания (следователи, дознаватели, оперативные работники, свидетели, потерпевшие, подозреваемые, обвиняемые); 2) сфер практического применения рассматриваемого метода познания (оперативно-розыскная деятельность, дознание, предварительное следствие, судебное следствие), а также правового режима его применения.

Отмечается, что в одних случаях идентификация по мысленному образу осуществляется в процессуальной форме по уголовным делам, а в других – в непроцессуальном режиме. Хотя в обоих названных случаях в основе процессов познания лежит психологический механизм узнавания, процессуальная идентификация и непроцессуальная идентификация отличаются друг от друга по ряду моментов. Главное их отличие лежит в области специфики решаемых задач, условий осуществления соответствующих идентификационных процессов, доказательственной значимости полученных результатов и возможностей их реализации в практике доказывания.

Вот, пожалуй, и все скромные достижения, имеющиеся в указанной сфере. Проблема, бесспорно, заслуживает большего внимания ученых-криминалистов. В частности, это касается вопроса необходимости более глубокого и продуктивного анализа сходства и различия процессуальной и непроцессуальной форм идентификации по мысленному образу.

В первую очередь следует обратить внимание на то, что непроцессуальная идентификация осуществляется гораздо чаще, нежели процессуальная. К тому же она нацелена на более широкий круг задач и не так жестко регламентирована: уголовно-процессуальное законодательство на нее не распространяется. И поэтому многое из того, что для нее допустимо, может не иметь никакого значения для доказывания, по отношению к которому она играет вспомогательную роль. Возможность идентификации по мысленному образу в ходе оперативно-розыскной деятельности (ОРД) предусмотрена Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности». Так, ст. 6 данного Закона содержит перечень оперативно-розыскных мероприятий, среди которых названо отождествление личности. Под отождествлением личности, т. е. сыскным опознанием человека, понимается установление и идентификация лица (неопознанного трупа) по индивидуализирующим его статическим (пальцевым отпечаткам, составу крови и слюны, следам запаха и следам, оставленным на месте происшествия, и пр.) и динамическим (походке, жестикуляции, мимике и пр.) признакам, а равно при помощи словесного портрета (фоторобота) и других способов, позволяющих с достаточной степенью вероятности опознать человека для решения конкретных задач ОРД[1].

Отождествление личности в теории ОРД подразделяется на непосредственное и опосредованное. Способы отождествления личности – различные технические средства и тактические приемы, реализуемые, как правило, конспиративно от опознаваемого. Наиболее распространены следующие способы: проверка по дактилоскопическим и криминалистическим учетам; опознание по фотографии и по фотороботу; поиск по «горячим следам» с участием очевидцев происшедшего и потерпевших; применение служебно-розыскной собаки по полученным в ходе ОРД образцам носителей запаха[2].

Для негласных или комбинированных оперативно-розыскных мероприятий, направленных на опознание, характерно скрытное наблюдение (с участием опознавателя) за объектами, представляющими интерес для расследуемого деяния, сочетающееся, как правило, с гласным задержанием подозреваемого в совершении преступления лица или продолжением негласного наблюдения в случае несостоявшегося опознания. Оперативно-розыскное опознание с участием опознавателя осуществляется в рамках таких традиционных мероприятий, как обход, поиск, засада, облава[3].

В современных условиях особую практическую значимость все больше приобретает проблема разработки научных основ тактико-криминалистического направления идентификации по мысленному образу. Речь в связи с этим, по нашему мнению, должна идти о научных основах, во-первых, отдельных процессуальных следственных действий идентификационной направленности; во-вторых, тактических комплексов следственных действий, связанных с процессом узнавания, иначе называемых тактическими операциями.

Достижение целей предварительного расследования по уголовным делам напрямую зависит от своевременности производства и качественного уровня следственных действий. В свою очередь продуктивность и значимость результатов следственных действий во многом предопределяются двумя критериями: 1) насколько правильно следователями реализуются положения Уголовно-процессуального кодекса РФ, устанавливающие задачи, основания, порядок и правила следственных действий как уголовно-процессуальных способов собирания и проверки доказательств; 2) как освоены ими тонкости разрабатываемых в криминалистике методов познания, насколько тактически грамотно они применяются в повседневной практике выявления и раскрытия преступлений. В системе указанных методов одну из ведущих позиций занимает метод идентификации по мысленному образу.

Между тем результаты проведенного нами изучения уровня знаний следователями особенностей и возможностей указанного метода, а также эффективности его применения на практике наводят на грустные размышления. Удивляться этому не приходится, особенно, если учесть крайне слабую разработанность теоретических и тактико-технологических основ криминалистической идентификации по мысленному образу, а также скудность материалов, которыми располагает криминалистическая дидактика на этом направлении учебного процесса, извечный дефицит времени, выделяемого на освоение этого материала будущим дознавателям, следователям, прокурорам. Отсюда многочисленные недоработки, упущения и ошибки, которые допускаются в следственной практике при производстве предъявления для опознания и некоторых других следственных действий.

Научное решение проблемы оптимизации следственной и учебно-педагогической практики на этом направлении вряд ли возможно без разработки широкого круга вопросов гносеологического, методологического и технологического характера.

И первое, без чего нельзя обойтись на этом пути, – необходимость глубоко разобраться в том, что собой представляет мысленный образ как ключевое понятие исследуемого учения, какую роль играет мысленный образ в идентификационном процессе и что следует понимать под механизмом идентификации по мысленному образу. В русском языке понятие образа употребляется в самом различном смысловом значении. Одним из вариантов его трактовки, наиболее близким к предмету нашего исследования, предполагает следующее: облик, живое, наглядное представление о ком-чем-нибудь[4].

Под мысленным образом понимается нечто воображаемое, существующее в мыслях человека[5].

В психологии образ — это субъективная картина мира, включающая самого человека, других людей, пространств окружение и временную последовательность событий[6].

В теории криминалистического моделирования и версионного мышления мысленный образ принято определять как идеальную модель какого-либо события прошлого, настоящего, будущего; отдельных элементов событий; устанавливаемых по уголовным делам лиц; предположений следователя и других объектов, не наблюдаемых в данный момент. Идеальная (мысленная) модель является аналогом, заместителем оригинала, отражая ту или иную меру сходства с ним. Известны два пути формирования идеальных моделей: личный опыт непосредственного восприятия субъектом объектов окружающего мира и формирование представлений о них опосредованно по информации, полученной от других лиц или из других источников.

Модель не повторяет, не дублирует объект, а представляет его в познании. Мысленные модели могут быть воплощены в чувственно-наглядных элементах, имеющих сходство с реальными явлениями, предметами, в виде схем, записей, рисунков и т. д. Однако все преобразования в этих моделях осуществляются мысленно, в сознании человека. Поэтому сами модели данного вида названы мысленными или идеальными[7].

Так, мысленный образ человека, как считает А. М. Зинин, – это представление о внешности, созданное на базе восприятия в процессе сложной деятельности человеческого сознания; это относительно устойчивый образ человека, который в данный момент не вызывает ощущений и не воспринимается. Субъективная сущность мысленного образа определяется индивидуальностью процесса образования, сохранения и воспроизведения этого вида отображения у разных людей.

Для целей криминалистического установления личности по признакам внешности наибольший интерес представляют субъективные стороны природы мысленного образа, определяющие в конечном счете возможности его использования при установлении личности.

Изучая эти стороны мысленного образа, необходимо учитывать индивидуальный характер процесса его формирования, определяемый свойствами личности субъекта восприятия, свойствами личности объекта восприятия и, наконец, условиями формирования, сохранения и воспроизведения мысленного образа.

Отображая признаки внешнего облика человека, мысленный образ беднее оригинала. Он характеризуется определенной фрагментарностью, поскольку признаки внешности отображаются в нем неполностью, некоторые искажаются, а другие вовсе не отображаются. Кроме того, мысленный образ неустойчив и непостоянен, поскольку полнота его со временем уменьшается, а при воспроизведении невозможно всякий раз представить один и тот же комплекс его черт. Следует сказать и о том, что мысленный образ не является скопированным с натуры отображением внешнего облика человека. Он содержит в себе значительные элементы обобщения, причем это обобщение определяется индивидуальными качествами субъекта наблюдения и условиями наблюдения. Тем не менее, несмотря на свою субъективную природу, мысленный образ достаточно полно и адекватно отражает признаки внешности человека и может успешно использоваться в практике криминалистического установления личности[8].

Мысленный образ может применяться самостоятельно, непосредственно при розыске и идентификации личности. Однако во многих мероприятиях он не может быть использован непосредственно или его нецелесообразно так использовать. Кроме того, под воздействием различных факторов объективного и субъективного характера содержание мысленного образа изменяется в сторону уменьшения его адекватности и полноты. Поэтому и возникла задача преобразовать его в формы, удобные для применения в ходе мероприятий по установлению личности по признакам внешности. В качестве таких форм на практике используются словесные описания (произвольное и упорядоченное – словесный портрет) и субъективные отображения[9].

Итак, субъективное отображение в памяти одного человека (наблюдателя) внешнего облика другого человека – это и есть мысленный образ, и создаваемое на его основе словесное (вербальное) описание служит одной из форм его изображения.