Читаем В бой уходили десантники онлайн бесплатно

Второго августа 1990 года советские воздушно-десантные войска отмечают свой 60-летний юбилей. Преемникам их славной истории и сегодня дорог первый в мире парашютный десант на учении авиаторов Московского военного округа, с которого начинается летопись нашей крылатой пехоты.

Этот скромный по масштабам эксперимент имеет важное значение. Советские военные теоретики и практики, осуществившие его, прежде других увидели большие, еще не раскрытые возможности, заложенные в авиации, возможности, которые могли быть успешно использованы для «вертикального» охвата противника.

Советская Россия стала родиной воздушных десантов.

Правильно поступили авторы, что отметили командующего Ленинградским военным округом М. Н. Тухачевского, начальника Военно-Воздушных Сил Красной Армии П. И. Баранова и первого парашютиста-десантника Л. Г. Минова, дела которых и послужили началом наших воздушных десантов.

На примере рождения 2-го авиабатальона особого назначения в Белорусском военном округе авторы книги показали историю развертывания в 1933 году воздушно-десантных частей Красной Армии и их совершенствования в последующие годы, перед Великой Отечественной войной.

По биографии 214-й воздушно-десантной бригады можно представить и условия организации в 1938 году первых шести бригад в Красной Армии, которыми завершился второй этап организационного становления воздушно-десантных войск.

Рассказы об участии парашютистов-десантников Белорусского военного округа в советско-финляндской войне, операциях в Прибалтике и Бессарабии еще ярче раскрывают роль воздушно-десантных войск.

В литературе подобного плана авторы впервые подняли историю рождения одного из первых воздушно-десантных корпусов Красной Армии. Книга знакомит читателя с малоизвестной страницей боевых дел десантников Западного фронта в начальный период Великой Отечественной войны. В ней со знанием дела представлены картины обороны десантниками переправ на Березине, показаны бои под Белыничами, у Мстиславля, почти месячная оборона на Соже под Кричевом и боевые рейды 214-й бригады по тылам бобруйской группировки противника.

Долгие годы авторы, в прошлом сами парашютисты-десантники, собирали материал для книги. Работали в Центральном архиве Министерства обороны СССР, Центральном Государственном архиве Советской Армии, изучали экспозиции и фонды Рязанского музея воздушно-десантных войск и Кричевского краеведческого музея, записывали воспоминания ветеранов корпуса, совершали поездки по местам боев.

В книге раскрыт также первый парашютный десант Великой Отечественной войны в район населенного пункта Горки Могилевской области и другие десанты, совершенные по решению командующего Западным фронтом С. К. Тимошенко. С интересом познакомится читатель и со страничками биографии одной из старейших в нашей армии 214-й воздушно-десантной бригады и родившегося на ее базе 4-го воздушно-десантного корпуса, на боевых подвигах которого и в наше время воспитываются парашютисты-десантники.

В. Ф. Маргелов, генерал армии,

Герой Советского Союза

Командир взвода Илья Полозков несказанно обрадовался. Еще до выхода на огневой рубеж последней смены он узнал, что его бойцы завоевали первое место в дивизии. Блестящий успех! Об этом ему сообщил комбат, который подсчитывал количество пораженных мишеней пулеметчиками взводов из других полков.

Вскоре последовала команда, и участники стрелковых состязаний построились для подведения итогов. Илья стоял на правом фланге своего взвода. Не замечая свежего мартовского ветра, он вслушивался в речь комдива, который говорил о значении в бою отлично подготовленных пулеметчиков, и с нетерпением ждал, когда же тот назовет отличившихся.

— Победителем соревнования на первенство дивизии объявляю пулеметный взвод четырнадцатого стрелкового полка. Его командира Полозкова Илью Дмитриевича награждаю двумя денежными окладами, а подразделение — грамотой! — объявил, наконец-то, командир дивизии.

Илья молодцевато подошел, доложил. Комдив вручил ему грамоту и, пожимая руку, сказал:

— Спасибо за подготовку пулеметчиков. Возможно, у вас есть какая-либо просьба?

— Хочу с парашютом прыгать…

Перед этим ответом он секунду-другую боролся с мыслью, о чем просить командира дивизии. Верх взяло желание показать себя не только передовым взводным, но и смелым человеком. А о смелых людях, парашютистах Бобруйского гарнизона, слухи дошли уже и до Полоцка, где служил Илья Полозков.

Сформированный там в начале 1933 года 2-й авиабатальон особого назначения[1] совершал первые парашютные прыжки. А сделать это в секрете было невозможно.

— Просьба ваша далеко не обычная, — ответил комдив, — но постараюсь помочь в этом. — Он еще раз пожал руку Полозкова, поздравив его с победой.

Командир дивизии слово свое сдержал. В апреле 1933 года Илью командировали в Смоленск, где размещался в то время штаб округа, для прохождения медицинской комиссии. А комиссия эта была довольно строгая. Однако Полозков прошел через все испытания медиков и получил предписание на курсы парашютного дела в Детском Селе (ныне Пушкин). Там, при 3-й авиабригаде особого назначения, лишь недавно сформированной и единственной в Красной Армии, он многое узнал о первых ступеньках в становлении нового рода войск.

Инструкторы рассказывали, что все началось с комбрига Леонида Григорьевича Минова, который по заданию начальника Военно-Воздушных Сил Петра Ионовича Баранова еще в 1929 году в роли представителя Амторг — советской торговой делегации, занимавшейся, в частности, закупкой парашютов в США, совершил там на свой страх и риск три парашютных прыжка.

Цель его командировки — увидеть, как преподавалась в американской школе парашютная подготовка, как поставлено дело аварийно-спасательной службы в авиации. Он побывал в Буффало, где находился завод фирмы «Ирвинг», изготавливавший парашюты. Здесь ведущий испытатель фирмы мистер Форд предложил русскому летчику опробовать качество закупаемого им товара — самому совершить прыжок.

И Леонид Минов, не имея, по существу, специальной подготовки, спокойно согласился. «Правильно поступил. Пусть знают русских!» — мысленно отметил Полозков, слушая рассказ о тех первых прыжках комбрига.

За время трехмесячной подготовки на курсах Илье Дмитриевичу посчастливилось постоянно видеть и слушать этого необыкновенной силы воли и способностей человека.

— Случилось так, — рассказывал Леонид Григорьевич, — что из-за плохой погоды тот прыжок, назначенный на десятое июля двадцать девятого года, не состоялся. Неожиданно в мой адрес прибыла телеграмма. В ней предписывалось срочно выехать в Нью-Йорк для осмотра американских аэропортов. Оставалась одна возможность — прыгать тринадцатого. И когда я объявил свое решение Форду, тот удивился:

— Как же так, мистер Майнов (такое имя дали мне американцы)? В Америке число «тринадцать» вообще нежелательно. У нас даже в отелях нет тринадцатых номеров, нет и тринадцатых квартир, а порой и тринадцатых номеров домов, — пояснил он через переводчика. — Предпринять что-либо серьезное тринадцатого числа в нашей стране может только ненормальный человек. Я возражаю против прыжка в этот день! — отрезал Форд решительно.

В разговор вмешался вице-президент фирмы Маклоуд:

— Давайте считать так, мистер Майнов: вы прыгаете не тринадцатого, а накануне четырнадцатого.

И Минов рассказал, как он совершил тот первый парашютный прыжок, а затем и второй — в городе Помоне.

В поездке по Америке его сопровождал рекордсмен мира по прыжкам с высоты 8000 метров Берт Уайт. Он и предложил русскому представителю принять участие в соревновании с американцами. Минов согласился без колебаний и тем самым снова удивил американцев.

Прыгали с высоты 400 метров. Центром приземления был круг диаметром 35 метров. Леонид Григорьевич раскрыл парашют на высоте 150 метров и по точности приземления занял третье призовое место. А его гид Уайт — пятое.

Так Минов, по сути дела, стал первым рекордсменом СССР в прыжках на точность приземления.

В период трехнедельной командировки он совершил и третий прыжок. Это снова было в Буффало, где Леонид Григорьевич впервые опустился под широким шёлковым куполом.

В тот день задул сильный порывистый ветер — до одиннадцати метров в секунду. При таком ветре даже опытные спортсмены прыжки не проводят.

— Вас может унести неизвестно куда, — предостерегал его мистер Маклоуд.

— Ничего, не унесет, — ответил Минов, который уже в первом прыжке применил так называемое скольжение, чтобы не опуститься на железную дорогу, по которой в это время на всех парах мчался поезд.

— Тогда, мистер Майнов, давайте заключим пари. На пять центов. Это не деньги, но спор состоится.

— По рукам, мистер Маклоуд! — И Леонид Григорьевич встряхнул руку вице-президента…

Продолжая свой рассказ, комбриг подчеркнул, что каждое дело трудно начинать, а начнешь — и все получается по принципу: «Не так страшен черт, как его малюют».

Более часа будущие инструкторы парашютного дела слушали Минова, о котором ходили легенды.

Запомнились его худощавая, высокая фигура, приятный доверительный голос, простота в обращении.

Позднее Илья Полозков узнал и биографию этого замечательного человека.

Родился Л. Г. Минов в 1898 году. В октябре семнадцатого вступил в партию большевиков, распространял среди солдат «Окопную правду». Суровое время гражданской войны привело его в провинциальный городок Белев, где в то время скопилось немало бандитов всех мастей и прочей контры, всплывшей на волнах революции. Пришлось повоевать с ними основательно.

Осенью 1918 года уездный комитет направил Леонида Минова на курсы командного состава в Тулу. Но недолго пришлось ему обучаться военным наукам. Молодой Республике Советов угрожали польские легионеры. И красных командиров бросили навстречу новой опасности.

350 курсантов вступили тогда в бой, а вернулись только 17. Остальные были ранены или убиты. Затем Минов участвовал в боях под Курском, Змиевкой. Остатки поредевшего полка отправили на переформирование в Орел. С этим городом у Минова связаны особые воспоминания: он натолкнулся на объявление, в котором сообщалось, что в Москве организованы авиационные курсы.

Минов тут же подал заявление. Его приняли без проволочки. В двадцать два года Леонид Григорьевич получил диплом летнаба — летчика-наблюдателя. И снова в его биографии — боевые дела. На стареньких «фарманах» и «вуазенах» летал он над позициями белогвардейцев и интервентов: бомбил их, вел воздушную разведку.

В Зарайской школе Минов переучился на летчика, а в 1923 году при 1-й высшей школе красных летчиков окончил курсы усовершенствования и был назначен на должность помощника школы по учебно-летной подготовке[2].

Его способности, инициатива и целеустремленность не остались незамеченными. В 1925 году Минова в качестве консультанта по авиационным заказам направили во Францию. За два года на дипломатической работе в Париже он многое сделал для Военно-Воздушных Сил РККА.

По возвращении на Родину Леонид Григорьевич был назначен командиром учебной эскадрильи во 2-й военной школе летчиков в Борисоглебске. Здесь он отличился тем, что начал обучать курсантов «слепому» полету. Это были первые занятия такого рода. Появился закрытый колпак для имитации полета в отсутствии видимости естественного горизонта земли и кресло для тренажа.