Читаем Тени бронзовых фигур онлайн бесплатно

1. Командировка

***

– Привет. Меня зовут Таня и я боюсь… заходить в лифт. Мне кажется, что, когда я зайду в лифт, и двери начнут закрываться, то в самый последний момент внизу, у самого пола, вдруг появится ботинок. Большой черный ботинок. Двери ударятся о него и снова откроются. И в лифт войдет… огромный человек. Он будет одет во все черное, а его голову будет скрывать черный капюшон. Этот человек будет такой огромный, что в лифте ему будет тесно, и ему даже придется склониться, чтобы не касаться головой потолка. Он повернется спиной ко мне, оттеснив меня к стене, нажмет на кнопку и лифт поедет вверх. Он будет тяжело дышать, этот человек в черном, словно у него одышка. Лифт проедет пару этажей, а потом этот человек вдруг нажмет на кнопку “стоп”. Он медленно повернется ко мне лицом и снимет капюшон, под которым окажется… обезображенное страшным ожогом голова. На голове не будет волос, носа, глаз, рта… Только безобразные, кровоточащие рубцы. Этот человек сделает шаг, приблизившись ко мне вплотную, прижавшись ко мне… Я… не могу… Не могу больше говорить… Мне плохо…

– Ни слова больше! – тренер вскочил со стула, налил в кулере стаканчик воды и протянул его Тане. – Выпейте. Это вас успокоит. Вы молодец, Таня, сегодня вы продвинулись еще дальше, по сравнению с прошлыми занятиями. Сегодня ваш страх стал немного слабее, ведь, рассказывая о нем, вы начали по частям раздавать его нам. Чем больше вы расскажете о нем, тем слабее он станет. И недалек тот час, когда от него не останется даже воспоминания. Давайте поаплодируем Тане, и скажем ей…

– Вместе мы победим свой страх! – хлопая, прокричала группа. – Вместе мы победим свой страх! Вместе мы победим свой страх!

– Как вы? – взяв руку Тани, чтобы проверить ее пульс, спросил тренер.

– Уже в порядке, – прошептала Таня. – Прихожу в себя.

– Вот и славно, – тренер сел на свой стул и обвел присутствующих взглядом. – Кто следующий? Может быть, все-таки, вы, Лерочка?

– Я еще не готова, – вжав голову в плечи, пропищала Лерочка.

– Давайте, Лерочка, – настаивал тренер. – Вы уже пятое занятие не готовы. Пора. Или сегодня, или никогда. Давайте поддержим Лерочку и скажем ей…

– Вместе мы победим свой страх! Вместе мы победим свой страх! Вместе мы победим свой страх! – аплодируя Лерочке, прокричала группа.

– Итак! – строго глядя на Лерочку, сказал тренер.

– Ладно… – Лерочка с силой зажмурилась, потом открыла глаза и заговорила. – Меня зовут Лерочка и я боюсь… что мои клиенты заживо зажарятся в солярии, а я буду стоять рядом и от ужаса не смогу им помочь. Я оцепенею от ужаса, наблюдая, как валит черный дым из закрытого горизонтального солярия.

– Очень интересный страх, – одобрительно кивая, заметил тренер. – Вот видите, Лерочка, как это, оказывается, легко – рассказать о своем страхе.

– Это не тот страх, из-за которого я здесь, – возразила Лерочка. – Сгоревший клиент в солярии – это всего лишь прелюдия к моему основному страху.

– Какой сложный, многоуровневый у вас страх, – сказал тренер. – Так чего же вы боитесь больше, чем сгоревший в солярии клиент?

– Будет нестерпимо вонять сгоревшей человеческой плотью, а я не смогу даже крикнуть, чтобы позвать на помощь, – продолжила Лерочка. – Ведь мой рот… он… станет проявлением моего ужаса. По сути, это и есть мой основной страх. Даже ужас, а не страх. Понимаете, мой распахнутый от ужаса рот перестанет быть моим. Рот-ужас, ужас-рот. Как-то так. Распахиваясь все больше и больше, он постепенно начнет пожирать меня. Постепенно он станет размером с меня, сожрав меня полностью. Это произойдет за несколько дней. И никто не сможет мне помочь. Как-то так…

– Мне плохо, – сдавленным голосом проговорила Таня, только-только начавшая приходить в себя. – Меня тошнит. Кажется, кроме своего собственного страха, я сегодня приобрела еще один. В виде рта Лерочки, сожравшего ее плоть…

***

“Серж заглянул под лестницу и усмехнулся – это было бы чудом, если бы Николя оставил там ключ. Конечно, никакого ключа там не было. Там был… сложенный вдвое зеленоватый листок бумаги, приклеенный куском скотча к обратной стороне второй ступени.

“Остановись. Никто не виноват”

Кому был адресован этот короткий текст на маленьком клочке бумаги? Николя? Сержа вдруг озарило, что, если бы кто-то знал, что не Николя, не его подельники, а он, Серж, прочитает эту записку, то… она попала бы точно в цель. Она дала бы ответ на самый главный вопрос, мучивший Сержа в последнее время. Но кто мог знать, что он появится у этого дома? Кто-то следит за ним, да еще и просчитывает каждый его шаг?..”

*

Егор поднял голову. Что-то заставило его это сделать. Какое-то интуитивное чувство, будто за ним наблюдают. Может быть, этот человек у двери? Кажется, он зашел в вагон на той же станции, что и Егор, оставшись у двери, прислонившись к ней спиной. Да, он точно зашел вслед за Егором. Ведь его сложно спутать с кем-то другим. Голову украшает капюшон зеленой куртки, поверх капюшона – огромные черные наушники. Лица не видно за черным респиратором. Сейчас нет никакой эпидемии, зачем ему респиратор? Или он знает что-то, чего не знают другие? На глазах – очки в толстой коричневой оправе, немного затемненные, глаз почти не видно, вместо них – два темных пятна. Зашел, опустил голову, так и стоит всю дорогу, еле заметно покачиваясь, наверное, в такт музыке. На остановках нехотя делает шаг в сторону, пропуская людей. Иногда не отходит, вынуждая людей обходить его. Но никто не осмеливается сделать ему замечание, ведь этот человек – гигант, выше всех в вагоне на голову, и даже свободная куртка не может скрыть гору мышц под ней.

Егор снова уткнулся в книгу. Зачитавшись, он едва не пропустил свою станцию. Закинув книгу в портфель, он выскочил в дверь, столкнувшись с человеком в зеленой куртке. Потирая ушибленное плечо, Егор шел по переходам на станцию “Таганская кольцевая” и думал о человеке, с которым только что столкнулся. Он не чувствовал себя виноватым, напротив, он был зол на этого человека, который стоял в дверях, мешая остальным покинуть вагон. Егора всегда раздражали люди, которые мешали выходить из вагона метро. Бывает, двери открываются, а люди толпятся прямо перед тобой, словно не понимая, что нужно расступиться, и дать пассажирам выйти из вагона. Сам Егор так не поступал. Он всегда вставал в стороне от двери, чтобы не мешать людям выходить. Егор считал большими глупцами людей, которые стоят на пути, и не понимающих, что один маленький шаг в сторону может существенно облегчить жизнь всем. Один маленький шаг, а какой эффект.

На кольцевой линии Егор пропустил один переполненный поезд. Следующий подоспел спустя минуту, он был немного свободнее, и Егор смог протиснуться в самый первый вагон. В первом вагоне всегда чуть меньше людей, чем в остальных. Егор часто задумывался над этим вопросом – его интересовало, с какой это стати в первом вагоне всегда меньше людей, чем в остальных. В итоге, Егор пришел к выводу, что это из-за лени. Людям лень пройти несколько шагов вперед, чтобы ехать в более-менее комфортных условиях. Другой причины этого феномена Егор не видел. Сам же Егор не ленился. Он всегда шел в начало перрона, чтобы сесть в первый вагон.

Поезд тронулся и стал быстро набирать скорость. Изловчившись, Егор повернулся лицом к дверям, в которые только что вошел и увидел… того самого человека в зеленой куртке, с которым столкнулся несколько минут назад в первом поезде.

Он стоял у самых дверей, лицом к Егору. Без всяких сомнений, это был тот самый человек. Ведь он был на голову выше остальных. И плечи… У человека в зеленой куртке были такие широкие плечи, что можно было подумать, что там целых два человека. На его голове по-прежнему капюшон, поверх него – большие наушники, лицо скрывает респиратор, а глаз не видно из-за затемненных очков в коричневой оправе. Да, это был он – человек из первого поезда.

“Выходит, все это время он шел за мной по переходам, и влез в тот же самый вагон, что и я?”, – Егору стало не по себе от этой мысли. Он подумал, что этот человек не планировал выходить из вагона, раз Егор столкнулся с ним в тот момент, когда двери уже начали закрываться. Раз так, то этот человек выскочил из поезда в самый последний момент – вслед за Егором. Почему он это сделал? Неужели из-за того, что Егор задел его своим плечом? Это какой-то сумасшедший, решивший отомстить за случайное столкновение в переполненном метро? Конечно сумасшедший! Какой нормальный человек вырядится в эту идиотскую зеленую куртку, похожую на балахон, и напялит респиратор?!

Егор выходил на следующей станции – на “Курской”. Обычно здесь выходит очень много людей. Понадеявшись, что он сможет затеряться в толпе, и скрыться от человека в зеленой куртке, Егор немного приободрился. Поезд начал притормаживать, приближаясь к “Курской”.

– Вы выходите на “Курской”? – спросил Егор девушку, стоящую перед ним.

Девушка, не оборачиваясь, кивнула.

– А куда она денется, – сказал кто-то позади Егора. – Тут все выходят. Не просто выйдет, а вылетит, как пробка из бутылки шампанского. Девушка, вы пьете шампанское?

– Ага, особенно по утрам люблю, потом как-то работается легче, – под смех пассажиров, отреагировала девушка.

Поезд остановился. Люди стали выходить из вагона. Человек в зеленой куртке выскочил первым, Егор вышел спустя несколько секунд. Он огляделся по сторонам, но человека в зеленой куртке нигде не было. “Спрятался за одной из колонн”, – предположил Егор, делая в толпе спешащих к выходу людей хитрые маневры, похожие на ход конем, надеясь таким образом оторваться от человека в зеленой куртке. На эскалаторе Егор не остановился, он все время шел по ступенькам, и только в самом верху решил остановиться, чтобы отдышаться, потому что сил идти дальше уже не было. Он пересилил страх и посмотрел вниз. На эскалаторе человека в зеленой куртке не было.

“Я молодец – я все предусмотрел и смог оторваться”, – подбодрил себя Егор, но на душе все равно скребли кошки. Он все еще чувствовал опасность. Что-то неуловимое в облике человека в зеленой куртке напугало его, это “что-то” проникло в подсознание и засело тревожным маячком, заставляющим постоянно думать о своей безопасности. Что именно? Возможно, глаза. Эти темные пятна за стеклами очков были похожи на что угодно, только не на человеческие глаза.

Егор прошел через вестибюль, а у самого выхода резко свернул за колонну, присев на корточки и возясь со шнурками. На самом деле, со шнурками все было в порядке, просто Егор хотел еще раз убедиться, что человек в зеленой куртке его не преследует. Вестибюль на выходе постепенно опустел – все, кто приехал на поезде вместе с Егором, уже вышли на улицу, а следующий поезд только подошел. Даже два поезда. Сейчас в вестибюле появится целая толпа. Пора идти. Егор встал и прошел в первую дверь, попав в узкий тамбур, потом толкнул вторую дверь, ведущую на улицу.

Вторая дверь открылась на удивление легко – словно ее кто-то открыл снаружи. Так и было – оказывается, человек в зеленой куртке опередил Егора, и поджидал его здесь, на улице, прямо у двери. Все произошло мгновенно. Распахнув дверь перед Егором, человек в зеленой куртке придержал ее правой рукой, а левую отвел назад, словно вежливо пригласил Егора выйти. Нет, не для этого он отвел свою руку, толщиной с бревно. Он отвел руку для удара. Удар в солнечное сплетение был таким сильным, что у Егора сперло дыхание. Он согнулся пополам, не имея возможности ни вдохнуть, ни крикнуть. И убежать обратно в вестибюль у него тоже не было никакой возможности – человек схватил его за волосы, не позволяя сделать ни одного движения. Еще секунда, и человек в зеленой куртке, невнятно пробормотав какое-то проклятие, с силой закрыл тяжелую дверь. Удар двери пришелся прямо в шею, припечатав ее к медному косяку. Захрипев, Егор сполз на землю, а человек в зеленой куртке тут же исчез, шагнув за угол.

В вестибюле появились люди, приехавшие на следующих поездах и уже успевшие подняться по эскалатору.

– Вызовите дежурного! – визгливо крикнула женщина, обнаружив Егора, лежащего в дверях. – Тут человеку плохо!

*

– Мне не нужны его вещи! – рыдая, кричала молодая женщина, сбросив на пол коробку с мужскими вещами и портфелем. – Мне нужен Егор! Верните мне моего Егора! Вы же полиция! Вы обязаны вернуть мне моего Егора! Чем вы здесь вообще занимаетесь?! Верните его! Вы меня слышите?! Эй ты, майор, как там тебя! Скорин! Встань, и иди искать моего Егора!

Максим Скорин закрыл глаза, медленно считая в уме до десяти. За время работы следователем он научился прогнозировать дальнейшую судьбу людей по их реакции на известие о гибели родных. Самое опасное – это когда человек сразу замолкает. Не плачет, не кричит, не заламывает руки. Просто молчит, сосредоточенно слушая следователя. Молчание и сосредоточенность – верный признак того, что человек уже сегодня выкинет какую-то неприятную штуку. Напьется каких-то таблеток, или еще что сделает с собой. Таких Максим передавал на поруки их родственникам и друзьям, строго-настрого наказывая им не оставлять “сосредоточенного” наедине с самим собой ни на минуту.

Истерики… С ними чуть легче. Благоприятнее всего протекают “адекватные истерики”, так Максим называл их в своей собственной классификации. Человек все понимает, но не может остановиться. Рыдает, кричит, бьется. Но все понимает. Этот будет в порядке уже через час. Излил горе, и все. Завтра еще раз излил. Может быть, напьется. В общем – нервная система находит какие-то пути.