Читаем Магия Нью-Йорка онлайн бесплатно

Julia K. Stein

Winterzauber in New York

Я очень рада тому, что в издательстве «Росмэн» выйдет перевод моей книги «Магия Нью-Йорка» на русский язык!

В студенческие годы я провела несколько месяцев в Санкт-Петербурге, обучая немецкому языку очаровательных и очень умных детей из школы № 206. Это было волшебное время: встречи со многими сердечными людьми, веселые вечеринки на кухне с танцами и музыкой и высококлассные театральные постановки – почти каждый день я ходила в оперу или на балет! Я была бы рада вернуться туда когда-нибудь и надеюсь, что тебе понравится эта книга, где действие разворачивается в другом волшебном городе, Нью-Йорке. Она полна любви к случайным встречам, позволяющим нам по-настоящему познакомиться с кем-то и меняющим нашу жизнь навсегда.

С любовью,

Юлия

За огромными окнами зала ожидания в аэропорту имени Джона Кеннеди в Нью-Йорке снег уже валил так густо, что весь мир за этой белой пеленой снегопада, казалось, исчез.

– Но завтра Рождество! Меня ждет семья! Сестренка думает, что я привезу ей подарки! Она так огорчится… – говорила с упреком Ханна возле стойки регистрации. Слезы наворачивались девушке на глаза.

– Я понимаю ваше разочарование, – с нарочитым сочувствием произнесла темнокожая сотрудница аэропорта, резким движением протягивая Ханне билет. Она широко распахнула глаза, не сводя с девушки взгляда, словно пыталась ее загипнотизировать. Наверное, этому учат на семинарах по обращению с проблемными пассажирами. – Во время такой снежной бури мы не можем разрешить взлет. – Черноглазая сотрудница ткнула пальцем вверх. – Наша авиакомпания заботится о безопасности пассажиров. В такую погоду перелет был бы слишком рискованным. Я вынуждена попросить вас смириться с тем, что сегодня из этого аэропорта не вылетит ни один самолет. Впрочем, это касается любого другого аэропорта в Нью-Йорке и соседних штатах. Если вы намерены вернуться в город, вам стоит выехать незамедлительно, поскольку уже объявили об ограничении движения на дорогах в связи с погодными условиями. К тому же если снежная буря усилится, то работа метрополитена тоже может быть прекращена. – Женщина настойчиво постучала оттопыренным мизинцем по билету, все еще лежавшему на стойке. Ногти у сотрудницы были длинные, на них поблескивал персикового цвета лак.

– Но когда будет следующий рейс? Не может же какая-то несчастная метель парализовать все движение в таком городе, как Нью-Йорк. Завтра ведь Рождество!

Женщина посмотрела на Ханну с усердным сочувствием, и завитки ее тщательно уложенных локонов, ниспадавших на плечи, дрогнули. Ханне она не нравилась – сотрудница аэропорта обращалась с ней, как с психически больным человеком.

– Госпожа Дитц, если повезет, завтра снежная буря уже прекратится. Но до завтрашнего вечера все рейсы отменены, уверяю вас. Всю дополнительную информацию вы можете получить на нашем сайте. Как бы то ни было, у вас еще есть шанс успеть домой на Рождество, пусть и небольшой. – Женщина утешительно улыбнулась Ханне. – В конце концов, Рождество еще только послезавтра.

– Нет, сегодня двадцать третье декабря. Рождество завтра.

Сотрудница чуть подалась назад и, склонив голову набок, внимательно уставилась на Ханну. Очевидно, она сомневалась в психической вменяемости девушки.

– Рождество, госпожа Дитц, наступит двадцать пятого декабря. Быть может, вы и не сможете вылететь завтра, но вполне вероятно, что двадцать пятого декабря вы уже будете дома со своей семьей. Я уверена, ваша сестра сможет потерпеть два дня и будет только рада, что вы успели прилететь в последний момент.

– В Германии Рождество празднуют двадцать четвертого декабря! В сочельник!

Женщина нахмурилась. Очевидно, она решила, что уже потратила достаточно сил на эту упрямую клиентку.

– Ой да какая разница! – простонала Ханна, забрала билет и порывисто отвернулась, словно сотрудница аэропорта была лично виновата во всем этом кошмаре. К тому же Ханна не могла себе позволить разрыдаться прямо на глазах у этой дамы.

Повесив на одно плечо тяжелую сумку, девушка забросила на второе рюкзак с ноутбуком и конспектами, которые собиралась читать в самолете. Через правую руку она перекинула зимнюю курточку, той же рукой подхватила тяжеленный чемодан, доплелась до стула с отбитым подлокотником и шлепнулась на сиденье. Ханне было невероятно жарко в плотном шерстяном свитере, который она надела, чтобы освободить место в чемодане. Сорвав красный шарф с шеи, она запихнула его к перчаткам и шапочке в рюкзак и потерла ноющие плечи. Ручка сумки врезалась девушке в кожу.

Какой ужас! И зачем только она поехала к Эбби в Филадельфию? Если бы полетела домой сразу, с рейсом не возникло бы никаких проблем. Глядя на кружащие за окном крупные снежинки, Ханна вынуждена была признать: только самоубийца сядет в самолет в такую погоду. Но не могла же она предугадать такое!

Ханна всегда мечтала побывать в Нью-Йорке. В Америку она прилетела еще осенью, но сразу поехала в Коннектикут, в колледж Форест-Лейк. Город Большого яблока она собиралась посмотреть в самом конце учебного года, когда ее программа по обмену студентами уже завершится. Но очутиться в Нью-Йорке во время снежной бури? Еще и за день до Рождества? Не совсем то, на что она рассчитывала! И где ей теперь ночевать? Можно ли остаться на ночь в аэропорту? Не станут же указывать пассажирам на дверь в такую погоду.

Как бы то ни было, с ее везением тут еще и ограбят. Может, на время сна спрятать ноутбук под свитер?

Ханна обвела взглядом пассажиров в зале ожидания. На их лицах отражалась вся гамма чувств – от разочарования до ярости. Бизнесмены в дорогих костюмах никак не могли смириться с тем, что погода сорвала им выгодную сделку или не позволила вернуться домой. Худощавые японские девчушки с розовыми бантами в волосах молча, не издавая ни звука, играли маленькими пластмассовыми фигурками. Мимо прошествовали несколько изысканно одетых в индийские наряды семей с детьми, бабушками и дедушками. Неопрятный мужчина, практически весь покрытый татуировками – Ханна едва могла поверить, что такой человек может позволить себе билет на самолет, – вдруг достал из сумки новенький макбук и айфон. Захлебывался плачем младенец.

Ханна задумалась, не украдут ли у нее из-под носа чемодан, если она заснет. Никого особо подозрительного она не заметила, но это, конечно же, ничего не значило. Если бы мама знала, что Ханна раздумывает над тем, не переночевать ли ей в аэропорту, у нее случился бы инфаркт. Сегодня они уже созванивались, и Ханна обещала в крайнем случае воспользоваться кредиткой, ни при каких обстоятельствах не покидая «безопасную зону». Нью-Йорк виделся маме каким-то мрачным городом, в котором бесчинствовали бандиты, и стоило тебе свернуть куда-то не туда, как тебя тут же могли застрелить. Удивительно, что мама вообще разрешила ей поехать на поезде в Балтимор перед тем, как лететь домой.

Взгляд Ханны остановился на парне, говорившем по телефону в паре метров от нее. Он стоял чуть боком, беззаботно вытянув левую руку вверх, словно ему принадлежал весь этот аэропорт. Парень потягивался, будто перед каким-то спортивным состязанием, что смотрелось весьма неуместно в многолюдном аэропорту. Футболка поло чуть задралась от этого движения, обнажив полоску кожи над поясом джинсов. Но самым странным в этом парне была его обувь. Шлепанцы! Это при нулевой-то температуре снаружи! Тем не менее, может, и ей стоило бы снять зимние ботинки. При виде голых пальцев ног Ханне почудилось, словно искусственный мех в ее ботинках нагревается, становится жидким и вот-вот достигнет температуры кипения.

– Привет, красотка! Это ты, что ли? Эм-м-м… Персик? – Голые ноги приблизились. – Я тебя знаю по Форест-Лейк.

Ханна отвлеклась от раздумий и подняла голову. Голос принадлежал обладателю голых ног и показался девушке знакомым. А от интонаций у нее мурашки побежали по коже еще до того, как она взглянула в лицо подошедшего к ней парня.

– О! Привет…

Голубые глаза. Светло-каштановые волосы с длинными прядями на висках, падавшими на щеки. Изогнутые, словно подведенные карандашом, брови. Торс, туго обтянутый белой брендовой футболкой из коллекции Ральфа Лорена. Джинсы. И да, шлепанцы.

– Привет, Персик. Ты ведь знаешь, кто я? – осведомился парень с улыбкой, склонив голову набок.

Впрочем, судя по его голосу, он нисколько не сомневался в том, что Ханне известно, кто он такой.

Конечно же, она его знала. Наверное, во всем колледже не было ни единого человека, который бы не знал, что это за парень.

– Кайл, – послушно ответила Ханна.

Парень кивнул.

– Когда ты так говоришь, кажется, что ты произносишь название какой-то омерзительной болезни. Ты что здесь делаешь? – Он отбросил с лица длинные прядки.

– Наверное, то же, что и ты? Стоп, ты вряд ли собирался лететь в Дюссельдорф. Да и я, в общем-то, не лечу. – Ханна осеклась – при этих словах в ее голосе вновь послышались едва сдерживаемые слезы.

– Барбадос.

– Барбадос? Ты собирался на Карибские острова? – Ханна тут же поняла, насколько глупо прозвучал ее вопрос. – Ясно, – мрачно добавила она, прикусив губу.

– А когда ты говоришь «ясно», ты словно произносишь слово «понос». И как тебе только это удается? – Ухмыльнувшись, Кайл все тем же жестом отбросил челку со лба.

– Слушай, мне не до шуток. Я хочу домой. Завтра Рождество, а я тут застряла в аэропорту. Я не знаю этот город. Моя сестра Лени будет разочарована, да и родители огорчатся. У меня нет денег на комнату в отеле, а здесь все чудовищно дорогое. – Слова лились из нее потоком, и Ханна никак не могла их остановить. Сейчас она напоминала тараторящего попугайчика.

Кайл приподнял правую бровь, четко очерченную, словно он пригладил ее крохотной расческой. А может, он действительно расчесывал брови, от него Ханна вполне могла ожидать чего угодно.

После ее тирады на губах парня все еще играла веселая улыбка.

– Ну конечно, для тебя это не проблема, – ядовито добавила она. – Спасибо огромное за моральную поддержку!

Вскочив, девушка подхватила рюкзак, потянулась за сумкой и курткой и сжала ручку огромного, тяжелого чемодана, в котором везла подарки для всей семьи. Ханна попыталась удалиться, не теряя чувства собственного достоинства. Поскорее бы убраться от этого типа, который не воспринимал ее удручающую ситуацию всерьез. Слезы навернулись ей на глаза, потекли по щекам, и Ханна утерла их рукавом, что оказалось непросто, учитывая, сколько сумок она тащила. А ведь она так ждала Рождество!

– Эй, да погоди ты! – крикнул ей вслед Кайл.

Он не рассчитывал на то, что эта девчонка из колледжа так быстро уйдет. Кайл уже давно торчал в аэропорту, и постепенно становилось ясно: тут больше ничего не произойдет. Ему было скучно, и особенно не радовал тот факт, что пройдет еще немало времени, прежде чем он окунется в теплые воды моря.

Девчушка выглядела так забавно, когда злилась, а ее неприветливость пробуждала в Кайле охотничий инстинкт – с этим он просто ничего не мог поделать. Да и в любом случае ему не помешало бы отвлечься от всей этой снежной катавасии. Хотя девчонка, похоже, напрочь лишена чувства юмора. А жаль! На самом деле она очень мила. Вернее, была бы мила, если бы не уродливые огромные очки на носу. И акцент у нее секси, это уж точно.

А еще на ее футболке красовался принт «Люблю поразвлечься»; звучало многообещающе! Может, в этом омуте за очками заучки водятся задорные чертенята? В конце концов, иногда именно у девчонок, за которыми не так часто ухаживают, возможность пуститься в небольшое приключеньице вызывает особый энтузиазм. Она, кажется, студентка по обмену из Швеции или что-то вроде того? О шведках Кайлу рассказывали много хорошего, мол, они и поэкспериментировать любят, и все такое.

Девушка остановилась и медленно оглянулась. Она действительно была очень мила. А сколько скептицизма в ее карих глазках!

Интересно, ее глаза кажутся такими огромными из-за стекол очков или они у нее действительно большие?

– Да не убегай же ты! Я прекрасно понимаю, что ты сейчас чувствуешь, – примирительно заметил Кайл и улыбнулся. Обычно его фирменная ослепительная улыбка приносила неплохой результат.

Габариты чемодана, который девушка поставила рядом с собой, поражали воображение. Что только девчонки с собой не таскают! При этом ее темная шевелюра была собрана в тугой узел, закрепленный карандашом. А значит, едва ли она из тех девушек, которые путешествуют с чемоданом, набитым плойками для завивки волос и разнообразными шампунями, как делала Ким, одна из его бывших, прихватившая в поездку на выходные сумку приблизительно такого же размера. Ну да ладно, с девчонками все равно никогда не угадаешь наверняка. Теперь Кайл уже мог прочесть всю надпись на футболке девушки: «Люблю поразвлечься, а лучшее развлечение – это книги».

Ой-ой, похоже, она мега-заучка! Наверное, лучше все-таки убраться от нее подальше.

Ханна скрестила руки на груди.

– Да ну? И откуда же тебе знать, что я сейчас чувствую?

– А ты думаешь, только твой рейс отменили? Сегодня и мой самолет не улетит.

– Что, никакого роскошного отдыха на Барбадосе, бедняга? – Ханна тоже вскинула бровь и склонила голову набок.

– Эй, Персик, это несправедливо. Не знаю, что ты имеешь против Барбадоса, но там меня ждет вся моя семья, по крайней мере, люди, которых я называю семьей.

Ханна смотрела на Кайла так пристально, что он на мгновение отвел взгляд, но только на мгновение. На лице девушки читалась такая неприязнь, что парень едва сдержал улыбку.

– И я тоже не смогу прилететь к своим близким. Я застрял в Нью-Йорке, как и ты. Разве на это не стоит сделать хоть какую-то скидку? – осведомился он, не без былой иронии в голосе.

– И у тебя тоже нет номера в отеле? – несколько удивленно уточнила Ханна.

– У меня тоже нет… эм… номера в отеле. – Парень медленно покачал головой.

Так и было. Правда, Кайла ждала квартира неподалеку от Центрального парка, но сейчас он предпочел не упоминать об этом, иначе Персик, чего доброго, решит, что он ее приглашает в гости.

– У меня тетя в Нью-Йорке живет, – сообщил он. Это тоже соответствовало истине, но такая формулировка не предполагала, что Кайл обязан звать соученицу к себе.

Впрочем, непохоже было, чтобы девушка собиралась его о чем-то просить. Скорее, судя по ее виду, ей отчаянно хотелось влепить ему пощечину. Кайл ничего не мог с собой поделать. Эта строптивая девчонка с огромными карими глазищами словно околдовала его, и парень едва подавил в себе желание разгладить складку на ее лбу.

– Не знаю, что с тобой случилось. Но, если тебе так хочется, можешь и дальше срывать на мне злость. В конце концов, мы с тобой ходим в один колледж, нам стоит держаться вместе, – примирительно заметил он.