Читаем Никогда не поздно онлайн бесплатно

Глава первая: Первая ночь на земле

Мы едем так быстро, что мои уставшие глаза не успевают разглядеть ни единой детали. Машины, дома, люди, все превращается в одно, неуловимое мелькающее бельмо. Это напоминает мне о скоротечности наших жизней. Так же быстро мы стремимся добраться до своих целей, так быстро, что уже прожитая жизнь напоминает дешевый и до мозга костей второсортный художественный фильм, лишенный интересных и запоминающихся моментов. И оказавшись на краю, между жизнью и смертью, наши прибывшие к цели пустые и уставшие души наполняются сожалением и болью. Хочется только кричать и плакать от осознания того, что вся жизнь была потрачена в пустую, и ничего уже не вернуть.

– Кейдж! Кейдж! – пронзительный мужской голос раздавался отчетливо и звонко, – Хватит витать в облаках.

– Я в порядке.

Цифры на спидометре приближаются к отметке сто сорок километров в час. Страшно представить, сколько правил дорожного движения мы уже успели нарушить. Все вокруг начинает казаться таким незнакомым и пугающим и только непоколебимой уверенности моего напарника удается держать меня на плаву. Человека на соседнем сиденье зовут Кай. Постоянно раздраженный и недовольный жизнью. Его выводит из себя моё умение терять бдительность и самообладание в самые важные и неподходящие для этого моменты. Но сейчас он как никогда прав, нельзя расслабляться, малейший просчет или ошибка могут стоить нам жизни.

– Долго еще?

– Мы почти на месте. Кейдж я знаю, что тебе сейчас приходиться особенно трудно. Смерть дочери, развод, но очень прошу тебя, соберись с мыслями и избавь окружающих от своих философских размышлений о справедливости, законах и важности человеческой жизни.

– Я постараюсь, Кай.

– Пойми, это первая удача за последний год.

– Знаю, я всегда прикрою твою спину, но большего обещать не могу.

– Это наша работа! – во весь голос выкрикнул Кай.

– Наша работа это… – но не успел я закончить свое предложение, как Кай нагло перебил меня.

– Да, да. Я отлично знаю, что ты скажешь. Мы спасаем жизни, а не отнимаем! Кто мы такие, чтобы лишать людей права на искупление.

– Ты как всегда прав, дружище, знаешь все лучше меня.

– Ей богу, Кейдж, ты и вправду веришь в этот бред? Неужели ты все еще считаешь, что мы способны творить добро в эти безумные времена?

– Стараюсь, как могу и, мне кажется, ты выбрал совсем неудачное время, чтобы обсудить наши с тобой разногласия.

– Ты прав, совсем заболтал меня, Кейдж. Сосредоточусь лучше на дороге.

Резкие повороты, скоротечно сменяют друг друга, вынуждая меня все сильнее впиваться в кресло машины. Мы быстро и уверенно приближаемся к нашей цели. Взглянув на Кая, я заметил сильное напряжение у него на лице. Оно буквально полыхает от безумной ярости, но бездонные голубые глаза выдают первобытный страх. И я всецело разделяю этот страх. Что если это непростое задание станет последним нашим совместным приключением? По силам ли нам все это и не переоценили ли мы свои возможности? Весь последний год, мы старались выйти на эту цель. Аресты, допросы, рейды и все безрезультатно. Только сейчас, спустя целую вечность, появилась действительно значимая наводка.

Улица имени Крейндбери, здание тридцать четыре. Подозреваемый Маркос Диор, так же известный под прозвищем Бык. Исходя из имеющейся у нас информации этот, парень полностью оправдывает свое нелепое прозвище. Ростом более двух метров, широкий как шкаф. Говорят, его даже пули не берут. До сих пор не могу понять, как этому маньяку, с явной тягой к кровавому насилию удавалось оставаться незамеченным. Нет никаких улик и следов, он чист, как слеза младенца. Все что мы имеем это сплетни и слухи. Этот парень как призрак, он подозревается в более чем пятидесяти правонарушениях.

Продажа наркотиков, массовые убийства, вооруженные грабежи и этот список можно продолжать до бесконечности. Мы так долго искали возможности крепко прижать его за яйца, что, внезапно узнав возможное местоположение цели, моментально потеряли головы от перевозбуждения и восторга. Его банда особенно ненавистна все полицейским в нашем отделении. Эти бандиты не ограничивают себя никакими нормами морали. Продажа наркотиков старикам и детям, использование их как распространителей этой отравы. Меня просто выворачивает наизнанку от этого. Эта дрянь повсюду. Поймать Быка за рога, значит сделать первый шаг к очищению нашего славного города от этой новой эпидемии двадцать первого века. Хватит с меня умирающих от передоза детей и слез их безутешных матерей. За последний год было зафиксировано девятнадцать подобных случаев. Их молодые, не познавшие еще радостей жизни лица, снятся мне каждую ночь, и в их гибели я виню только себя. Поэтому если есть хоть один шанс на то, что наш город сможет вздохнуть свободно от этой заразы я просто обязан им воспользоваться, чего бы мне это не стоило. Тем временем машина резко затормозила.

– Кейдж, мы на месте, ты готов?

– Готов, припаркуй машину подальше от улиц, мы не должны привлекать внимание.

Сделав плавный разворот наш, автомобиль слился с тенью ближайшей подворотни. Кай заглушил мотор, и мы начали пристально наблюдать за территорией.

Все наши попытки оказались совершенно бесполезны.

– В этой темноте мы ничего не найдем. Они могут чечетку станцевать в метре от нас, а мы ничего не заметим.

– Тогда пошли на разведку, ты же обожаешь полевую работу, верно?

– Сначала давай подготовимся, как следует, там нас может поджидать все что угодно.

Проверка табельного оружия на исправность, стандартная процедура для офицеров.

– Сколько у тебя с собой магазинов, Кейдж?

– Не достаточно, чтобы вести войну с целой преступной группировкой.

– Сколько?

– Два, я сегодня не планировал проливать кровь. У меня были другие планы на вечер. А ты чем похвастаешься?

– Четыре, нужно всегда быть наготове, приятель. Не ты ли вбивал мне это каждый день в голову, не жалея сил?

– Я много чему учил тебя, парень, но ты почему-то запомнил лишь это.

Дело было в том, что Кай обожает оружие и особенно страстно он любит свой личный пистолет. Обращается с ним там бережно и заботливо, как любящая мать с собственным ребенком. И это по-настоящему забавно, ведь настоящих детей у него никогда не было. Поэтому вся его семья состоит лишь из трофейного Desert Eagle, калибр двенадцать и семь миллиметров. Настоящее произведение искусства, прекрасен как Американский национальный гимн. Многие считают, что он довольно непрактичен в боевых условиях. Семь патронов в обойме не позволят разгуляться на полную ногу, но Кай компенсирует этот недостаток своей исключительной точностью. Мало кто способен, соперничать с ним в меткости. Я же, наоборот насмотревшись на большие пушки, во время службы в армии, предпочитаю более практичное и удобное оружие. Старый, добрый Glock 17 уже долгое время служит мне верой и правдой. Я считаю его неофициальным Австрийским восьмым чудом света. Надеюсь, что и сегодня он меня не подведет.

Осторожно и не привлекая внимание, мы начали изучать территорию. Тихая и спокойная на первый взгляд обстановка, не вызывает никаких подозрений. Старый, полуразрушенный склад на окраине. Раньше по всему городу таких построек можно было насчитать почти, что с полсотни. Они были построены еще в военные времена, в основном использовались для хранения боевой техники и боеприпасов. После войны их выкупила одна крупная компания, которая занималась ловлей и продажей рыбы, кажется. Но в восьмидесятых из-за ряда несчастных случаев, когда склады начали разваливаться на глазах и унесли жизни более чем тридцати четырех рабочих, их начали повсеместно закрывать и сносить. Я не знаю, как этот склад смог избежать подобной участи, видимо им заинтересовался кто-то гораздо более влиятельный, чем прежние владельцы. Так или иначе, наша цель должна быть здесь, если верить показаниям одного из подозреваемых.

Конечно, надеяться на показания наркотически одурманенного преступника занятие не очень разумное, но и выбор у нас не велик. Мы безрезультатно ловили мелкую рыбу, в надежде, что однажды кто-нибудь из этих подонков расколется и выдаст нам нужную информацию. Сегодня вечером, я просто сидел в пустом баре, заливая свои печали крепким алкоголем и болтая сам с собой, рассуждал от том, как мне удалось скатиться до такой жизни.

Экстренный рабочий вызов спутал мне все планы.

Стоило мне только насладиться заслуженным отдыхом, как тут появился он, весь грязный и уставший, лишенный всего, потерянный для человечества. Нет семьи и дома, нет счета в банке, он не существует для окружающего его мира. И ради этого подонка мне пришлось отменить своим планы. Все, что у него было это информация, которая вполне может стоить ему жизни и глаза, заплаканные и уставшие, покрытые плотным слоем ненависти и отвращения к себе. Они были полны боли и сожаления. Несмотря на ужасный вид, мужества этому человеку было не занимать. Нужно обладать поистине огромной силой воли, чтобы сдать с потрохами самого опасного и влиятельного преступника в городе. Наверное, он понял, лучше попытаться сделать хоть что-нибудь хорошее в жизни, прежде чем закончить ее в какой-нибудь грязной канаве, разлагаясь как живой мертвец, медленно и мучительно. Мы не допрашивали его, не было никакого давления, он сам пришел и выдал чистосердечное признание. Видимо совесть совсем замучила бедного парня, хотя я до сих пор не понимаю, как можно жить в мире и согласии с самим собой, зная, как много людей пострадало от твоих поступков. Рыдая, он рассказал нам все, что знал. Будучи мелкой сошкой, информации о самом картеле у него оказалось не много. Но и этого оказалось вполне достаточно. По его словам, сегодня, на этом самом складе состоится рождение, новой и возможно самой большой и опасной, международной нарко-коалиции.

В итоге из всей полученной информации наш капитан полиции, мой непосредственный начальник поручил мне и Каю специальное задание. Наша цель незаметно проникнуть на место совершения сделки и подтвердить или опровергнуть полученные от информатора данные. В случае подтверждения запросить подкрепление и оказать отряду специального назначения, любую возможную помощь. Сейчас на часах только одиннадцать часов вечера, времени у нас еще более чем достаточно. Место, в котором мы сейчас находимся, пугает своей безызвестностью. Пустые улицы и гробовая тишина. Ни света фонарей, ни лая собак, во всей округе ни единого звука. Все находится в подобии звукового вакуума.

Незаметно, следуя друг за другом мы начали пробираться на территорию склада.

– Старая развалина, – прошептал Кай

– Крупнейший наркоторговец в городе, а дела ведет на смердящей помойке.

И он прав, это практически разрушенное здание без окон и дверей. Огромные входные ворота, которые, как мне кажется, не открывали с самых военных времен и множество опорных балок, удерживающих трухлявую от ржавчины крышу. Они настолько старые, что в один миг, могут превратиться в пыль, от одного лишь прикосновения. Изрисованные граффити стены кое-как скрывают истинное состояние и преклонный возраст склада, а битое всюду стекло создаёт впечатление, что мы крадемся не по зловонному старому переулку, а по-утреннему, только выпавшему мягкому снегу. Могу заметить, что это место пользуется особенной популярностью у всей местной шпаны. Нам приходится контролировать каждый свой шаг и красться настолько тихо, насколько это возможно физически. Далеко не самые приятные условия. Как же я скучаю по старой доброй слежке в машине.

Пробираясь дальше в темноте, я все крепче сжимаю свой пистолет в руке, Кай так и вовсе находится в полной боевой готовности.

– Нужно разделиться, сэкономим время – слегка взбудоражено и с легкой ноткой неуверенности в голосе произнес мой напарник.

– Черта с два я оставлю тебя одного, хотя бы на одну минуту.

– Напомни мне, когда это я успел нанять тебя себе в няньки?

– О, ты нанял меня в тот самый момент, когда взял себе за правило сначала стрелять, а потом думать.

Лицо его резко переменилось, он терпеть не может нотации и бессмысленные, как он любит выражаться, упреки. Но ни при каких условиях я не могу оставить его одного. Ведь, как и у меня, у Кая есть свой, особенный и сильно отличающийся от моего, дар. Этот парень может создавать проблемы на ровном месте, настоящий человек катастрофа. Стоит на мгновение оставить его без внимания как он тут же начинает драку или открывает стрельбу. Горячая, молодая кровь, черт её дери. Я как поводок для него, хотя и сам был не лучше в его возрасте. Молодой офицер, только вернувшийся с войны и отчаянно нуждающийся в справедливости. Вернувшись с одной войны, я сразу погряз в новой, не менее жестокой и разбивающей сердце. Но здесь на улицах, ставших мне как родными, я хотя бы понимал, за что сражаюсь и с кем, пускай у меня и не было выбора. Каю в отличие от меня безумно нравиться быть крутым, как он себя называет, полицейским. Сейчас в его сердце горит безудержным пламенем желание перестать прятаться как крыса в дерьме и полить все вокруг праведным огнем из свинца и пороха.

Мы обошли всю территорию склада вдоль и поперек, продолжая нарезать круги, мы понемногу начала терять надежду. Единственный вход на склад, выглядит запечатанным намертво и с большой вероятностью открыть его можно только изнутри. Никаких других способов попасть на склад нам, к сожалению, обнаружить не удалось.

– Это все бесполезно, Кейдж. Мы просто впустую тратим время, я сломаю ноги этому грязному наркоману. Как мы могли так легко повестись на его бредни? Я сейчас просто взорвусь от злости. Черт бы его побрал.

– Сдаешься? Мы же только начали! Давай пройдемся здесь еще немного, я не верю, что ты готов так быстро опустить руки.

– Нет, к черту все это. Не верю, что мы найдем здесь что-либо кроме крыс с их дерьмом и каких-нибудь обдолбанных хипстеров.

Кай быстро развернулся и, не сказав ни слова двинулся в сторону нашей машины. Я подбежал к нему и крепко схватил за плечо, пытаясь удержать на месте.

– Ты уйдешь, когда я тебе это разрешу. Ты понял меня сержант?

С силой он оттолкнул меня в сторону.

– Думаешь, что можешь приказывать мне, старик?

– Какая муха тебя укусила? Не будь идиотом!

– Я не идиот, лейтенант, я просто размышляю логически.

Неожиданно во время нашего разговора в нос мне ударил резкий, но до жути знакомый и практически родной запах. Его я ни с чем и никогда не спутаю. Запах сигаретного дыма, отчетливый и ясный. Мне пришлось бросить курить уже очень давно, поэтому этот запах я почувствую даже за километр.

– Кай, чувствуешь запах?

– Что? Какой еще запах?

– Сигареты!

– Ты совсем умом тронулся? Нет, извини, местный смрад отбил у меня возможность чувствовать что-либо кроме запахов человеческих испражнений. Как вообще здесь можно, что-либо почувствовать? Ты случайно не гончая, Кейдж?