Читаем Мурашки-мормышки онлайн бесплатно

Мечта поднималась в небо. Она улетала от меня. Но я ещё её видела. И чувствовала. И знала. Знала то, что я должна её легко отпустить. В этом мире все имеет начало, и все конечно. То, что сейчас я держу в руках – я должна отпустить. Ни капельки тоски, по-прежнему чудесно, лишь маленькая толика рассыпчатой грусти, но она столь незначительна, я сама удивляюсь – я научилась прощаться… За столько встреч и расставаний в жизни, я научилась легко прощаться…

– Я буду скучать.

– Я тоже.

– По крайней мере, первое время.

– Наверное, мы не так долго пробыли вместе, чтобы привязаться. И чтобы скучать.

– А может и дольше…

– А может и этого времени достаточно, чтобы помнить.

1

Мы стояли на вокзале перед экспрессом, который меня увезет в аэропорт. Мне было страшно уезжать. Что ждет меня в далеком Барнауле? Что ждет дальше в горах? И что я оставляю здесь? После всего, что он мне наговорил, мне страшно.

Дернуть плечиком и уйти. Оставить всё как есть и уехать. Решай сам.

– Будешь скучать?

– Наверное…

– Пока! – и убегаю к выходу на поезд.

Давно я не уезжала налегке. Со мной были лишь небольшая дорожная сумка, взятая у подруги, и полупустой рюкзак с книжкой и документами. Я зашла в огромное расстраиваемое последние годы здание «Домодедово». С этим аэропортом связаны самые теплые воспоминания холодных зим, когда мы в компании фанатично преданных снежным горам людей, обвешанные чехлами и кофрами со сноубордическим или горнолыжным снаряжением, шли на свой рейс.

Мой рейс задерживался, и я с важным видом разгуливала по зданию аэропорта, пытаясь представить другой город, так далеко расположенный от нас. В голове рисовались картины гор, походных песен, костров, романтики. Мне необходимо ехать туда. Узнать и понять, почему уже несколько лет я так беспокойна, лишь думаю об Алтае.

Столица провожала меня зачинающимся летом, несмотря на почти полтора месяца его календарного, по-прежнему было прохладно и дождливо. Москвичам досталось пол дня жары, пришедшей по счастью на воскресение, и люди очень любили рассказывать друг другу как они провели эти полдня до внезапно обрушившейся бури с резким похолоданием. В вечер моего отлета солнце вдруг напомнило о себе, воздух мгновенно стал душным и липким.

С раскрытой книжкой я сидела в зале ожидания, но не прочитала ни строчки, мне было интересно наблюдать за другими пассажирами. Выискивать глазами разные судьбы, пытаться понять и предугадать, кто тот или иной человек, и зачем он здесь, куда летит, и какова его жизнь.

Конечно, по моему мнению, все, летящие со мной пассажиры, непременно должны были лететь в Барнаул исключительно в поход. Объявили посадку на наш рейс. Я внимательно следила за очередью, дождалась, когда все прошли, и только тогда не спешно поднялась с кресла.

Вход в самолет происходил через рукав. Меня встретили улыбающиеся стюардессы, указали, моё место. Самолет, ил-86, был наполнен на треть. Рядом со мной сидела девушка, героиня фильма «Вечная история страсти». Её место у иллюминатора, мое рядом, а возле нас со стюардессой разговаривал странный мужчина, он присел к нам третьим и сказал:

– Я тут временно с вами посижу. Ну… вы ж слышали мою проблему?

Мы пожали плечами, и тут его позвала стюардесса:

– Вон на том ряду есть свободное место у окна.

Он ушел, а мы с соседкой переглянулись и рассмеялись.

В половину двенадцатого ночи самолет взлетел. Моя соседка уютно куталась в плед, периодически бросая какие-то фразы о том, что лететь слишком долго, о том, что она три недели не была в Барнауле. Её присутствующий во всем образе красный цвет меня восхищал. Аккуратненький красный чемоданчик, красная заколка, красная косметика, и даже плед ей достался бардового цвета.

В салоне был приглушен свет, в первый час полета нас быстро напоили и накормили. Спим… Я пожалела, что не успела взять плед, начала замерзать, а, когда обратилась к стюардессе, она ответила, что пледы закончились. От холода меня пробивал кашель. Ещё московский кашель, одолевающий уже пару недель.

В связи со сборами в Барнаул, и вообще бурной в последнее время жизнью, у меня практически не было времени осмыслить то, что происходит вокруг меня. Я находилась в вечном движении и постоянно куда-то спешила. Однажды он все-таки вырвал меня из этой суеты, усадил напротив, и начал говорить. Все решительные моменты своей жизни он обсуждал со мной исключительно в нетрезвом состоянии. И меня это жутко злило. С утра я пыталась понять, что было накануне? Игра слов или больная правда? А он сам делал вид, что ничего не было, и мне уже казалось, все, что я услышала – мне приснилось.

Но отношения наши действительно сломались. Что-то произошло, и мне бы задуматься и разобраться что, да только я поглощена своей жизнью, мне некогда. У меня ролики. Соревнования, марафоны, города. У него кто-то появился, он мне все вывалил, когда успел застать меня в минуты дождливой погоды дома. Я выслушала, и уехала в Минск на марафон. Вернувшись, мне опять некогда было осмыслить и поговорить, мне уже пора в Барнаул.

Из-за перевода времени приземлялись мы утром следующего дня. Было забавно провалиться в сон на полчаса в кромешной тьме, а открыть глаза при розовом свете восхода. Из иллюминатора я наблюдала извилистую реку. Обь, поняла я. На рассветном солнце её крутые берега отливали ярким оранжевым цветом. Я разволновалась, лишь подумала о предстоящей красоте пейзажей. Прожив всю свою жизнь на равнине, меня восхищает любой рельеф.

На ленте выдачи багажа я стояла напротив своей соседки, её встречали родители, и красный чемоданчик – был всего лишь сотой частью её багажа. Суетливо они снимали чемоданы и сумки с ленты, и я подумала, как же она все это сдавала в багаж? Этот очаровательный яркий образ Барнаула мне нравился.

Утро было прохладным, но в воздухе висело приближение солнечного жаркого дня. После влажной Москвы в сухом Барнауле я чувствовала себя комфортно.

Здание аэропорта Барнаула ничем не отличалось от зданий аэропортов Магнитогорска или Уфы, или других региональных городов, где приходилось мне бывать за последнюю пару лет. Вероятно, все они отстроены в одно время одними же архитекторами. И мне подумалось, что это очень удобно – иметь одинаковые аэропорты по стране. Прилетаешь в чужой город, а аэропорт как родной, можно в нем прекрасно ориентироваться. В моём случае я без указателей отправилась в туалетную комнату, зная заранее, где она находится.

Закинув рюкзак за плечи, а сумку через плечо, я вышла на площадь перед аэропортом, которая тоже не особенно выделяется среди других площадей других аэропортов. Перед двухэтажным залитым синим стеклом зданием расположена огромная парковка, лишь на четверть заполненная машинами. На выезде четырехэтажное здание гостиницы. Вдоль парковки высажена аллея деревьев, и от неё уходит дорога. А далее во все стороны, куда ни кинуть взгляд – ровное пустое заполненное дымкой пространство до горизонта.

В одно время параллельно приземлились два рейса, и оба из Москвы. Таксисты суетились между пассажирами, но я упорно пыталась найти общественный транспорт. Прошлась вдоль парковки, но не нашла никаких признаков остановки автобуса или маршруток. И уже было отчаялась, как кто-то ко мне обратился:

– Вы Сибирью прилетели?

Я обернулась, передо мной стоял мужчина, глядел он в сторону, я даже не поняла, он ли говорит со мной. Но мужчина, продолжая смотреть не на меня, тихо произнес:

– Садитесь к нам в автобус –до вокзала довезем. Бесплатно.

Тон был заговорческим, я обернулась, посмотрела, что нас никто не подслушивает, и так же тихо, не глядя в его сторону, ответила:

– Очень замечательно.

Автобус неприметно стоял в стороне парковки, стоял в единственном куске тени от неожиданного одинокого дерева. Автобус был неприметным. Я не поняла его марку, не запомнила его цвет. Зашла в салон, меня внимательно осмотрели те несколько пассажиров, что в нём сидели. Я кивнула головой. И уселась к окошку. Автобус сразу тронулся, словно ждали только меня.

Мы ехали по сухим, но не пыльным улицам через какие-то производственные районы. Затем начались малоэтажные жилые постройки. Солнце приподнималось, и утро наколялось. Автобус подъехал к центру, к вокзалу, где я увидела типичную для большинства городов картину: обшарпанные дома и вечная суета продающих-покупающих. Во все стороны от площади хаотично двигались автомобили, автобусы и маршрутки. День начинался.

С вокзала на таком же сухом как весь город троллейбусе я доехала до гостиницы, которую мне посоветовал менеджер тур агентства. Остановиться в ней удобно, так как именно от неё ночью уходил мой автобус на Горный Алтай.

В скромной по обстановке комнате воздух был накален, я раздвинула шторы и распахнула окно. Из окна видна огромная площадь с выступающим на город Лениным. Комната мгновенно наполнилась звуками шумного дня.

Хотелось спать, но становилось жарко, я залезла в душ, после чего решила пойти на завтрак в кафе. За соседними столиками так же как я в одиночестве завтракали молодые люди. «Наверное, командировочные», – думала я.

Поспать мне не удалось, жизнь за окном бурлила, и палило солнце. Я отправилась осматривать город.

Первым делом я пришла в тур агентство, в котором ещё из Москвы забронировала тур. Часть тура было оплачено переводом, вторую часть – договорились оплачивать на месте. Офис агентства находился на соседней от центральной улице. Она была спокойнее. Передвигаться по городу я старалась в тени. Найдя нужный дом и обнаружив знакомую надпись названия агентства, я зашла внутрь сквозь открытую нараспашку дверь. В прихожей под вентилятором за компьютером сидела девушка. Она лениво приподняла голову и взглянула на меня. Я объяснила, кто мне нужен и зачем я здесь. Она выглядела очень удивленной. Но направила меня в соседнюю комнату, где под личными вентиляторами за компьютерами сидело ещё три человека.

Мой менеджер, с кем я так хорошо переписывалась по интернету, со вздохом произнес:

– Вы все-таки приехали?

– Ну да, а что, не должна была?

Взглянув на меня уже с большим интересом, он немного оживился, насколько в этой жаре вообще хотелось бы оживать, и начал детально рассказывать о предстоящем путешествии. Я старалась включить внимание, но мало чего понимала. Сначала куда-то заброска на катере. Потом сплав. Пешие вылазки в горы. Баня. Самым главным было понять и запомнить, в какой автобус вечером садиться. Мне выдали ваучер, договор и билет на автобус, пожелали удачного путешествия, и я вышла на улицу, мало по жаре отличающуюся от офиса.

Город жил своей жизнью. Шумел транспорт. Раскачивались под жарким ветром деревья. Веселые горожане обливали друг друга водой. Обливания у фонтана я заметила ещё из окна гостиницы. Выйдя в город я наблюдала как периодически люди выливают друг на друга воду из стаканов, бутылок и даже ведер. Несколько раз и я попадала под струю воды. Скоро я научилась ориентироваться и во время уворачиваться. «Как же они ходят на работу?», – я была уверена, что обливания связаны с особенностями жаркого климата, и только вечером я где-то услышала, что сегодня – 7 июля – «праздник Купалы», оказывается в Сибири есть традиция обливания водой в этот день. Я иду по улице, вижу пятно высыхающей лужи, значит, надо обойти, наверху в окне кто-то караулит прохожего с ведром воды.

Жаркий день подходил к концу, вода в бутылках заканчивалась, и выползли на службу комары. Около полуночи я сдала номер, забронировала такой же на обратную дорогу, мне в Барнауле предстояло провести ночь перед самолетом, и вышла на улицу. Ещё из окна гостиницы я наблюдала оживление возле двух подошедших на площадь автобусов.

Мне выдали мой билетик с местом номер 1. А ещё говорили, что не ждали меня! Сопровождающая нас – невыразительная тихая девушка с совершенно невыразительным голосом, но её все видели и слышали. Водителем был высокий худой парень, лет 25. Я сидела на месте сразу же за водительским креслом через перегородку, за время пути я выучила все десять песен с диска, который он слушал. Под некоторые я засыпала, под звучание некоторых бодро просыпалась.

В автобусе среди прочих пассажиров я пыталась определить туристов с моего маршрута. Как и в самолете, я ожидала, что те, кто сейчас находились со мной в пути, такие же путешественники как и я. Мне казалось, что в этих краях все ходят в походы, и, если люди едут куда-то, то только до места, откуда начнут свой сплав по реке или восхождение в горы. Я воспринимала жителей Барнаула обязательными путешественниками. В каждом я видела море приключений и испытаний Алтайскими горами. Моим неожиданным удивлением было от первого же барнаульца, с кем я разговорилась, узнать, что ни он, ни его семья ни разу не были даже в Горно-Алтайске, не говоря о республике Алтай.

В автобусе пассажиры ехали очень беспокойно, кому-то становилось жарко, открывали вентиляцию, тут же кому-то становилось холодно, включали печку. На остановках выходили размяться. Эти остановки мне запомнились стоянками дальнобойщиков, кафешками с чаем и пирожками, а так же бесконечными рядами пластиковых бутылок с медом. На рассвете мы ехали по республике Алтай, вокруг вырисовывались сумасшедшие пейзажи горной дороги и тумана, покрывающего мир. Зрелище наикрасивейшее, но глаза слипались, и я не могла себя заставить проснуться. Последняя остановка, возле очередного моста через Бию, была совсем сонная. На тихой стоянке за одиноким столиком стояла единственная женщина с термосом. Она сообщила, что ждала нас. Послушные пассажиры по очереди подходили к ней и покупали травяной чай. Дороги оставалось совсем немного, наши сотовые отключились ещё в Горно-Алтайске, и меня уже интриговала эта жизнь – неделя без связи. В наш современный обремененный несвободой мир, большая роскошь оказаться в недоступности от людей.

Оставшуюся часть пути я упрямо смотрела в окно, дорога представляла собой крутые виражи вдоль Бии и гор. Автобус делал остановки возле кемпингов и турбаз, где высаживались пассажиры. Мы переехали последний мост через Бию, отделяющий реку от озера. Река впадает в озеро, и от этого моста географически начинается Телецкое озеро. Автобус выехал на тесную грунтовую дорогу и очень медленно, осторожно пробирался к нашей турбазе «Золотое озеро».

С автобуса нас встретила броская громкоголосая женщина в белой широкополой панаме и розовой блузке с роскошными рюшечками. Она заполонила своим голосом сразу всё свободное пространство вокруг нас. Женщина назвала себя инструктором, собрала всех, вышедших из автобуса, вокруг себя, объявила, что заселение в 11 утра, а сейчас только 8, поэтому пока она нас будет водить по базе. Сказала, чтобы мы поставили сумки в камеру хранения, а паспорта и туристические ваучеры отдали ей.

Я осмотрелась.