Читаем Сага о прыгунах и скользящем онлайн бесплатно
Шел третий год моей спокойной, размеренной жизни.
Лишь иногда знакомые мордашки маскотов на имейж бордах напоминали мне о пережитом кошмаре.
Меня частенько тянуло хоть кому‑то рассказать реальную историю этих «персонажей», в конце концов я встречался с их реальными прототипами сам, лично. Но я боялся нарушить хрупкое равновесие, я знал, на что могло повлиять любое лишнее слово.
Тем более, успокаивал я себя, кому это все рассказывать? Обычные жители этой планеты все равно ничего не поймут, а таких как я или эти… попрыгуньи — никого больше и не осталось, насколько мне известно. Мы были особенные, только вот я это знал, а они, слава богу, нет. Да и вообще, напоминал я себе, во избежание эксцессов мне немалых трудов стоило скрывать от них эту разницу, скрывать правду про «прыгунов» и «скользящих». Хотя все же, все же… червячок сомнения постоянно тревожил меня. Если бы эти анонимусы только знали, кто на самом деле стоял за этими симпатичными мордочками :/
Но все когда‑то заканчивается. И вот однажды, в студеную зимнюю пору, я как обычно вышел с работы. Мне надо было решить как провести выходные, чтобы потом не было мучительно больно за бесцельно прожитые дни. Друзья с работы в этот раз отпадали, за последний год почти все стали семейные и невыездные. Но меня это не огорчало, я всегда был рад попробовать что‑то новое. В конце концов весь мир лежал у моих ног.
Я встал на остановке в ожидании своего автобуса и закурил. Дым приятно грел горло, на душе было легко и весело.
Пока я курил, со стороны рынка подошла девушка в капюшоне, и встала у края остановки. Сначала я не обратил на нее внимания, но уже минуту спустя я почувствовал неладное.
Бесшумность. Легкий, нереальный аромат ромашек, долетавший до меня даже сквозь сигаретный дым и падающий снег. Почти полная неподвижность фигуры. Конечно, с моим опытом, я должен был сразу сопоставить эти наблюдения в единое целое. Но три спокойных года притупили мое восприятие. Да и других прыгунов я давно не встречал, но все же… Все же что‑то меня насторожило.
Поэтому когда Славя обернулась и сказала «привет» — я всего лишь обосрался. Первые мгновения мой мозг просто отказывался воспринимать ее, возможность, что весь кошмар повторится снова. Цена, которую я заплатил в прошлый раз, была велика, хоть я знал что некоторым повезло куда меньше. И я в панике «заскользил» с остановки, на полном автомате.
Скольжение отняло почти все силы. Года три назад, пока война с прыгунами не сделала меня почти обычным человеком, я мог бы ускользнуть хоть раз десять подряд… но жизнь с петлей реальности на шее сильно ослабляла.
Меня сбросило в собственной квартире. У меня оставался мизерный шанс, что прыгуны еще не знают точно где я живу. Ускользнуть от Слави оказалось несложно, но это было половиной дела. Теперь мне нужно было как можно скорей покинуть этот город, а может наконец и страну. Опять. Покидав паспорт, одежду и наличку в сумку, я побежал к двери. Но за дверью меня уже ждали.
«Не торопись," — сказала Ульяна. — «в этот раз у нас к тебе… есть дело. Отказаться не получится.» — В этот момент Лена едва заметно улыбнулась — «Но осложнять ситуацию не стоит.»
«Дайте я ему сначала врежу!!!» — закричала Алиса на весь коридор — и не дожидаясь ответа привела угрозу в исполнение. Я провалился в беспамятство.
Перед глазами пронеслись образы прошлого.
Как приемные родители рассказали мне, что я не такой как все и что это нормально.
Как я закончил первый курс в тайном университете, в «русском хогвардсе», как его в насмешку называли ученики-скользящие.
Как у меня появились первые настоящие друзья, с которыми мы покуролесили по всему земному шару.
Как с развалом союза «ужастики про прыгунов», продлевающих жизнь за счет силы скользящих стали обыденной реальностью.
Как в нашем витке реальности закрылся тайный университет, и скользящие начали великое переселение в другие миры и витки.
Как местный клан прыгунов, выловив почти всех скользящих, сел на диету и стал потреблять силу последних оставшихся медленно, растягивая наши мучения на месяцы.
Как мой лучший друг-скользящий пропал, не успев сбежать от группы оголодавших прыгунов, а остальных друзей постигла участь хуже смерти.
Как три года назад мне удалось обмануть их всех, скользнув во временную петлю в специально выдуманном месте…
Я пришел в себя, но открывать глаза не спешил. Я находился все там же, в своей квартире. Только я был не один, со мной снова оказался весь уныл-клан, который я так надеялся никогда больше увидеть в моем мире. Почти весь…
«Я хочу его высушить дотла» — голос Алисы.
«Стоп, мы это уже обсуждали» — сказала Славя. — «Он последняя ниточка к Совенку, а там все еще осталась Юля. Мы не можем ее бросить, нас и так мало осталось.»
«Не исключено что это последний скользящий на нашем витке реальности. Я искала, вы знаете. Они все ушли, все!» — голос Лены прозвучал странно. Неужели мне послышалась жалость и обида? Это было неожиданно.
«Если он последний, то зачем нам Юля?» — снова вмешалась Алиса. — «да я одна могу прыгнуть к нему в разум, и держать его в трансе еще пару лет. Мы сможем протянуть это время как раньше, и Юля нам только помешает»
Ее перебил голос Мику — «Мы должны пойти на риск. Должны. Если Семен сможет вывести Юлю на автобусе, как вывез оттуда нас всех — у нас будет шанс ускользнуть вместе с ним туда, куда они уходят перед смертью. На следующий виток. Всем вместе. И в новом качестве»
«Ой ли вместе?» — с прошлого месяца голос Ульянки стал как будто-бы взрослее. — «Ты забыла, что Ольга Дмитриевна сказала в нашу последнюю встречу? Возможно он невольно захватит только одну из нас. Кто ему больше всего нравится. Подсознательно, как мужчине.»
Повисла тишина. «Зря я его вот так сразу вырубила» — сказала Алиса.
И тут до меня дошло. Семен вывез их оттуда всех? Я вывез? Когда??? Я потратил почти все свои силы, чтобы бросить их в Совенке, одну за одной. Я придумал им легенды, пока они питались моими силами, легенды в которые они смогли в итоге поверить до глубины души. Пока прыгун живет в разуме скользящего — он может быть обманут, а будучи обманут, его можно изолировать от реальности. Я вычитал про этот способ в наших старых университетских книгах и когда все мои друзья покинули этот мир — я решил рискнуть и провернуть этот фокус самостоятельно. Говорили, что так действительно получалось создать несколько витков без прыгунов. Только со скользящими. Целый мир в распоряжении.
Я открыл глаза. Сидящие передо мной девушки выглядели привычно свежо. Но только я знал чего стоила эта свежесть. Точней… кого стоила. Мой план остаться последним скользящим в целом мире без прыгунов со всей очевидностью провалился.
Мику повернулась в мою сторону — «оу, очнулся. Ну что, пришла пора поговорить по душам. Не как охотник и жертва, а как равные хищники на краю вымирания. Ты молодец. Нет, вот правда, мы почти проиграли, ты почти победил. Мне было проще, меня ты знал хуже всех, и твоя легенда про Мику была просто убога, но только случайное вскрытие Лены дало мне понять, что происходит что‑то странное. Что мы не куклы, которые живут 7 дней по кругу, улыбаясь всяким придуркам вроде тебя. Что лагерь не настоящий. Точнее не совсем настоящий.»
Алиса вскочила в своей обычной позе. — «Дайте я ему все же врежу. Еще раз за Лену! И за себя! Он пользовался мною сотни раз!!!»
«Ну против твоей воли это никак не могло бы получится, сама понимаешь» — съязвила Ульяна. Славя поглядела на нее и заметно покраснела. Но промолчала.
Алиса отвернулась к стене и села обратно.
Мику продолжила — «Семен, на самом деле мы пришли тебя поблагодарить. Устроив петлю, ты нашел для нас способ жить не уничтожая скользящих, вроде тебя. Цикл отношений в лагере питал и нас тоже. Общаясь с тобой «по взрослому», мы получали энергию, с которой мы можем жить, не причиняя вреда тебе и таким как ты. Эту волну трудно оседлать, но у каждой из нас это получилось… Думаю поэтому, обновляя Совенок посещением, ты и не заметил как мы выбрались оттуда вместе с тобой, в автобусе. Одна за другой… кроме Юли.»
Славя встала и подошла ко мне — «Семен, подумай хорошенько, вместо войны на истребление мы могли бы жить в симбиозе. Тем более что есть все основания предполагать что этот симбиоз тебе… нравился. я уверена.»
Теперь настала моя очередь краснеть. В глубине души я сразу признал их правоту. Я уже подсел на обновление петли реальности Совенка. Это требовало не так много сил, а некоторые вещи прыгуньи делали намного… интереснее всех земных девушек вместе взятых. Я проверял много раз. И даже сотни замученных ими скользящих не меняли этого факта. Видимо поэтому… поэтому я не заметил, как прыгуньи забрали контроль над моим разумом обратно, во время моих посещений. И то, что девушки не стали разрушать свои легенды говорило мне о многом.
Да, такой симбиоз звучал многообещающе. Тем более остались вещи, о которых прыгуньи пока не догадывались, ведь петлю реальности Совенка создал я сам, своими руками. Здесь, на этом витке, их пятеро на меня одного. А там они будут на МОЕЙ территории.
«Вы хотите, чтобы я вывез на автобусе Юлю? Хорошо. Я согласен.»
Может ли хищник и жертва ужиться в одной клетке заброшенного людьми зоопарка? Или поменяться местами? Или договориться и благородно умереть с голоду вместе? Должен ли человек разумный «блюсти свое место» и не пытаться изменить правила, навязанные ему природой?
За последний день эти вопросы не раз всплывали в моем мозгу. Никогда раньше такая абстрактная философия не превращалась для меня в дикую правду жизни, а вот поди же… И ведь от правильного ответа зависело очень многое. Как для меня — так и для НИХ. Я вполне допускал, что Мику и Славя говорили про симбиоз вполне серьезно… но насчет остальных я не был так уверен. И Лена и Ульяна вполне могли им подыгрывать и попытаться переубедить их в удобный момент, а уж про Алису и думать нечего. Да и вообще, в «мирном варианте будущего» было слишком много «если», для того, чтобы воспринимать его всерьез.
Я уже с грустью вспоминал прошлую неделю, когда будущее казалось простым и безоблачным. Когда мои персональные хищники (хищницы) сидели в комфортной клетке на изнанке реальности, а я мог не бояться никого и ничего. Справедливости ради никто из пятерки девушек пока не пускал свои способности в ход, но я понимал, что животные инстинкты могут взять верх в любой момент. Ведь никто из них не «питался» по моим прикидкам уже около двух недель, с момента последнего посещения Совенка… Нет, они конечно ели обычную еду и кормили меня тоже, но насколько я успел узнать прыгунов — подпитка энергией скользящих им требовалась физически. Энергией, которую в обозримом будущем им мог дать только я. Мне нужен был план на такой случай.
Я мучительно пытался вспомнить подробности появления прыгунов и их взаимоотношений со скользящими в древние времена. Хоть эта тема и была для нас «запретной», мы проходили ее несколько раз — один раз по истории над-человеческих рас и в другой — на универсальной биологии ОВР (основных витков реальности)… Но спустя столько времени у меня в голове осталась только каша из обрывков воспоминаний. Куда лучше запомнились наши «городские легенды» и страшилки, хотя толку от них было не много.
Конечно на своей территории, в Совенке, у меня будут пара козырей в кармане, на крайний случай, но во первых туда еще надо попасть, а во вторых нам всем будет гарантирована временная потеря памяти… и чем все это закончится было не очень понятно.
Так и не придумав ничего хитроумного, я решил постараться побольше узнать о том, что на уме у каждой из них. Так уж получалось, что отправится в совенок всей группой мы могли бы не раньше, чем послезавтра. И хоть моим объяснениям этого факта прыгуньи похоже не поверили (особенно Алиса) — им пришлось смириться и остаться у меня на эти два дня. Как сказала Ульяна — «после всего случившегося нам придется за тобой присматривать по всей строгости закона» и пока что у них это получалось — я ни на секунду не оставался один. Сейчас со мной в комнате находилась Лена.
«Лена, можно задать вопрос?» — спросил я. Лена как будто к чему‑то прислушалась, затем едва заметно пожала плечами и сказала — «конечно, задавай». «Почему Алиса так на меня злится?»
Лена резко повернулась в мою сторону, безумно ухмыльнулась в своей характерной манере и какое‑то время помолчала. «Ах да, ты наверно еще не понял как мы выбрались. Алисе просто повезло меньше всех. И на самом деле знаешь что — мне ее жаль. Глядя на нее мы все немного поняли, что вы чувствуете когда вас… сушат прыгуны». Меня как будто ударили. «Что мы чувствуем? Да откуда вы можете это знать, своло…» — почти закричал я на нее в ответ.
Внезапно нахлынуло давно забытое чувство тошноты. Да, ощущение когда тебя «сушит прыгун» не из приятных. У нас это называлось «пеленать взглядом». Сначала ничего особенного, но потом… Самое близкое ощущение — примерно как лететь 12 часов в советском самолете, скрюченным в кресле между потным толстяком и выгнутой стенкой с раздражающе мутным иллюминатором. Пристегнутым к костлявому сиденью. Без возможности вытянуть ноги. Или почесать нос. Или выйти в туалет… полная неподвижность. И эти 12 часов были только разминкой — для спеленутого прыгуном, время шло совсем по-другому. Скользящий оказывался в невидимой пленке, полностью обездвиженным и любая попытка пошевелиться питала прыгуна. Пока у скользящего не заканчивались последние силы…
Я вспомнил как это было с Леной, когда я поймал ее, сразу после Ульянки. Я искал ее около месяца, затем мы познакомились на дискотеке, потом пошли в парк. Она прекрасно видела кто я, но думала что ей просто повезло встретить неопытного скользящего, что ей удалось прикинуться обычной, романтически настроенной девушкой. Мы мило поболтали, а потом она долго смотрела на меня своими большими, темными глазами и… не торопилась. Не торопилась пеленать меня. И я не торопился, я ждал, я знал чего хотел. Мне надо было немного больше, чем просто не подпасть под ее чары — мне надо было в нужный момент ускользнуть в пионерлагерь прямо вместе с ней, в особую зону с зародышем витка реальности Совенка. А после этого филигранно воспользоваться первыми часами неизбежного провала в ее памяти.
Но самым трудным тогда было придумать ложную историю не только для нее, но и для себя самого, причем не один раз. Дорабатывая ее с каждым новым обитателем пионерлагеря…
