Читаем Сначала было похищение... (СИ) онлайн бесплатно

Пролог. Анна.

— Неужели прекрасная маленькая леди заболела, раз пришла к целителю?

Услышав голос, я с перепугу развеяла иллюзию бабочки, сидящей на плече у Лифиссы и посмотрела на вопрошающего. С которым, кстати не знакома. И промолчала. Естественно. Спрашивают-то не меня. Едва ли меня можно назвать маленькой леди.

Фисса тоже молчит. Смотрит на лощёного щёголя моего возраста и молчит. Злится наверное за развеянную бабочку и пытается не забыть о том, что взрослым хамить нельзя, тем более в моём присутствии.

Хорошая девочка. Умная.

— Прекрасная леди считает неприличным обсуждать вопросы касаемые своих недомоганий с посторонними. — Говорит эта чертовка, держа при этом самую кислую мину из своего арсенала.

Умная, да. А вот на счёт хорошей, — я поторопилась.

Он аж оторопел на пару мгновений. Загляденье. Открыл и закрыл рот, но вернул улыбку на лицо и белозубо пропел:

— О простите мне мою несдержанность, мы, конечно не представлены, но я просто не смог пройти мимо таких прекрасных дам, — говорит франт и стреляет глазками на нас с Фиссой по очереди. — Разрешите исправить ситуацию и представиться, — сэр Питер Крезотт.

Естественно я должна бы заулыбаться, подать ручку, заверить сэра Питера в радости от знакомства. Тем более, раз он целый сэр, — счастье-то какое. Должна бы, будь я леди. Но леди я перестала быть ещё восемь лет назад, когда сбежала из дома. Тем более, что сэр совсем не в моём вкусе. Не должен мужчина быть красивее меня, и ухоженнее тоже, а из нас двоих у зеркала больше времени проводит, очевидно, именно он.

Поэтому не меняясь в лице, недовольно процедила:

— Мисс Анна Даркнил. Моя дочь, — мисс Лифисса Ракут. Приятно познакомиться, сэр Питер.

Руку не подала, но ехидной улыбки сдержать не смогла, это было бы уже выше моих сил. Не удивительно, что Фисса так себя ведёт. У неё есть пример. Мда.

На холёном лице нового знакомца отразилась неповторимая гамма чувств, — удивление, озадаченность обдумыванием, принятие неудачи, брезгливость.

Собственно это именно то, на что я и рассчитывала. Сэр дворянин был явно не готов к такому. Познакомиться в приёмной не самого дешёвого целителя с девушкой, обладающей магическим даром, которая сопровождает сестру, а Фисса, если откровенно, на мою дочь ну никак не тянет. Не могло такое знакомство состояться с особой, которой я представилась. Самой иногда неловко становится, когда отрешаюсь и смотрю, как сейчас, — со стороны. Но это, как показала практика, самый верный способ избавиться от охотника за породистой женой. По всему выходило, что я не замужем, имею дочь, которую родила очень рано, от мужчины, чью фамилию не ношу.

— Я прошу нас извинить, сэр Питер, но, как Вы понимаете, моей дочери нездоровится. Ввиду этого мы не расположены к светской беседе.

— Дда, да конечно. Прошу меня простить и желаю маленькой мисс скорейшего выздоровления. — Окончание фразы он говорил разворачиваясь и нахлобучивая шляпу. Пфф. А ещё сэр. Заяц он, а не сэр, — вон как поскакал. Но мне же лучше.

А всё моё доброе сердце. Не смогла отказать моей малышке, у которой зуб болит. Наколдовала ей маленькую иллюзию, ради развлечения, пока дожидаемся приёма у целителя. Тем более, что других зрителей у представления не намечалось. Кто ж знал, что враг окажется так коварен, что внезапно вылезет из окопа, в смысле из кабинета. Да и я слишком увлеклась узором на крыле бабочки. В мыслях уже примеряла его к буфету, дожидающемуся меня в мастерской.

Вот и поэтому тоже носителя матримониальных планов на мой счёт мне жалко не было, ибо некогда политесы разводить. В другой ситуации, я бы не грубила конечно, чего, строго говоря, не сделала и сейчас, но у ребёнка болит зуб, а меня ждёт работа. Да и дворянчик печётся о своём, шкурном интересе.

Мне прекрасно известна эта схема, — для того, чтобы у мага родился ребёнок с даром, — мать этого ребёнка так же должна быть магиней. От союза двух людей, один из которых маг, второй без дара, родится ребёнок без магии. К моему глубочайшему сожалению.

Ввиду этого, чистота крови блюдётся, как единственная ценность и добродетель. Часто маги и магини на многое готовы ради удачной партии. Если в браке родится сильный маг, — он может возвысить как родителей, так и весь род. Даже когда остальные его члены весьма посредственные личности. А потом, хоть трава не расти. Чаще всего супруги разъезжаются после рождения наследника и живут каждый своей жизнью. Нередко мужчины имеют одну, а иногда и больше, семей на стороне. Это тоже норма для высшего света. Об этом не то чтобы не принято говорить, об этом принято не говорить. Ведь этикет, приличия, добродетель и мораль наше всё. И плевать что весь набор на сквозь лживый.

Вот и этот лощёный экземпляр, увидев магиню не смог пройти мимо, не испытав удачу. Наверное ещё не женат, или не прочь завести бастарда от простолюдинки, в чьи гены затесалась магия.

Какое счастье, что меня всё это больше не касается, что я имею возможность сама себе быть хозяйкой и наслаждаться своей по кирпичику построенной, идеальной жизнью.

Именно на этой прекрасной, во всех отношениях, мысли дверь кабинета целителя приоткрылась и миссис Джулия Леметр, — бессменная помощница и по совместительству жена нашего целителя, выйдя из кабинета и оглядев приёмную зачастила:

— О, мои милые! Что стряслось? Давайте быстрее проходите. Вы давно сидите? Анна, почему не сообщила? Отправила бы вестник, чего сидела в очереди?!

Вопросы посыпались как из рога изобилия. И всё это одновременно с крепкими объятиями и поцелуями. В этом вся миссис Леметр. Заботливая и бесконечно добрая. Для меня огромная загадка, как в одном человеческом существе может помещаться столько доброты.

— Не беспокойтесь, миссис Леметр, мы только пришли, у вас был предыдущий пациент, мы ждали совсем недолго. — Сказала я размыкая объятья и целуя её поочерёдно в обе щеки. — Добрый день, очень кстати у вас сегодня малолюдно.

Фисса поздоровалась, и не спеша выбираться из объятий миссис Леметр, так и вошла в кабинет, крепко вцепившись в неё.

Пройдя в след за ними, я увидела мистера Леметра, лучшего целителя во всём Келсе, для нас так точно.

— Так-так-так. Всё-таки он не выдержал очередной леденец! Не так ли, мисс Лифисса?

Фисса кивнула и улыбнулась во весь рот.

— Здравствуйте, мастер, — проговорили мы с малышкой одновременно и переглянувшись, улыбнулись.

— Добрый день! Ведь добрый, Фисса? Сильно болит? Проходите, юные леди, присаживайся. — Кивнул он мне на диванчик, подходя к кушетке. — Давай милая, приляг, закрой глазки и расслабься.

В полной тишине сделав несколько пассов руками над лежащей неподвижно девочкой, он спросил у меня, смотря всё так-же на Лифиссу:

— Ани, всё делаем, как и условились в прошлый ваш визит? Удаляем зуб и даём дорогу новому?

— Да, пожалуйста, мистер Леметр, будьте добры.

Спустя примерно минуту времени и несколько пассов рукой он протянул Фиссе её молочный зуб на открытой ладони, и напутствовал, — и всё-таки, я бы рекомендовал Вам быть осторожнее с конфетами, юная леди. Возьмите Ваш трофей.

На этот раз улыбка у малышки вышла слегка дырявой, что и не удивительно. Забрав зуб, она вскочила на ноги и расцеловала любимого целителя в обе щеки.

— Ох милая. Балуете вы стариков своим вниманием, девочки, — сказал он улыбаясь. — Всё, я не смею больше Вас задерживать, бегите трещётки.

— И не забудьте, скоро праздник урожая и мы будем, как всегда, вас ждать к ужину. — Это уже от миссис Джулии.

— Ну конечно, могли бы и не напоминать, мы обязательно будем. — Ответила я и поцеловав её в щёку пошла к выходу. — До свидания, спасибо огромное!

Фисса вышла следом за мной. Мы прошли к большому напольному зеркалу у выхода. Мистер Хлодвиг, который всю мою жизнь, сколько я себя помню, помогает по хозяйству Леметрам, подал нам одежду и помог одеться.

Попрощавшись и выйдя на улицу, мы с головой нырнули в столичное осеннее утро. В то чудесное время, когда основная утренняя толчея уже распределилась по своим местам, а обеденная ещё не началась.

Чета Леметров жила на соседней с нами улице, поэтому наслаждаться свежим воздухом нам пришлось не долго. Так, здороваясь с соседями и ловя на себе заинтересованные взгляды незнакомцев, благодаря чему моё настроение поднялось до нужной, почти постоянной превосходной отметки, мы и дошли до нужного дома.

Войдя через заднюю дверь, мы оказались в просторной кухне. За столом, накрытом к завтраку, сидело несколько девушек, напоминающих стайку райских птичек. От откровенности их туалетов следовало бы покраснеть. Следовало, но я не стала. Вместо этого засмотрелась на Клод, точнее на белые панталоны из шёлка, расшитые по низу кружевом, которые на ней надеты. Никогда не видела таких коротких панталончиков, мои длиной чуть выше колена. А эти просто воплощают в себе порочную невинность, если такое вообще возможно, но по другому я не могу назвать то, как они смотрятся на сидящей, подогнув под себя ноги девушке. Очередное творение Люси. Обязательно попрошу сшить и мне такие.

— Доброе утро. Мы не помешали? — Сказала я, с трудом отведя взгляд от великолепного белья.

— Привет, Ани. Вы уже всё? Я ждала вас немного позже. Позавтракаешь с нами? — Люси, как и её товарки выглядела свежей и отдохнувшей, будто только выпорхнула от мастериц красоты, а не отпивается кофе после бессонной ночи.

— Спасибо, девочки, но я побегу, перекушу в мастерской. Люси, тебе точно не будет сложно? Прости меня, но занятия в гимназии уже начались, а мне просто позарез нужно показаться на работе. Я думаю, что вернусь максимум через пару часов.

— Иди уже, можно подумать ты меня на сутки застолбила и собираешься оторваться по полной, что так извиняешься. — Леди бы захихикали, а вот дамы, собравшиеся за завтраком дружно заржали остроумию девушки. — Не волнуйся, мне действительно не сложно, лягу спать чуть позже.

Потискав на прощание малышку и поблагодарив девчонок ещё раз пять я отправилась в мебельную мастерскую, где меня ждал мистер Куперс и его новый буфет.

Пролог. Роберт.

Идя домой я думал о том, насколько невыносимо мне привыкнуть к этому «домой». Годы, проведённые в армии приучили меня к крепостной казарме и казённому быту. Теперь у меня опять есть дом. Дом, который я никогда не считал своим. Моё детство в нём нельзя назвать счастливым, и редкие приезды из корпуса на выходные запомнились тянущимся ожиданием возвращения в академию.

Сейчас я стал хозяином в этом доме. К этому необходимо привыкнуть. Мне, в принципе, нужно привыкнуть к гражданской жизни. После долгих лет в армии, неделя проведённая в Келсе, в отцовском особняке, в статусе «светского человека» кажутся нереальными. Чего греха таить, — я полностью деморализован, не понимаю, как могло так случиться, что все мои познания и умения, всё чему я учился всю свою жизнь, в тридцать два года оказались абсолютно бесполезными в один миг, а то, что я считал глупым и никчёмным стало вдруг на первое место.

Как навести порядок в делах? По словам нотариуса, из имущества остался только столичный особняк. Ещё учась в академии я приезжал на выходные в поместье, которое сейчас продано. А как привести в нормальный вид сам дом? Я неделю как ночую в крыле для слуг, в комнате камердинера отца. Других пригодных для сна мест просто нет, а спать на кровати, на которой скончался родитель я не могу. Слишком много мерзкого и отвратительного у меня связано с ним самим и всем тем, что его окружало, и жить в его покоях я физически не в силах. И дело не в щепетильности, а в элементарной брезгливости. Чем в целом я теперь буду заниматься? Ещё никогда в своей жизни я не просыпался по утрам, в неведении как проведу грядущий день. Мне просто необходимо какое-то дело, не говоря уж об источнике доходов. Судя по всему, когда мистер Колд наведёт порядок в делах, этот вопрос станет ребром. А об аудиенции у императора по приезду я сейчас вообще не могу думать. Его слова о необходимости моей женитьбы, в принципе, не укладываются в голове.

Ещё я думал о только что состоявшейся встрече с Изабель. Я так много надежд на неё возлагал. Откровенно говоря, я очень рассчитывал на то, что она поможет мне навести порядок в особняке. Ну кто, если не женщина, вдова, которая сама ведёт свои дела, в частности городской дом, сможет упорядочить всю работу и указать на компетентных людей?

Изабель Хаггард, вдовствующая баронесса Драйвэм, одна из немногих дорогих мне людей. Мы росли вместе, были дружны и по-настоящему близки. Не без труда пять лет назад мы пережили смерть её мужа, моего такого же как и она, друга детства. В письмах она всегда находила те, нужные именно в этот момент слова, рассуждала о действительно важных вещах. Наши с ней мнения во многом совпадали, по крайней мере, в вещах фундаментальных так точно. Мы не виделись около трёх лет, нам действительно есть, что обсудить, не говоря уж о просьбе, так мной и не озвученной. Мы даже не смогли поговорить наедине.

Конечно же, я как и любой человек своего круга знаком с этикетом, но почти никогда им не руководствовался, за исключением нескольких балов и светских приёмов. Военная академия и армия руководствуется уставом, а не правилами приличия. Теперь же я вынужден битый час сидеть в гостиной и обсуждать погоду и общих знакомых, вместо того, чтобы узнать о том, что меня действительно интересовало. Всё потому, что мне не повезло приехать в столицу почти одновременно с леди Эвэй, тётушкой Изабель, которая жила у неё, будь она неладна. Как только доберусь до дома, тут же напишу ей письмо, в котором всё и изложу.

Выйдя из-за угла я сбился с шага, увидев девчонку лет семи, которая сидела на бордюре и листала книжку с легендами.

Она сама словно с картинки. В форменном пальто гимназистки, тёмно-синего цвета и шляпе-капор на лентах, из-под которой рассыпаны локоны русых кудряшек. Очень красивый ребёнок.

Сам не понимаю, почему меня так зацепила эта, казалась бы, ничем не примечательная картина. Сидит ребёнок, читает книжку. Наверное этот момент стал своего рода спусковым крючком, последней каплей в чашу гражданской, мирной жизни. В которой я никак не могу найти своё место. Мысль о том, что сложись моя жизнь по-другому и у меня могла бы быть такая же дочка, которую я бы любил больше всех на свете, баловал бы, катал на плечах и оберегал бы от всего мира.

Не отдавая себе отчёта в том, что делаю я подошёл и присел рядом с девчонкой. Увидев, что книга магическая, а девочка, судя по тому, что книга не активирована, без дара, я завёл разговор:

— Я мог бы помочь Вам, сделать так, чтобы книга стала интереснее. Можно? — Смотрю прямо в синие глазища и жду ответа.

А девочка сомневается, на кукольном личике отразилась усиленная работа мысли. Даже представить не могу, что за аргументы борются в этой головке. Визави тем временем огляделась по сторонам и кивнула:

— Мне нельзя разговаривать с незнакомыми. Я была бы очень признательна Вам, если бы Вы никому не рассказывали о нашем разговоре. — Надо же. Вот же, маленькая хитрюга!