Читаем Порок онлайн бесплатно

Это первая книга из детективной серии под названием «Безумие». Каждая книга в серии – это новая история, где переплетены несколько жанров – закрученный детектив, любовная история, хоррор, вселяющий тревогу и страх, и немного мистики.

«Следователь Романов расследует серийное убийство трех женщин. Но преступник сам явился с повинной, сдался правосудию и рассказал, как предавал экзекуции несчастных жертв. На первый взгляд – все просто, преступление легко вписывается в классическую модель серии убийств. Но страж закона чувствует, что не все так однозначно, присутствуют какие-то скрытые силы, заинтересованные в гибели женщин, и он через призму личной жизни и потаенных пороков пытается понять истинный мотив преступления. Этому способствует его подследственный, искусный рассказчик, собеседник, который, пребывая в неволе, умудряется войти в доверие следователю, навязать свои правила игры и заключить с ним необычную сделку. Исповедь в обмен на заказчика преступления. В результате сделки следователь вынужден раскрыть перед преступником свой внутренний мир – мир мужчины: что чувствует представитель сильного пола в присутствии слабого пола, почему идеальное тело женщины не всегда становится предметом вожделения, а единственный путеводитель в удовлетворении инстинктов – порочные фантазии, проистекающие из прошлого. Но какую цель преследует преступник, заключая сделку, представитель правосудия понимает слишком поздно…»

Послание адресат получил 16 сентября. Оно пришло не по почте, отсутствовали адреса отправления и доставки, хотя конверт с посланием был обнаружен в почтовом ящике. Получатель письма раскрыл конверт и вытащил оттуда лист бумаги, на котором компьютерным шрифтом был напечатан текст:

«Согласно истории, первые деньги в форме монет появились в малоазийском государстве Лидия в седьмом веке до нашей эры. В то время в нем жил преуспевающий купец по имени Скудари. Он первым в этой стране, и вообще в масштабе всего человечества, придумал золотые монеты. Купец не был отягощен скромностью и на одной из сторон монеты поместил свой профиль как символ собственного богатства и воплощения своей идеи в металле. Монеты охотно принимали в качестве оплаты товара другие купцы, их не смущало, что на монетах было изображено лицо конкурента. Одним словом, они подтверждали старую истину: «Деньги не пахнут». До царя Ардиса дошла блажь нескромного сюзерена, и он послал людей довести до купца, что только царь на этом свете может служить символом богатства, благополучия и власти, и тем самым заставить Скудари под страхом смерти отказаться от идеи чеканки собственных монет. Купец не сдавался, его дом был превращен в неприступную крепость, но и она пала, когда разгневанный царь прислал огромное войско. Скудари, его семья, жена, пятеро детей были взяты в плен. Царь вошел в развалины его дома, оглядел родственников купца и, остановив взгляд на нем, спросил:

– Готов ли ты, глупец, раскаяться?

– Что проку от моих раскаяний? – переспросил купец. Царь сделал вид, что не заметил дерзости купца, он и так зашел далеко.

– Пощажу тебя и твою семью!

Ответ не то, чтобы удивил царя, он его обескуражил:

– Что проку нам всем от твоей пощады, я разорен!

Царь приказал убить всех. Но купец напоследок попросил о последнем желании. Царь, несмотря на свой гнев, был преисполнен почтения перед несломленным купцом и выслушал Скудари.

Купец попросил царя не изымать монеты с его изображением из обращения. Царь, недолго думая, согласился, хотя следующими монетами, которые вошли в оборот, стали монеты с изображением Ардиса.

Перед казнью Скудари выкрикнул фразу: «С проклятьем!».

Да, в тот день человечество было проклято по-настоящему и навечно. Монеты стали прообразом того, что мы сегодня называем «деньги». Многие столетия люди ради них убивают друг друга, завоевывают государства, морят целые народы голодом.

Обращаюсь к вам, не следуйте примеру Скудари и не променяйте своих близких людей на личное состояние.

У вас пять дней, чтобы перечислить ранее оговоренную сумму. Иначе вас и ваших близких ждут большие неприятности. Эвфемизм в этом случае уместен».

Тот, кто держал в руках замысловатое послание, понимал, кто стоит за акцией вымогательства.

– Ах ты, сука! – закричала она во весь голос, когда вся масса грузного тела повалила ее на землю.

Но перед тем как упасть на холодную желтую траву, когда острые каблуки ее сапог наполовину впились в осеннюю рыхлую почву, она подумала, что напавший наглец испоганит ее новые, недавно купленные сапожки. Внезапно пришло осознание, что эти сапоги могут оказаться последней парой обуви в ее жизни, и она прониклась жалостью к самой себе. Он был тяжелее и лежал сверху, а это неоспоримое преимущество, особенно если под тобой – хрупкая женщина. Хотя сдаваться просто так, без боя она не желала и, собрав все силы, попыталась через плечо опрокинуть насильника. В сложившихся обстоятельствах у нее не было шансов.

Она потянулась к его лицу длинными ухоженными ногтями, но оно было в маске – шерстяной шапке с вырезанными глазницами. Неожиданно она замерла, – эти серые, судорожно подрагивающие глазки показались ей до боли знакомыми. Это почувствовал и напавший мужчина. Но реакция жертвы его не смутила, наоборот, задрав голову вверх, он с наслаждением содрал с себя наспех сделанную маску. Их взгляды встретились, женщина все же с удивлением, но без сожаления произнесла:

– Ты?

Он ничего не ответил, а медленно и осторожно поднес к ее лицу что-то похожее на марлевую повязку. Но оказывать первую медицинскую помощь напавший мужчина и не думал. Удивление женщины перешло в покорность, напомаженный рот и напудренный нос вдохнули легкий запах, который напомнил ей о детстве, когда она впервые попала в детскую больницу.

Она увидела себя в цветном невзрачном халатике, идущую вдоль белых стен, но каждая палата, в которую она заглядывала, была пустой и холодной. Сильная боль пронзила паховую область живота, тупой предмет медленно входил в ее нутро, уничтожая все на своем пути. Женщина хотела что-то сказать, выкрикнуть, – может, она и говорила, и кричала, но слышать саму себя была уже не в силах. Боль разрасталась, пожирая все тело. Удушье, пауза, снова удушье, но глаза еще могли уловить хаотичное движение звезд. Усилием воли она взглянула на темное небо, местами заволоченное хмурыми тучами, словно бездонный океан в предтечи бури.

Сквозь неимоверную боль жертва нападения старалась думать о том, – мысли служили неким подобием анестезии, – почему так получилось, что сегодня в океане жизни она умудрилась сесть на мелководье, и заслуживает ли она столь неблагодарной участи. Предпочла не отвечать на риторический вопрос, так как знала – молить о пощаде не будет ни при каких обстоятельствах. Боль усиливалась.

Чтобы как-то облегчить впечатление от удавки на шее, она собрала всю волю в кулак и уже через полусон вновь пересчитала звезды на скудном небе. Всего лишь пять сверкающих точек… К ее чести страх отступил, ведь она смирилась, а последнее мгновение решила потратить на оставшиеся звезды: три, две, одна…

На место преступления оперативно-следственная группа приехала через двадцать минут после того, как был получен звонок из опорного пункта полиции. Возле трупа женщины находилось пять человек, но делом был занят единственный из них – эксперт-криминалист, – он сидел на корточках и с важным видом изучал несчастную. В резиновых перчатках, как опытный хирург, он прощупывал шейные кровоподтеки.

Синий цвет шеи указывал на вероятную причину смерти – удушение. Подол коричневого драпового пальто был запрокинут на грудь. Порванные капроновые колготки, исцарапанные ноги со сгустками застывшей крови лишний раз подтверждали, что жертва умерла насильственной смертью. Что-то бело-серое, перепачканное землей, напоминающее нижнее белье, лежало в полуметре от трупа.

Когда криминалист ловким и одновременно осторожным движением рук перешел к внутреннему осмотру, разведя и так широко раскинутые ноги и, подняв при этом кусочек черной ткани, – все, что осталось от юбки, – небритый мужчина, стоявший в стороне от всех, с криком подбежал к нему:

– Не надо, не здесь, не здесь! – на его рдеющем и опухшем лице выступили слезы. Его замечания никто не услышал, наоборот, кто-то крикнул, чтобы увели посторонних.

– Я не посторонний. Я муж, – огрызнулся мужчина с опухшим лицом.

Несмотря на возражения, эксперт осмотрел рану в паховой области.

– Здесь на славу поработали ножом, – пробурчал он.

Закрыв краем пальто кровавую рану и одернув подол, криминалист поднялся и произнес:

– Вот теперь – все, остальное потом.

Его слова не были адресованы мужу покойной, сказал он их себе и своим коллегам. Снял перчатки, подошел к высокому, относительно стройному мужчине с черной кожаной папкой, который до этого момента четко и коротко давал указания остальным.

– Евгений, не зря сегодня подняли тебя, это к тебе, твой клиент, – обратился криминалист.

– Изнасилование?

– Скорее всего, но рана широкая и глубокая, поэтому можно предположить, что главной фабулой преступления было все же не изнасилование… – задумчиво ответил эксперт, но через мгновение, резко стряхнув с лица уныние, спросил: – Уже третья?

– Третья за неделю, а точнее – за шесть дней, – ответил Евгений. – Вполне возможно, что мы имеем дело с одним и тем же злодеем.

– Вскрытие покажет, – значимо произнес криминалист. – Скорее всего, не прошло и двенадцати часов с момента убийства. Трудно сказать, что было вначале: он ее удушил или изрезал влагалище, но он точно психопат… – После размышлений вслух криминалист пошел в сторону микроавтобуса синего цвета с продольной красной полосой на борту, на которой белым цветом значилось «Следственный комитет».

– Надеюсь, что будет одно дело! – крикнул вслед криминалисту Евгений.

– Пусть твои орлы не затопчут землю, я сейчас вернусь, надо внимательней рассмотреть почву вокруг жертвы, – прозвучало больше как наставление, чем просьба.

Евгений так и не заглянул в глаза жертвы, не любил он этого. За многие годы работы он так и не привык к холодным, леденящим взглядам трупов.

– Опять блондинка, – тихо произнес Евгений, и это единственное, что привлекло его в убитой женщине. Больше он к мертвой не подходил.

Хотя каждый следователь подтвердит вам, что на месте убийства самое любопытное и притягательное – последний взгляд умерщвленного человека. Им невозможно любоваться безгранично, как водой и огнем, но необъяснимый интерес к тому, чья душа только что отошла на тот свет, отрицать трудно.

Труп всегда вызывает интерес не только у любопытствующих зевак, но и у сотрудников правоохранительных органов, несмотря на то, что именно они по долгу службы постоянно сталкиваются с неживыми людьми, порой вызывающими и отвращение. Иногда на место убийства приезжают до нескольких десятков сотрудников МВД, Следственного комитета, прокуратуры и ФСБ. Более восьмидесяти процентов из них – только из-за любопытства.

Но было раннее утро, это стало причиной отсутствия как посторонних зевак, так и коллег Евгения. Он посмотрел на часы – было семь утра, уже начинало светать. Сентябрь в разгаре. Евгений поднял голову к небу и глубоко зевнул, вызвав у мужа несчастной раздражение.

Новоиспеченный вдовец по фамилии Муртазин, которому на вид было лет пятьдесят, постоянно оглядывался на Евгения, оскорбительно назвавшего его посторонним. Человек с черной папкой являлся для вдовца тем, кому в таких случаях в первую очередь хочется адресовать риторические вопросы: «Кто? Зачем? Как?». Сам Евгений так и не подошел к нему, потому что из первых выводов криминалиста уже следовало, что муж – не женоненавистник. А возможность поговорить предоставил коллеге Юрию, который уже полчаса как скрупулезно и тщательно допрашивал несчастного мужа.

Супруга звали Руслан, работал он энергетиком на заводе, детей у них не было, – общих, по крайней мере, – хотя в браке они с женой состояли не менее пятнадцати лет. Руслан был обычным неприметным мужчиной, единственное, что бросалось в глаза – это его неряшливость. Плащевая куртка без двух нижних пуговиц, черные ботинки, замазанные коричневой глиной, брюки двоились, троились из-за множества стрелок. Но сегодня это вызывало скорее жалость, нежели пренебрежение.