<p>Игорь Кондратьев</p><p>Пепел нежности моей</p><p>Колдунья</p>В колдунью я посмел влюбиться,А та тоскою обратитьсяСумела хитро для меня,Безумьем душу осеня.Такой любви не знал доныне,Лишь помню где-то на картинеКолдунью милую сжигали.Но черти тучек натаскали,И жуткий дождь костёр залил,А я её освободил.Поскольку жалко ведьму стало,Гореть красивой не пристало.Уж очень ведьма хороша,А то, что ей жилось греша,Так в этом мире грешен каждый,Хотя бы раз любви солгавший.Да что уж там, мы все грешны!Одни святые без виныИ то лишь только потому,Что им влюбляться ни к чему.В обитель зла, в руины страсти!Весьма красивые отчасти,Которым сердце женщин – дом,Я убедился лично в том.Однако ведьму полюбил,Но я об ней давно забыл.Она ж меня не полюбила,Не до меня, ожог лечила!Менялись годы на лета,И жизнь была почти свята:Иконам искренне молилсяИ раз по сто на дню крестился.Частенько церковь посещал,О колдовстве не помышлял,Святой водою умываясьИ всякой нечисти чуждаясь.Но встретил женщину одну,Поверьте на слово, не лгу.С картины той была она,Ведь на руке была виднаЕщё отметина огня.Я просто шёл, но вдруг меняКак будто чёрт остановил.Но так как я к попам ходил,Мне просто вежливо сказали:«Пред вами то, чего искали», –И указали на неё,Да так, что замерло моёСердечко вдруг, желая ласки.Но кто бы знал, что из-под маскиБезумье смотрится в меня –Короче, вдруг влюбился я!Но полюбить грешно колдуньюИ уж вдвойне по новолунью.А я влюбился без ума!Она собой была весьма.Но ей служили только черти,А я крещённый, уж поверьте.Слугою ей не нанимался,Я просто с ней в любовь игрался.Теперь, похоже, доигрался,Да чтобы я в глаза влюблялся!Такого не было доныне,Но я влюблён уже отныне.Меня колдунья обольстила.В её глазах такая сила,Что я покорным становлюсь!И на неё почти молюсь.А потому когда колдунью,К тому же в день по новолунью,Сжигают где-то на костре –Не лезьте, доводы не теЛюбовь со страстью представляют.Они милы, они страдают!Но за дела страданья их,Все беды в мире из-за них!<p>Решай сама</p>Печаль оставила меня,Любовью скуку подменя,А страсть моя почище вод,Собой ласкавших небосвод.Как родники она чиста,Нежна, забавна и проста,Синее неба, ярче звёзд.Мой стих, положенный на холст.Портрет составлю из слогов!Я за любовь на все готов!Была бы чистая она,Плевать, что чуточку вредна.Уверен, чистая любовьНе осквернит поэта кровь,К тому же скверны не боюсь,Нет-нет да все же обращусьЯ к женской скверне для потехи.В душе имеются прорехиОт ран, оставленных когда-тоЧванливой гордостью завзято.Гордыня женская убога,Когда поэта судит строго.За некрасивое лицоИ за дешёвое кольцо.Богатство быстро утомляетИ обратиться заставляетВ конце концов к стиху поэта,Составить образ для портрета,Что будет вечностью храним.Да что портрет, да черти с ним!Напиться вечности охота –Вот жизни бренная забота.Охота женщине богинейСтиха почувствовать твердыней,Но не один богач на свете,Богов увидевший монете,Не сможет вечность обманутьИль день кончины оттянуть.Увы, богатство так же тленно,Как тело мёртвое забвенно.Зато стихи – что звезды в небе!Едва забудет плоть о хлебе,Земле преданная людьми,Как строчки смерти вопрекиВдруг зазвучат, поэта славя,Его любимую представяНа суд поэзии веков –Почти всегда финал таков.И может, он её прославит,И покланяться ей заставит,Такого ради стоит жить,Поэтом дабы дорожить.Ну если он поэт, конечно,А то получится потешно:Поэта, кажется, любили,А что в итоге получили?Версификатора всего,Бросайте, милые, его;Сии стихи уже звучалиИ души чьи-то увещали.Им вечность отдана уже,И ум, раздумий протеже,Об этом ясно говорит,Когда забвенной быть велит.Но кто же я: покой иль слава?И на бессмертье есть ли право?Стихов о вашей красоте.Они сладки, да вдруг не те,Что вечность сладостью пьянят?Вдруг боги большего хотят?И строчки, славящие вас,Получат вечности отказ.Я с вами нынче честен буду:Богатство вряд ли раздобуду,И вечность призрачна весьма,Поскольку яркая тесьмаДля книг не соткана ещё.А красота лицо твоёЕщё пока что украшает.Меня же нечисть навещаетИ говорит:«Расстаться надо,Коль жизнь со мной похуже ада».Но я люблю, решай сама,Поскольку я лишён ума!От слов твоих, от красоты!От губ изящной простоты!От дивной стройности в ногахИ чудной нежности в руках!Решай сама, кого любить,Я лишь умею обольстить.Но жизнь со мной весьма трудна.Свободы хочешь? Вот она!Меняй её на сладку жизнь.Тебя сосватали, кажись?Чужие деньги за себя.Как видишь, нынче честен я.<p>Мозаика</p>В ладони падает снежинка –Пурги ноябрьской дитя.Холодной нежности искринка,На прочих ужас наводя.Блестела талою водою,Поскольку к ней прильнул теплом.Хотелось вечности, не скрою,Небесной вечности в земном.Но вечность тает по весне –Я просто должное ускорил:Устроил лето в ноябре,Душой с реальностью повздорил.На землю падали снежинкиПоследней грустью ноября,Считалось время без запинки,А если проще говоря,Стеченье глупых обстоятельствК ночи умом обзавелосьИ просит стих без отлагательств,Любить которым довелось.Собрать мозаику к утру,В которой лёд и снег холодный,Бывают страсти по нутру,Как стих Петрарки бесподобный.Уже, бывало, собиралВ ночи мозаику такую,Но вместо страсти получалКартину грустную: тоскую.Чего-то явно не хваталоТогда в мозаике моей.А вот чего не доставало?Душою грешною своейЯ до сегодняшней порыНе понимал, снегам внимая.Они беспамятством скоры,Коль не случалась ночь такая.Когда мне холод милым стал,И невозможное случилось,Я страсти руку предлагал,Теплом которая прельстилась!Холодный лёд и зимний вечерЯ вновь на строчки разложил,А снегопад, что скоротечен,На всякий случай отложил.Увидев жгучие глаза,В которых страсть зимой манила,В которых зимняя грозаНад снегопадами шутила,Я тут же понял, что нашёлНедостающие частицы.Лишь снегопад как прежде шёл,Стараясь ветром сквозь петлицыПробраться к сердцу моему,Шепча изысканно холодно.Усилий столько, а к чему?Похоже, небу не угодно,Чтоб сей мозаике создатьсяСегодня было суждено.Не лучше ль грустью попытатьсяСоздать достойное панно?И показав его печали,Забыть прекрасные глаза,Что глупость страстью обвенчали,Снегами – против, сердцем – за.Ну как мозаику сложить,Где страсть соседствует с печалью?Куда снежинки положить,Чтоб страсть, прикрытая вуалью,Шептала ясно обо всем,Для всех неясной оставаясь?Похоже, вечность ни при чём –Я просто взглядом обжигаюсь.Пытаясь душу остудить,Ищу спасенье в снегопадеИ умоляю позабытьЯ губы нынче о награде.Сложить мозаику сложу,Учёл вчерашние ошибки,Но ею душу обожгу.Границы есть, да очень зыбки.Их вряд ли кто-то стережёт,Тут страсть граничит с безразличьем.Кто обжигался, тот поймёт –Ожоги лечатся наличьемВ душе красивых снегопадов.Один из них как раз идётТропою прошлых листопадов,Где страсть моя упрямо ждётТвоих ожогов на губах,Что поцелуями зовутся,Но снег заверил, что во снахОни ко мне опять вернутся.Душа излечится печалью,Ожог остынет на губах,Лишь дивный сон своей вуальюУкроет прошлое в снегах.Чтоб иногда порой ночною,Вуали сдёрнув со снегов,Спросить, смеяся надо мною:«Сложить мозаику готов?»
