Читаем Станция «Гермес» онлайн бесплатно
Игорь Евгеньевич Глебов
Станция «Гермес»
Шрифты предоставлены компанией «ПараТайп»
© Игорь Евгеньевич Глебов, 2019
Оказавшись в эпицентре войны между средневековым братством и криминальной группировкой, герою придется пройти все круги ада на земле и под землей, чтобы разгадать темную тайну, погребенную под наслоением мистификаций.
ISBN 978-5-4493-5658-1
Оглавление
Станция «Гермес»
Глава 1. Дом у реки
Глава 2. Найти и уничтожить
Глава 3. Утро в деревне
Глава 4. Визит в библиотеку
Глава 5. Графиня и Богиня
Глава 6. Секрет Пылесоса
Глава 7. Наследник
Глава 8. Катран на Собачьем хуторе
Глава 9. Сектант
Глава 10. Тайна янтарной пластины
Глава 11. Выстрел в лесу
Глава 12. Эффект Спящей Красавицы
Глава 13. Колодец и гроб
Глава 14. Скелет под водой
Глава 15. Логово
Глава 16. Дым над полем
Глава 17. Заговорщики
Глава 18. Ключ от дома
Глава 19. Последний из гермесиан
Глава 20. Подземная крепость
Глава 21. Мечта вселенского разума
Глава 22. Выхода нет
Глава 23. Помощник
Глава 24. Машина жизни
Глава 25. Идеальная пара
Глава 26. Эти глаза зеленые
Глава 27. Король рыжих
Глава 28. Спасение и побег
Эпилог
Глава 1. Дом у
реки
Девушка была в дождевике с капюшоном и желтых резиновых сапогах.
Предусмотрительно с ее стороны, учитывая, что ливень бушевал всю ночь и стих только под утро, а небо до сих пор затянуто тучами без малейшего просвета.
В строгом смысле красавицей ее назвать было нельзя, но черты смугловатого лица показались Антону приятными, и особенно выделялись живые карие глаза с кошачьим разрезом.
Опыта разговорной практики с деревенскими девушками у Антона еще не было. Человек городской, до сих пор он встречал обитателей сел и деревень только на репродукциях картин художников-передвижников. Он конечно, понимал, что в компьютерный век селяне внешне не отличаются от жителей мегаполиса, но не мог отделаться от образа бородатого мужика в лаптях и с котомкой за спиной. Женщины, соответственно, должны быть сплошь в сарафанах и платочках.
Девушка в дождевике смотрела на него с подозрением, словно догадываясь об этих неподобающих мыслях, и Антон начал смущаться.
Он ожидал вопросов и рассчитывал отделаться легким, возможно, игривым объяснением в стиле — да вот я, городской житель, устал от городской суеты, прочитал объявление, решил поселиться в деревне, но девушка своим хмурым видом сразу пресекла всякие фривольности.
— Это вы наш дом покупаете?
Антон растерялся.
— Не так чтобы сразу… Сначала хотелось посмотреть, прикинуть. А если понравится, то, может быть…
— Да понравится, чего уж там, — мрачно сказала хозяйка дома. — Место красивое, деревья растут, фрукты-овощи и все такое. Если надо, поедем в деревню, посмотрим.
Антон огляделся по сторонам. Типичная индивидуальная застройка, где за заборами и обильной зеленью едва виднеются крыши домов. Рядом беленая хата с ветхой черепичной крышей, за изгородью клюют траву подросшие цыплята. В канаве бултыхается жирный гусак, а вокруг озабоченно слоняются его менее удачливые сородичи.
— Это еще не деревня?
— Это — райцентр! — внушительно сказала девушка. — Город, значит. Тут супермаркет и рестораны есть. А нам в деревню Велесово, это километров двадцать отсюда.
— Поехали, — вздохнул Антон.
После бессонницы в голове было пусто и гулко. Вопреки расхожему мнению, что под дождем хорошо спится, Антон провел трудную ночь, скрючившись в водительском кресле и размышляя о том, до какой степени глупостью было сорваться сюда, за семьсот километров от большого города, в поисках сомнительного удовольствия жить в деревенской глуши. Тогда, сразу после развода, эта идея показалась Антону свежей и оригинальной, но сейчас, после ночи в автомобиле, когда каждый сустав ломил и трещал, его начали преследовать сомнения.
Хотя между колдобинами осталось немного асфальта, дорога годилась разве что для тяжелой техники на гусеничном ходу. «Девятку» штормило, бросая из одной ямы в другую, пока Антон не вырулил на относительно ровную грунтовку, где, однако, принялся наматывать на колеса мокрый глинозем. Попутно выяснилось, что девушку зовут Марина, она замужем за заместителем бригадира доильной станции, и сама работает оператором машинного доения в местном хозяйстве. Дом достался им как приданое, но приходится срочно продавать, потому что на лечение малолетнего сына нужны деньги. На его вопросы Марина отвечала скупо, часто отвечая невпопад, из чего Антон заключил, что интеллектом девушка не блещет, и характер сложный, но заместитель бригадира наверняка простил ей эти небольшие недостатки за хозяйственность и миловидность.
Своей собственной жене, теперь уже бывшей, Антон готов был простить и характер, который был непрост, и скудный интеллект, и внезапно открывшуюся мелочность заодно со склочностью, и даже тестя — военного пенсионера, одержимого идеей массовых расстрелов. Но в последний год ситуация обострилась из-за тещиных принципов. Теща считала, что муж ее дочери обязан иметь настоящую работу, желательно в банке или консорциуме с участием крупного капитала. Чем крупнее капитал, тем лучше. Антон же ненавидел всякую работу, где нужно здороваться с коллегами по утрам, поэтому последние годы работал в домашнем режиме, принимая заказы от удаленных клиентов. Это приносило хороший доход и сохраняло душевное спокойствие.
К сожалению, теща принципиально не верила в то, что можно зарабатывать дистанционно, а заодно считала всю компьютерную науку каким-то фокусом вроде телекинеза и путала программистов с экстрасенсами. Ради достойной цели, которая, как известно, оправдывает средства, Антон готов был работать хоть грузовым ослом на урановой шахте. Но жена с тещей, даже вместе взятые, на такую цель не тянули.
Когда брачный сезон подошел к концу и зазвучали казенные фразы «раздел имущества» и «заявление истицы приобщить к делу», на семейном собрании было решено, что нажитая совместно квартира отойдет к жене, как представителю слабого пола, а Антон, как представитель пола сильнейшего, удовлетворится «девяткой» с убитой подвеской и прогоревшим глушителем.
В тот день, когда нанятый тещей слесарь с профессиональной молчаливостью менял замки к дверям в квартиру, в которую Антону уже никогда не войти без судебного ордера, сам Антон сидел в водительском кресле — единственном предмете мебели, который ему достался после раздела имущества, штудируя рубрику «Недвижимость» в свежих газетах.
Стоимость аренды квартир в большом городе оказалась пугающей, но по мере удаления от центра цены успокаивались и приобретали осмысленность. В целях экономии Антон мог даже мигрировать на свою малую родину, в провинциальный город, где прошло его детство, а городская вселенная вращалась вокруг гудящего химзавода, окутанного плотным серым туманом. Возвращаться в туман не хотелось.
Выбор объявлений казался неисчерпаемым, но одно заставило его вздрогнуть. Выделенные черной траурной рамкой, слова были составлены искусным образом, чтобы удар пришелся прямо в сердце, минуя цепочку логических рассуждений. Для этой цели изо всех знаков препинания был выбран один только жизнерадостный восклицательный знак, зато применять его разрешалось сколько душе угодно.
Дальше был адрес и телефон. Антон отложил газету и задумался. Восклицательные знаки сделали свое дело, и в сердце кольнуло. Он еще раз внимательно перечитал объявление. Деревню он помнил обрывками, лишь по редким наездам к родственникам в самом раннем детстве. В память врезалось изумление от перемены картинки, когда скудная на краски запыленная городская серость чудом менялась на блестящую влажную зелень, красноту спелых яблок и пугающую черноту омута, в прохладе которого так восхитительно барахтаться, оглашая реку воплями.
Сорок соток земли — это сколько будет, почти пол-гектара? Просыпаться утром от пения птиц, выйти во двор, умыться колодезной водой, а то сбегать на речку, нырнуть с размаху в зеленую текучую гладь? Напоенный травами свежий деревенский воздух, парное молоко, грибы, рыбалка, свой собственный сад! И все это — всего за десять тысяч долларов?
Дело в том, что эти деньги у Антона были. В его личном автомобиле, в глубине перчаточного ящика, который несознательные водители называют бардачком, среди запасных предохранителей и квитанций за техосмотр валялся желтый треснувший футляр от старых тещиных очков. Вещь, на первый взгляд, бесполезная, но сама теща дала бы ошпарить себя кипятком, чтобы в него заглянуть. Во времена брачной жизни Антон откладывал туда понемногу от каждого заказа — по двести-триста долларов, иногда по пятьсот, в зависимости от настроения. Постепенно футляр распух и перестал закрываться, но зато там скопилось тысяч десять с небольшим. Этого как раз должно хватить на дом и еще останется на обзаведение хозяйством.
Это казалось чистым безумием. Конечно, в городе свои прелести и удобства. Но, с другой стороны, разве он не заслужил небольшой отпуск, так сказать, оздоровительный период, после пятилетней каторги? Купить дом, пожить год-другой в покое, умиротворении, в деревенской тиши, подумать о жизни. Тем более что работе это в принципе мешать не должно, а даже и наоборот.
Для работы Антону требовался только мощный ноутбук и мозги — и оба инструмента всегда были при нем. Нужно только выяснить, если ли там покрытие, и еще пару технических деталей. Антон раскрыл ноутбук, пощелкал по клавишам.
Антон узнал, что ему предстоит преодолеть семьсот километров до районного центра — города Мелогорска. Если отправиться прямо сейчас, то к вечеру он доберется до райцентра, там проведет ночь, а с утра можно уже осмотреть дом и окрестности. Он внезапно ощутил зуд путешественника, который, очевидно, испытывал купец Афанасий Никитин и его друзья, отправляясь за три моря. Ужасно захотелось вдруг оказаться там, где миллионы лет назад бушевало древнее море и где сейчас бродят лоси, кабаны и куницы, а заодно произрастают высокоурожайные сорта свеклы.
Он купил запасные аккумуляторы для телефона и компьютера, кое-какой мелочевки, в супермаркете набросал в корзину всякой еды на дорогу. Через час он уже выбрался из городских пробок и мчался по левой полосе трассы в южном направлении, ухарски втапливая в пол педаль акселератора. Автомобиль, закисший в постоянных пробежках от светофора к светофору, жрал километры словно даже и с удовольствием.
Километров через триста он подустал от гонки, свернул на обочину у маленького рынка, вышел размять ноги. Купил у бабульки яблок, важно поинтересовался сортом. Оказалось, антоновка. Со скрытым удовольствием подумал — пора разбираться, у нас тоже, между прочим, сад скоро будет, свой. Сад ему уже мерещился. Грушу от яблони он вряд ли отличил бы, и представлялись ему однотипные кряжистые стволы, выстроенные по ранжиру, а ветки сплошь усыпаны всякими плодами — грушами, абрикосами, вишнями — сочными, вкусными, готовыми к употреблению. В общем, все как в Ашане, только без ценников и глупых табличек «Акционная цена!».
Когда до конечного пункта осталось километров сто, он сбавил темп — накрапывал дождь, дорога заметно испортилась. Мелогорск его встретил ливнем. Было около десяти часов вечера, и только когда мощные струи забарабанили по крыше и видимость снизилась до нескольких метров, он понял, какую оплошность совершил. Нужно было позвонить продавцам заранее, сообщить о себе. Можно было договориться о ночлеге, например. Кроме того, кто знает, быть может, владельца дома сейчас вовсе нет в городе?
Город хлестало дождем, сквозь мутную пелену редко вспыхивали фары встречных автомобилей. При первой же возможности Антон свернул на стоянку около какого-то административного здания.
Где-то рядом прогрохотал грузовик, и на девятку обрушилась волна дождевой воды пополам с грязью. Яркая картинка деревенской жизни понемногу тускнела. К его удивлению, на вызов ответили почти мгновенно, и уверенный женский голос подтвердил, что дом продается, и продается срочно, и документы уже готовы, и утром хозяйка будет счастлива показать дом и участок дорогому клиенту.
* * *
Скоро грунтовка между полей закончилась, и впереди темной громадой встал лес. Дорога с размаху врезалась прямо в чащу, где было темно, как в туннеле. Пришлось включить фары. Промчавшись сквозь лес, автомобиль вновь выскочил на дорогу между полями, за которыми виднелись поросшие зеленью горы с белесыми верхушками, словно присыпанные пудрой. Над горами висело сереющее, с розовыми прожилками, как глыба мрамора, небо. Залюбовавшись, Антон едва не пропустил поворот.
Деревня возникла неожиданно, когда они поднялись на холм. Спичечные коробки домов были разбросаны по склонам, окруженные садами и огородами. Теперь дорога шла круто вниз, и коробочки вырастали на глазах и превращались в настоящие дома, как видится пассажиру идущего на посадку самолета.
