Читаем Вероотступничество онлайн бесплатно

Будет бо время, егда здраваго учения не послушают, но по своих похотех изберут себe учители, чешеми слухом: и от истины слух отвратят, и к баснем уклонятся (2 Тим. 4, 3-4)

Востанут бо лжехристи и лжепророцы и дадят знамения велия и чудеса, якоже прельстити, аще возможно, и избранныя (Мф. 24, 24).

Молю убо вас, братие, щедротами Божиими, представите тeлеса ваша жертву живу, святу, благоугодну Богови, словесное служение ваше, и не сообразуйтеся вeку сему, но преобразуйтеся обновлением ума вашего, во еже искушати вам, что есть воля Божия благая и угодная и совершенная (Рим. 12, 1-2).

В настоящее время в мире существует не так много людей, которые твердо верят в то, что только Православная Церковь сохранила подлинный лик Богочеловека Христа и все богатство Его учения, переданного нам в Священном Писании, через святых Апостолов и их последователей. Только наша Церковь, которая еще называется Единой, Святой и Кафолической (Соборной), имеет право именовать себя Православной, поскольку она есть «Церковь Бога Живаго, столп и утверждение истины» (1Тим.3,15) и «врата ада не одолеют ея» (Мф. 16, 18). Именно о ней Господь сказал: «...Я с вами во все дни до скончания века» (Мф. 28, 20). Другими словами, нет сомнения в том, что Истинной и Единой Церковью, которую основал Господь, является Церковь, бережно хранящая Христову истину. В бурной истории Христовой Церкви неоднократно предпринимались попытки приспособить слово Евангелия к погибающему в грехе человеку, по-новому истолковать Евангелие, но Церковь все же сумела сохранить свою чистоту не оскверненной духом этого мира, которому она всегда была и останется чуждой. Традиционализм, который в настоящее время все больше и больше вызывает негативное отношение, является одной из главных черт Православной Церкви. Господь передал нам Свою истину однажды и навсегда, и мы должны стремиться жить в соответствии с этой истиной и активно познавать ее, а не открывать путем научно-богословских изысканий, поскольку абстрактной истины не существует, только Господь единственно и есть «путь, истина и жизнь». Вместе с тем Господь призывает нас привести всех людей к полноте Православия, а не приспосабливать веру к людям. Одна из важнейших задач нашей Церкви не спустить на землю Царство Небесное, а возвысить до него людей, преобразовать их и в этом преображенном виде соединить со Христом.

С другой стороны, существует множество неправославных «христиан»-еретиков, которые находятся вне Церкви Христовой и образуют общества нечестивых (συστηματα πονηρευομενων1), поскольку «как могут быть членами Соборной церкви те, кто отверг апостольскую веру, кто создал новые вредные труды, те, кто забыл божественные слова Писания, а людскую неправду провозгласил новой мудростью»2. Итак, те, кто оставил Богом данную веру, не могут называться христианами3.

К сожалению, в нынешнее смутное время и в нашей Православной Церкви появились люди, которые на свою Церковь смотрят иначе, нежели Святые Отцы, мученики и исповедники. Эти современные отступники Православия и протагонисты новой ереси экуменизма4 активно работают над созданием так называемого «нового христианства», посредством которого враг рода человеческого стремится основать свою лжецерковь (анти-церковь) и с ее помощью подготовить приход лже-Христа. Целью этих людей является приведение Церкви в соответствие с духом сегодняшнего времени; они стыдятся перед «передовым» и «свободным» западным обществом открыто исповедовать Православие. Вместе с различного рода еретиками они с ложным смирением возводят хулу на Церковь, признавая, что врата ада уже якобы победили Христову Церковь5, что она поделена и мы «все должны покаяться и снова примириться». Только тогда, по мнению этих новых учителей, мы обретем единую, неделимую и истинную Церковь Христову. До недавнего прошлого эти же самые люди оправдывали свой диалог с еретиками желанием разъяснить им Православную истину, а сегодня они продают уже самое Православие и мечут бисер перед свиньями.

И все же мы знаем, что эти мрачные цели никогда не осуществятся, так как Церковь Христову уничтожить невозможно. Она и при скончании века дождется своего Жениха Христа чистой и непорочной, не оскверненной грехом предательства. Вопрос лишь в том, сколько людей поймут, что это и есть истинная Церковь Божия и в ней обретут спасение?

Православная Церковь, веками противостоявшая разного рода ересям и, несмотря ни на что, сумевшая все-таки сохранить неоскверненное исповедание веры в Богочеловека, которую нам через Святых Апостолов и Святых Отцов передал Господь наш Иисус Христос, сегодня столкнулась, пожалуй, с самой серьезной опасностью. Новая ересь, всеересь экуменизма, со всех сторон разъедает единство Православной Церкви, ее учение и вековое каноническое устройство.

Феномен экуменизма не является чем-то совершенно новым и неизвестным. О нем пишут не первое десятилетие, и теперь уже с полным правом можно сказать, что речь идет о весьма сложном и неоднозначном явлении. В отличие от древних ересей, которые искажали отдельные стороны православного учения и богочеловеческого лика Христа Спасителя, экуменизм проявляется в разных областях церковной жизни. В сущности, речь идет о целом наборе еретических утверждений, которые бьют по самому корню православной веры – ее Церкви. Поэтому экуменизм – это экклезиологическая ересь. «Сегодня цель врага рода человеческого не только совратить верных с пути спасения, по которому их ведет Церковь Христова, но и создать собственную «Церковь Христову» и превратить само Тело Христово в некую «экуменическую» организацию, тем самым подготовив приход своего избранника – Антихриста...»6. Итак, экуменизм самовластно корректирует учение Господа Иисуса Христа, сводя его до уровня социальных, гуманистических и пацифистских идей и заменяя самого Христа образом безбожного и секуляризованного европейца. Другими словами, он интерпретирует христианство в духе нового времени и тем самым отворяет церковные врата для всех прочих ересей и нововведений.

В древней церкви слово οικουμενικοζ (вселенский) использовалось в значении приведения всех народов к полноте и чистоте истины Православной Соборной Церкви. Именно в таком значении это слово добавлялось в качестве определения к названию Константинопольской патриархии. Сегодня это выражение используется в совершенно противоположном значении осуществления внешнего единства христианских (а в последнее время и нехристианских) конфессий, идущего вразрез с полнотой богочеловеческой истины; конечной целью этого единения является создание совершенного человеческого общества, своего рода рая на земле, но без Бога.

Нетрудно определить происхождение этой идеи. Она родилась под влиянием рационалистического и гуманистического Запада и была абсолютно чужда образу мышления православных христиан вплоть до начала текущего столетия, когда обманным путем она проникла в Православную Церковь, поддерживаемая прозападно настроенной интеллигенцией и правящим классом, через отдельных иерархов Константинопольской патриархии, образованных в духе западного папизма и протестантизма.

Magna Charta7 экуменизма появилась еще в конце прошлого века, а точнее – в 1897 г. на конференции 194 англиканских епископов в Ламбете. На этой встрече были сформулированы основные принципы экуменической унии христианских «церквей», в том числе так называемый догматический минимализм, суть которого сводится к тому, что путь к единению лежит через поиск малейших сходных черт в различных богословских учениях. Эту минимальную общую основу должны были составить: Священное Писание (но вне контекста Священного Предания), Никео-Цареградский Символ веры и два таинства – Крещения и Причащения. Кроме того, был выдвинут принцип толерантности по отношению к учениям других «церквей» и готовность к компромиссу, в основе которого должна лежать любовь. Еще одним «достижением» Ламбетской конференции стала известная «Теория ветвей» (Branch Theory), суть которой заключается в том, что Христова Церковь представляется ветвистым деревом, ствол его и есть единая неделимая Церковь, а многочисленные ветви – это различные «церкви», равноправные между собой и являющиеся разнообразными проявлениями этой единой Церкви. Ни одна из этих ветвей не обладает всей полнотой истины, поэтому отдельные богословские учения следует привести к единому знаменателю путем диалога, и тогда будет «реконструирована» единая истина и утвердится единая Церковь8.

Уже в начале двадцатого века, в 1910 г. в Эдинбурге организацией протестантских церквей была созвана Всемирная миссионерская конференция (International Missionary Society), на которой было решено организовать Всемирное движение христиан за борьбу с невежеством в вопросах вероучения и установление единого церковного порядка (World Movement for Faith and Order). Одновременно с этим возникло также движение «Жизнь и труд» (Life and Work), целью которого было осуществить единение христиан путем их сотрудничества в решении каждодневных проблем. В 1948 г. эти два движения слились и образовали так называемый «Всемирный Совет Церквей» (The World Council of Churches), штаб-квартира которого разместилась в Женеве. Параллельно с этим стремлением унифицировать религии шел процесс образования международных организаций, которые были призваны создать условия для политического объединения мира. Так, в 1919 г. была создана «Лига наций», ставшая прообразом Организации Объединенных Наций. По сути дела, речь шла об идее установления на Земле идеального миропорядка; эта идея не одно столетие вдохновляет Запад и проявляется в разного рода папизме9, гуманизме, марксизме, масонстве и других подобного рода явлениях.

Между тем, самую серьезную преграду на пути ее осуществления в плане религиозном представляло именно Православие со своей святоотеческой и традиционно непримиримой позицией в отношении всякой модернистской реинтерпретации Христианского учения и уверенностью, что единственная возможность преодоления раздробленности связана с постижением спасительной истины Богочеловека Господа нашего Иисуса Христа. Господь учит нас, что единство всех людей может осуществиться только в Православной Церкви, через таинство св. Причащения и исповедание апостольской веры. Итак, возникла насущная необходимость вовлечь в движение экуменизма и Православную Церковь, заменив ее учение о Церкви экуменической ересью. Под прямым ударом оказались две патриархии, которые имеют самый высокий авторитет и влияние во всем православном мире. И вскоре рядом с главными актерами экуменизма, протестантами, к сожалению, появились и православные.

Первой уступкой экуменизму со стороны Константинопольской патриархии явилось издание в 1920 г.10 энциклики, адресованной «всем Христовым Церквам»; в ней, кроме прочего, предлагалось введение Григорианского календаря. Собственно введение нового календаря, который, в отличие от предшествующего Юлианского, является менее точным, само по себе не представляет никакой особой проблемы, однако этот шаг стал явным выражением желания угодить Западу, приблизиться к нему, причем во вред вековому богослужебному единству всех Православных Церквей11. Само содержание этой энциклики, которую подписал тогдашний locum tenens12 Константинопольской патриархии митрополит Дорофей Прусский и еще одиннадцать митрополитов, демонстрирует совершенно иной тон в сравнении с предшествующими официальными документами патриархии. Обратим внимание на некоторые еретические формулировки этой энциклики, в которой само слово «Церковь» употребляется не только по отношению к поместным православным церквам, но и по отношению к различным еретическим конфессиям. В самом начале говорится: «...нельзя отвергать взаимное сближение различных христианских церквей и общение между ними только по причине существования догматических различий...». Далее следует призыв работать над «подготовкой и осуществлением полного единения», однако при этом не уточняется, что достижение этого единства возможно лишь на основе православного вероучения. Разные группировки называются «церквами, которые не являются для нас непонятными и чужими, напротив, всех их объединяет Христос» и все их можно назвать «сонаследниками, составляющими одно тело, и сопричастниками обетования Его во Христе Иисусе...» (Еф. 3, 6). В качестве первого шага на пути к достижению взаимного доверия и любви выдвигалась необходимость введения нового календаря, «ради одновременного прославления великих христианских праздников». Кроме того, «всей братии на Востоке и на Западе, всем уважаемым христианским Церквам» предлагалось внедрять практику тесного сотрудничества, взаимного обмена праздничными посланиями, международного обмена студентами богословия, что подготавливало бы создание единого всехристианского совета, который мог бы рассматривать и решать вопросы, представляющие взаимный интерес13. Энциклика была с воодушевлением принята последователями экуменизма. Панегирики произносили со всех сторон и англикане, и лютеране, и представители других конфессий. Одновременно с этим православный мир пребывал в полном недоумении: поведение Константинополя было поистине беспрецедентным. Модернисты всех мастей ликовали, приверженцы традиционализма, в особенности же монашество, священство, да и благочестивые миряне были крайне разочарованы.

Патриарх Мелетий Метаксакис