Читаем Ливерпуль. Они говорили, что наши дни сочтены! онлайн бесплатно

Ian Salmon

THEY SAY OUR DAYS ARE NUMBERED: LIVERPOOL’S SEASON OF CHANGE

21 августа 2015 года

Начало – всегда дело трудное. Как и конец. Ключ к любой истории таится в знании того, какую именно ее часть поведать, раскрывая важнейшее в жизни вашего героя. Не всю его жизнь, а лишь то, что стало в ней решающим, поворотным моментом.

Ну а как быть, если вашим героем оказывается вовсе не герой? Что, если ваш герой – это вы сами? Что если вы ведете повествование не о прошлом, а о настоящем, не имея ни малейшего представления о том, чем ваша история закончится? В этой книге мы охватываем один сезон. Охватываем, грубо говоря, год жизни со всем каскадом неожиданных моментов, которые он может повлечь за собой. Конец еще где-то далеко впереди, и он совершенно неизвестен. А как насчет начала? Оно могло бы оказаться здесь, могло бы начать свой отсчет раньше. Если быть честным, оно и случилось раньше. Возможно, где-то в 1986 году. А может быть, еще до этого…

Что еще трудного в том, чтобы начать? Писательское творчество сопряжено с трудами. А зачем трудиться, когда вы могли бы вместо этого полистать ленту «Твиттера», проверяя, занесло ли сообщество пользователей в число своих избранных закладок и ретвитнуло ли оно ваше сообщение из 140 символов, которое вы так старательно составили. А там уже линк на некоего журналиста, сообщающего, что рабочие онлайн-ритейлера «Amazon», имея проблемы со своими работодателями, уровнем физических нагрузок и целевых показателей, которые предъявляется им в процессе работы, должны радоваться, что они не работают на Жозе Моуринью. Журналист идет дальше в своем обожании и любви к Моуринью, защищая его за публичный нагоняй, который тот устроил своему медицинскому персоналу после первой игры сезона. Будем надеяться, что одной из побочных сюжетных линий текущего года станет дальнейшее разбухание самомнения Моуринью, и без того достигшего галактических размеров. Лучшего кандидата для такого развития событий трудно найти.

Да, конечно, вся эта бессвязная галиматья – лишь часть усилий, предпринимаемых мною, чтобы избежать начала. Она также символизирует то, что вы найдете на следующих страницах. Если вы хотя бы в какой-то степени знакомы с моими работами, вы это поймете. Побалуйте в этом случае мое собственное эго. Возможно, вам все это уже известно, возможно, из подкастов[1] «Anfield Wrap», в выпуске которых я принимаю участие, а возможно, из моей работы в театре. Об этом тоже будет упомянуто. Как и о семье, друзьях, музыке и политике. Это, знаете ли, не будет что-то только о футболе и ни о чем больше. Не может это быть только футболом; футбол – это часть жизни, которая тесно переплетается со всем, что мы делаем. Вы не можете избежать того, чтобы он не затесался, не влез незаметно буквально во все вокруг, как не можете избежать того, чтобы буквально все вокруг не влезало тихой сапой в него.

– Ну что ж, начнем тогда. Поскольку мы определились, что нам нет нужды думать о том, каким будет конец, – вот вам, ребята, максима для руководства по жизни, – давайте посмотрим, какие еще есть способы для того, чтобы избежать начала. Поразмыслите, каким должен быть для вас музыкальный фон, играя колесиком айпода, рыская по стриминговому сервису «Spotify», когда и то, и другое приносит куда больше удовольствия, чем фактически любое другое занятие. Предлагаю группу «Talk Talk»[2], поскольку вы все еще гадаете, с кого начать. «The Colour Of Spring» [3] («Цвет весны») – это тот переломный момент, когда они еще номинально относились к стилю синтипоп, перед тем как целиком погрузиться в «свободный джаз» и стать чем-то немыслимо «другим». Это такой саундтрек, такое музыкальное сопровождение, которое, возможно, будет звучать весь оставшийся день и которое, возможно, окажет существенное влияние на скорость написания книги. Пасторальное, безмятежное, подобное сну. Вы не упустите момент, когда это произойдет: предложения станут длиннее, приобретут произвольный характер. Это будет великолепно.

Так что давайте начнем.

Вот и подходящее место для того, чтобы переключить на время ваше внимание и выразить признательность всем авторам, «без которых» и т. д. и т. п. …

Тем, кто размещает материал на «Anfield Wrap» и, в частности, Нейлу Аткинсону и Джону Гиббонсу, авторам замечательной книги «Заставьте нас мечтать», рассказавшим историю, как была завоевана безусловная слава в сезон 2013–2014 года, за идею, согласно которой обзор сезона, написанный по горячим следам, мог бы оказаться убедительным и притягательным.

Сэчину Накрани и Карлу Коппаку, авторам книги «Мы везде – одно целое» (полное раскрытие источника: у меня здесь об этом целая глава), за подтверждение того, что личное (индивидуальное) нарушение правил – ключ к футболу.

Джону Грэму Дэвису с его великолепной постановкой «Победа над Берлускони», вдохновившему меня на работу в театре и по-настоящему изменившему мою жизнь.

И последнему в перечне, но не последнему по значимости, нашему сыну Киту Сэлмону с его самиздатовской книгой «У нас были мечты и песни, чтобы петь», за то, что наметил тот путь, благодаря которому игра стала важнейшей частью нашей семейной жизни.

Самое последнее. Последнее, что я добавляю сюда 24 мая с окончанием сезона. Все, что следует далее, – о том, как это произошло в моем представлении. Я ничего не поменял, как бы глупо это ни выглядело. А моментов, где я выгляжу довольно глупо, хватает.

(Все еще 21 августа 2015 года)

Старт не был дан 21 августа 2015 года. Стартом был июль 1986 года. Обе даты связаны между собой. Как даты 5 августа и 15 августа 2015 года.

Я многое передумал о сезоне 1985/86 года за последнюю пару дней. Для специальной передачи, посвященной тому сезону на «Anfield Wrap», им требовался кто-нибудь пожилой, кто-то, кто мог помнить тот год. Я как раз пожилой человек. Достаточно старый для того, чтобы нуждаться в проведении исследования того периода времени, поскольку я ни в коем случае не мог доверять своей памяти в таком деле.

Сезон 1985/86 года был странным. Телевизионных репортажей, отснятых в его первую половину, не сохранилось – их не было: Лига требовала больше денег, чем телевизионные компании были готовы платить, а на тот момент последнее слово в любой сделке оставалось за телекомпаниями. Сегодня такое кажется абсурдным, не так ли? До вашего сознания доходит, как давно был 1985 год. Вы осознаете, как много в вашей памяти основывается на визуальном ряде, что внушительная часть этой памяти подкрепляется тем, что вы на протяжении многих лет вновь и вновь возвращаетесь в памяти к прошедшим событиям. Вы на самом деле не помните видеозапись песни группы The Cure «Inbetween Days» с того момента, как впервые ее просмотрели? Она осталась у вас в памяти после того, как вы смотрели ее снова и снова. Игры команды «Ливерпуль» в сезон 1985/86 года? Они для меня, как размытое пятно в памяти. Я действительно не помню, на каких матчах я был. Даже после того, как я прочитал, что о них написали, даже после того, как я просмотрел все, что есть в наличии на YouTube, я мало что вспомнил.

Впрочем, два матча я помню. Помню, как «Ливерпуль» выиграл на стадионе «Гудисон». Я живо представляю себе, как Кенни Далглиш забивает мяч на первой минуте. Помню, откуда я наблюдал за тем, как был забит тот гол, сидел где-то справа от футбольного поля и недалеко от того места, где бежал Далглиш. Проблема в том, что это не срабатывает, и у меня нет ни малейшей возможности оказаться там вновь. Это был выездной матч, на который были проданы все 52 000 билетов (даже если в данном случае слово «выездной» означало бы лишь пересечь парк Стэнли, а место проведения было ближе к моему дому – и тогда и сейчас, хотя нас разделяют тридцать лет и четыре дома, – чем «Энфилд»), и в моей памяти всплывает картинка, как я оказываюсь среди болельщиков «Эвертона». Возможно, все это существует лишь в моем воображении, хотя понятия не имею, как мне удалось бы дать картинку увиденного под совершенно новым углом. Возможно, я достал билет через приятеля. Возможно, все это мне пригрезилось.

Помню финал Кубка Англии, полностью «мерсисайдский» финал Кубка Англии. Гонял на юг и обратно с «эвертонским» другом. За весь день ни пинты пива во рту. Помню, как был абсолютно спокоен, когда мы проигрывали. Первый тайм длился около пяти минут. Никогда еще у меня такого не было, чтобы сорок пять минут пролетали так быстро. Помню свое падение на спину на ступенях «Уэмбли», хватаясь за нашего приятеля Флити, который орал: «Мы вломили им дубль, черт бы их побрал!» И все равно ни пинты за весь день.

И я знаю следующее: я знаю, что в тот год я увидел достаточно футбола, чтобы принять решение: я наконец-то покупаю сезонный абонемент. Полагаю, абонементы в 1980-е годы работали именно так: вы просто решали, что покупаете абонемент, и покупали его. Не припоминаю, чтобы лист ожидания разрастался на три миллиона желающих. Вы, разумеется, могли просто подгрести к «Энфилду» в день матча и заплатить за вход. Приобретая место, с которого все прекрасно видно, и притом без полной распродажи билетов. Количество зрителей на матчах колебалось между тридцатью и сорока тысячами. Футбол был иным.

Так что я купил сезонный билет. А затем я нашел себе новую работу. Я работал на страхового агента на Каунти-роуд. Контора закрывалась днем по субботам, поэтому приходилось отправляться на матч прямо с работы. Работу эту я ненавидел. Я хотел работать в музыкальном магазине. Поэтому я нашел работу именно там. И работал там по субботам. В последующие двадцать семь лет. Что в некотором смысле притормозило мой переход куда-то еще до тех пор, пока спутниковое телевидение «Sky» не изобрело трансляции по воскресным дням и вечером по понедельникам и мы не вернулись в Европу, а я не вернулся в Ливерпуль, проведя четыре года в Йоркшире, и походы на матчи вновь не стали реальностью (у меня был доступ к сезонному абонементу, но давайте не будем говорить о том, как это у меня получилось).

На это у меня ушло двадцать семь лет, за столько же мир пришел к выводу, что ему на самом деле не нужны магазины грампластинок, – чрезмерная трата сил на то, чтобы добиться двух вещей:

1. Стать писателем. Тем, кем, по моему мнению, я должен стать, хотя мне всегда в некотором роде казалось, что я буду сочинять комиксы, и я никогда не думал, что приду к тому, что стану писать о футболе, мне ни на секунду в голову не приходило, что стану драматургом. Драматургом, получающим награды, – поспешно добавляет он, – со свидетельствами о награждении в рамочке на стене и всем прочим.

2. Наконец-то получить сезонный абонемент. Вот тут-то и появляется 5 августа.

5 августа 2015 года я отправился на «Энфилд». Отдохнувший, проведя недельку на острове Гран-Канария (первая часть отпуска, его семейная часть), основательно посвежевший и отлично загоревший, держа в руке письмо, счет-квитанцию за коммунальные услуги в качестве подтверждения моего адреса проживания и недавно использованный мною паспорт в качестве удостоверения личности.

Письмо было от футбольного клуба «Ливерпуль» с уведомлением, что мой сезонный абонемент готов и его можно забрать. На период с 1986 по 2015 год. Мгновение ока и целая жизнь. Я предъявляю письмо, паспорт, счет-квитанцию, и девушка в окошке зачитывает мне подробности о моем месте на трибуне и спрашивает: «Все верно?»

Моя первая реакция: «Нет, это место моего папы». Что-то не складывается. Не могу понять, как мой сезонный абонемент может быть выписан на место моего отца. Нет ни единой догадки.

Поскольку мы потеряли папу в ноябре 2014 года, я продолжал пользоваться его абонементом. Люди нашептывали мне, что я просто должен и далее пользоваться им. Ничего не говори. Ходили слухи, что на основной трибуне «Энфилда» сиживали 125-летние старики и по-прежнему чудесным образом регулярно посещали матчи. Утверждалось, что если вы попросите переписать абонемент на ваше имя, он (в лучшем случае) перекочует к кому-нибудь, занесенному в лист ожидания. Но более вероятным все же, как убеждали знающие люди, был вариант, когда ваше место отдавалось в корпоративный сектор, превращаясь еще в одно зрительское место, предоставленное туристам с пластиковыми пакетами, набитыми сувенирами.

Истории дают ошибочное представление. Слухи не всегда бывают верными. На «Энфилд», возможно, было затрачено какое-то время (на вторую половину сезона 2014/15 года), но все эти разнотолки сделали свое дело. Они трансформировали мой абонемент. Папа хотел, чтобы я ходил с его сезонным абонементом, и я его ношу с собой. Я сижу на его месте, я разговариваю с мужиками, которые, бывало, сидели рядом с ним, я слежу за матчем под тем же углом зрения, что и он, возможно, я сокрушаюсь по поводу тех же вещей, что и он. Сквернословлю я намного меньше, чем делал это раньше на террасе Коп [4]. Я продолжаю все это как традицию, но одновременно создаю сезон «новшеств». Всё является новым, всё изменяется.

И как раз обо всем новом мы здесь и будем говорить. О новизне для «Ливерпуля» после сезона 2014/15 года, принесшего сокрушительное разочарование, о новых контрактах, о новом тренерском составе, о том, что казалось новым подходом менеджера команды к средствам массовой информации, заключавшимся в том, что он просто занимается своим делом, более не пытаясь понравиться. И о новом для себя лично, по мере того, как моя новая карьера набирала обороты.

И как раз здесь возникает эта дата – 15 августа.

Мы были на Санторини, я со своей замечательной женой, на протяжении последних двадцати пяти лет (умной, красивой и эвертонианкой; эта деталь, несомненно, еще проявится в течение года). Второй отпуск за три недели, на этот раз посвященный нашему серебряному юбилею, в красивой гостинице невероятно красивой деревушки Имеровигли. В трехстах метрах над уровнем моря, на краю кальдеры вулкана, с облаками (когда они появлялись), проплывающими под нами, вертолетами, пролетающими где-то внизу, яхтами, превращающимися в точку на горизонте, и захватывающими дух закатами.

И посреди царящего вокруг нас мира, посреди этого величия, присущей этому уголку планеты романтики, мы обсуждали, «что будет дальше?»