Читаем Орфологическая лексикография онлайн бесплатно

Как уст румяных без улыбки,

Без грамматической ошибки

Я русской речи не люблю.

А.С.Пушкин

Настоящее исследование обусловлено, с одной стороны, отсутствием работ, посвященных теории и практике орфологии, с другой стороны, важностью формирования как теоретической, так и практической базы орфологической лексикографии. Значение орфологии не ограничивается задачами культуры речи; результаты исследования важны для теории языка, истории русского литературного языка, культуры речи, стилистики, риторики и, разумеется, лингводидактики.

Анализ терминоупотребления в данном случае позволяет проследить логику выделения орфологической лексикографии и отделения ее от лексикографии нормативной. Выделение орфологической лексикографии в самостоятельную область исследования сопровождается отрывом самого термина орфологический от его этимологической основы. Как известно, формант орфос/ортос (от древне-греческого ¹) означает «правильный». Отсюда его использование в нормативной лексикографии в качестве первого компонента сложных определений типа орфографический, орфоэпический. В данном контексте слово орфологический выступает синонимом термина нормативный.

Предмет исследования составило изучение закономерности формирования в контексте нормативной лексикографии словарей совершенно нового направления, воплощающих в себе иную, нежели нормативные словари, лексикографическую идею и соответствующих названию орфологический в новом понимании. Если бы орфологическая лексикография существовала в настоящее время, то объект настоящего исследования составила бы именно орфологическая лексикография. Однако ни теория, ни практика орфологической лексикографии не сформировалась. Поэтому в работе делается попытка выработать теоретические основы орфологической лексикографии, где четко отграничиваются орфологические словари от нормативных.

Анализ теоретической литературы за двухсотлетний период, а также лексикографических источников говорит о фактическом разграничении внутри нормативной лексикографии собственно нормативной и орфологической лексикографии. При этом вводить в заблуждение может только употребление термина орфология в качестве синонима к названиям учебных дисциплин, связанных с преподаванием норм русского литературного языка разных уровней системы, а также термина орфологическая лексикография как синонима термина нормативная лексикография.

Если вплоть до конца XIX столетия не прекращались дискуссии о предпочтительности тезауруса нормативному словарю, или, наоборот, ущербности принципа тезауруса вообще и необходимости составления словарей нормативного типа, то на рубеже веков формировалась также мысль о целесообразности описания случаев устойчивых отклонений от существующих норм. Однако до сих пор не создана теория такой лексикографии. Встречается термин "ортологические словари", однако в значении "нормативные словари".

К настоящему времени накоплен значительный материал, позволяющий построить концепцию орфологической лексикографии. Нами делается попытка теоретического структурирования концепции орфологической лексикографии, свидетельствующей о достаточно четком разграничении нормативных и орфологических словарей как по цели и предмету, так и по конкретному наполнению.

Монография состоит из четырех глав и списка использованной литературы.

В первой главе дается обзор словарей, описывающих неправильности в разных ярусах языковой системы, а также то, что не должно включаться, например, в словари для иностранцев, где актуальным является анализ интерференций, своеобразных для каждого национального языка. Делается вывод о необходимости поярусного составления таких словарей.

Во второй главе рассматриваются понятия норма и отклонение от нормы, которые включаются в систему общенационального языка.

Третья глава монографии посвящена анализу справочников и словарей трудностей русского языка, выходивших на протяжении второй половины ХХ-го столетия, что представляется весьма важным как в плане теоретического осмысления этих источников, так и в практическом их назначении и применении, ориентирующих современного читателя в особенностях этого сложного материала к применяемой его составителями терминологии.

Четвёртая глава монографии «Орфологический словарь русского языка для азербайджанцев» содержит как теоретические посылки, так и конкретно-практические рекомендации и примеры. Если орфологический словарь для носителей языка систематизирует и объясняет речевые ошибки, обусловленные действием определенных закономерностей национального русского языка, проявляющих себя на стыке нормированной и ненормированной форм общенационального языка, то орфологический словарь для иностранцев учитывает типичные отклонения от норм русского языка, характерные для представителей той или иной конкретной национальности и предопределенные действием законов их родного языка.

В заключении представлены основные выводы и обобщения, вытекающие из содержания монографии.

Выражаем глубокую благодарность научному редактору профессору И.Г.Гамидову, рецензентам профессору Л.М.Грановской, профессору Р.С.Мамедову за ценные советы и рекомендации, способствовавшие улучшению монографии. Приносим также благодарность всем, кто прочитал рукопись полностью или частично, кто помогал при подготовке монографии к печати.

Теории орфологической лексикографии не существует, как не существует и собственно орфологических словарей. Однако с XIX в. в русской лексикографии формируется опыт подачи в словарях (общих или специальных) так называемых речевых ошибок. Не всегда и не всё, что фиксировалось в этих словарях, воспринималось впоследствии исследователями однозначно. Тем не менее, для нас важен сам факт лексикографического рассмотрения отклонений от нормы. Иногда отклонения от нормы помещаются и в чисто нормативном словаре. Часто даже теоретически не разграничиваются словари нормативные и орфологические. В связи с этим следует отметить, что анализ названий словарей, специально созданных для интерпретации отклонений от норм литературного языка, также входит в сферу орфологии.

1.1. О словарях, описывающих речевые ошибки

Поскольку до сих пор не было создано последовательной и логически непротиворечивой концепции орфологических словарей, а сам термин орфологический/ортологический словарь употреблялся как синоним термина нормативный словарь, словари, описывающие устойчивые отклонения от норм литературного языка, назывались по-разному в зависимости от исходных принципов, цели и установок. Разумеется, все они служили одной большой цели: распространению речевой культуры, пропаганде средств нормированного языка, утверждению культурной традиции и расширению ее социальной базы.

Можно выделить четыре основных понятия, фигурирующих в названиях словарей, рассматривающих речевые ошибки: правильность, неправильность, трудность, вариантность. Последнее понятие сигнализирует о том, что термин речевая ошибка нередко носит условный характер, поэтому точнее было бы говорить о тех вариантностных средствах выражения, которые противостоят норме, как наиболее оптимальному средству. Отношения вариантных средств позволяют говорить о предпочтительности того или иного средства, что само по себе понятие временное.

Названия лексикографических источников вообще и словарей, рассматривающих отклонения от нормы в частности, вовсе не носят случайного характера. Все словари, в названиях которых встречаются отмеченные понятия, объединяет попытка анализа устойчивых случаев отклонения от существующих норм литературного языка и таким образом утверждения норм. Однако это, по всей вероятности, осознается не всегда, так как формальное отличие по названию иногда может восприниматься как сущностное. Например, Т.Г.Шукюров в книге «Русская и двуязычная лексикография» словари правильностей и словари трудностей рассматривает в разных разделах, следовательно, он считает их разными по жанру словарями. Однако в 19-ом параграфе, говоря о словарях правильностей, он упоминает и словари неправильностей. Например, Т.Г.Шукюров пишет: «Словари правильностей решают вопросы правильного словоупотребления, формообразования и предостерегают от речевых ошибок. Их можно назвать справочниками по культуре речи. Словари такого типа издавались и раньше. Из них можно указать «Опыт словаря неправильностей в русской разговорной речи», вышедший вторым изданием в Варшаве в 1909 году; «Словарь неправильных, трудных и сомнительных слов, синонимов и выражений в русской речи» И.И.Огиенко (Киев, 1914, изд. 3-е); «Правильность и чистота русской речи» В.И.Чернышева, изданный в двух выпусках (Петроград, 1914-1915)» [144, 35-36]. Далее автор упоминает еще два словаря, в названии которых речь идет о правильности.

Следует обратить внимание на следующее обстоятельство. Формальность разграничения понятий «правильность», «неправильность» и «трудность» в названиях подобного типа словарей очевидна. Несмотря на то, что Т.Г.Шукюров выводит словари трудностей в особый параграф своей книги: «Словари трудностей» [144, 36], как мы сумели убедиться, и в названии словаря И.И.Огиенко содержится указание на трудные случаи. С другой стороны, если все дело в названии, то почему же в разделе, посвященном словарям правильностей, указываются также словари неправильностей? Очевидно, что словари трудностей, правильностей и неправильностей необходимо было включить в один параграф.

Р.М.Цейтлин отмечает, что «среди разнообразных справочных изданий по русскому языку, получивших распространение в XIX – нач. XX в., занимали особое место так называемые словари неправильностей: они отвечали насущным потребностям широких слоев грамотного населения в поддержании чистоты и правильности русской речи» [133, 176]. Далее автор отмечает, что первым таким словарем следует считать книжку А.Н.Греча «Справочное место русского слова» [133, 176].

Отнеся «Справочное место русского слова» А.Н.Греча к словарям неправильностей, Р.М.Цейтлин исходит не из названия словаря, а из его сути, что, на наш взгляд, абсолютно верно. А.Н.Греч в своем справочнике анализирует неправильные с точки зрения литературного языка выражения и исправляет их. Таким образом, здесь мы имеем возможность наблюдать чистый словарь неправильностей.

К словарям неправильностей исследователи относят пособие К.Зеленецкого «О русском языке в Новороссийском крае» (Одесса, 1855). Хотя книгу К.Зеленецкого, как свидетельствует и ее название, словарем в собственном смысле слова назвать нельзя, в ней собраны и проанализированы с точки зрения норм литературного языка локальные особенности, т.е. отклонения от нормы, не носящие общеязыковой характер.

В 1909 году в Варшаве выходит «Опыт словаря неправильностей» В.Долопчева. Здесь понятие «неправильность» выносится в название. Как отмечает Р.М.Цейтлин, «книга Долопчева была первым словарем неправильностей в полном смысле слова» [134, 181].

В 1911 г. выходит «Словарь неправильных, трудных и сомнительных слов, синонимов и выражений в русской речи» – пособие по стилистике русской речи для учащихся и самообразования. Третье издание: Киев, 1914 г. Словарь был подготовлен преподавателем киевской гимназии И.И.Огиенко.

Словари подобного типа под разными названиями выходили и в советское время. Как бы они ни назывались, авторы исходили из необходимости рассмотрения отклонений от нормы с целью их предупреждения. Например, в 1965 г. под редакцией С.И.Ожегова выходит словарь-справочник «Правильность русской речи». В предисловии отмечается, что «настоящий словарь посвящен одному из самых существенных элементов культуры речи – словоупотреблению. Трудности словоупотребления многообразны. Они могут быть и результатом самых простых нарушений нормы, нарушений традиционно принятого литературного употребления и результатом неудачного употребления слова для выражения новых отношений, и результатом несоблюдения тонкостей словоупотребления, обусловленных стилистическим богатством русского литературного языка. В словарь включены наиболее типичные случаи» [83, 5]. Из приведенной цитаты видно, что автор отмечает довольно широкий диапазон явлений, не поддающихся однозначному определению. Например, что касается «тонкостей» и их названия, то вряд ли это может быть рассмотрено параллельно с явным нарушением элементарных правил русского словоупотребления. Если в название словаря вынесено понятие «правильность», то стилистическая дифференциация языковых средств связана со значительно более высоким уровнем словоупотребления. В этом случае более уместным было бы в названии употребление слова трудность.

Одним из наиболее популярных справочников подобного рода является словарь «Трудности словоупотребления и варианты норм русского литературного языка» под редакцией К.С.Горбачевича. Почти так же называется справочник «Словарь трудностей русского языка» Д.Э.Розенталя и М.А.Теленковой.

Разграничение паронимов в речи представляет собой проблему семантико-стилистического порядка. Мы не считаем словарь паронимов словарем неправильностей, проблема паронимов не имеет отношения к орфологии. В противном случае обычный толковый словарь следует также считать словарем трудностей, так как самой широко распространенной ошибкой является неточное употребление обычных слов. Тем не менее словарь Ю.А.Бельчикова и М.С.Панюшевой называется «Трудные случаи употребления однокорневых слов русского языка», куда вошло более 200 паронимических пар.