Читаем Собачьи кости под дубом (СИ) онлайн бесплатно

Annotation

Эта девушка никогда не стремилась навещать свою сводную сестру в психиатрической лечебнице, все стало только хуже, когда она встретила Марго - женщину, которая имела ужасное прошлое. И, к сожалению, главная героиня была напрямую связана с ним и являлась виновной во всем, что случилось из-за ее по-детски глупой ошибки, и у нее нет права противиться желанию все исправить. Вот только удастся ли ей это...

Чернильный Язык

Чернильный Язык

Собачьи кости под дубом

Бедная Марго! Ах! Бедная, бедная Марго!

Мама всегда говорила мне остерегаться психопатов. Она говорила, что отец - психопат. Но почему-то после развода суд оставил меня с ним. (Она принимала какие-то психотропные препараты.) В тот день я много думала о ней. Надлежащая обстановка, как обычно это бывает, наводила меня на подобные мысли. Но сейчас я сидела напротив совершенно чужой для меня женщины. Короткие волосы, русые, но по текстуре похожие на солому, закрывали часть лица. Глубокая носогубная складка и впалые глаза делали ее гораздо старше. Она была ужасно уродлива, хотя говорила, что когда-то была невероятно красива. Я не отрицала этого, никогда не знаешь, что время сделает с твоим лицом. Убьет красоту или нет. Она долго молчала, прикрыв глаза, что-то вспоминала. Мне было некомфортно, хотелось сбежать от неё, но не известно, что может взбрести в голову этой женщине в тот самый момент, когда я решусь уйти, было как-то неудобно оставить ее. Я нервно ерзала на стуле, поглядывала на дверь, ожидая кого-нибудь из персонала, чтобы тот вежливо прервал мое общение с одной из пациенток. Сделав глубокий вдох, она заговорила. У меня все внутри замерло и сжалось в один комок от ее голоса, хриплый, словно она не говорила очень-очень давно. Эта женщина в общей картине представляла собой что-то до боли отвратительное, неприятное и отталкивающее. С трудом её можно было назвать человеком. Неопрятная, она, казалось бы, рассыплется прямо сейчас, обратится в кучку праха. Другие пациенты выглядели тоже не лучшим образом, но это, не шло ни в какое сравнение с этой женщиной. Как такое вообще могло случиться с человеком? Я искренне не понимала, потому что впервые встречаюсь с чем-то подобным. Даже моя мать, обретя зависимость от таблеток, которые ей в свое время прописал врач, никогда не допускала, чтобы кто-то видел её в растрепанном, неухоженном виде. Но я никогда не видела, чтобы с кем-то происходило то же, что и с этой женщиной.

Ее звали Марго, я даже позавидовала ей тогда. Мне в последнее время особенно нравилось это имя, оно звучало весьма... своеобразно, мама всегда говорила, что это имя звучит вульгарно, но мне оно нравилось. Марго не знала точно, сколько она находится в психиатрической клинике, пять лет или десять. (Но лично мне она утверждала, что двадцать.) Она не помнила больше половины дней, которые провела здесь, но часто вспоминала свою прошлую жизнь. Наверное, это нормально, ведь в лечебнице один день похож на другой. У Марго была своя история, ужасная, хочу сказать. И понятно, почему она с такой злобой вспоминала все те ужасные события. Но еще одно резкое движение, выкрик, вздох и она умрет прямо здесь, это пугало меня, я никогда не видела, как кто-то умирает и не очень стремилась увидеть. Марго проклинала тот день, когда все

изменилось. Но её эмоции были нормальны, то, что она чувствовала - правильно для её положения. Она жаждала возмездия, да. Хотела встретиться вновь лицом к лицу со своим обидчиком, чтобы отомстить. Каждый человек чувствовал бы подобное, окажись он на её месте. Каждый возжелал бы правосудия. Да только вот, опьяненная своим желанием справедливости она совсем забыла о страхе. Она потеряла инстинкт самосохранения. Вот почему Марго здесь, - она злится, но совсем не напугана своим прошлым. Она говорила со мной, и я видела, как меняется её лицо, как дергаются в странном приступе мышцы смеха на ее лице.

Ее глаза были тускло-серые, но она говорила, что они небесно-голубые. Она, наверно, давно не смотрела в зеркало. Безжизненные, они загорались живым яростным огнем, когда она вспоминала о человеке, который так ужасно обошелся с ней, более чем ужасно. Иногда она прерывала свой рассказ и начинала плакать. Марго была безумна. С каждой секундой мне все больше и больше хотелось уйти, Марго начинала меня пугать. Мне хотелось позвать врача, как только женщина теряла нить своего повествования, но я сидела неподвижно, уставившись в белое покрытие стола. Время от времени, она клала на него свои руки, и можно было увидеть, какой болезненный цвет имела ее кожа, желто-серый, зеленоватый вокруг распухших вен на костлявых руках и шее.

Я вскочила с места, когда меня позвала медсестра, но Марго схватила меня за руку:

- Постой, подожди не уходи, - женщина мертвой хваткой вцепилась в мое запястье и не отпускала.

- Я не могу, мне нужно иди, простите, - голос дрожит, я стараюсь как можно мягче и аккуратнее высвободить руку.

- Приди, приди завтра, выслушай меня, слышишь?! - короткие ногти Марго впиваются в мою кожу до тех пор, пока я не пообещаю ей прийти на следующий день, чтобы услышать историю до конца. Я вру ей. Я ни за что к ней больше не подойду, я на километр не приближусь к лечебнице.

Мой отец недавно женился, во второй раз, на женщине по имени Вероника у которой был ребенок. Её дочь, Тина, была на два года младше меня и училась в университете. И вся эта история началась из-за нее, из-за нее я теперь не смогу спокойно спать, меня будут мучать кошмары. После рассказа Марго, я представляла себя на ее месте и проклинала Тину за ее эгоизм.

На прошлой неделе Тина вскрыла вены в ванной родителей, после того, как они не отпустили ее гулять с парнем из плохой компании, с которой она связалась в августе.

Восемь месяцев назад она пыталась повеситься на даче, пока я с друзьями праздновала свой день рождения.

А год назад спрыгнула с моста, когда узнала что ее мать выходит замуж.

Тину поместили в психиатрическую лечебницу, потому что каждое её подобное действие, относящееся к самоповреждению, могло иметь летальный исход. Вероника не выдержала бы, случись что-нибудь ужасное с её дочерью.

Отец попросил меня навестить младшую сестру, потому что ни он, ни Вероника не могли прийти, - были слишком заняты. Но моя сестра была не в состоянии принять кого-то (у неё вновь был очередной срыв, - вела себе чересчур агрессивно). Так пусть теперь они сами навещают свою падчерицу (дочь, в зависимости о ком речь), у меня все равно с ней не лучшие отношения, мне она не рада. Тем более я не хочу больше встречаться с Марго, которая напугала меня до кончиков пальцев одним только своим видом.

Всю дорогу домой я не могла перестать думать о Марго, я живо представляла себе и пустую комнату, и человека с горящими безумием глазами и жестокой ухмылкой в уголках губ. Каждое его движение, резкими мазками воспроизводились в моей голове. Моя фантазия нагоняла на меня больший ужас, чем рассказ самой Марго. Я поклялась себе никогда больше не говорить с ней, ни за что не узнать чем все это закончилось и где сейчас этот монстр, больше ни ногой в лечебницу, даже ради Тины... тем более ради нее.

Форс-мажор.

Четыре дня без спокойного сна сделали свое дело. Нервы были на пределе. Я то злилась, то у меня еле хватало терпения, чтобы не ударить кого-то из своих друзей, с которыми я стала общаться все меньше и меньше. Марго распалила во мне интерес, который, если оценивать трезво, я принимала как что-то не здоровое, потому что обычно я держусь в стороне от подобных историй, не желая впутываться в них, боясь проблем, которые могут последовать. Но меня начали посещать мысли о том, что возможно, мне стало бы легче жить, если бы я знала всю историю Марго в деталях и до конца, ведь все же лучше, чем теряться в догадках, изводя себя. Такие мысли были навязчивы, они мешали мне спать, работать, да и жить в общем. Дошло до того, что я перестала думать о чем-то другом, в моей голове была лишь эта уродливая женщина с влажными, тусклыми глазами. Встреча с ней пагубно на мне отразилась. Я была потеряна, жила на автомате, мучаемая собственным разумом. Уже тогда мой рассудок покачнулся. Напугав саму себя своим поведением, не привычным для меня, я оперативно принялась искать помощи. Мне требовалось любым образом избавиться от мигрени, чтобы вновь нормально воспринимать окружающую меня информацию и продолжить репетиции, готовиться к предстоящему концерту, потому что это тяжело, пытаться не потерять работу всей мечты, место в оркестре, что знаменит на весь округ, когда пальцы не попадают по клавишам фортепиано, а ноты ни чем не отличаются друг от друга и не несут никакого смысла.

Я обратилась к психотерапевту, которого посоветовал мне мои коллега и просто хороший друг, скрипач который очень мило подвозил меня домой после каждой репетиции, надеясь, что профессионал поможет мне справиться с этим. Но результаты были весьма заманчивыми. Мне было предложено лишь два варианта:

а) Абстрагироваться и постараться забыть эту встречу

(действительно, ведь почти неделю именно это я и не пытаюсь сделать);

б) Пойти к Марго и все выяснить;

В тот момент мне захотелось расплакаться, сдерживая слезы, я попросила доктора выписать мне какие-нибудь таблетки, прекрасно понимая, что мне могла достаться от матери предрасположенность к зависимости, и что, когда-нибудь, я не смогу остановиться, приняв дозу больше, чем следует. Но я нуждалась в чем-то, что могло бы усмирить мой интерес, потому что, несмотря на страх, который одолевал меня, стоило мне только допустить мысль о том, что мне придется встретиться с Марго, я была готова вернуться к ней, лишь бы утолить свое любопытство. Два противоположных чувства разрывали меня. Но ответом мне была тирада психотерапевта о том, как работает мой мозг, нервная система и конечная фраза: "Это другой случай", - после чего я могла возвращаться домой, обратно к своим кошмарам, не получив ни дельного совета, ни лекарств, которые могли бы усмирить мои расшатанные нервы.

Ничто не могло спасти меня от моего помешательства, никто не хотел. Навязчивые мысли, идеи грызли меня, словно крысы. Мне физически было тяжело контролировать себя и не паниковать.

Я совсем не могла спать и тогда втайне от мачехи, я начала принимать ее снотворное (врач выписывал ей рецепт, из-за трагедий, постоянно случавшихся с ее дочерью, она не могла самостоятельно нормально заснуть). Виной всему, скорее всего, стало именно оно, потому что я могла перепутать дозу и принимать больше, но факт остался фактом - мое состояние изменилось в худшую сторону. Я стала более рассеянной и невнимательной. Дирижер Арнольд, который, видимо от большой любви, не упускал возможность сказать мне что-нибудь гадкое, не безосновательно стал жаловаться на то, как я работаю и на мое странное, настораживающее состояние. Целыми днями я испытывала только одно - ужасную потребность во сне, выглядела я соответствующе. Ни одни таблетки не могут заменить нормальный сон, я не отдыхала, не смотря на то, что спала необходимое количество часов. Мой организм реагировал по-своему, словно принимал сон за искусственный и требовал нормального. Прошло несколько дней, прежде чем мне позвонил Арнольд и передал, что руководитель пообещал уволить меня к чертовой матери, если я не приду в себя и не начну нормально работать. Вероника слышала этот разговор и все рассказала отцу, больше всего мне было стыдно за то, что она слышала, как я умоляла руководителя дать мне недельный отгул, хотя бы пять дней. Когда отец спросил у меня что происходит, я сказала, что слишком беспокоюсь за Тину. Тогда-то я и решилась на самый глупый поступок в своей жизни - я попросила его отвезти меня навестить сестру. Он колебался, но все же согласился, мне пришлось придумывать объяснение, почему я вдруг так начала переживать за нее.

Получается, свое обещание я все-таки сдержала. Да, я приду позже, чем через день. Я посмею явиться через две недели, за которые мое психическое и физическое состояние стремительно ухудшились. Но Марго и не заметит, она не поймет, потому что живет вне времени, она потеряна, то и дело застревает в своем прошлом, даже не желая разорвать этот замкнутый круг. Любовь, особый трепет к прошлому, приступы ностальгии - все это нормально для людей, которые много видели, прожили долгую жизнь и им есть что вспомнить. Мне не известно, сколько Марго лет, она выглядит словно ей далеко за сорок, хотя на деле может оказаться немного моложе, но она хронически прокручивает, воспроизводит, переживает заново в своей памяти те минуты, часы своей жизни, которые нормальные люди стараются похоронить глубоко под илом на дне океана прошлого. Марго этого не хочет. Марго живет прошлым. Марго не имеет настоящего. Марго не имеет будущего. Марго осталась в прошлом, сейчас ее не существует.

И вот, я снова сижу за тем пластиковым столом, напротив меня - Марго и она говорит, говорит, говорит, не умолкая, то улыбаясь, то плача, то звонко смеясь. И в голосе ее столько эмоций и все они такие яркие. Столько любви, столько нежности, когда она вспоминает о тех временах, когда у неё все ещё было прекрасно, и так счастлива она в те моменты, когда ненадолго замолкает, с застывшей блаженной улыбкой на губах, когда она забывает, что рядом сижу я, жадно впитывая каждое ее слово. Мне становилось не по себе, но с каждым ее словом, внутри меня зарождалось что-то необъяснимое, в уголке души, а затем это странное чувство становилось все сильнее и сильнее, пока не поглотило все мое сердце. Я уже примерно знала, что буду делать после того, как покину Марго. Куда я пойду?.. Все что мне было нужно - информация. Чем ее больше, тем лучше. Я отправлюсь искать информацию по делу Марго, любыми способами я узнаю все до мелочи. Только тогда я смогу спокойно спать, потому что не будет больше никаких тайн и ничего недосказанного, я буду знать все, что мне нужно, все что я хочу узнать от этой женщины.

И словно не было тех ночных кошмаров и паранойи, двух недель, которые так много забрали у меня сил. Здесь и сейчас были только я, Марго и ее история, что ужасает любого слушателя, но и притягивает, заставляя слушать, заворожено, не отвлекаясь ни на секунду.

История Марго.

Ей было, дайте припомнить... чуть больше двадцати. Марго была молода и красива, дочь богатейшего человека всего округа, ее отец - банкир, да еще и владелец сети ювелирных магазинов. Работать у него - большая честь. Не приведи вам Бог, быть на собеседовании у такого работодателя как Вильям Бёрг, отец Марго. Он требователен, не в меру требователен, имеет свои стандарты, если вы не нравитесь лично Бёргу, то и не рассчитывайте на место под крылышком его компании. Невозможно представить какой ценой некоторые сотрудники и знакомые Бёрга получали его покровительство.