Читаем Сестры. Очерк жизни сестер-подвижниц Анисии, Матроны и Агафии, подвизавшихся и почивших в селе Ялтуново Шацкого района Рязанской епархии. онлайн бесплатно

Село без праведника не стоит — это свидетельство православного русского народа до последнего времени было живо и подтверждалось повсеместно, по всем концам нашей родной земли.

Настоящая книга — одно из многих повествований о святой жизни наших русских праведников, чей подвиг, во многом сокрытый от нас, жив у Бога. Лишь в малой мере возможно отразить на бумаге то, как и чем они жили. Но не писать об их жизни никак нельзя. Ведь их жизнь — это наша история, история нашей Церкви. Это живое свидетельство о Воскресении Христовом, победе жизни над смертью, правды Божией над грехом. И не столько важно для них, наших ходатаев и сродников, напишут ли об их подвиге, сколько для нас, колеблющихся и непостоянных, важно это живое свидетельство о том, что Христос Тойже и днесь, а Святой Дух и поныне живет в Церкви, исполняя вся и всех желающих Его принять и сохранить.

Наши святые — это наша опора и наша надежда. Они живее живых и роднее родных. Знаемые и незнаемые, прославленные и сокрытые от нас своим смирением, они все непрестанно о нас заботятся, взирая на наш жизненный путь. Они наши сродники по духу и плоти. Близкие не только духовно, но и по закону естественного родства, во время своей земной жизни они готовы были быть отлученными от жизни вечной ради нас. А теперь, получив великое дерзновение, просят Господа, чтобы и нам быть с ними в Его святых обителях.

Именно о таких людях и рассказывается в этой книге. Совсем небольшой срок отделяет нас от земной жизни трех сестёр: Анисии, Матроны и Агафии — девиц-праведниц, проживших свою жизнь, не расставаясь со Христом в своем сердце ни на минуту. Для большинства их подвиг не был заметен и известен. Сами сестры, скрывая себя, никогда о себе и о своей святости не свидетельствовали. Но для людей, близких им духовно и прикоснувшихся к сокрытой от человеческих глаз святыне их веры, они остаются самыми дорогими и родными. По рассказам и свидетельствам этих людей и составлена, главным образом, настоящая книга. Но эта книга не только о сестрах. Она и о тех подвижниках, чья жизнь и чей подвиг были связаны с жизнью и подвигом сестёр-праведниц. Почти в одно время более двадцати угодников Божиих подвизалось в Шацком районе Рязанской епархии, тех, о ком что-либо сейчас известно.

А жизнь скольких сокрыта от нас непостижимым Божественным промыслом? А сколько подобных им людей жило да и поныне живет повсеместно на нашей многострадальной и святой земле?

Безмерно счастлив тот народ, который наделен таким богатством. Великое счастье даровано нам, русским людям, но это и огромная ответственность — иметь стольких святых заступников и ходатаев. Мы видим пред собой живые примеры Христовых последователей, и нам остается лишь идти по проторенной узкой, но прямой дороге вслед за ними. А они, будучи верны, не оставят своих младших собратьев, если мы, в свою очередь, не оставим Христа и будем верны Ему до конца.

В двенадцати километрах от города Шацка Рязанской области, на берегах реки Цны, расположилось большое село с необычным названием Ялтунбво. Точнее же, не одно, а два села протянулись вдоль реки по обеим ее сторонам. Справа по течению лежит Ялтуново Лесное, а слева — Польное.

В Польном Ялтуново стоит храм с престолом в честь Пресвятой Троицы. При храме — большое сельское кладбище. Современная церковь построена совсем недавно рядом с тем местом, где стоял храм старый, в котором вместе с главным престолом был еще и придел в честь Святого Архистратига Михаила.

Польное Ялтуново расположилось на возвышенном месте и протянулось вдоль реки километра на четыре. Говорят, что в старину село называли Новая Ялта из-за пересеченной местности и холмов с крутыми склонами. По всему селу бьет множество родников, изрезавших холмы оврагами и впадинами. На одном из таких холмов, в центральной части села, стоял дом Алексея и Анны Петриных.

Семья Петриных, или, как их называли в народе, Ванькиных, была большая. У Алексея Филипповича и Анны Дмитриевны родилось десять детей, но в живых из них осталось всего четверо: три дочери и сын, остальные умирали в младенческом возрасте, как нередко это случалось в те времена в крестьянских семьях. Дочерей звали Анисия, Матрона и Агафия, все они сохранили свое девство, посвятив себя Богу. Как и их родители, сестры за свою жизнь много потрудились для Господа, претерпевая ради Него страдания и гонения. Их брата звали Михаил, из детей он был самый младший. Впоследствии Михаил работал на строительстве мостов. Великая Отечественная война застала его в Москве, откуда он и был призван на фронт в саперные войска. В 1942 году, защищая Родину, Михаил погиб вместе со своими товарищами под обломками обрушившейся на них переправы.

Род Петриных, из которого происходил Алексей Филиппович, отличался особым благочестием и строгостью жизни. Дед Алексея имел большую семью. Рассказывают, что он вел жизнь настоящего подвижника. Когда все семейство усаживалось за обеденным столом, он, распоряжаясь обедом, как бывало в старину, сидел с кружкой воды и луковицей, приговаривая: «Ешьте, ешьте». Ласково за всеми наблюдая, он делал вид, что и сам ест, а в конце обеда облизывал ложку. Одним из его детей был Филипп — отец Алексея. Жену Филиппа звали Пелагея. В их семье, помимо Алексея, были и другие дети — вспоминают, по крайней мере, о трех его братьях.

Алексей родился в 1870 году, четвертого октября. На следующий день празднуется память Святителей московских, в честь одного из которых и был он назван. Когда Алексею исполнилось двадцать лет, он решил жениться и привел в дом отца невесту моложе себя на год. По всей видимости, Алексей был старшим сыном в семье, так как они с Анной остались в родительском доме, а его братья и сестры поселились поблизости.

Анна была родом из Ялтуново Лесного, с боровой стороны, как называют этот берег реки из-за расположенного на нем лесного бора. Ее семья была не так благочестива, как семья Петриных, и поэтому в первое время Анне было тяжело в доме мужа, где строго соблюдались все правила христианской жизни. К тому же у Анны было слабое здоровье, часто болела голова, и в те дни, когда Петрины подолгу не вкушали пищи, ей приходилось особенно трудно. Но вскоре Анна втянулась в новую жизнь. Потекли дни и годы семейных забот и напряженного труда. Ее смиренное и доброе сердце постепенно впитывало в себя глубокую мудрость и вместе с тем простоту народного деревенского благочестия. Но Господь предопределил этой женщине путь более узкий и трудный, чем просто жизнь семейная. С течением времени Анна, возрастая и укрепляясь духом, стала старицей высокой жизни, получила от Бога дар прозорливости и необыкновенной мудрости, так что все близко знавшие ее люди рассказывали, что Анна была человек необыкновенный и удивительный. Господь даровал ей великих наставников, воспитавших ее, а впоследствии и трех ее дочерей, таким образом, что все они, обладая дарами святого Духа, сами воспитывали и наставляли других.

Здесь надо особо отметить, что в то время в Шацком уезде подвизалось множество праведников из людей простого звания. Особенность их подвига заключалась в том, что все они жили в миру, в деревнях и селах, в среде народа, претерпевая тяжелые скорби, лишения и встречая непонимание со стороны людей, им не доверявших. Значительную часть из них составляли странники, другие несли подвиг юродства ради Христа, некоторые переходили из дома в дом, не имея своего крова. Независимо от своего подвига, все они, именовавшиеся в народе старцами, руководимы были в этом служении благодатию Божией. Помогали они и друг другу, передавая духовный опыт из поколения в поколение. Эта живая преемственность сохранялась и до недавних дней, став в Шацкой земле настоящей духовной традицией. Именно с такими людьми и довелось соприкоснуться в жизни Анне, мужу ее Алексею и их дочерям — Анисии, Матроне и Агафии.

Узнав Анну, будущие ее наставники сразу же почувствовали, что эта женщина принадлежит к их роду, что ей и ее семье предстоит послужить Богу и посвятить Ему свою жизнь. Первое, что Анна услышала от старцев, когда те ее увидели, было: «О, это наша!» И с этого момента вся ее жизнь стала непрестанным подвигом полного и беспрекословного послушания, за который Господь щедро наградил Свою избранницу необыкновенными дарованиями.

Одним из наставников ее семьи в то время был известный старец по имени Василий Афанасьевич. О нем стоит рассказать более подробно, поскольку судьба Анны, Алексея и их дочерей была тесно связана с этим праведником, сильно повлиявшим на всю последующую жизнь Петриных.

Этот удивительный человек жил и подвизался недалеко от города Шацка, в деревне Черная Слобода. Происходил он из рода Карпуниных. Родители его, Афанасий и Ирина, были простого звания.

В юности с Василием произошло чудо, повлиявшее на всю его будущую жизнь, чудо, подобное происшедшему с маленьким Прохором, впоследствии преподобным Серафимом. Участвуя в построении храма, Василий упал с колокольни и нисколько не повредился. С этого времени он перестал есть мясо и стал вести жизнь подвижническую. Уступив желанию родителей, Василий был вынужден жениться, но с женою жить не стал, а отправился странствовать, желая всего себя посвятить Богу. Странствуя, юноша предпринял путешествие в Иерусалим. Поклонившись святым местам Палестины, он направился на Афонскую Гору. Восемь лет провел подвижник в уделе Божией Матери, претерпевая все трудности и скорби монашеской жизни. Три раза поднимался он на вершину Святой Горы, и там, на «шпилю», как называл ее старец, постригли его в иночество с именем Вонифатий. Но великая ревность и любовь к Богу подвигли отца Вонифатия вернуться на родину. Господь определил ему иной путь, встав на который, он принял от Бога крест более тяжелый.

— Здесь мне крестик маленький — деревянный, а там чугунный, с головы до пят, — с такими словами отец Вонифатий покинул Святую Гору и вернулся домой.

Здесь он поселился при храме Покрова Божией Матери и одно время был при нем сторожем. Тайные его подвиги известны одному Богу, однако по тому, с какой силой и ненавистью ополчился на него диавол, можно судить, какую святую жизнь проводил этот человек. Живя в миру, но не по его законам, Василий Афанасьевич был живым обличением всем, чья жизнь шла вразрез с Евангельскими заповедями. От многих людей он претерпевал клевету, поношения и жестокие побои. Много раз избивали его до полусмерти, и только чудом Божиим старец оставался жив.

По ночам Василий Афанасьевич посещал больных и ухаживал за ними. Многие смеялись над ним, называя «блаженным», а некоторые просто ненавидели его, пытаясь всячески ему досадить. Один человек, питая злобу к праведнику, решил даже его погубить. Купив три ведра самогона, он напоил деревенских мужиков и настроил их против старца. Убегая, жестоко избитый Василий Афанасьевич собирал с лица и головы свою кровь и бросал на преследователей. Чудом ему удалось забежать в один дом, где хозяева спрятали страдальца в погребе. Потом все бившие его приходили просить прощения — все, за исключением того, чей замысел они выполняли. С любовью и радостью прощал пришедших Василий Афанасьевич, сокрушаясь и болезнуя о последнем, который так и не смог подойти к дому подвижника, долго пытаясь преодолеть себя, то подходя, то снова возвращаясь назад. Старец под конец, сострадая, перекрестил его и предсказал, что тот будет тяжело умирать, претерпевая муки огня, будучи еще в теле. Все это исполнилось. Человек этот перед смертью три недели кричал: «Горю, в огне горю!..» Его семью раскулачили, а дети и внуки, по словам сестёр-стариц, впоследствии страдали за грех своего отца и деда, болея и перенося разные напасти.

Сестры вспоминали, что Василия Афанасьевича за всю его жизнь избивали сорок раз, и каждый раз он со смирением и кротостью переносил людскую злобу и ненависть.

Рассказывают, что он безвинно провел три года в заключении. Одна молодая девица, согрешив и оставшись беременна, указала на старца как на виновника происшедшего. Тот не стал оправдываться, хотя Богом ему было открыто, с кем был совершен грех. Более того, Василий Афанасьевич знал, что блудница с истинным участником своего злодеяния закопала родившегося ребенка под лестницей погреба. Старец указал ей имя сообщника и место, где они закопали младенца. Пораженная столь явной прозорливостью, женщина эта весь судебный процесс трепетала в ужасе, боясь, что тайна ее будет открыта. Но Василий Афанасьевич, выбрав, как полезное для себя, тюремное заключение, отказался от возможности быть оправданным.

Вериги Василий Афанасьевич никогда не носил, а вместо вериг имел болезнь, которую выпросил себе у Бога. Вся спина его была покрыта гнойными ранами, которые никогда не заживали, постоянно кровоточа и причиняя нестерпимую боль.

За свою великую любовь к людям подвижник получил от Бога дар исцелять болезни. От болезней телесных он излечивал, используя состав из масел от святынь с Афонской горы, по нескольку капель которого добавлял в большую бутыль с кипяченой водой. Эту бутыль, называемую в народе «четверть», он давал больным, назначая лечение с молитвой и поклонами.

От болезней духовных исцелял своими молитвами. Вот один случай его молитвенной помощи.

В селе Конобеево у одной женщины скончался супруг. Она чрезмерно о нем тосковала и, по всей видимости, дала в сердце место греху. В образе мужа к ней стал приходить бес. И настолько это было явно, что все соседи видели сени, которые тот строил для женщины. Сени строились, а кто строит, люди не могли понять и удивлялись этому.

Василий Афанасьевич среди зимы босой за пятнадцать верст пришел из Черной Слободы, провидя жалкое состояние души этой вдовы. Накануне старец рассказал Анне Петриной, что видел сон, будто одного журавля почти до полусмерти заклевали большие птицы.