Читаем Ал-Идриси о странах и народах Восточной Европы онлайн бесплатно

Сочинения арабских географов и путешественников содержат уникальные сведения о Древней Руси, Волжской Булгарии, народах Северного Причерноморья, Северного Кавказа, Восточной Прибалтики и занимают важное место среди иностранных источников по средневековой истории Восточной Европы. Поэтому изучение арабских источников по истории восточноевропейских стран и народов, начатое еще русскими востоковедами прошлого века, не утратило своей актуальности и поныне [История отечественного востоковедения, с. 241-258; Крачковский И. Ю. Арабистика; Крачковский И. Ю. О подготовке; Заходер Б. Н. Изучение; Заходер Б. Н. Из истории; Восточные источники; Древнейшие источники, с. 47-51; Калинина Т. М. Сведения ранних ученых]. Современные исследования показывают, что и теперь материал арабских источников нельзя считать полностью изученным [Бейлис В. М. К вопросу о конъектурах; Коновалова И. Г. Восточные источники]. В особенности это касается географических сочинений XII-XIV вв., которые, в отличие от произведений IX-Х вв., остаются мало или даже совершенно не исследованными.

Несмотря на то что арабские географические сочинения XII-XIV вв. содержат богатые данные по этнополитической истории и географии Восточной Европы, до сих пор не существует полных переводов на русский язык соответствующих частей этих памятников, а работы, специально посвященные исследованию имеющихся в них сообщений о Восточной Европе, можно пересчитать по пальцам.

Настоящий выпуск свода «Древнейшие источники по истории Восточной Европы» включает в себя фрагменты географического сочинения «Нузхат ал-муштак фи ихтирак ал-афак» («Отрада страстно желающего пересечь мир»), составленного выдающимся арабским ученым ал-Идриси в середине XII в. Для публикации отобраны те разделы сочинения, в которых упоминаются географические названия или этнонимы, относящиеся к Восточной Европе. Этот материал содержится в 4-7-й секциях VI-VII климатов; также публикуются фрагменты 7-й секции V климата (содержащие описание Каспийского моря, народов Северного Кавказа и Поволжья), 3-й секции VI климата (где говорится о некоторых древнерусских городах), 8-й секции VI климата (с описанием р. Атил) и 3-й секции VII климата (где имеется упоминание о Руси).

Арабский текст восточноевропейских фрагментов «Нузхат ал-муш-так» публикуется по полному изданию сочинения ал-Идриси, вышедшему в Италии в 1970-1984 гг. [ОС]. Все переводы на русский язык, за исключением особо оговоренных случаев, выполнены мною.

Исследование имеет традиционную для выпусков свода «Древнейшие источники по истории Восточной Европы» структуру: вводную часть с изложением истории создания сочинения, с обзором рукописей и изданий сочинения; фрагменты оригинального текста; их перевод на русский язык; комментарии; библиографию; указатели.

При комментировании основное внимание уделялось восточноевропейским реалиям, а сведения, относящиеся к сопредельным регионам, объяснены лишь в той мере, в какой это необходимо для понимания текста.

При анализе сообщений географа секционные карты, являющиеся составной частью сочинения ал-Идриси, привлекались, но в данном выпуске Свода они не публикуются. Учитывая сложную рукописную традицию картографической части сочинения ал-Идриси, совершенно очевидно, что палеографическое и историко-географическое изучение восточноевропейских материалов карты по всем сохранившимся рукописям «Нузхат ал-муштак» должно проводиться в рамках специального исследования, имеющего иные, чем настоящее, цели и задачи. Публикации относящихся к территории Восточной Европы карт ал-Идриси предполагается посвятить отдельный том картографической серии Свода. Обращение к картографическому материалу ал-Идриси в настоящей работе связано в основном с выяснением вопроса о том, насколько текстовые и картографические данные географа о тех или иных объектах Восточной Европы взаимно обусловлены.

Считаю своим приятным долгом выразить признательность всем, кто советами, замечаниями и просто дружеским участием помогал мне в работе, — коллегам из Института всеобщей истории РАН, Института востоковедения РАН, кафедры истории Средних веков Исторического факультета МГУ, Института российской истории РАН, Института истории естествознания и техники РАН, в особенности В. А. Арутюновой-Фиданян, И. В. Ведюшкиной, Г. В. Глазыриной, Т. Н. Джаксон, Т. М. Калининой, Е. А. Мельниковой, Д. В. Микульскому, В. Б. Перхавко, А. В. Подосинову, Л. С. Чекину, И. С. Чичурову, Р. М. Шукурову. Я также сердечно благодарю моих коллег из Болгарии, Молдовы и Румынии за консультации и содействие в получении новейшей литературы и информации — В. Йотова, Н. Д. Руссева, В. Спинея.

Ал-Идриси (Абу 'Абдаллах Мухаммад ибн Мухаммад ибн 'Абдал-лах ибн Идрис ал-Хаммуди ал-Хасани) принадлежал к знатному роду Алидов-Идрисидов, члены которого вели свое происхождение от ал-Хасана ибн 'Али, внука Пророка Мухаммада. Как потомок Пророка, ал-Идриси имел право носить титул аш-шариф («знатный», «благородный»), в связи с чем в арабской историографии географ известен под именем аш-Шариф ал-Идриси.

Родоначальник династии Идрисидов, участник алидского восстания против Аббасидов в Медине в 786 г. Идрис I бежал из восточных областей Халифата в Северное Марокко, где основал самостоятельное владение, просуществовавшее почти до конца X в. Непосредственные предки ал-Идриси, одна из дальних ветвей Идрисидов — Хаммудиды в 1010 г. воцарились на юге Испании, в Малаге и Альхесирасе, но после недолгого правления (до 1057 г.) переселились в Сеуту, где и родился ал-Идриси в 1100 г. [АГЛ, с. 281; Босворт К. Э. Мусульманские династии, с. 48-49; Большаков О. Г. Бану Идрис, с. 92; Eustache D. Idrisids; Lewicki Т. Polska, cz. I, s. 9-10].

Ал-Идриси получил образование в Кордове — крупном культурном центре мусульманской Испании. По обычаям своего времени он много путешествовал. Ал-Идриси хорошо знал государства Пиренейского полуострова и вообще Западное Средиземноморье; отдельные фрагменты его сочинения позволяют предполагать, что географ бывал в Малой Азии, во Франции и даже на берегах Англии. Около 1138 г. ал-Идриси обосновался в Палермо, при дворе норманнского короля Сицилии Рожера II (1130-1154), где и создал свой основной труд — географический трактат «Нузхат ал-муштак фи ихтирак ал-афак» («Отрада страстно желающего пересечь мир»), который также известен под названием «Китаб Руджжар» или «ал-Китаб ар-Руджжари» («Книга Рожера»), по имени короля-мецената. Кроме этого географического сочинения сохранился труд ал-Идриси по фармакологии, а также отрывки стихов [АГЛ, с. 281-282; Lewicki Т. Polska, cz. I, s. 9-10; Oman G. Al-Idrisi, p. 1032-1035; Maqbul A. S. Al-Idrisi, p. 7-9; Maqbul A. S. A History, p. 163-166].

После смерти своего покровителя Рожера II ал-Идриси продолжал жить при дворе его сына и преемника Вильгельма I (1154-1166). По его просьбе около 1161 г. ал-Идриси составил не дошедшее до нас сочинение «Рауд ал-унс ва нузхат ан-нафс» («Сад приязни и развлечение души»), упоминания о котором в источниках [Amari М. Biblioteca: Testi arabici, p. 610-611; Amari M. Biblioteca: Versione italiana, p. 487-488] не позволяют точно определить, что это было за сочинение — географический трактат, представлявший собой краткую редакцию «Нузхат ал-муштак» [Reinaud J. T. Geographic р. CXXI; Tallgren-Tuulio O. J., Tallgren A. M. Idrisi, p. 9; Lewicki T. Polska, cz. I, s. 17], или поэтическая антология [Fleischer H. L. Appendice, p. 55-56; Oman G. A propos du second ouvrage, p. 187-193; Igonetti G. Le citazioni, p. 39-52]. Под конец жизни ал-Идриси, оставив Сицилию, вернулся в Сеуту, где и умер в 1165 г. [АГЛ, с. 282; Lewicki Т. Polska, cz. I, s. 10-19; Недков Б. България, с. 9-13; Oman G. Al-Idrisi, p. 1032-1035; Dubler С. Idrisiana Hispanica I, p. 94-96].

Источниками сведений — очень немногочисленных — о личности ал-Идриси и истории создания его труда являются его собственное сочинение и сообщения писателей ХІV-XVІІ вв., повторяемые по традиции.

Большинство авторов ХІV-XVІІ вв. — ал-'Умари, ас-Сафади, Ибн Халдун, Хаджи Халифа — упоминают ал-Идриси лишь в связи с описанием норманнского сицилийского короля Рожера II, подчеркивая, что ученый, будучи по происхождению из знатного рода, пользовался особым расположением своего мецената, назначившего ему, по словам ас-Сафади, «содержание, которое бывает только у царей» (цит. по [АГЛ, с. 285-286]). На это обстоятельство обратил внимание Т. Левицкий, полагавший, что Рожером II — незаурядным политиком своего времени, правителем обширной державы, — когда он приглашал ко двору ал-Идриси, руководила не столько «любовь к представителям философских наук», о которой пишет ас-Сафади, сколько чисто практические интересы. Видное положение, которое занимал ал-Идриси при дворе в Палермо, большое уважение, которое ему оказывали, щедрость не слишком расточительного Рожера по отношению к своему протеже указывают, по мнению Т. Левицкого, на то, что Рожер видел в ал-Идриси возможное орудие реализации своих далеко идущих политических замыслов [Lewicki Т. Polska, cz. I, s. 12-14].

Инициатива составления «Нузхат ал-муштак» по традиции, идущей от самого ал-Идриси, приписывается Рожеру II, пожелавшему иметь подробную карту и описание ойкумены. С этой целью ал-Идриси, как сказано в предисловии к его сочинению, в течение пятнадцати лет собирал материал, который лег в основу его книги.

Интеллектуальная и культурная атмосфера, в которой оказался ал-Идриси при дворе Рожера II, весьма способствовала реализации подобных начинаний (о Рожере II см. [Caspar Е. Roger II; Curtis Е. Roger of Sicily; Houben H. Roger II von Sizilien; Martin J. M. Italies normandes]). Двор Рожера II являлся своеобразным симбиозом арабских, греческих и латинских культурных традиций. Сам Рожер знал греческий и арабский языки [Ahmad A. A History, р. 58]. Норманнские владыки сумели привлечь в административный и финансовый аппарат, а также в армию королевства представителей едва ли не всех этнических групп населения острова, бывшего с 535 г. частью Византийской империи, с 827 г. перешедшего к арабам, а после 1061 г. попавшего под власть норманнов. Бюрократический аппарат королевства унаследовал черты предшествовавшего византийского и арабского государственного устройства. Секретари и чиновники Рожера имели дело с документами на латинском, арабском и греческом языках [Ahmad A. A History, р. 64-65]. При дворе Рожера жили и работали выдающиеся ученые и поэты из разных стран, преимущественно арабы и греки. Сфера их интересов охватывала практически все области знания. Уроженец Испании Абу-с-Салт Умаййа ибн 'Абд ал-'Азиз (ум. 1134) помимо поэтического творчества занимался медициной, астрономией, физикой, составил биографо-топографический труд о Египте. Современниками ал-Идриси были ученые-греки Нил Доксопатр, автор сочинения по церковной географии, и теолог Феофан Керамевс. Большая группа ученых, работавших на Сицилии, переводили многочисленные произведения по медицине, математике, астрономии, в том числе труды Птолемея, с арабского и греческого языков на латинский [Lewicki Т. Polska, cz. I, s. 6-7]. При Рожере II Сицилия наряду с мусульманской Испанией стала одним из ведущих центров перевода арабских и греческих научных сочинений на латынь [Bryer A. Cultural Relations, p. 77-94].

Пребывание ал-Идриси при дворе Рожера II и покровительство норманнского короля открывали перед ученым широкие возможности для самостоятельного сбора самой разнообразной информации. Географическое положение Сицилии благоприятствовало тому, что остров посещали мореплаватели, паломники, крестоносцы и купцы из всех стран Европы и Средиземноморья. Благодаря активной внешней политике Рожера II при его дворе можно было встретить иностранных послов и владык, а политические агенты короля регулярно доставляли ему сведения из многих стран [Lewicki Т. Polska, cz. I, s. 8; Miquel A. Un geographe arabe].