Читаем Художественный свист. Пьесы онлайн бесплатно

© Григорий Гольдштейн, 2015

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

ИЛЬЯ

ЛЕНА

НАСТЯ

ПЕТР

Действие происходит в Москве.

Большая гостиная в трехкомнатной квартире. Мебели немного, она из предметов старых, по моде шестидесятых годов, но в хорошем состоянии. Круглый стол, прочные стулья, телевизор, проигрыватель. Справа от зрителя выход в прихожую, прямо – широкая балконная дверь.

Слева у книжного шкафа стоит ИЛЬЯ. Он что-то ищет.

В комнату заглядывает ЛЕНА.

ЛЕНА. Илюша! Илья, отвлекись на секунду!

ИЛЬЯ. Да?

ЛЕНА. Ты не будешь сердиться? Вот как чувствовала – я забыла дома хрен.

ИЛЬЯ. Плохо.

ЛЕНА. Может, обойдемся?

ИЛЬЯ. Нет, надо будет выйти.

ЛЕНА. Ты не сходишь?

ИЛЬЯ. Попозже.

ЛЕНА. Когда? Скоро садиться за стол… Сядем на кухне?

ИЛЬЯ. Нет, здесь.

ЛЕНА. Нас всего четверо!

ИЛЬЯ. Все равно здесь. Как планировали.

ЛЕНА. Я и продовольственных магазинов вокруг не знаю. В том, что был на углу, сейчас очередной мебельный.

ИЛЬЯ. Лена, извини, я хочу тут кое-что найти.

ЛЕНА. Давай, я тебе помогу. Что ты ищешь?

ИЛЬЯ. Пластинку.

ЛЕНА. Это так срочно? Какую?

ИЛЬЯ. Не знаю.

ЛЕНА. Прекрасно!

ИЛЬЯ. То есть, знаю, но не помню…

ЛЕНА. Еще лучше!

ИЛЬЯ. Не помню, как называется… Это будет сюрприз, понимаешь? Мне хочется вас удивить.

ЛЕНА. Тогда ищи сам, но только учти – я сходить в магазин не успею.

ИЛЬЯ. Позвони Павлику, пусть он купит по дороге.

ЛЕНА. Он забудет, у него голова в другом месте.

ИЛЬЯ. Ну, где ты видела холодец без хрена!

ЛЕНА. Я не сижу!

ИЛЬЯ. Прошу же тебя, позвони!

ЛЕНА берет трубку, набирает номер.

ЛЕНА. Абонент не отвечает или временно недоступен. Очень символично.

ИЛЬЯ. Вы поссорились?

ЛЕНА. Нет.

ИЛЬЯ. Тогда что случилось?

ЛЕНА. Мы не ссорились. Просто…

ИЛЬЯ. Ну, ладно, скажи.

ЛЕНА. Он весь в тебя!

ИЛЬЯ. «Так-так-так», – говорит пулеметчик.

ЛЕНА. Я не знаю, как до вас достучаться.

ИЛЬЯ. Лена, это обязательно сейчас?

ЛЕНА. Обязательно. Я не понимаю, почему, особенно в последнее время, мое мнение ни тебя, ни его не интересует.

ИЛЬЯ. Ну, что ты говоришь!

ЛЕНА. Тебе ничего не скажи, ему ничего не скажи!

ИЛЬЯ. У тебя есть какой-то повод?

ЛЕНА. У меня этих поводов каждый день чемоданы, как говорят по телевизору.

ИЛЬЯ. Не смотри телевизор.

ЛЕНА. Прекрати, я серьезно.

ИЛЬЯ. Что у вас там произошло?

ЛЕНА. Вчера вечером собираюсь ехать сюда, а к нему пришла девочка…

ИЛЬЯ. Отлично!

ЛЕНА. Беленькая такая, аккуратная, модненькая, с короткой стрижкой…

ИЛЬЯ. Курносая?

ЛЕНА. Ты сильно отстал, после курносой было еще три других. С курносой он, наверное, месяц как не встречается. Тебя, я смотрю, вообще уже никто не интересует.

ИЛЬЯ. Ленусь, почему меня должны интересовать Пашкины девочки, когда у меня есть ты?

ЛЕНА. Очень смешно! Не Пашкины девочки, а Пашкина жизнь! Ты можешь дослушать, не перебивая?

ИЛЬЯ. Могу.

ЛЕНА. Он вышел в коридор меня проводить и говорит: «Мама! Ты не против, если она у нас останется?»

ИЛЬЯ. Навечно?

ЛЕНА. До утра!

ИЛЬЯ. Ну?

ЛЕНА. Я – против. Против! Он обиделся. Ночью его дома не было, я вся изнервничалась. Где был не отвечает, говорит не мое дело.

ИЛЬЯ. Он взрослый человек, ему двадцать один год.

ЛЕНА. Взрослый – это когда ты можешь быть ответственным, возраст тут ни при чем. А у него ни перед одной из этих девушек ответственности нет.

ИЛЬЯ. Сейчас так принято.

ЛЕНА. Я этого не понимаю.

ИЛЬЯ. Но почему ты не хочешь, чтобы его девушки оставались у нас? Это же лучше, чем ты будешь волноваться и не знать где он?

ЛЕНА (резко). Я не хочу! Не хочу и все! Я не говорю уже, что это всякий раз новые девушки, но просто не хочу! Мой дом – не общежитие. Слава Богу, общежитий в нашей жизни было предостаточно. Почему я должна по утрам видеть в своей ванной какую-то девицу, которая, напялив мой халат, пользуется моей косметикой!

ИЛЬЯ. Но она же тебе понравилась.

ЛЕНА. Ну, и что? Кто она ему? Жена, невеста? Даже и не спорь!

ИЛЬЯ. Ты не ревнуешь?

ЛЕНА. К тебе?

ИЛЬЯ. При чем здесь я, к сыну?

ЛЕНА. Илюша, я даже разбираться не желаю. Вот будет у него своя квартира, пусть делает, что хочет.

ИЛЬЯ. Ленок, ты это о чем?

Небольшая пауза.

ЛЕНА. Почему мы никогда не можем спокойно поговорить!

ИЛЬЯ. Действительно, взяла бы и все ему объяснила.

ЛЕНА. Я о нас с тобой.

ИЛЬЯ. Лена, я теряю нить.

ЛЕНА. Столько лет вдвоем, а как в молодости повелось, так и продолжается. Замкнутый круг, рок, судьба.

ИЛЬЯ. Ну, не преувеличивай. Если ты хочешь меня о чем-то спросить – спроси.

Пауза.

ЛЕНА. Петя придет?

ИЛЬЯ. Надеюсь. Я звонил ему несколько раз, но на месте не застал. Секретарша сказала, что обязательно передаст.

ЛЕНА. Скажи мне, ты планируешь с ним поговорить?

ИЛЬЯ. Я не представляю, можно ли сделать что-то без него.

ЛЕНА. Хорошо.

Небольшая пауза.

Ты непременно должен с ним поговорить. Может, даже попросить его о помощи. Да-да, здесь нет ничего зазорного. Ведь он не чужой! Ни к кому обращаться ты не хочешь, от меня отмахиваешься…

ИЛЬЯ. Лена, давай не сейчас.

ЛЕНА. Когда? А если другого случая не будет?

ИЛЬЯ (немного раздраженно). Ты говоришь как посторонний человек. Будто ты сама не член этой семьи, не знаешь людей, отношений. О чем ты хочешь, чтобы я его просил?

ЛЕНА. Илюша! Ну, что, у нас мало проблем? Ты без работы уже почти год и найти что-то приличное не можешь. Павлик оканчивает институт, что его ждет неизвестно. Квартира вот эта тоже! Я понимаю, она стоит больших денег, но Петя сейчас живет в квартире в три раза большей. Возможно, он и не будет противиться, чтобы здесь жил единственный внук его отца. Почему ты уверен заранее, что он тебе откажет?

ИЛЬЯ. Я даже думать не хочу, откажет он мне или нет. Ты пойми, я ни о чем не собираюсь его просить!

ЛЕНА. Но почему?

ИЛЬЯ. Да сколько раз в своей жизни ты его видела? Три? Четыре?

ЛЕНА. Ну, и что! У всех людей складывается по-разному. Понятно, вы и не могли часто видеться, если выросли в разных семьях и в разных городах. И потом, когда тебе семнадцать, а ему семь, то, естественно, говорить друг с другом не о чем. Но сейчас-то вам сорок три и тридцать три. Почему не подружиться? Хотя бы попробовать?

ИЛЬЯ. Мы очень разные.

ЛЕНА. У вас общий отец. Общее наследство.

ИЛЬЯ. Фамилии разные.

ЛЕНА. Он успешный и богатый человек.

ИЛЬЯ. Я не умею общаться только потому, что кто-то богатый.

ЛЕНА. Но он твой брат!

ИЛЬЯ. Он даже не приехал к отцу на похороны. Можешь представить, как ему интересны родственные связи… Ну, что тебе-то рассказывать, что он мог бы сделать и не сделал!

ЛЕНА. Илюша, ну, ты, безусловно, прав. Но нельзя жить только прошлыми обидами. Могут быть разные обстоятельства, ты же почти ничего о нем не знаешь.

ИЛЬЯ. Предполагаю… Давай, наконец, прекратим эти споры, я так пластинку не найду.

ЛЕНА. Ты поговоришь с ним?

ИЛЬЯ. Да.

ЛЕНА. Обещаешь?

ИЛЬЯ. Мы же не будем сидеть за столом молча! Он, может, еще и не придет.

Пауза.

ЛЕНА. Что мне с тобой делать? Тебя надо как-то встряхнуть, вернуть к жизни. Иногда даже хочется, чтобы ты влюбился в какую-нибудь из Павлушкиных девок. Да-да! Они на тебя, кстати, смотрят. Может, тогда у тебя хоть какой-то стимул появится, захочется совершать подвиги. Просто не знаю!

ИЛЬЯ. Чего это ты? Я не готов к подвигам.

ЛЕНА. Я очень устала, Илюша, и все время боюсь. Боюсь старости, боюсь одиночества. Я чувствую, что совсем уже не нужна Павлику. Он все чаще раздражается на то, что я говорю, спорит, огрызается. Ты вот постоянно молчишь, думаешь о чем-то своем. Иногда тебя просто страшно отвлечь. Можешь мне сказать, о чем ты все время думаешь?

ИЛЬЯ. Мне бы самому разобраться.

ЛЕНА. Может, тебе действительно нужна другая жена?

ИЛЬЯ. Какая?

ЛЕНА. Молодая, стройная, не я. Что ты смеешься? Еще год-два и я превращусь в старуху, а ты будешь все таким же огурцом, нисколько не опавшим и вовсю зеленым. Как раз для Пашкиных подружек.

ИЛЬЯ. Ты путаешь. Там о клене.

ЛЕНА. О клене – это где старый стучит в стекло.

ИЛЬЯ. А кто будет фаршировать рыбу?

ЛЕНА. Ну, разве что это тебя еще удержит!

ИЛЬЯ (иронически). Жена, можно я тебя в лоб поцелую?

ЛЕНА. Отстань и не приставай!

ИЛЬЯ. Иди ко мне немедленно!

ЛЕНА. Учти, останешься без хрена!

ИЛЬЯ. Не трусь, времени мало!

ИЛЬЯ и ЛЕНА, смеясь, бегают по комнате. Наконец, ИЛЬЯ ловит ЛЕНУ, привлекает ее к себе. Они целуются.

Глупая! Выбрось ерунду из головы! Что я без тебя?

ЛЕНА. Все еще изменится, вот увидишь!

ИЛЬЯ. Ты самый близкий, единственный и дорогой мне человек!

ЛЕНА. Ты мой самый родной! (Целуются.)

Звонит телефон.

Ой, это, наверное, Петя! (Бежит к двери.)

ИЛЬЯ. Лена, это телефон!

ЛЕНА. Как громко звонит. Ты не возьмешь трубку?

ИЛЬЯ. Поговори ты, я хочу все же найти пластинку.

ЛЕНА. В маленькой комнате, кажется, еще были.

ИЛЬЯ выходит.

(Лена снимает трубку). Да!.. Ой, Павлик, а я тебе названиваю. Где ты, сынок?… Ну, ладно, я просто хотела тебе кое-что поручить… теперь уж что, сама схожу… Нет, пока вдвоем… Сюрприз? (Смеется.) У меня сегодня будет вечер приятных сюрпризов – папа обещал, теперь вот ты! Что за сюрприз?… Ты хочешь прийти не один? А с кем?… С кем? С невестой?… Это та, которую я вчера видела?… Нет?… (Громко и быстро, почти кричит.) Павлик, ты меня доконаешь! Все! Хватит! Никаких невест!… Что значит почему? Потому что сегодня совсем другой день! Я напоминаю, сегодня мы отмечаем полгода дедушкиной смерти… придет папин брат, которого ты почти не знаешь… не надо устраивать балаган!… Я на твоих невест еще успею насмотреться… Что?… Ты уже с ней договорился?… ох… о чем, собственно?… Павлик, нет!… Я сказала – нет!… (Бросает трубку, в волнении ходит по комнате, затем садится на стул.) Что за ребенок! «Ты хочешь оставить меня бобылем!» Наказание какое-то!

Вбегает ИЛЬЯ, в руках у него пластинка.

ИЛЬЯ (радостно). Нашел! Ленка, я нашел! Ну, дурак-то! Как я мог забыть!

ЛЕНА. Вот и славно.

ИЛЬЯ. Тебя, я вижу, это не радует. Хочешь, я тебе сейчас покажу, не дожидаясь остальных?

ЛЕНА. Может, не нужно? Я должна в магазин сходить.

ИЛЬЯ. Успеем. Что-то случилось?

ЛЕНА. Ничего. Просто я предчувствую вечер сплошных сюрпризов.

ИЛЬЯ. Кто звонил?

ЛЕНА. Павел.

ИЛЬЯ. Что сказал?

ЛЕНА. Как обычно.

ИЛЬЯ. И что же?

ЛЕНА. Глупости.

ИЛЬЯ. А конкретнее?

ЛЕНА. Даже повторять не хочу.

ИЛЬЯ. Ну, как знаешь. Теперь приготовься.

ЛЕНА. Илюша, может, все-таки не надо?

ИЛЬЯ. Да ты что? Это всего лишь шутка. Утверждаю – такого ты еще не слышала. Готова?

ЛЕНА. А что я должна делать?

ИЛЬЯ подходит к проигрывателю и ставит пластинку. Он стоит к ЛЕНЕ спиной. Внезапно раздается свист – кто-то очень ярко и музыкально высвистывает незнакомую мелодию.

Что это?… Илюша, кто свистит?… Это ты? Вот здорово!

ИЛЬЯ поворачивается к ЛЕНЕ лицом.

ИЛЬЯ. Ну, как?

ЛЕНА (смеется). Так это не ты? А я-то думала…

ИЛЬЯ. Нравится? Это – художественный свист!

ИЛЬЯ привлекает ЛЕНУ к себе, они начинают танцевать.

ЛЕНА. Так это на пластинке!

ИЛЬЯ. Ну, да!

ЛЕНА. Очень необычно. А кто так чудно свистит?

ИЛЬЯ. Папа.

ЛЕНА (испуганно). Кто?

ИЛЬЯ. Да папа же!

ЛЕНА. Пусти! Отпусти меня!

ЛЕНА вырывается из объятий ИЛЬИ, подбегает к проигрывателю и снимает пластинку.

Извини!…

ИЛЬЯ. Ну, что? Что тебе почудилось?

ЛЕНА. Прости, Илюша, не могу объяснить…

ИЛЬЯ. По-моему, смешно. Петя точно об этом не знает. Был такой жанр на эстраде: выходил человек к микрофону и свистел. Представляешь? Называлось «Художественный свист». Вот бред! (Смеется.) Я никогда тебе не рассказывал? Папа же не сразу стал администратором, он начинал свою трудовую эстрадную деятельность как мастер художественного свиста. Даже был каким-то лауреатом.

ЛЕНА. Откуда ты узнал?

ИЛЬЯ. Перебирали с ним как-то книжный шкаф, тут все и выяснилось. Он тогда похвастал, что насвистел аж на несколько пластинок. Я нашел только одну.

ЛЕНА (рассматривает пластинку). Постой, тут написано «А. Синайский». Ты меня разыгрываешь?

ИЛЬЯ. Это его псевдоним. Ну, что ты так смотришь? Не верит!… Честное слово, это свистит именно папа, но под псевдонимом. Ты себе представляешь артиста с папиной фамилией в те годы?

ЛЕНА. Но почему Синайский?

ИЛЬЯ. С этим вообще полный анекдот. Когда ему сказали, что не выпустят на сцену без псевдонима, он, как смеясь рассказывал, решил мстить – придумать псевдоним, но такой, чтоб был похлеще собственной фамилии. И придумал! Он заявил, что будет выступать в косоворотке, а в программке, как принято у старых русских артистов, должна стоять двойная фамилия – Синайский-тире-Полуостров. (Говорит, подражая конферансье.) «Выступает Аркадий Синайский-Полуостров. Художественный свист!»

ЛЕНА (смеется). Не прошло?

ИЛЬЯ. Естественно!

ЛЕНА. И как долго он свистел?

ИЛЬЯ. Понятия не имею.

ЛЕНА. А что делала его жена?

ИЛЬЯ. Мама?

ЛЕНА. Нет, вторая, Петина мать?

ИЛЬЯ. Она тоже выступала в мертвом жанре – читала стихи с эстрады. Ты ее не помнишь?

ЛЕНА. Очень смутно. Мы, кажется, один раз и виделись. Она сидела вот здесь у телевизора и весь вечер промолчала.

ИЛЬЯ. Полная ему противоположность: мало улыбающаяся, всегда задумчивая, в мечтах и грезах. Любимые папины блюда готовить не умела.

ЛЕНА. Русская?

ИЛЬЯ. Как они сошлись? На гастролях где-то. Мама, конечно, сильно переживала. Тогда же и заболела впервые.

ЛЕНА. Разводились с руганью?

ИЛЬЯ. Нет. Он получил квартиру в Москве и все нам оставил…

ЛЕНА. Почему ты так редко мне рассказываешь?