Читаем Комната для живых онлайн бесплатно

Мэри.

Майкл Деннис.

Роз Пембертон.

Тереза Браун.

Элен Браун.

Джеймс Браун.

Миссис Деннис.

Действие происходит в гостиной семьи Браунов. Между первым и вторым действиями проходит три недели.

Гостиная. Январский день.

Ощущение необычности этой комнаты возникает у нас сразу, как только раздвигается занавес, при первом же взгляде на сцену. Это ничем не примечательный дом, каких много в районе Холланд–парка, и поначалу трудно сказать определенно, что же именно в гостиной семейства Браунов кажется нам необычным, странным. За большим окном в глубине сцены видны только верхушки деревьев; окно почему–то до половины загорожено решеткой. Может быть, дело в обстановке, стиль которой трудно определить, но которая, пожалуй, была бы уместнее в помещении более обширном и другой формы; впрочем, в наши дни этому нетрудно найти объяснение. В комнате две двери: одна открыта — за ней лестничная площадка, ко второй, закрытой, — ведут несколько ступенек. При поднятии занавеса снизу доносится звонок. Торопливо входит Мэри. В одежде ее нет ничего, что указывало бы на ее положение прислуги, и держит она себя с уверенностью и достоинством, как и подобает столь независимой особе, как приходящая служанка. Она поднимается по ступенькам к закрытой двери, дергает ручку. Дверь заперта.

Мэри(тихо). Мисс Тереза…

Несколько секунд прислушивается. Снова звонят. Мэри выходит; слышно, как она сбегает по лестнице.

Почти одновременно за запертой дверью раздается шум спускаемой воды, и этот звук нам сразу объясняет, в чем своеобразие комнаты. Очевидно, раньше здесь была спальня, ибо трудно себе представить гостиную, дверь из которой ведет непосредственно в туалетную комнату.

Кто–то поднимается по лестнице, — слышны голоса Майкла и Мэри.

Мэри. Мисс Браун будет очень рада видеть вас в добром здоровье, мисс Роз.

Майкл. Надеюсь, она получила мою телеграмму… Уф! Ну и лестница!

Мэри. Совсем не зимняя погода, сэр. Так тепло!

Майкл. Разве? Во всяком случае, — не в поезде. Там не топили.

Мэри вводит в комнату Майкла Денниса и Роз Пембертон. Майклу за сорок лет. Старается держаться непринужденно, но вид у него довольно хмурый: он слишком многим озабочен, и более всего тем, чтобы скрыть это. Роз около двадцати лет. Видимо, она еще не совсем пришла в себя после сна: у нее заспанное, смущенное, очаровательное своей молодостью лицо. Никогда оно не будет так прелестно, как сегодня, сейчас.

Мэри. Мисс Браун сейчас сойдет к вам, сэр. (Уходит.)

Майкл. Сойдет? На чердаке она живет, что ли?

Роз и Майкл чувствуют себя неловко. Отодвинувшись друг от друга, они оглядывают комнату.

Устроить гостиную на четвертом этаже! Хм… Уж не для того ли, чтобы отвадить гостей, а? (Беспокойно обходит комнату и возвращается на прежнее место — в трех шагах от Роз.) Странная комната! Какая–то у нее неправдоподобная форма, — тебе не кажется?

И в мебели какой–то разнобой… Интересно, куда ведет эта лесенка? (Показывает на ступеньки, поднимается по ним, пробует открыть дверь. Возвращается на прежнее место.) Семейные тайны рода Браунов!.. Почему ты молчишь? Скажи что–нибудь… Что–нибудь веселое. Скажи, что нам нет никакого дела до них!

Роз качает головой.

Нет, в самом деле, ничего особенного не случилось. Я — преданный друг семьи. Доставил тебя в целости и сохранности. — Опоздала ты только на двенадцать часов. И, наконец, мы их предупредили телеграммой. Сиротка в безопасности. Вообще им нечего было волноваться — ты была со мной.

Роз протягивает руку, дотрагивается до Майкла.

(Кладет свою ладонь на ее руку, крепко сжимает, но подойти ближе друг к другу они не решаются.) Смотри, будь осторожна. Насчет меня не беспокойся — в моем возрасте становишься предусмотрительным. Разве было плохо придумано? Две комнаты в разных концах коридора. И разошлись мы прежде, чем проснулась прислуга. Уже на рассвете наша обувь чинно стояла у разных дверей…

Роз(умоляюще). А зачем, милый? Чего нам было бояться?

Майкл. Ну вот, опять… Нам следует избегать таких слов. Мне, в мои годы, еще, пожалуй, можно сказать тебе «дорогая» — я ведь солидный, женатый человек… Но помни, когда я говорю «дорогая», — это означает именно это. Дорогая.

Роз. Если кто–нибудь начнет подниматься, мы услышим… (Целует Майкла.)

В этот момент за дверью туалетной комнаты раздается звук поворачивающегося ключа. Они едва успевают отпрянуть друг от друга, как дверь открывается и входит мисс Тереза Браун. Она стара, ей уже, видимо, далеко за семьдесят. Закрывает за собой дверь.

Тетя Элен!..

Тереза не обращает на них ни малейшего внимания. Проходит мимо, словно в комнате никого нет, и скрывается на лестничной площадке.

Майкл. В чем дело? Отчего она тебе не ответила?.. Как по–твоему, — она видела?

Роз. Нет. Может быть, слышала.

Майкл. Что она могла слышать?

Возвращается Тереза. Улыбаясь со сдержанным радушием, подает руку.

Тереза. Если не ошибаюсь, — Роз? А Мэри мне не сказала, что вы приехали.

Роз(целует ее). А вы—тетя Элен. Или мне следует называть вас бабушкой?

Тереза. Я тетя Тереза, дорогая моя.

Роз. Какая я глупая!

Тереза. Ничуть, — ведь столько лет прошло… Тебе тогда было не больше шести, не правда ли?

Роз. Да, не больше. Тетя Тереза, это мистер Деннис.

Тереза. Рада познакомиться с вами, мистер Деннис. Бедняжка племянница часто упоминала о вас в своих письмах.

Роз(Майклу). Мама…

Майкл. Понимаю. Надеюсь, мисс Браун, вы не сочли, что я не оправдал вашего доверия?

Тереза. Доверия? Не понимаю, что вы имеете в виду, мистер Деннис.

Майкл. Мы опоздали на двенадцать часов. Я решил, что разумнее выехать утром, а не сразу после похорон.

Тереза. Мне очень жаль, моя девочка, что я не присутствовала на погребении, но я не могла оставить твоего дядю и тетю Элен. Надеюсь, мистер Деннис, вам удалось найти ночлег в деревне?

Майкл. О да, конечно, — в «Красном льве».

Тереза. Сегодня утром отец Тернер отслужил мессу по твоей матушке, моя дорогая.

Роз. Если бы я знала! Мне следовало быть там.

Тереза. Мы все были в церкви — даже твой дядя. Мы думали и о тебе… Вы католик, мистер Деннис?

Майкл(отрывисто). Нет.

Тереза. Удивительно, что племянница назначила вас своим душеприказчиком.

Роз(резко). А почему бы и нет? Отец не был католиком.

Тереза. Да, дорогая, к сожалению, не был. Не хотите ли чашку чаю, мистер Деннис?

Майкл. Не беспокойтесь, прошу вас. Я только проводил Роз…

Тереза. Трудящийся достоин награды за труды свои[1]. Извините, мистер Деннис, одну минуту… (Подходит к двери и зовет.) Мэри!

Ответа нет.

(Выходит на площадку и снова зовет.) Мэри! (С площадки.) Который час, мистер Деннис?

Майкл. Ровно пять.

Тереза. Странно. Мэри всегда очень пунктуальна… Она обязана работать до четверти шестого.

Майкл. Уверяю вас, мне пора.

Тереза. Брат всегда в это время пьет чай. Мэри! (Спускается по лестнице.)

Майкл. Ну, что ж, лед сломан. Впрочем, нам все равно: мы с тобой оба неплохо бегаем на коньках.

Роз. О чем ты тревожишься, милый? Обо мне? Не нужно, честное слово. (Чуть грустно.) Я стала твоей в ночь после похорон мамы. Я знаю, — это страшный грех, такой же, как кровосмешение. Во веки веков. Аминь.

Майкл. Нет, мне страшно за себя. Я боюсь, что ты вдруг исчезнешь. Скроешься, как в дремучем лесу, — вот здесь, среди стариков. Мне почему–то кажется, что я теряю тебя. Минуты летят… Кто знает, что будет завтра.

Он ходит по комнате, а она все еще стоит посередине, растерянная и смущенная.

Роз. Не тревожься, милый, — ты не можешь меня потерять. В конце концов, ведь ты назначен душеприказчиком.

Майкл. Да, для делового свидания всегда можно найти повод, — ты это хочешь сказать? (Поднимается по ступенькам.) Она вышла отсюда. (Открывает дверь.) Что за чепуха! Туалетная комната и ванная рядом с гостиной!.. Очевидно, раньше здесь была спальня.

Входит мисс Элен Браун.

Элен. Роз?

Целуются.

Милая крошка! Помнишь, я когда–то тебя так называла… Мистер Деннис?

Рукопожатие.

Вы не поверите, мистер Деннис, до чего она была непослушна, эта милая крошка!

Элен немного моложе своей сестры. Это полная, довольно добродушная на вид женщина. Ей ничего не стоит вломиться в чужую жизнь и даже не заметить этого.

Мне сказала Тереза, что вы приехали. Она готовит чай. Прислуга ушла раньше времени, — впрочем, часы на кухне вечно спешат. Роз, милая, может быть, ты поможешь тете сделать тартинки?

Роз. Но я не знаю, где…

Элен. Вниз по лестнице, на первом этаже. Ты сразу услышишь, как она там возится. (Майклу.) У бедняжки слабеют глаза. Что поделаешь — семьдесят восемь лет…

Роз(Майклу.) Я вас еще увижу?..

Элен. Мистер Деннис выпьет с нами чаю. Не правда ли, мистер Деннис?

Роз нехотя уходит.

Элен. Я была так расстроена тем, что не попала на похороны. Но вы, конечно, поймете, — я не могла оставить брата и сестру. Садитесь, прошу вас, мистер Деннис.

Майкл. Мне бы не хотелось задерживаться.

Элен. Но мы должны вас о многом расспросить. (Плотно усаживается в самое удобное кресло.) Все Брауны любопытны, как Флопси Бонни[2]. Вы помните Флопси Бонни, мистер Деннис?

Майкл. Боюсь, что нет.

Элен. Вы не знакомы с Беатрис Поттер?.. Хотя верно, — ее теперь мало знают. Она принадлежала–к моему поколению. Я как–то встретилась с ней у Дэбенхэма [3]— она что–то покупала… А вы мне показались старше…

Майкл. Мне сорок пять лет. (Нехотя садится.)

Элен. Мы, католики, держимся порою слишком уж обособленно, вам не кажется? Милая Тереза была поражена, узнав, что племянница поручила выполнение своей последней воли — не католику.

Майкл. Я был другом ее мужа. И не только другом, но и учеником. Я ему многим обязан, вплоть до теперешней работы в Лондонском университете.

Элен. Вы, конечно, сочтете это узостью, но нам никогда не была по душе специальность бедного Джона. Племяннице было бы очень неприятно узнать это.

Майкл. В таком случае, боюсь, что мою профессию вы тоже не одобрите… Впрочем, я всего лишь преподаватель психологии. Не профессор.

Элен. О, что вы, мистер Деннис, — к вам это не может иметь ни малейшего отношения. Ведь мы с вами чужие. Ну, а как насчет завещания? Ведь подробностей мы еще не знаем. (Добродушно.) Любопытство, ничего не поделаешь.

Майкл. Когда Роз исполнится двадцать пять лет, она будет получать около восьмисот фунтов в год. До тех пор ваш брат и я являемся ее опекунами.

Элен. К чему было вас беспокоить? Ведь это дело чисто семейное.

Майкл. Видите ли, опекуном меня назначил отец Роз перед своей смертью. Миссис Пембертон просто оставила это в силе. Друзья мужа всегда были и ее друзьями. После смерти Джона я их навещал каждое лето.

Элен(с грустью). Она единственная из Браунов вступила в брак не с католиком.

Майкл, (улыбаясь). Единственная из всех Браунов?

Элен. Из наших Браунов — единственная. Значит, вы и душеприказчик, мистер Деннис?

Майкл. Да. Юристы, видимо, решили, что так значительно удобнее, поскольку я являюсь опекуном Роз. Но как только утвердят завещание, я перестану вас беспокоить.

Элен. О, вы меня не так поняли.

Майкл. Не думаю, мисс Браун, чтобы я был создан для роли опекуна.

Элен(почти догадываясь, что он мог иметь в виду). Мы немного беспокоились о Роз, пока не получили вашей телеграммы.

Майкл. Она очень устала после похорон. Ей было бы слишком утомительно провести целую ночь в дороге. Я считал, что утренний поезд…