Читаем Меч света онлайн бесплатно

Пролог Надежда на завтра

Утро. Ничего противоречивее в жизни я пока не встречал.

Оно может быть до боли банальным, и в то же время именно с ним связаны все самые большие ожидания и надежды. Все потому, что оно открывает новый, чистый лист нашей жизни.

Лист, который можно испортить, смять и выкинуть в мусор. Или наоборот – уложить в огромную стопку под названием «Рутина».

Есть и третий вариант: начать писать новую главу. Сделать лист главным. Определяющим вектор если не всей жизни, то хотя бы одного ее отрезка. И все, что вам для этого нужно, – поверить в себя.

Мы с друзьями часто дискутируем на разные темы. И одна из них – тот самый лист. Я всегда считал, что мы хозяева своих судеб. Друзья же убеждали меня в обратном. Пытались, по крайней мере. То, что случилось со мной, полностью изменило мое представление о таких, казалось бы, фундаментальных вещах.

– Иди в армию! Пусть она, наконец, сделает из тебя человека. Хватит бездельничать и скатываться на дно!

Сколько раз я слышал от отца эти слова – даже не сосчитать. И однажды это сработало – я попал. «Родила царица в ночь не то сына, не то…» Хотя это не обо мне. Я все‐таки оказался в том самом месте, где, по мнению отца (который, к слову, сам в армии никогда и не был), из меня должны были сделать человека. Если коротко – меня научили убивать. Выживать в условиях, непригодных для жизни. Выполнять приказы без раздумий, какими бы абсурдными они мне ни казались.

Лежу, помню, в окопе под вымышленным артобстрелом. Готовлюсь вместе с диверсионным отрядом короткими перебежками совершить бросок и «обезвредить» вражескую артиллерийскую установку. Разумеется, убив всех, кто рядом. Вот они – главные человеческие качества. Ну да ладно, оставим лирику поэтам. Самое главное – я это прошел. И теперь гордо могу нести это звание – Человек.

Еще в армии мне позвонила мама, сказала, что случилось горе: умерла бабушка. Та самая, что жила в Москве. Сами мы тогда жили на окраине поселка городского типа, за Волгоградом. Отцу, доктору математических наук, еще при Союзе предложили работу в НИИ при каком‐то жутко засекреченном заводе. Дали хорошую, по местным меркам, квартиру и достойную зарплату. Но после распада СССР все, конечно, закрылось. Уезжать родители так и не захотели. Отец остался работать на том же заводе (только уже не секретном) – обычным инженером. Мать – тоже там, где‐то в отделе кадров.

Узнав о бабушке… Сказать, что я расстроился? Да не особо. Видел ее всего несколько раз в жизни и особых чувств не испытывал. Да и армия учит по-другому относиться к смерти, особенно если человек тебе не близок. Но вот за что я ее сразу полюбил, так это за квартиру.

Двушка. Далековато от центра, но все же Москва. И поскольку, кроме отца, у бабушки не было других детей, квартира отошла ему.

Сначала родители думали ее сдавать, но быстро отказались от этой затеи. Главной преградой, конечно, было расстояние – отсутствие возможности все контролировать. Довериться риелтору в наше время – почти как сыграть в лотерею: если повезет, то попадешь на добросовестного. Но чаще бывает так: заселят толпу гастарбайтеров – и квартира вмиг превратится в непригодную для жизни жилплощадь.

Потом появилась идея ее продать. Купить новый автомобиль, шубу маме, телевизор… Вот тут уже я запротестовал. Убеждал родителей, что недвижимость в Москве – это актив. Ценный. И что продавать квартиру ни в коем случае нельзя. Что со временем она будет только дорожать, а это уже две машины, две шубы и четыре телевизора.

– Зачем нам четыре телевизора? – резонно заметила мама. Но почему‐то о шубах ничего не сказала. Видимо, две шубы – в самый раз.

И вот я, вернувшись из армии, толком не успев и дембель отгулять, трясусь в поезде Волгоград – Москва в направлении… в счастливое будущее, как мне тогда казалось. Авантюризм, замешанный на юношеском максимализме, – просто убийственная смесь. Почти как динамит: разносит вдребезги логику и рациональное мышление. Но кому это интересно? Для нас, жителей провинции, Москва – как Америка для индийца или мексиканца. Ты просто обязан стать кем‐то важным как минимум. А при хорошем раскладе – еще и весь мир поменять к лучшему. И ведь никто даже не задумывается, сколько на это нужно сил, какой должен быть характер. И, пожалуй, самый важный фактор – удача.

Квартира оказалась очень даже классной. Седьмой этаж, вид из окна открывает всю прелесть столицы. Пять минут до метро и тихий, спокойный район. Стоя у распахнутых окон, глядя на бескрайнюю Москву, вдыхая полной грудью теплый майский воздух, я думал: вот оно – окно в жизнь. Дальше все зависит только от меня.

Денег я взял немного. То, что осталось от дембельских, плюс родители немного собрали мне в дорогу. Я рассчитывал: хватит на пару месяцев – как раз, чтобы осмотреться и устроиться на работу. Но реальность оказалась куда суровее. Цены в Москве просто сумасшедшие в сравнении с ценами нашей глубинки. И уже через две недели я был на мели. А добить меня помогли друзья. Да-да, вы не ослышались, – самые настоящие, лучшие друзья. Сразу четверо. И все – «лучшие».

Познакомился я с ними на третий день. А на четвертый, как только они узнали, что я живу один и у меня можно неплохо затусить, мы стали неразлучны. И после очередной пьянки, когда утром я остался наедине с тем бедламом, что обычно бывает после веселой ночи, я решил: хватит дружить с такими людьми. Осознав, что денег остались крохи, я принялся за поиски работы.

Ее в Москве и правда немало – и самой разной. Хочешь на стройку? Пожалуйста. Доставщиком? Вообще без проблем. Мыть, убирать? Да сколько хочешь. Даже дворником.

Но мои амбиции не позволяли начинать с самого низа. А поскольку высшего образования у меня не было, самое приличное, что я смог найти, – место охранника в магазине. Похвастаться такой работой я, конечно, не мог. Но, честно говоря, она мне нравилась. Крупный супермаркет. Для меня там всегда находилось что перекусить, да и с собой понемногу таскал. А еда, скажу я вам, – это очень важно.

С первой же зарплаты я купил у дворовых парней компьютер. Не новый, конечно, но вполне рабочий. Поколдовал над ним немного – и вышел очень даже приличный комп для игр.

Тогда я понял, чего мне так не хватало. Онлайн-игр. Помню, на работе, бывало, вертелся ужом, считал минуты до конца смены. Лишь бы побыстрее домой, включить комп – и до глубокой ночи лазить по подземельям, разносить монстрам головы, собирать лут… И прямо на глазах превращаться из обычного игрока в крутого, прокачанного хая.

В одну из таких ночей я услышал хлопок за окном. Вспышка света – и ко мне влетел маленький светящийся шарик. Он остановился прямо перед моим лицом и стал расправляться.

Через секунду передо мной предстала вполне себе… фея. Фея! Я аж со стула навернулся. Подскочил, потряс головой – скорее как дань традиции. Ну а что? Все же так делают, когда фей видят.

Это что, доигрался? В дурку теперь переезжать?

– Такой смешной. Фею никогда не видел? – пропищала она тонким, но удивительно мелодичным голоском.

Я даже дар речи потерял. Да и, честно говоря, не особо хотелось ей отвечать. Видеть глюк еще полбеды. А вот вести с ним беседы за чашкой чая – тут уж точно без белых халатов не обойдешься.

Выглядела она просто потрясающе. Фигурка – как у куклы Барби. Симпатичное, довольно откровенное платье, миленькое личико, золотистые волосы, собранные в хвост… И, конечно же, крылышки. С них сыпалась золотистая пыль. Волшебная, само собой.

Фея взмахнула ручкой, сделала изящный жест… А дальше – провал.

Глава 1 Здравствуй, непонятное нигде

Пришел я в себя от того, что в голове что‐то назойливо пыталось достучаться до моего сознания. Мелодичный, переливистый звук периодично сообщал мне о чем‐то, словно будильник. Точно, работа!

Открываю глаза, мысленно разгоняя себя до умывальника, и… небо?!

Вскакиваю до сидячего положения, а дальше – шок. По-другому не могу описать свое состояние.

Сижу в поле, погода классная, приятные звуки, красота вокруг, глаз радуется. Вот только… как?! Как такое возможно?

Начал оценивать обстановку. Эта фея – это что было? И ведь реальной выглядела, но понимаю, что быть такого не может. Упал, наверное, головой ударился. Может, дома на полу лежу, а это все мое подсознание мне фокусы показывает. В любом случае я тут, и исправить это пока никак не могу. Вот и первоочередная задача – надо вставать.

Оглянулся – эх, как же тут красиво! Поля в цветах, деревья; вниз по склону даже речка пробегает, спокойная, как Волга, но цвет – будто она ярче. И все цвета вокруг насыщеннее. Это точно фотошоп у меня в голове подправляет.

Замечаю – моргает что‐то, световое пятнышко на периферийном зрении. Пытаюсь сфокусироваться и вижу надпись, бегущей строкой, крупными буквами:

Приветствую тебя в Эросе, иномирец!

Может, это виртуалка с полным погружением и я сейчас в игре? Было бы похоже, если бы такие технологии существовали.

– Спасибо за приветствие. Ждал меня? Ты кто? Интерфейс?..

Несколько секунд, но ничего не происходило.

– Буквы хоть убери, прочитал уже.

Если это интерфейс, с ним ведь как‐то нужно взаимодействовать. Характеристики посмотреть, например. Но, как я ни пытался, ничего не менялось. Никаких маячков, подсказок, всплывающих окон. Ладно. Эрос, значит…

Замечаю недалеко от себя дорогу. По всем признакам – ею активно пользуются. Хорошо укатанная проезжая часть, по бокам – нечто вроде обочины, вдоль которой растут низкие кусты с яркими цветами.

Решил идти по ней. Куда‐то же она должна вести.

Прошел не больше двадцати минут, и на горизонте увидел замок. Настоящий. Средневековый. Или, по крайней мере, соответствующий тому стереотипному образу, что сложился в голове после сотен книг и фильмов. Мысли о том, где я, отложил. Пока от них пользы ноль, только новые вопросы, а ответов все нет. Посмотрим замок поближе. Может, хоть что‐то прояснится. Как нас учили в армии? Если оказался на недружественной территории – первоочередные задачи: выжить, наладить контакт с местным населением, максимально слиться с окружением. И только когда жизни ничто не угрожает – вырабатывать план по возвращению домой.

В голове таилось много вопросов. Например: какой окажется окружающая среда? насколько враждебной? или, может, наоборот? буду ли понимать местных? какие тут способы коммуникации? Но по большому счету это меня несильно волновало. На все эти вопросы я и сам скоро получу ответы – экспериментальным путем.

Чем ближе я подходил к замку, тем отчетливее видел, насколько он величествен. Вдоль высоких стен – бойницы. На башнях – развевающиеся флаги с гербом местного правителя.

Я, конечно, не знаток Средневековья. Но мне показалось, что замок принадлежит хорошему парню. От замка не веяло ни злом, ни страхом. Я не раз замечал: характер человека часто отражается в его внешности и в том, что его окружает. Вот, например, мой сосед Василий Петрович. Обычный русский мужик. Работает токарем на заводе. По выходным прыгает в старенькие, но ухоженные жигули-шестерку и мчит на дачу. А его жена, тетя Люба, – милейшая женщина. Оба вежливые, приветливые, просто источают положительные эмоции. Даже когда все плохо, сосед сядет, бывало, рядом на лавке, закурит сигаретку. В душу не лезет. Нет, наоборот, расскажет очередную байку, ненавязчиво отвлечет. А в конце обязательно скажет:

– Все наладится, вот увидишь.

И ведь работает же.

В то же время его сын Егор – это просто ужас ходячий. Говорят, яблоко от яблоньки недалеко падает? Так вот, либо яблоньку звали не Василием, либо яблоко подгнило еще в полете. Нахватался модной блатной романтики. Глаза вечно за темными очками спрятаны. Одевается как бандюган из девяностых. Ездит на черном «пассате» с заниженной посадкой и такой тонировкой, что даже днем внутри ничего не видно, если только панель не горит. Днем он, кстати, почти не ездит – только по ночам, с корешами и под жесткую рэпчину.

В общем, даже если вы заблудились в чужом городе и Егор – единственный человек на улице, вряд ли вы решитесь спросить у него дорогу. Настолько отталкивающий тип. Я пробовал поговорить с Василием Петровичем: мол, что с пацаном? Но тот только руками разводит: «Не могу знать».

Вот и замок по виду мне скорее Василия напоминает, а не его сына.

Я подходил к замку все ближе. Стены становились все выше.

Я заметил ворота – огромные, тяжелые, обитые железом поверх толстого, прочного дерева. И вдруг задумался: а зачем вообще делают такие большие ворота?

Перед ними стояли два стражника. Я сам по себе не маленький: рост под метр девяносто, плечи нормальные. Но рядом с ними выглядел как старшеклассник. Вот это я понимаю – стража! На полторы головы выше меня, закованные в доспехи. Красиво, эффектно… Но ведь неудобно же наверняка. На поясе у обоих – мечи. В левой руке – каплевидные щиты. В правой – копья. Каждое – метра три, не меньше.

Когда до стражников оставалось метров десять, я остановился. Кто их знает, что у них на уме? Подумают, что лазутчик. Схватят, потащат в темницу… А там, под пытками, я точно все свои секреты выложу. И о заначке за диваном. И даже код от домофона.

Не успел я и рта открыть, как один из них пробасил:

– Проходите. Вас ожидают.

Вот это поворот.

– А кто ожидает, уважаемый? И где я вообще? Не затруднит ответить?

Но, видимо, его словарный запас иссяк. Стражник больше не сказал ни слова.

Я заметил, как в одной из створок ворот распахнулась калитка. Возле нее стоял красиво одетый человек – с важным лицом, задранным вверх подбородком, лысеющей головой и крошечными глазками. Он был облачен в длинный бордовый камзол с серебряной вышивкой по лацканам, на плечах – накрахмаленный плащ с жестким воротником. Узкие брюки в тон и лакированные сапоги завершали образ чиновника, которого будто выточили из надменности и формального устава.

Он явно ждал меня. Я подошел и поздоровался:

– Здравствуйте. Мне бы пообщаться с кем‐нибудь, узнать, где я. А то… заблудился.

– Приветствуем вас в нашем славном городе. Проследуйте за мной, и вы получите ответы на любой интересующий вас вопрос.

Мы шли по коридору внутри стены. Минут пять заняло, чтобы дойти до выхода из него. Толщина стен поражала. Такая конструкция выдержит любой натиск.

Я пытался заговорить с этим странным человеком, но каждый раз получал один и тот же ответ:

– Наберитесь терпения. Скоро вам все объяснят.

Если честно, это начало раздражать. Неужели трудно ответить на простой вопрос? Хотя… Может, он просто не хочет портить сюрприз? И как только мы переступим некую черту – сразу все мои друзья детства, коллеги и родственники в один голос: «Поздравляем!»