Читаем Сатира и юмор: Стихи, рассказы, басни, фельетоны, эпиграммы болгарских писателей онлайн бесплатно

Да простят меня строгие читатели и придирчивые критики, но начать эту вступительную статью мне придется с одного воспоминания.

В начале 1968 года я получил по почте небольшую, отлично изданную книгу, которая называлась «Габровские уловки». Выпущена она была в Болгарии на русском языке.

Одновременно пришло приглашение принять участие в декаде сатиры и юмора, которая должна была состояться в болгарском городе Габрово.

Разумеется, я тотчас прочитал присланную книгу. Оказалось, что это — сборник болгарских анекдотов о габровцах. Анекдотов своеобразных, остроумных. Анекдотов, высмеивающих человеческую скупость, но вместе с тем отдающих должное разумной бережливости.

Издан был этот сборник с предисловием и под редакцией известного болгарского писателя-сатирика Радоя Ралина, а проиллюстрирован не менее известным болгарским художником-карикатуристом Борисом Димовским.

Через несколько месяцев, приехав в Габрово на декаду сатиры и юмора, я увидел интереснейшее, веселое карнавальное шествие, смотреть которое собрался буквально весь город; увидел выступления самодеятельных эстрадно-сатирических коллективов, прибывших из самых разных уголков Болгарии; увидел комедии, поставленные профессиональными театрами. Я познакомился с произведениями болгарских писателей-сатириков, с работами болгарских художников-карикатуристов — и воочию удостоверился, сколь развито у болгар чувство юмора, как ценят они меткое, остроумное слово, как любят пошутить, посмеяться, поиронизировать — и над другими, и над самими собой (чтобы не быть голословным, напомню, что составителем сборника анекдотов о габровцах является… габровец Стефан Фортунов).

С тех пор прошло более десяти лет. За это время мне довелось еще несколько раз побывать на замечательных габровских фестивалях; довелось встречаться со многими болгарскими сатириками, комедиографами, карикатуристами. И с каждой новой поездкой в Болгарию передо мной все больше и больше раскрывалось многообразие современной болгарской сатиры, богатство болгарского юмора.

А познакомившись получше с историей Болгарии, я убедился, что сатира и юмор занимали видное место в болгарской литературе и в болгарском искусстве на всех этапах их становления и развития. В этом отношении болгарская литература напомнила мне русскую, в которой сатира тоже всегда играла большую роль.

В послевоенные годы у нас издавались и переиздавались сочинения многих болгарских писателей — классиков и современников. Переводились на русский язык, конечно, и произведения сатирические, юмористические. И все же сатиру и юмор Болгарии мы знаем еще явно недостаточно. Так родилась идея выпуска настоящего сборника. Захотелось собрать «под одной обложкой» хотя бы некоторые сатирико-юмористические сочинения болгарских писателей прошлого. Захотелось вместе с тем пошире познакомить советского читателя и с современными болгарскими сатириками и юмористами. Само собой разумеется, что задача эта оказалась чрезвычайно трудной: как сказал незабвенный Козьма Прутков, нельзя объять необъятное. Вот почему в сборник пришлось включить только произведения малых жанров сатиры и юмора: стихи, рассказы, фельетоны, басни, эпиграммы.

Конечно, малые сатирико-юмористические жанры не располагают теми возможностями для отображения действительности, какими обладают сатирическая повесть, сатирический роман или сатирическая комедия. Однако им присущи свои достоинства: емкость и концентрированность художественного обобщения, лаконизм изобразительных и выразительных средств.

Что же касается общих закономерностей развития сатирико-юмористической литературы, то они проявляются во всех жанрах, в том числе и в малых. Причем в последних нередко даже резче, нагляднее — ведь здесь сразу же видны как объекты сатирического обличения, так и эстетические поиски и решения.

Нет, вероятно, на Земле народа, который не любил бы посмеяться, не ощущал бы освежительного, бодрящего воздействия смеха, не чувствовал силы острой, мудрой насмешки.

И тем не менее у одних народов сатира и юмор развиты больше, у других меньше.

С чем связано это? Чем объясняется?

Думается, что объясняется это обстоятельство прежде всего особенностями истории данного народа, условиями его жизни, а также своеобразием национального характера.

О склонности болгар к юмору и иронии, об их естественной, ненавязчивой шутливости, об их лукавом остроумии писали не раз. Эти качества — в крови болгарина. Они сразу же бросаются в глаза каждому, кто побывал в Болгарии. На них не раз указывали и сами болгары. Например, известный писатель Елин Пелин устами одного из своих героев отмечал такое «природное, живое, вечно свойственное болгарину» качество, как «ирония, неуловимая ирония над самим собой и над всем на свете»[1].

Склонность к юмору, иронии, шутливости — всё это свойства болгарского национального характера. Свойства, которые развились и укрепились из-за некоторых особенностей исторического пути Болгарии.

Пять веков томился свободолюбивый болгарский народ под османским игом.

Пять веков пытались поработители сломить его дух, его внутреннее сопротивление, сделать покорным и в конце концов ассимилировать.

Но в этой долгой, неравной борьбе болгарский народ выстоял. Он сохранил свой язык, свои обычаи, свою культуру. Сберег свою национальную самобытность, свое стремление к свободе и независимости.

Что же помогло народу выстоять, сохранив свое лицо, свой непокорный дух?

Многое, конечно. Героические традиции предков. Прочные нравственные устои. Давние связи с русским и другими славянскими народами… И далеко не последнюю роль сыграло органическое, неиссякаемое чувство юмора.

Века, проведенные под османским игом, отнюдь не лишили болгар этого чувства. Напротив, они заставили их еще больше отточить его и взять «на вооружение». В тяжелых условиях иноземного гнета чувство юмора помогало сохранить человеческое достоинство, надежду, оптимизм.

В анекдотах, байках, притчах и других жанрах устного народного творчества болгары высмеивали своих поработителей. Османские янычары, кадии, визири, паши и сами султаны представали жалкими и тупыми ничтожествами, заслуживающими только презрения.

Смех над угнетателями помогал преодолеть страх перед ними. Он вселял веру в себя, в собственные силы, в лучшее будущее.

Не случайно такую огромную популярность приобрел в Болгарии в те трудные времена Хитрый Петр — замечательный образ народного остроумца и весельчака, защитника слабых и угнетенных, человека смышленого, находчивого, удачливого, умеющего отыскать выход из любого положения. Образ, который позднее неоднократно находил воплощение в произведениях болгарских писателей, художников, кинематографистов и который хорошо известен ныне в Болгарии любому ребенку.

Хитрый Петр как бы олицетворяет собой непокорный дух и остроумие болгарского народа. Этот самый знаменитый герой болгарского фольклора давно уже стоит в одном ряду с такими популярнейшими персонажами, созданными фантазией других народов мира, как Ходжа Насреддин, Ойленшпигель, Иванушка-дурачок, Пульчинелла, Панч и им подобные.

Сатира и юмор сыграли важную роль не только в духовном сопротивлении болгарского народа своим поработителям, но и в его борьбе за свободу и независимость.

Силу точной, умной насмешки хорошо сознавали организаторы этой борьбы. Они понимали, что одна из главных задач состоит в том, чтобы дискредитировать врагов морально, развенчать их, сделать их в глазах болгар жалкими и смешными.

Вот почему подготовка к открытой национально-освободительной борьбе выразилась, в частности, в том, что был налажен выпуск специальных сатирико-юмористических журналов и газет на болгарском языке (первые из них — «Гайда», «Оса», «Тыпан» — появились еще в 60-е годы прошлого века).

Вот почему почти все зачинатели новой болгарской литературы в той или иной мере использовали в своем творчестве оружие смеха.

К сатире обращается один из корифеев болгарского национального Возрождения — Петко Славейков. Поэт, прозаик, публицист, видный просветитель, активный общественный деятель, он всю свою жизнь посвятил борьбе за освобождение родины от османского ига, от иноземного влияния. Среди многих жанров, в которых творил писатель, видное место занимают и жанры сатирические.

Прежде всего в этой связи нужно назвать басню. По самой своей природе она предназначена для того, чтобы человек в иносказательной форме мог выразить мысли, которые прямо высказать трудновато. Еще древний Эзоп, проложивший путь басне в европейских литературах, великолепно продемонстрировал, какие богатейшие возможности открывает этот жанр перед писателем, живущим в условиях рабства. Вот эта традиция, продолженная Федром и Бабрием в Древнем Риме, Лафонтеном во Франции, Крыловым в России, и была подхвачена в Болгарии Петко Славейковым.

Первый сборник басен Славейкова появляется в 1852 году. Уже здесь, наряду с вольными переводами басен Эзопа и Крылова, были напечатаны оригинальные басни Петко Славейкова, навеянные болгарской действительностью того времени, затрагивавшие актуальные общественные проблемы. Так, например, в басне «Печеный орех» высмеивались те, кто сомневался в пользе наук, в необходимости болгарского национального просветительства.

В последующие годы в баснях Петко Славейкова еще более усиливается сатирический пафос, появляется отчетливо выраженная политическая и социальная направленность. Поэт протестует против османского ига, разоблачает подлинную сущность угнетателей, которых рисует в облике волков и прочих кровожадных хищников.

Так завершается басня «Волк и гусыня», воспитывавшая в читателях ненависть к поработителям.

Большую популярность приобрели также сатирические стихи Славейкова. Выдающийся поэт-лирик был обеспокоен царившим в обществе злом и стремился поразить его гневным обличительным словом, едкой насмешкой. Славейков бичует лживость и разврат иноземных наместников, стяжательство богатеев, двуличие «либералов».

Особенно возмущала поэта безграничная власть денег, извращающая подлинные человеческие ценности, переворачивающая «все вверх дном» (именно так названо одно из сатирических стихотворений Славейкова). Богатство становится критерием оценки человека, его положения в обществе. Богача готовы превозносить до небес, закрыв глаза на его нравственное безобразие и внешнее уродство.

Разоблачению пагубной, зловещей власти денег посвящена и широко известная, ироническая «Песня моей монетке». По видимости восхваляя монету — «царицу света», поэт на самом деле едко высмеивает ее могущество:

Басни и сатирические стихи Петко Славейкова явились первыми образцами этих жанров накануне Освобождения страны от иноземного ига. Образцами, которые положили начало соответствующим традициям, подхваченным и развитым впоследствии многими болгарскими поэтами.

Аналогичную роль в прозе сыграли сатирические повести и рассказы другого крупного болгарского писателя того времени — Любена Каравелова.

Родившись и выросши в небольшом болгарском городке Копривштице, Каравелов затем учился и долгое время жил в России. Здесь он познакомился с русской литературой, которую горячо полюбил и которая оказала на его творчество благотворное влияние. Здесь же началась его публицистическая и литературная деятельность: в 1861 году выходит в свет на русском языке его книга «Памятники народного быта болгар», а в 1867 году в журнале «Отечественные записки» публикуется сатирико-юмористическая повесть «Болгары старого времени».

В нашем литературоведении уже указывалось на то, что «русская реалистическая литература оказала разностороннее положительное воздействие на болгарскую литературу» и, в частности, «способствовала развитию болгарской сатиры»[2].

Это действительно так. И одно из ярких подтверждений тому — творчество Любена Каравелова.

Повесть «Болгары старого времени» написана человеком, буквально влюбленным в Гоголя. Сюжет и главные герои ее заставляют нас вспомнить знаменитую «Повесть о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем». Однако Каравелов не пошел по пути простого подражания Гоголю или переделки выдающегося образца русской сатиры применительно к болгарской действительности. Вдохновленный творческим опытом Гоголя, он создал оригинальное произведение, правдиво запечатлевшее быт и нравы болгарского захолустья. В основе «Болгар старого времени» лежат впечатления писателя от его родной Копривштицы. А главные персонажи повести — Хаджи Генчо и дед Либен — это сатирические образы, воплощающие социально-психологические типы старой Болгарии.

Другим выдающимся достижением Любена Каравелова в области сатиры является его прозаический цикл «Три картины из болгарской жизни», который состоит из повестей «Маменькин сынок», «Незаурядный патриот» и рассказа «Прогрессист».

В первой из них писатель изображает типичное семейство чорбаджий — болгарских богатеев, сотрудничавших с османскими властями и нещадно эксплуатировавших своих соотечественников. Герои повести ведут пустое, паразитическое существование: отец и мать постоянно погружены в беспробудный сон, сынок же поначалу растет бездельником и шалопаем, а затем превращается в развратника и кутилу, грабит собственных родителей, спивается и умирает.

Во второй повести Л. Каравелов разоблачает лицемерных, корыстолюбивых священнослужителей, не останавливающихся ни перед чем ради обогащения.