Читаем Философия Пауэлла и Прессбургера онлайн бесплатно

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ВВЕДЕНИЕ

В этой книге пойдет речь о метафизическом субъекте.

Декарт. «Начала философии» (1644).

Метафизический субъект – проблема идеалистической философии.

Декарт оказал неоценимую услугу всей идеалистической философии, когда в своем труде «Начала философии» (1644) изложил формулу «я мыслю, следовательно, существую».

В этом смысле Декарт – начало философии.

Декарт быстро расправляется с вопросом субъекта и три из четырех частей своего труда посвящает вопросу о том, существует ли материя (субстанция) вне нашего мышления.

По Декарту, то, что мы ставим под сомнение существование материальных тел, не дает нам права сомневаться в существовании нашей души или мыслей.

Идеалистическая философия со времен Платона утверждала, что видимый мир – это неправда.

Позднее Баркли с его идеей мира, обусловленного субъектом, по мнению Шопенгауэра, «приобрел бессмертную заслугу перед философией, хотя остальное в его учениях и несостоятельно».

Шопенгауэра не могло устроить отрицание материи, к которому пришел Баркли.

Шопенгауэр вывел свою философию «мира как воли и представления» из принятия/опровержения трансцендентального идеализма Канта, показав, что «вещь в себе» Канта родственна платоновской «идее».

Люди часто оперируют понятием «вещь-в-себе», неправильно интерпретируя его смысл.

Поэтому важно понять, как соотносится кантовская вещь-в-себе с метафизическим субъектом.

Шопенгауэровскую волю также нельзя понять без ее отношения к картезианскому «я», без ее понимания как метафизического субъекта.

Воля – это и сам метафизический субъект, и его деятельность.

Хайдеггер назвал волю «бытием».

Хайдеггер также заметил, что Декарт «перескакивает» через феномен мира.

В фильмах Пауэлла и Прессбургера метафизический субъект определяется как глаз.

Раннее название автобиографии Пауэлла: «Я – глаз».

Глаз периодически возникает в тексте у Шопенгауэра как образ, к которому автор прибегает для иллюстрации своих положений.

Может возникнуть путаница: на первом этапе важно отделить глаз как орган зрения человека от «глаза» как метафизического субъекта, который находится внутри и который не видно.

Теолог назовет волю или глаз душой.

Все философы-идеалисты сходятся в том, что душа существует, но называют ее по-разному.

Кинематограф, воспринимаемый глазом, является одновременно и волей, и представлением, а потому содержит всю истину (по Шопенгауэру).

МИР КАК ТВОРЧЕСТВО И ЖЕЛАНИЕ

Фрейд. «О нарциссизме» (1914).

В данной статье Фрейд выдвинул гипотезу, что нарциссизм свойственен всем людям как часть человеческого «я» (называемого им «я-либидо»), но не провел разделение между мужчинами и женщинами, а сосредоточил свое внимание только на женском поле.

Фрейд заявил, что женщине важно переносить свое я-либидо на объект-либидо, и это может быть любимый мужчина или ее ребенок, а Карл Юнг, полемизируя с ним, заметил, что это может быть и Бог, но Фрейд почему-то всячески этому противился.

Хотя эта работа – из области психоанализа, с философской точки зрения здесь идет речь о некой деятельности глаза, направленного на объект, т.е., об отношениях метафизического субъекта с материей.

Так называемое я-либидо, таким образом, выступает в качестве метафизического субъекта, действие которого направлено относительно объекта-либидо, который у Фрейда определен исключительно как материальная реальность.

Фрейду нужно было разработать способ лечения невротизации, и он свел все к необходимости завершения взгляда в материальном мире как философ-материалист.

Это наводит на мысль, что женщине свойственно видеть в мужчине плотское, т.е. материальное бытие, которое, возможно, является ее отражением.

«Черный нарцисс» (1947).

Именно это свойство раздражает в женщинах мужчину в фильме Пауэлла и Прессбургера «Черный нарцисс».

Режиссеры дополняют и развивают теорию Фрейда о нарциссизме, поворачивая ее с точки зрения идеалистической философии.

Героиня фильма – монахиня, которая ушла в монастырь из разочарования в земной любви.

Сестра Клода успешнее других монахинь в фильме переносит свое я-либидо на Божественное начало, но и она не может противиться симпатии к привлекательному мужчине.

Ее зеркальным двойником по фильму выступает другая монахиня, сестра Рут, на которую условия жизни в монастыре высоко в Гималаях действуют особенно сильно. В итоге сестра Рут порывает со своими обетами и переодевается в ярко-красное платье, подчеркивающее ее сексуальность как женщины.

Однако мистер Дин предпочитает ей сестру Клоду.

Отношения сестры Клоды с мистером Дином – загадка этого фильма, так как об их взаимной симпатии, которая так и остается нереализованной, ничего не говорится напрямую.

Фрейд в статье о нарциссизме описывает анахорета, «стремящегося искоренить в себе всякий след сексуального интереса», и это похоже на описание мистера Дина.

При том, что в фильме даются намеки на то, что Дин любит нравиться женщинам и представляет собой нарциссический тип, также ясно, что это холостяк, одиночка, разочарованный в «обычных» (например, индийских) женщинах и ищущий в женщине чистоту (здесь можно подставить слово «дух»).

Хотя этот герой не вполне идеалистически настроен, как другие герои Пауэлла и Прессбургера (виной тому, по всей видимости, оригинальный роман писательницы Румер Годден, в котором мужской персонаж написан с точки зрения женского восприятия), его отношение к женщинам похоже на проявление идеализма.

Ключ к «Черному нарциссу» – смирение (humility).

Что такое смирение глаза в философском смысле?

Есть ли какие-то подтверждения тому, что глаз мужчины на самом деле хочет, чтобы женщина НЕ привлекала его к материальной стороне вещей, выставляя напоказ свою красоту?

Действительно, одновременно с любовью к женской привлекательности мужчине (в отличие от женщины) свойственно противиться перенесению своего я-либидо на объект, находящийся по эту сторону видимого мира, и переносить его на Божественное (духовное) начало.

Смирение женщины – это то, чего мужчина хочет от нее, т.е. проекция его характера на нее.

Так «Черный нарцисс» выставляет против теорий Фрейда мужскую точку зрения.

Женщина (англичанка) в те времена была обучена не делать себя объектом мужского взгляда, но это не означает, что ее я-либидо переносилось на Божественное начало так же, как у мужчины.

Шопенгауэр. «Мир как воля и представление» (1818).

С Шопенгауэра лучше всего начинать знакомство с философией, потому что самое важное в нем – это кристально чистый язык, который делает понятными сложные идеи даже для тех, кто раньше тяжело переваривал философские труды.

Сам Шопенгауэр оставил детальные указания, как следует читать его книгу.

Автор не удержался от того, чтобы обратить внимание на то, что все части этой работы связаны со всеми другими ее частями.

Можно сказать, что вся его система крутится вокруг одной-единственной мысли о природе мира и человека в нем.

***

Вопрос о мире как представлении является вопросом существования материальной реальности.

Защиту Шопенгауэром идеи существования материи при всем отступлении от материализма невозможно понять без его отсылок к предыдущим философам и желания сделать открытие, которого не было у Платона или Баркли.

Сам он называет свой подход «совмещением эмпирической реальности с трансцендентальной идеальностью».

Мир, выступая как объект, обусловлен воспринимающим субъектом, то есть, является нашим представлением, другими словами, его природа субъективна.

В то же время материальный мир реален, но обусловлен рассудком и без него – ничто (здесь идеалистической философии обычно противопоставляется чувственный опыт – то, что можно потрогать).

Опасность кантовской вещи-в-себе, понятой не только как субъект, но и в качестве объекта (того, что Шопенгауэр называет «мир», и это слово в его теориях нельзя упустить), есть возможность ее превращения в объект-в-себе, свободный от познания рассудка.

Шопенгауэр утверждает, что его главное новаторство по отношению к предыдущим философским учениям в том, что он исходит не из объекта или субъекта, а из представления, но эту разницу не так просто понять неподготовленному читателю, да и сам автор признается, что с трудом осознает теории вроде трансцендентального идеализма Фихте. Согласно Шопенгауэру, философия Фихте «интересна нам только как запоздалая настоящая противоположность старинному материализму».

***

При том, что мир является представлением, он, одновременно, является волей.

Учение о воле было вызвано идеей, что «внутреннюю сущность мира надо искать совершенно в другой стороне его, от представления совсем отличной».

Во второй книге, говоря о теле человека как объектности воли, Шопенгауэр предлагает читателю распространять это знание на весь видимый мир, именуемый представлением, чтобы доказать, что и метафизический субъект, и мир являются в то же время волей. Хотя доказать тезис о мире как воле несоизмеримо труднее, чем доказать тезис о мире как представлении, так как для этого нужно отождествить мир и субъект.

Суть этой книги об объектности воли в том, что тело человека – непреодолимое препятствие для идеалиста. Шопенгауэр пишет, что «тело есть единственный объект, в котором я знаю не одну только сторону, сторону представления, но и другую, называемую волей». То есть, он пытается доказать, что тело по природе своей субъективно, но на этот счет могут возникнуть возражения.

Для прояснения этого Шопенгауэр вновь ссылается на Платона, заявляя, что мир есть ступени объективации воли, а это, по Шопенгауэру, есть ни что иное, как те же самые платоновские идеи.

***

Что Шопенгауэр понимает под волей к жизни?

Это не то же самое, что проявляет, например, умирающий человек, который изо всех сил держится за жизнь.

То есть, для того, чтобы осмыслить волю к жизни, нужно очистить оба этих слова от привычных для нас значений.

Вообще жизнь для Шопенгауэра – плохое или негативное понятие, как материальные потребности или сексуальные устремления, которым, по его мысли, подчинена природа, включая и сообщество людей.

В его речах часто слышится негодование по поводу разного рода желаний, которые направлены на утверждение «жизни». Под другим углом под «волей к жизни» можно понимать материализм, как в философском смысле, так и в значении тяги к деньгам, или же любое действие метафизического субъекта, направленное на утверждение «жизни».

В духе своей философии пессимизма Шопенгауэр называет волю к жизни не иначе как «ядро и сущность этого злосчастного мира».

Так как тело есть объектность воли, утверждение воли к жизни есть утверждение тела, говорит Шопенгауэр, рассматривая такую проблему как половой акт и явно отождествляя с сексуальным инстинктом материализм в философском смысле.

***

Для Шопенгауэра метод объекта воплощен в деятельности современного материализма, который полагает материю существующей и «перепрыгивает через отношение к субъекту». В его критике материализма им был выделен, прежде всего, гносеологический аспект: материализм, исходя из предпосылки о материи, выводит из нее познание, которое является лишь простой модификацией материи, и этот результат «предполагается как неизбежное условие уже в первой исходной точке, чистой материи, и хотя мы с ним воображали, что мыслим материю, но разумели не что иное как субъект, который ее представляет». Для Шопенгауэра «коренная нелепость материализма» в том, что, «исходя из объективного, он принимает за последний объясняющий принцип объективное же». То, что материализм пытается объяснять субъект из существования материи, противоречит его идее мира как воли и представления. Фактически Шопенгауэр называл материализм в любой модификации невозможным без того, чтобы уничтожать познающий субъект, делать вид, что его не существует, и говорил, что из-за этого невозможна всякая наука, исходящая из предпосылки о материи, и материалистическая философия. Правильнее объяснить существование материализма как форму обмана, которая развивается, обусловленная необходимостью, суть которой состоит в пропускании познающего субъекта.

***

Аскетизм, отрицание воли к жизни, о котором говорит Шопенгауэр (и в значении умерщвления в себе сексуального инстинкта тоже), это близко «Красным башмачкам» Пауэлла и Прессбургера.

Поведение главного героя этого фильма Бориса Лермонтова есть иллюстрация отрицания воли к жизни. Символом отрицания воли к жизни для Шопенгауэра был Христос, у Пауэлла и прямого последователя Пауэлла Мартина Скорсезе это художник.

«Красные башмачки» (1948).

«Красные башмачки» Пауэлла и Прессбургера – своеобразное переложение шопенгауэровской философии, подставляющее другие понятия под термины «воля» и «представление».

Сам Пауэлл никогда не говорил о философском подтексте своего фильма или о каком-то влиянии Шопенгауэра; мысль, что под этим подразумевается философия, объясняющая мир, – полностью моя.

Итак, мир есть мое творчество.

Шопенгауэр подходит к этой идее в третьей книге первого тома «Мира как воли и представления», называя искусство высшим проявлением воли.

Гениальная идея понимания мира как творчества состоит в том, чтобы создавать искусство из чего-то материального (женщины и ее тела).

Женщина – объект творчества мужчины.

Главный герой фильма, импресарио балетной труппы Борис Лермонтов – интересный персонаж, потому что его нежелание спать с молодой красивой балериной Викки Пэйдж из его труппы не вполне понятно.

Викки сама явно заинтересована Лермонтовым, потому что после того, как она подумала, что он позвал ее на романтическое свидание, она приехала к нему, одевшись в красивое шелковое платье и корону, но обнаружила с разочарованием, что Лермонтов просто устроил встречу всех членов труппы для обсуждения нового балета.