Читаем Траектория мечты онлайн бесплатно
Звучала музыка, тот самый репертуар группы АBBА, который в годы ее молодости сводил с ума все поколение «самых крутых» современников.
Она всегда танцевала с упоением и мастерством, отточенным многолетними танцульками. Могла перетанцевать многих. Обалденная пластика и внутренний драйв, тонкое чувства ритма и темперамент. Было, наверное, что-то еще… Глубинные эмоции нерастраченной любви и таланта. Но все это — в прошлом. Сейчас это был не просто танец…
Пол танцевального зала представлял собой клавиатуру гигантского компьютера. Нужно было попадать пальцами ног (а танцевала она босиком) на единственно возможные клавиши, обеспечивавшие определенные функции программы, и это требовало от нее невероятных усилий и постоянной концентрации.
Танцующий программист — это было условием приема на работу. Она виртуозно выделывала танцевальные па, совмещая их с сильнейшим интеллектуальным напряжением. Если она оступится, пострадают миллионы клиентов компании, в которой она работает, не говоря уже о том, что она потеряет работу, репутацию окружающих и, самое страшное, — самоуважение… А будущее сына и его образование? Ведь колледж — это серьезные деньги! А мортгич[1] за дом! Да что там говорить!..
Чуть слышно хлопнула входная дверь: это муж ушел на работу. Лора открыла глаза и посмотрела на будильник. Часы показывали без пятнадцати шесть. Спать оставалось минут сорок.
Она страстно обняла подушку (сорок минут — тоже роскошь) и мгновенно провалилась в то же самое сновидение, которое не отпускало ее уже больше недели: Лора нервничала по поводу сложной программы…
А как хотелось бы просто танцевать на нормальном полу, ни о чем не думая, кроме танца!
Неожиданно рядом с ее головой раздался громкий и требовательный стук. Сил проснуться не было. Лора накинула на голову одеяло, уткнулась в подушку, но стук нарастал. Спать стало невозможно.
«Что за сволочь?!» — раздраженно пронеслось в голове. Она вскочила с постели, наспех накинула халат и выбежала на улицу.
Природа еще не проснулась в полной мере, и все вокруг было окружено дымкой раннего утра. Однако, обойдя дом, она увидела большого дятла, который вдохновенно стучал своим носом в стену ее спальни, и видимо, наслаждался этим процессом. Захлебнувшись от возмущения, Лора стала отгонять наглеца. Мало того, что он посягал на новую обшивку дома! Он разрушил ее святой утренний сон!
Ничего себе ночка! Сначала ей звонили из компании по поводу каких-то придурков, у которых не получалось снять деньги с банковского счета в три часа ночи. И она должна была найти ошибку в программе, которая руководила этим процессом. Хотя позже выяснилось, что ошибки не было, просто не все умеют пользоваться машиной, выдающей деньги. Однако все умеют пользоваться самими деньгами. Даже глубокой ночью.
Она работала программистом в банке и на этой неделе отвечала за поддержку программы по ночам из дома. Никого не волнует, выспалась она или нет, но утром на работе нужно быть вовремя.
Дятел явно был воспитан в американских традициях, когда тебе как ребенку природы все можно, и ты всех умиляешь. Он и не думал улетать. Привык к доброжелательности.
«Наглец!» — продолжала возмущаться Лора, успевшая набраться психологии американских собственников, — «Это — мой дом! А он безнаказанно его разрушает. Хотя смешно, конечно, выяснять отношения с птицей. Не станешь же подавать заявление в полицию на дятла!»
Сняв халат, она стала грозно размахивать им у дятла перед носом. Благо высокий забор из плотно растущих кипарисов скрывал ее полуголую фигуру от соседей.
Дятел философски посмотрел на Лору. В отличие от нее, он умел летать, чем тут же воспользовался, отлетев на пару метров.
«Вот так-то!» — победоносно произнесла Лора вслух и буквально вбежала в спальню. Однако едва она успела уютно расположиться под одеялом, как дятел возобновил свою работу. Или это было для него развлечением?
Лора пружиной вскочила с кровати и ринулась на улицу в одной рубашке.
«Ты улетишь или нет? Стукач несчастный!» — вспомнила она одно из самых страшных оскорблений на своей бывшей родине.
В принципе, она любила птиц, да и вообще всякое зверье. Но тут вдруг из нее мощным водопадом стало вытекать давно сдерживаемое раздражение. Она изливала на дятла всю свою горечь и усталость, от которых не было никаких шансов избавиться. Лора изнемогала от рутины: работа-дом-работа.
Похоже, выхода не было. Конечно, жить в своем доме — это совсем не то же самое, что снимать квартирку в дешевом районе. Да и сыну нужно было заканчивать приличную школу и иметь соответствующее общение. От этого многое зависит в США, включая перспективы получения дальнейшего образования, личную безопасность (в некоторых районах вечером на улице лучше не появляться) и прочие важные вещи.
Но, с другой стороны, вся ее нынешняя жизнь была полностью подчинена этому самому дому, его оплате и вечным проблемам ремонта: то крыша, то обшивка, а то еще и трубы! Слава Богу, что у мужа руки из нужного места растут. Но есть вещи, которые может делать только лицензированный специалист, а их услуги очень дорогие. А стоимость материалов! Да и вообще, о расходах страшно подумать! Что тут скажешь? Не она имела дом, а дом имел ее. Не успела ее семья вселиться, как капризный домина стал «болеть» и требовать затрат на свое «лечение».
Но главное даже не в этом. За сам дом нужно платить банку, да еще сколько! И все это с процентами… Рабство на целых тридцать лет! Когда они все выплатят, ей будет больше семидесяти, если она доживет. А до этого времени нельзя расслабляться.
Здесь, в США, Лора сразу поняла, что нужно срочно приобретать новую профессию. Советскому инженеру по технике безопасности, да еще и практически без знания местного языка, сложно найти себе применение в любой новой стране. Сначала она принялась изучать английский и одновременно подрабатывала в русском магазине продавцом. Потом решила пойти учиться на какую-то профессию, нужную этой стране в данный момент.
В середине девяностых начался бум на программистов. И целая армия наших бывших соотечественников бросилась в бой. Работа программиста обещала реальную возможность трудоустройства и приличную оплату.
Курсы программирования росли, как грибы. Но что толку в курсах, если без опыта работы в США никуда никого не брали. А как можно приобрести при таком положении вещей этот самый опыт? Откуда он возьмется? И тут оказалось, что его можно … купить. Спрос рождает предложение, и появились люди (в основном, наши бывшие, хотя и не только они), которые открывали фирмы, помогающие встретиться программистам и тем, кто в них нуждался. Кроме того, эти же фирмы сами делали программы для заказчиков, Они нанимали программистов и продавали компаниям результаты их труда, являясь, по сути, посредниками.
Примерно за тысячу долларов можно было купить три года опыта работы в США. Если в такую фирму позвонят, то ее начальство подтвердит, что ты у них работал хоть господом Богом, а если конкретней, то, сколько заплатил, то о тебе и скажут.
Легенды заучивались, как в разведшколах. Где работал, что делал, как добирался до организации, ну, и так далее… И Лора поняла, что есть смысл рискнуть и заплатить.
— Купи лучше полтора года стажа, а то с тремя годами тебя утопят на интервью, как слепого щенка. Подумают, что ты уже профи, — советовали знакомые. Но она настаивала на трех годах за свою тысячу долларов, и ко всеобщему удивлению, нашла работу с первого интервью. Теорию выучила крепко. Но компьютера боялась: опыта практических занятий на курсах было явно недостаточно для реальной работы.
Самое страшное началось потом, когда она вышла на свое рабочее место. Ну, для начала, она, никогда не видевшая огромных компьютеров (mainframe computers), всерьез приняла их за большие стиральные машины. Странно, но никаких других ассоциаций ее фантазия, измученная нервным напряжением, не выдала.
«Вот что значит Америка!» — думала она. «Тут для сотрудников и не такое, наверное, делается, чтобы они были разгружены и могли после работы не бежать в прачечную…»
В подсознании сработали сказки совдеповской поры о капиталистическом мире, враждебном в адрес всей планеты, но уж очень заботливом к своим гражданам, аж до маразма.
Лора уже хотела поделиться своими восторгами с супервайзером, но ее в этот миг отвлекли, к ее великому счастью, приглашением на ланч с руководством отдела.
«Чтоб они провалились со своим ланчем! Только размечталась отдохнуть во время перерыва, снять улыбку и покурить во дворе, так нет же! Зачем я им на этом ланче?»
Однако традиция руководства приглашать новеньких на ланч в узкий круг менеджеров в первые дни работы была многолетней и незыблемой.
Изобразив улыбку восторга от перспективы провести обеденный перерыв в столь почетной компании, Лора побежала к своему рабочему месту, нашла копию резюме, рванула в туалет, закрылась в кабинке и стала нервно повторять легенду своего трудового пути.
«Итак, проект мой заключался …А работала я в Манхэттене, на улице… Ну, это я помню… А вдруг кто-то из здешних когда-то работал в том же банке, где и я по легенде, и спросит меня про имя моего тамошнего менеджера или на каком этаже располагался зал заседаний! А вдруг они спросят?..»
Однако пришлось взять себя в руки, водрузить на место улыбку невозмутимости и отправиться в комнату, напоминавшую советский «красный уголок».
За длинным прямоугольным столом собралось человек пятнадцать. Все они с любопытством поглядывали на новенькую. Главная начальница всего отдела программирования, дама с неприятным полным лицом, тройным подбородком и колючим взглядом, нарочито громко завела наболевшую тему беседы с соседкой по столу — Лориным местным начальством:
— Да! Сейчас с кадрами в нашей сфере очень сложно. Ищешь опытных людей, читаешь резюме, впечатляешься многолетним стажем, звонишь прежним работодателям, проверяешь, и все вроде бы отлично. Однако большинство этих программистов, как потом выясняется, — это люди, лишь вчера закончившие какие-то курсы. Куда же от этого деться!
Она косила взгядом в сторону Лоры, и было очевидно, что эта речь приготовлена специально для нее.
Лора в этот момент пыталась отправить в рот кусочек огурца, но поперхнулась и закашлялась.
«Господи, как они могли догадаться? Ведь я еще ни в чем себя не успела проявить! Второй день на работе — это знакомство с коллективом и бумагами. А может, проверяется просто моя реакция?»
К счастью, тему резко поменяла одна из сотрудниц, озадаченная своей неустроенной личной жизнью (о чем Лора уже знала от русскоговорящих женщин отдела).
— А давайте … ну, в общем, пусть каждый расскажет о том, как познакомился со своей второй половиной, а? — предложила она, с интересом поглядывая на мужчин, а те — на новую эффектную сотрудницу.
Алексей был вторым мужем Лоры. Первый школьный роман, переросший в недолгий брак, уже почти стерся из памяти. Так забывают о случайно разбитой в детстве банке с вареньем.
Но тут вдруг ей захотелось шокировать любопытных и дать им понять, что не дождутся они от нее серьезных ответов о личном. Еще чего не хватало!
И когда, наконец, к ней обратились с прямым вопросом о том, где она познакомилась с мужем, Лора удивленно вскинула брови и, увидев затаенное жадное любопытство коллектива, с наигранной серьезностью спросила:
— С которым из них?
Народ развеселился. Посыпались уточняющие вопросы о количестве ее мужей. Она изобразила сосредоточенность и по-детски принялась загибать пальцы рук, после чего сообщила, что точного количества не припомнит, но если нужно, то к завтрашнему дню напишет все, что сумеет воскресить в памяти.
Все смеялись. Было понятно, что новенькая умеет шутить и вызывать улыбки.
Получить работу сложно, но удержать ее, как известно, еще сложнее. С тремя годами программистского опыта в США неумение включить и выключить компьютер выглядит несколько странно. Но именно с этих действий и начались ее первые профессиональные проблемы. Намучавшись с кнопками невыключавшегося компьютера, она мысленно обругала его матом за то, что он не похож на тот, что был в лаборатории ее курсов. Пришлось выдернуть шнур из розетки и уйти домой.
Ночью она думала о том, как же ей выкрутиться утром. А утром компьютер потребовал от Лоры невозможного, мелькал экранами и даже издавал какие-то неприличные звуки.
К ней подошел начальник и увидел ее сражение с умным ящиком, не желавшим включаться. Что уж подумал начальник, никто не знает, но компьютер включить помог.
Лора сидела красная, взволнованная, и пыталась успокоиться. Ничего не получалось. Она в такие минуты шла в туалет, закрывалась в кабинке и плакала. Потом пудрилась и шла обратно.
А о самой сути программирования и говорить не приходится! Теорию она, действительно, прилично знала. Но как применить ее на практике?
Вопросов было много. Спрашивать страшно: сразу поймут, что она никогда не работала. А если не спрашивать, то она вообще не выполнит ни одного задания.
После долгих мук она решила задать пару осторожных вопросов русскоговорящей женщине с приятным лицом. Все-таки — бывшие соотечественники!
Вопросы были нейтральными, на уточнение задания. Лора обдумывала их безобидность минут сорок.
— А это Ваша первая работа? — вместо ответа, спросила коллега.
Дыхание перехватило.
«Какая сволочь! Ведь видно же, что мне не 20 и даже не 30 лет», — возмущалась в душе Лора, — «а значит, ежу понятно, что я не вчера закончила университет. В моем возрасте меня могли принять на работу в США только с местным опытом. А вот какой он, этот опыт, настоящий или купленный, — это же интимный вопрос. Я же не имею права так рисковать, чтобы рассказывать незнакомому человеку правду. Зачем же ставить людей в такую ситуацию и провоцировать на вранье? А еще говорили, что наши помогают друг другу!»
— Нет, это не первая моя работа в США! Я уже работала, — ответила Лора и отошла в сторону. Ее провожал долгий насмешливый взгляд всепонимающей сотрудницы, который она перехватила боковым зрением.
Другая русскоговорящая коллега спрашивать о стаже не стала, но ответила на Лорины вопросы таким образом:
— Зайдите в логику программы, найдите нужный параграф и вставьте туда изменения, о которых просит ваше задание. Вы же — программист!
Позже выяснилось, что вторая «помощница» полгода назад пришла в компанию точно с таким же «опытом», как Лора, и ей пришлось пройти тяжелый путь унижений, прежде чем она начала как-то ориентироваться. Видимо, она стремилась к справедливости (в ее понимании этого слова): раз она намучалась, пусть и другим будет хреново!
