Читаем Кривуля онлайн бесплатно

На протяжении многих лет мне доставляет необыкновенную радость писать сказки. Я сама просто обожала сказки в детстве, а сейчас сочиняю их для своих внуков. И я хорошо знаю — сказка удалась, если малыши слушают меня, затаив дыхание!

В местечке под названием Дюлаглюпе, что по-русски значит «Хутор долинных гномов», живут ниссе. Это норвежские гномы. Их маленький домик находится на вершине холма, на лужайке, среди серых валунов.

В ненастную погоду, издалека, домик напоминает съёжившегося и дрожащего от холода старичка в старом пальтишке. Окно превращается в его единственный глаз, а хлещущие по стене ветки рябины порождают странные звуки, похожие на старческий кашель. Зато в ясную погоду нет места прекраснее.

В домике живут восемь гномиков-ниссе: Мама Ниссе, Папа Ниссе, четверо малышей, Бабушка-старушка и Дедушка Храп.

Как и все гномы на свете, наши ниссе состоят в родстве с Рождественским ниссе — так в Норвегии зовут Деда Мороза — и всегда помогают ему готовить рождественские подарки.

Сразу за домиком начинается Дремучий лес, а чуть поодаль идёт Крутой спуск в Долину, где живут люди. Туда ниссе ходить боятся, потому что в Долине живут два страшных человека. И чего от них ждать — неизвестно. Ниссе их уж-жасно боятся!

Домик ниссе — это большая комната на первом этаже, откуда лестница ведёт на чердак, где спят Мама, Папа и малыши. В одном из углов комнаты стоит лохань, в которой обитатели домика моются на Рождество, а в другом — ведро, куда ниссе перед сном засовывают свою одёжку и деревянные башмачки.

На шатком столике лежит корзинка с пряжей из шерсти Пройдохи Лиса — её подарил Бабушке-старушке сам Лис, когда линял. А спицы ей дал Ёжик, с которым она дружит. Ты уже, наверное, догадался, что спицы — это Ёжиковы иголки? Когда Бабушка-старушка не вяжет, она использует их как зубочистки.

На стене висит коровий хвост. На нём отмечена точная длина кисточки на колпачке ниссе. А на полке стоят восемь фонарей, с которыми ниссе выходят во двор по вечерам. В долгие осенние и зимние вечера в лесу бывает темно даже гномам.

Точно посредине между ведром и лоханью стоит большой сундук, почти доверху забитый носками, чулками, варежками и шарфами.

Ниссе спят на чердаке на соломенных тюфяках. Только Бабушка-старушка и Дедушка Храп спят внизу. Им по двести сорок семь лет, и они уже слишком стары, чтобы карабкаться по лестницам. Кроме того, старички по ночам мёрзнут и лучше всего чувствуют себя у камина, на коврике из овчины.

На подоконнике спит мышка Наморщенный Нос и птенчик дрозда Пимнен, а в сапоге Дедушки Храпа прячется Метла — это горностай.

Первой по утрам просыпается Гури-Малла. Она съезжает с чердака по верёвке. «Лестницы — только для пожилых», — считает она. Гури-Малла — девочка-ниссе, маленькая, весёлая и шустрая. «Иногда слишком шустрая», — говорит Дедушка Храп и сокрушённо покачивает головой.

Затем просыпается Малютка Ульв. Спускаться по верёвке он не решается и медленно сползает по лестнице. Он вообще очень медлительный гномик: прежде чем что-нибудь сделать, предпочитает десять раз подумать.

Оказавшись внизу, оба гномика тут же выбегают на двор и спешат к валуну, на котором тёплыми солнечными днями сидит и мечтает Дедушка Храп. Иногда он вспоминает о «старых добрых временах». Малютка Ульв и Гури-Малла вскарабкиваются на валун и кричат всем: «Доброе утро!» Они здороваются с кустами и деревьями, землёй и небом и всеми-превсеми животными, потому что у ниссе так уж заведено.

Потом они бегут к Старому пню позади покосившегося сеновала. Под его корнями живёт маленький тролль Фюкомфей с родителями, братьями и сёстрами. Гури-Малла и Малютка Ульв очень любят с ними играть. Поздоровавшись с тролликами, малыши отправляются в хлев, где содержат своих животных. И только после этого ниссе возвращаются домой. Здесь их уже ждёт Мама Ниссе: ведь они всегда готовят завтрак вместе.

Мама Ниссе — маленькая и кругленькая, с румяными щёчками-яблочками. Из-под её красного колпачка так и норовят выбиться непослушные кудряшки. Она очень добрая и смешливая, но умеет сердиться по-настоящему. И ещё она ничего на свете не боится.

Папа Ниссе совсем не похож на Маму Ниссе. Он тихий и спокойный и предпочитает, чтобы говорила Мама Ниссе.

Пока Гури-Малла и Малютка Ульв размазывают по щекам воду, делая вид, что умываются, с чердака спускается старший из детей-гномов Петтер Смышлёныш, а из-под одеяла у камина выбирается Бабушка-старушка. Только Сювер-Соня никак не может проснуться — ему всегда тяжело вставать по утрам.

Малютка Ульв и Гури-Малла забираются на скамью и достают с полки деревянные миски, кружки и ложки. Мама Ниссе тем временем варит кашу, а Дедушка Храп подсаживается к столу и вставляет в ухо слуховой рожок, чтобы получше слышать болтовню малышей. Услышав хорошую шутку, он смеётся так громко, что его большой живот начинает колыхаться.

— Почему ты смеёшься? — тоненьким голоском спрашивает Бабушка-старушка.

Дедушка кричит ей в ухо, что сказали малыши. Тогда Бабушка тоже начинает смеяться, хотя зачастую она не слышит ни единого словечка из того, что говорит Дедушка.

Но вот однажды на хуторе случилось НЕЧТО. Когда Гури-Малла вскочила на скамью у окна, все услышали её восторженный крик:

— Снег пошёл!

Она начала приплясывать, напевать и хлопать в ладоши.

Все гномы бросились к окну. Малыши взобрались на скамью. Мама Ниссе сняла с плиты горшок с горячей кашей и тоже побежала смотреть на падающий снег. Папа Ниссе быстро-быстро захлопнул крышку сундука с варежками и шарфами. И даже Бабушка-старушка заковыляла к окну, выбравшись из уютного кресла-качалки. Для ниссе день, когда выпадает первый снег, — самый счастливый в году.

— Скоро Рождество! — с восторгом воскликнула Гури-Малла.

— И мы пойдём кататься на санках! — подхватил Малютка Ульв.

— И возьмём с собой Петтера-поросёнка! — потягиваясь, добавил Сювер-Соня.

— И будем прыгать с крыши в снег — предложил Петтер Смышлёныш, который всегда придумывал что-нибудь новое и опасное.

— Наконец-то будет светло! — поддержала разговор Бабушка-старушка. После того как ей исполнилось двести лет, она стала, плохо видеть.

— А я смогу ездить на финских санках, — отозвался довольный Дедушка Храп, который ходил с палочкой. Он очень любил гулять на свежем воздухе, особенно когда «земля белая и пушистая, как заячья шубка». Так он всегда говорил.

— Я-я! Можно я наряжу сегодня Гордеца? — нетерпеливо спросила Гури-Малла.

Гордец — это лошадь ниссе, на которой очень любят кататься малыши.

Мама засмеялась:

— Ну, до Рождества ещё далеко! Сначала нам надо помочь Рождественскому ниссе готовить подарки для человеческих детей. Вот к нему мы на Гордеце и поедем.

— Надо рассказать об этом Фюкомфею! — закричала Гури-Малла, спрыгнула со скамьи и бросилась во двор.

В воздухе танцевали снежинки, деревья и кусты нарядились в красивые белые шубки, а на землю легло белоснежное покрывало, на котором ещё не было ни единого следа.

Гури-Малла от радости начала подпрыгивать высоко-высоко:

— Я сделаю первые следы на новом снегу!

Она успела дойти почти до самого троллиного пня, когда поняла, что там что-то происходит. Пенёк ходил ходуном, а из открытой двери доносились странные звуки.

Гури-Малла осторожно сделала ещё несколько шажков вперёд. И тут ей навстречу вылетело ЧТО-ТО и шлёпнулось на снег прямо у неё под носом. Гури-Малла наклонилась и увидела, что это штаны Фюкомфея. Не успела девочка распрямиться, как из-под пня вылетело ещё ЧТО-ТО и тоже шлёпнулось на землю. Это оказалась рубашка отца троллика: на ней всегда не хватало пуговиц.

— Что там такое? — прошептала Гури-Малла и очень осторожно подошла к двери.

Тут из домика вылетел третий предмет. Это был башмак. Малышке очень повезло, что он не угодил ей прямо в голову.

Через мгновение на пороге появился отец Фюкомфея.

— Случилось невероятное! Просто ужас! — кричал он. — Фюкомфей пропал!

— Фюкомфей? Пропал?! — переспросила потрясённая Гури-Малла.

— Да, представляешь, какой ужас! Мы обыскали весь дом, но его нигде нет! — Папа-тролль чуть не плакал.

— Нигде нет? — вновь переспросила малышка. — Нигде-нигде?

Она не могла взять в толк, как это: Фюкомфей пропал! Как вообще можно пропасть? Гури-Малла задумалась, а потом предположила:

— Может, он отправился следить на снегу?

— А ты видела какие-нибудь следы?

Гури-Малла отрицательно покачала головой:

— Но может, он отправился гулять ещё до того, как пошёл снег?

— Неужели ты думаешь, что Фюкомфей пойдёт гулять в тёмном лесу?

Гури-Малла во второй раз огорчённо покачала головой. Она расстроилась — да так сильно, что даже забыла о выпавшем снеге. Как можно чему-то радоваться, когда Фюкомфей пропал?

Но вскоре на её лице вновь заиграла улыбка, грустить подолгу она не умела:

— Пойду-ка я за Петтером Смышлёнышем! Он-то уж точно что-нибудь придумает!

Отец Фюкомфея тоже обрадовался:

— Точно! Только поторопись, Гури-Малла!

Малышка припустила домой со всех ног. Она бежала так быстро, что несколько раз спотыкалась и падала.

— Быстрее, Петтер! — закричала она, вихрем ворвавшись в дом. — Фюкомфей пропал!

Все в ужасе посмотрели на малышку:

— Фюкомфей пропал? Как это он пропал? Ты что!..

И тут же бросились во двор, забыв о горшке с горячей вкусной кашей. Даже Бабушка-старушка накинула на плечи шаль и заковыляла вслед за всеми.

У пня гномы встретились с троллями, и обе семьи с жаром принялись обсуждать случившееся. Все говорили хором, и никто никого не слушал. Тогда Петтер Смышлёныш забрался на пень и крикнул:

— Мы должны организовать операцию по спасению!

Тролли и ниссе сразу замолчали. Они никогда не слышали таких мудрёных слов, как «организовать операцию по спасению».

— Нам надо разделиться на группы по трое и вести поиски в разных направлениях! — продолжал Петтер.

Малютка Ульв принялся загибать пальцы. Однажды ему удалось досчитать до трёх, но это было всего один раз — и давно, и сейчас он совсем забыл, как это делается!

— Бабушка и Дедушка будут искать вокруг пня, — уже командовал Петтер. — Вы трое, — обратился он к троллям, — отправляйтесь к Крутому спуску. Ещё трое будут искать у Медвежьей берлоги, а ещё трое — у опушки. Остальные должны пойти к Морошковому болоту.

Вскоре всё снежное покрывало было сплошь истоптано ниссе и троллями. Но, как ни старались они двигаться в разных направлениях, у них это никак не получалось. А получалось то, что искали все скопом и в одном месте. Когда же они попытались разделиться на группы, то в одной оказывалось двое, а в другой — аж пятеро, потому что маленькие тролли совсем не умели считать. Да и не все ниссе были этому обучены.

Кроме того, они были просто уверены, что искать Фюкомфея гораздо интереснее всем вместе. Петтер Смышлёныш понял, что разговорами делу не поможешь, и решил отправиться на поиски сам.

По-прежнему шёл снег. Солнце только-только вставало над лесной опушкой.

«А вдруг я попаду в лапы Лешему?» — подумал Петтер и поёжился от испуга. Но самую капельку. Он боялся только Лешего. Да ещё двух бледных людей из Долины. Петтер заметил на снегу следы лисы, медведя и волка, но с лесными зверями ниссе дружат и совсем их не боятся. Однако Петтеру почему-то стало неуютно. Почему — он и сам не знал: как будто у него за ухом кто-то дышал; как будто кто-то прятался за деревом и за ним подглядывал.

Петтер замедлил шаг. Ну зачем он пошёл в лес один?!

Наконец он совсем остановился и навострил ушки. Где-то поблизости раздавались голоса! И было похоже, что звуки шли из-под снега!

И тут Петтер услышал смех. Так не смеялся никто из его друзей.

Петтер Смышлёныш затаил дыхание. Ведь он никого не знал в этом лесу. Кто тут живёт? Полянка, на которой он очутился, была пригодна для жилья и ниссе, и троллей, и разных зверушек.

— Кто здесь? — осторожно спросил Петтер.

Ни звука в ответ. Тишина. Голоса умолкли.

Петтер огляделся. На снегу были только его собственные следы. Значит, тот, кто разговаривал и смеялся, успел спрятаться туда ещё до начала снегопада. И это не могли быть его друзья, потому что они бы уж точно отозвались.

Значит, это недруги! А кто его недруги? Да и вообще — есть ли у него недруги?

Есть. Серый народец. Они вечно шастают по ночам вокруг домика ниссе, забираются в хлев и крадут молоко. Когда Петтер видел их в чердачное окошко, его всегда охватывала такая злость, что он спрыгивал прямо из окна на землю и гонялся за серым народцем — и случалось, даже хватал кого-нибудь из них. Ему очень хотелось по-настоящему проучить воров и вздуть их как следует. Петтер вцеплялся в такого вора, и они принимались драться. Часто они падали на землю и катались по двору, а иногда даже скатывались по Крутому спуску.

Когда сражение заканчивалось, противники поднимались с земли, отряхивались и шли домой. Каждый к себе.

Вообще-то это был не серый народец, а подземные жители, потому что жили они под землёй, но Петтер окрестил их серым народцем за серые рубашки, штанишки и башмаки. Подземные жители считаются родственниками маленьких троллей. У них такие же торчащие во все стороны чёрные волосы. И у них тоже есть хвостик. Но маленькие тролли намного добрее. И красивее.

— Это вы, серый народец? — позвал ниссе.

Ответа не последовало. Тишина. Только бесшумно падал снег. Стояла такая мёртвая тишина, что малыш слышал, как стучит его отважное сердце.

Петтер сделал несколько шагов вперёд. Снега успело навалить уже столько, что гномик проваливался в сугробы почти по колено.

И тут он опять услышал приглушённый смешок. Кто-то шептался и хихикал.

Кто-то над ним смеялся! Петтер рассердился:

— Я вас слышу, глупыши! И не думайте, что я вас не вижу. Мне прекрасно известно, где вы прячетесь. Подождите, вот я до вас доберусь!

Тут раздался робкий голосок:

— И вовсе мы над тобой не смеёмся!

Снег у берёзы зашевелился. На поверхности показалась чья-то голова.

— Фюкомфей! Что ты тут делаешь? — удивлённо воскликнул Петтер. — Ты что, не знаешь, что все тебя ищут?

Фюкомфей испуганно смотрел на Петтера. И в то же мгновение рядом показалась ещё одна голова. Это было странное крошечное существо со вздёрнутым носом, маленькими глазками и рыжими встрёпанными волосами.

— Это мой двоюродный брат, — жалобно пропищал троллик. — Наши семьи не дружат, потому что у его родителей дом лучше нашего. Но мы с Кривулей друзья! Мы встречаемся по ночам в лесу и играем. Я и не знал, что уже наступило утро! Кривуля боится идти домой, потому что там ему зададут трёпку, а может, даже отдадут Лешему!

Фюкомфей с опаской посмотрел на Петтера. Ниссе растерялся.

— Отдадут Лешему? — заикаясь, переспросил Петтер. — Да как они могут!

— Они очень плохие, — быстро ответил троллик.

Петтер не знал, как поступить. С одной стороны, нельзя оставлять бедного Кривулю одного в лесу! Без еды! Несчастный подземный житель с рыжими волосами! С другой — и домой отправлять его нельзя! Неужели на свете действительно существуют такие ужасные родители! И к Фюкомфею Кривулю тоже не отведешь, раз их родители в ссоре.

Петтер покачал головой.