Читаем Морской разбойник. Морские разбойники онлайн бесплатно

В начале октября 1759 года в гавани Ньюпорта, у берегов Северной Америки, стояли два судна, оба оснащенные и, по-видимому, совершенно готовые в любую минуту отправиться в путь.

Одно из них находилось на внутреннем рейде, в непосредственной близости от берега, и стояло на якоре. Это было очень красивое купеческое судно, носившее название "Королевская Каролина". На нем находился большой груз, предназначенный для отправки в Каролину, и судно ожидало, по-видимому, только нескольких пассажиров, для того чтобы распустить паруса и выйти в открытое море.

Другое судно находилось дальше от берега, на внешнем рейде. Его несколько странный вид невольно внушал подозрение, заставляя догадываться о назначении.

В гавани говорили, что это невольничье судно и что оно зашло в Ньюпорт только для того, чтобы запастись топливом и водой. Но вот уже прошла неделя, а корабль не трогался с места и преспокойно покачивался на своей якорной стоянке. Экипаж его не делал никаких приготовлений к отплытию и ничем не запасался.

Трое людей однажды внимательно стали наблюдать с берега за этим судном, как будто что-то обсуждая и обмениваясь замечаниями. Познакомимся с ними ближе.

Один из них молодой человек на вид лет двадцати семи. Его мужественные черты выражали силу и благородство; густые брови придавали лицу серьезное и рассудительное выражение, характерное для американцев, но в то же время у него был кроткий и приятный взгляд. Простая одежда, однако, не скрывала преимуществ его гибкой и сильной фигуры.

Из двух его спутников один был белый, другой негр. На обоих была подержанная одежда обыкновенных матросов;

но если бы и не эта одежда, в них легко было бы узнать людей, привычных к морю и корабельной службе.

И тот и другой были уже немолоды. Вся их внешность говорила о постоянной борьбе с ветром и непогодой, о бесчисленных опасностях и многолетних морских странствиях.

Белый был невысокого роста, но крепкого сложения, с широкими плечами, крепкой грудью и мускулистыми руками. Его низкий лоб был почти весь закрыт густыми рыжеватыми волосами, а из-под густых бровей блестели маленькие живые глаза, по которым можно было судить о его упрямом характере. Толстый и короткий нос, большой рот и сильно выдающийся подбородок вполне отвечали общему характеру его внешности.

Этот человек сидел на пустом бочонке, скрестив руки на груди и болтая ногами. Все его внимание сосредоточено было на невольничьем судне, временя от времени он делился наблюдениями с товарищем негром. -

Этот последний расположился возле него на большом камне и, по-видимому, ни о чем не думая, забавлялся тем, что подбирал с земли гладкие камешки и подбрасывал их вверх. Его внешность мало отличалась от внешности белого товарища, но рядом с ним он казался еще сильнее и мускулистее. Также и ростом он был, пожалуй, на голову выше. Черты его лица отличались большей осмысленностью, чем у многих негров; глаза смотрели весело и обнаруживали склонность к грубоватому юмору. В волосах показывалась седина, кожа начинала терять блеск, а по его движениям можно было заметить, что он начинал стареть, но закалился в жизненных трудах.

— А ведь прекрасная гавань, не правда ли? — обратился к товарищу сидевший на бочке.

Не переставая жевать табак, он в эту минуту в первый раз оторвал глаза от судна.

— Мне кажется, такой гаванью следует пользоваться, а невольничье судно остается на внешнем рейде, несмотря на опасность. Не понимаю, почему этот молодец предпочитает стоять столько на якоре, тогда как довольно было бы получаса времени, чтобы ввести его в этот док. К тому же он задает лишнюю работу своим шлюпкам каждый раз, когда экипажу приходится сходить на берег. А, Сципион, что скажешь?

Негр на минуту оставил свои камешки в покое.

— А я его прекрасно понимаю, Фид, — многозначительно ответил он. — Видишь ли, когда ветер подует с северо-востока, пожалуй, не так легко сейчас же сняться и выйти отсюда в открытое море. Ты как думаешь, мудрец? А там, на внешнем рейде, дело другое. Ну, я думаю, ты сам хорошо знаешь, что хозяева таких кораблей, как этот, не прочь иногда покинуть место стоянки как можно скорее.

Молодой человек до сих пор был весь погружен в свои мысли и только теперь как будто очнулся, услышав последние слова негра.

— Да, Фид, я тоже думаю, что Сципион прав. По всей вероятности, этот торговец невольниками стал на якоре там потому, что в это время года чаще всего дует западный ветер. Без сомнения, он должен это знать, и в том положении, какое он сейчас занимает, немного нужно, чтобы подняться с места и оставить берег. Каких-нибудь десять минут, и судно будет находиться вне выстрелов крепостных орудий.

— Вы, я вижу, кое-что смыслите в этих делах, — произнес глубокий звучный голос за его спиной.

Молодой человек быстро обернулся, услышав эту неожиданную обращенную к нему речь. Перед ним стоял чужестранец в возрасте между тридцатью и сорока годами. В его внешности было что-то невольно приковывавшее к себе внимание.

Он был не более чем среднего роста, отличался стройностью и прекрасным сложением. Густые белокурые волосы обрамляли мужественное загорелое лицо с тонкими благородными чертами и глубокими голубыми глазами. Правильный рот и подбородок выражали гордость.

В настоящую минуту глаза его имели скорее кроткое выражение, но нетрудно было угадать, что они могут загореться гневом и холодной жестокостью.

На нем были высокая шляпа, светло-зеленый сюртук и высокие кожаные ботфорты выше колен со шпорами.

— Вы, я вижу, кое-что смыслите в этих делах, — повторил он, спокойно помахивая хлыстом, находившимся в его красивых породистых руках. — И к тому же видно, что вы говорите как человек, привыкший высказывать свое суждение.

Молодой человек, по-видимому, не был доволен этим неожиданным появлением незнакомца и обращением к нему. Посмотрев на него и окинув взглядом с головы до ног, он довольно сухо ответил:

— Вам кажется странным, если верховой ездок понимает в лошадях, а моряк — в корабельных снастях.

Незнакомец, зеленый короткий сюртук которого и весь костюм в самом деле говорили о верховой езде, со странной усмешкой выслушал эти слова, похлопывая хлыстом по сапогам.

— Вам, конечно, незачем объяснять мне, что вы моряк, — сказал он с живостью, — а…

— Вам излишне было бы объяснять мне, что я вижу перед собой настоящую сухопутную крысу, — возразил нетерпеливо молодой человек.

И как бы желая показать, что не намерен продолжать дальше разговор, он сделал знак обоим матросам следовать за ним и пошел вдоль берега.

— Да, молодой человек, если вы так дальновидны, как думаете… — пробормотал незнакомец, оставшись один.

На минуту он как будто задумался, но потом, глядя вслед уходящему, прибавил:

— Молодой человек решителен во взглядах и горд, как испанец. Но такой мне и нужен — я постараюсь не выпустить его из рук.

И он, медленно шагая, последовал за тремя уходившими людьми.

Вскоре ему представилась возможность снова завязать разговор. На берегу находилась наполовину развалившаяся башня, стоявшая на земляном возвышении. Это были остатки старинного укрепления. Молодой человек и его спутники остановились возле башни. Несколько минут спустя незнакомец в свою очередь приблизился к ним.

Легкая улыбка скользнула по его губам, когда он увидел, как недоверчиво молодой человек смотрел на него.

— Простите, если я кажусь вам навязчивым, но вы мне очень симпатичны, и в моем желании познакомиться с вами нет никаких задних мыслей. Не думайте, что я знакомлюсь с каждым встречным, — нет. Но в вас есть что-то такое, что мне очень нравится и побуждает сделать этот шаг.

В его голосе и в обращении была какая-то теплота, повлиявшая на молодого моряка. Приготовленный ответ замер на его губах.

В то же время он испытующе посмотрел на стоявшего перед ним незнакомца и встретил спокойный и полный достоинства взгляд. Невольное смущение овладело молодым человеком.

— Простите мою прежнюю резкость, — сказал он, колеблясь. — Я бы не ответил вам так в другую минуту, но вы застали меня врасплох как раз, когда я был занят очень серьезными мыслями.

— И если я не ошибаюсь, — заметил, смеясь, незнакомец, — ваши мысли были всецело заняты кораблем, стоявшим на якоре. Вы как будто находите в нем что-то особенное, мистер…

— Вильдер… Генри Вильдер, — назвал себя молодой человек, слегка поклонившись. — Да, вы не ошиблись. Я думаю, любой моряк на моем месте стал бы с таким же удовольствием смотреть на это судно. Я редко видел такую прекрасную постройку и оснащение. Кроме того, меня это особенно интересует еще потому, что я как раз ищу место и очень не прочь был бы попасть на такой корабль.

— Я думаю, хозяин этого судна, наверное, не отказался бы принять вас на службу, так как вы, очевидно, обладаете прекрасными познаниями в морском деле. Почему бы вам не попытаться?

— Но я не знаю капитана. Каким же образом я к нему явлюсь?

— Неужели это вас смущает? Я думаю, моряк всегда встретит хороший прием среди своих коллег.

— В общем это, пожалуй, верно. Но торговцы невольниками неохотно принимают у себя незнакомых гостей и рады от них отделаться, — возразил молодой человек.

— Итак, если я вас верно понял, вы отказываетесь от всяких попыток.

Вильдер бросил на него вопросительный взгляд.

— Почему вы непременно хотите это знать? — холодно спросил он.

— Я не намерен что-либо выпытывать у вас, но, по моему мнению, нерешительность плохое средство, когда человек хочет чего-то достичь. Вам нужно подходящее место, и это судно нравится вам — советую попробовать.

Проговорив эти слова, незнакомец, слегка поклонившись, повернулся и скрылся за стеною башни.

— Надо сознаться, что совет неплохой, во всяком случае, — проговорил Вильдер про себя. — Но что побуждает этого господина так настойчиво рекомендовать мне этот путь? Впрочем, все равно — попробовать надо, и если мне удастся, я, может быть, буду ближе к цели, чем мог надеяться.

Было около 10 часов вечера, когда лодка с тремя людьми бесшумно отошла от берега и стала скользить по направлению к внешнему рейду.

Фид и негр сидели на веслах, в то время как Вильдер управлял рулем. Молодой человек находился в глубокой задумчивости, устремив взгляд в ту сторону, где в темноте неясно выделялся силуэт невольничьего судна.

Несколько минут прошли в молчании.

— Друзья мои, — заговорил Вильдер, глубоко вздохнув, — я должен теперь поделиться с вами моими планами. Вот уже больше двадцати лет, как вы меня не оставляете, а потому вправе знать, что мне от вас потребуется. А как время быстро бежит! Ведь я был совсем маленьким, когда вы, Фид, спасти меня с опасностью для собственной жизни и принесли к вашему капитану. Как бы там ни было, я, без сомнения, обязан вам и тем, что остался жив, и тем, что из меня вышел потом хороший моряк и офицер королевской морской службы.

— Да стоит ли об этом говорить, мистер Генри? — пробормотал в смущении старый моряк.

— Нет, Фид, я глубоко вам обязан за это все и, кроме того, еще за вашу крепкую привязанность ко мне.

— Ну, мистер Генри, что касается привязанности, то уж это у меня в крови, а если я бываю иногда немного упрям или чересчур откровенен, так уж вы не гневайтесь, потому что тут, видите ли, сердце мое ни при чем.

— Да полно, полно, — перебил его Вильдер, тронутый этим признанием. — Вы сами хорошо знаете, что нас уж ничто не разлучит, если вы сами добровольно от меня не уйдете. Вот потому-то я и хочу вам сообщить о том, что намерен сейчас предпринять. Нам предстоит дело довольно

рискованное, и нельзя предвидеть, какая опасность может нас ждать.

— Я бы одно хотел знать, — перебил его Фид, — входит ли в ваши намерения еще долго оставаться на суше?

— Нет, Фид, можешь быть спокоен. Мы, вероятно, отправимся в море скорее, чем ты думаешь.

— Ну, тогда подымем паруса, если вы предвидите попутный ветер. Вот тут Фид на своем месте, а что касается разговоров и планов, так на это я не гожусь.

— Но, может быть, если вы узнаете…

— Ничего не хочу знать. Не раз я пускался с вами в путь по приказаниям начальства, не спрашивая, куда мы едем. С какой стати я побоялся бы еще раз рискнуть шкурой, сопровождая вас. А ты, Гвинея, как думаешь? Надо ли тебе сперва знать курс корабля, если мистер Генри будет находиться на борту?

Негр отрицательно покачал головой.

— Только бы нам уж стоять на палубных досках, — проговорил он, — а там пусть только мистер Генри командует, как хочет.

— Так я и знал, — сказал Фид. — Так вот: говорите, что нам делать, а объяснений вовсе не надо.

— Но вы все-таки должны знать, в чем дело, друзья мои, — иначе нельзя. Я вам расскажу все в нескольких словах. Слушайте. Я хочу вступить в решительную борьбу с Морским Разбойником, благодаря которому эти широты уже давно небезопасны. Многие старались победить его силой, но до сих пор никто не мог в этом преуспеть. Я хочу попытаться в свою очередь.

Мы с капитаном Бигналем придумали хитрость и будем вместе действовать. Излишне вам объяснять, что речь идет о Красном Морском Разбойнике, но одного вы, вероятно, еще не знаете. Ему принадлежит то самое судно, что стоит на внешнем рейде и носит название "Дельфин". Мы направляемся теперь к этому судну, так как я намерен подняться на борт и нанести визит самому капитану.

Словно по команде, оба матроса вдруг перестали грести и с удивлением посмотрели на своего молодого начальника.

— Красный Морской Разбойник!

Это восклицание невольно вырвалось у Фида, причем в его голосе звучали ужас и удивление.

— Так это он стоит на рейде? Неужели это тот самый знаменитый пират и торговец невольниками?

— Ну, Фид, не кричи, однако, как сумасшедший, — остановил его Вильдер.

— Но вы, сударь, шутите?

— Нет, мой друг, я никогда не говорил серьезнее, чем теперь. Каким образом я это узнал — неважно, но никаких сомнений на этот счет у нас не может быть. К тому же я думаю, что угадал причину его пребывания здесь.

Прежде всего "Королевская Каролина" представляет для него богатую и удобную добычу, и, без сомнения, он только и ждет момента, когда она выйдет в море… для того чтобы напасть на нее.

Но, по всей вероятности, его намерения идут дальше. На этом корабле едет дочь генерала Грэйзона. Она со своей гувернанткой направляется к отцу в Каролину. Если девушка попадет в его руки, она будет для него очень важным приобретением, и он не замедлит этим воспользоваться в своих целях.

Я поставил себе задачей прежде всего помешать ему и устранить опасность, угрожающую молодой девушке. Но, разумеется, мой план выполним только в том случае, если я буду знать все, что мне надо. Итак, для того чтобы приготовиться к делу, я решил предпринять эту поездку и побывать на "Дельфине".