Читаем Чистокровная бездна онлайн бесплатно

Ян Александров. Тридцать один год. Внештатный парапсихолог в частном реабилитационном центре «Града». Целевая клиентура: люди, отчаявшиеся найти спасение своей утопающей психики в традиционной медицине. Ещё один важный момент: мои пациенты могут себе позволить оплачивать специалиста, работающего по ставке от двадцати тысяч за час. В зависимости от сложности случая. Городов Владислав Аркадьевич. Пятьдесят шесть лет. Владелец и по совместительству генеральный директор указанного центра. Человек целеустремлённый, амбициозный и нестандартно мыслящий. Идея включить в ряды своих сотрудников специалиста псевдонаучного направления пришла ему не так давно – где-то год назад. Аккурат во время моего переезда в этот мегаполис исторической архитектуры и современных каменных муравейников. Городов давно подумывал о том, чтобы внести в перечень оказываемых услуг некую изюминку, выгодно отличающую его детище от конкурентов. И он её нашёл. В моём лице. С моей подачи. Я сам пришёл к нему, обнаружив на портале для поиска работы вакансию психотерапевта. Убедить прозорливого бизнесмена в том, что я стану гораздо более выгодным и экзотическим украшением его ничем не примечательной организации, чем обыкновенный врачеватель до сих пор мало изученных нематериальных субстанций, было не так сложно. Владислав Аркадьевич быстро сообразил, что хорошо воспитанный и умело выражающий свои мысли парапсихолог, отменно владеющий методиками распознавания тонкостей личности, станет заманчивым крючком для состоятельных клиентов, готовых ухватиться за любую соломинку, лишь бы удержать в тихой гавани свой рассыпающийся под гнётом абсурдной реальности разум. Вот так я и спасаю эти тонущие яхты уже на протяжении целого года. В своём просторном кабинете, надёжно отгороженном от безумия внешнего мира толстыми стенами, двойным стеклопакетом и плотными шторами. При тёплом приглушённом свете ламп. В удобных мягких креслах. В атмосфере, где акулы земного бытия вынуждены доверять своё уязвимое состояние хищнику покрупнее, о природе которого они даже не подозревают.

– Ян, ты работаешь завтра?

Елейный голосок миловидной кудрявой блондинки оторвал меня от изучения записей по только что отчалившему пациенту. Золотцева Ирена Николаевна. Или просто Ирен. В прошлом Самарина. Двадцать девять лет. Пять лет брака, четыре года развода. Штатный терапевт. Появление привлекательного неженатого мужчины в этом тихом, преимущественно девичьем омуте сразу привлекло её внимание. Миниатюрная бойкая молодая женщина не привыкла отказывать себе в радостях жизни, поэтому сразу перешла в наступление. А именно: по всякому поводу, а чаще – без повода – цветастой пташкой влетала в мой кабинет, чтобы лишний раз напомнить, какое чудо расчудесное обитает в помещении на три двери дальше по коридору.

– У меня выходной, Ирен.

Бросил мимолётный взгляд вежливости и снова углубился в материалы. Блондинка чуть надула изящно напомаженные губы. Нет, я не видел этого – я ощущал.

– А на сегодня у тебя какие планы?

Я слегка улыбнулся и откинулся на спинку кресла, уже внимательно вглядываясь в недовольное лицо коллеги, находящейся в активном поиске «принца на белом коне».

– Сейчас я собираюсь закончить с заключением по первичной консультации нового клиента и отправиться по своим делам.

Ирен нервно постучала идеальным маникюром по деревянному косяку.

– Мы собирались с девочками в ресторан-бар. Зоре друзья его порекомендовали. Говорят, там атмосферно. Хорошие коктейли и живая музыка.

– Рад за вас.

Моя полная очарования улыбка вызвала бы зависть у самого маститого чеширского кота. Уголки алых губ поползли вниз. Ирен поёжилась, лихорадочно размышляя над планом Бэ…Цэ…или ещё чем-нибудь покрепче. Я решил не мучить её самооценку и отодвинулся от стола. Плавно встал и также плавно подошёл к застывшей у двери женщине.

– А теперь, дорогая, ты выйдешь из этого кабинета и позабудешь, что вообще ко мне заходила. Весело проведёшь этот вечер со своими подружками и в таком же прекрасном настроении приедешь завтра на работу. Тебя ни капли не расстроит моё отсутствие, поскольку у тебя уже будет достаточно впечатлений от ваших посиделок, которые вы, конечно же, захотите обсудить. Ты меня поняла?

Расширенные зрачки, замедленные дыхание и пульс.

– Ты меня поняла, солнышко?

Повторил я, добавляя ноток власти в голосе. Женщина поспешно кивнула.

– Вот и славно. Иди. А то тебя уже заждались.

Дверь тихо закрылась. Я прикрыл глаза, возвращая радужкам бирюзовую прозрачность. Всё-таки Владислав Аркадьевич не прогадал с парапсихологом.

«Приветствую тебя, читатель. А теперь ты познакомишься со мной настоящим».

Три поворота ключа. Невесомое касание к замочной скважине. Мимолётная вспышка ослепительно белого, переходящего в глубокий чёрный. Моя печать. Все сотрудники «Грады» были в курсе, что без моего разрешения доступ в кабинет закрыт – договоренность с владельцем. И всё же… Мне надо было знать наверняка, что без моего ведома никто не посягнёт на покой этой парапсихологической лаборатории. Один поворот ключа. Тихое порыкивание двигателя. Плавный старт. И непривычно медленное передвижение. Я бы мог воспользоваться более эффективным способом перемещения, но раз уж решил испытать на себе эту реальность (или вернее было бы сказать «испытать эту реальность собой»), то играл по установленным правилам. Почти. В пересчёте на собственные предпочтения. Через час мой неторопливый скакун доставил своего терпеливого владельца к заказнику на юго-востоке города. На романтическую встречу? Я усмехнулся. У того, кто ожидал меня в лесной чаще, подобное сравнение вызвало бы изогнутую бровь и аналогичную усмешку.

– Клаазо.

– Иерарх.

На фоне мощной фигуры, затянутой в кожу экипировки, широкоствольная берёза смотрелась юной тростинкой, нашедшей защиту за спиной сурового воина. Бездонные радужки цвета чёрного граната напомнили мне о Бездне…

– Ты пришёл за разрушениями?

Иерарх не тратил время на любезность.

– Нет, Элаин. Я здесь…на прогулке. Обозначим так.

На тонких губах заиграла усмешка.

– Долго выбирал самый элитный курорт Мироздания?

Я не сдержал короткого смешка.

– Вечность. И вот решил рискнуть.

– Тогда добро пожаловать, Чистокровный. Правда, ты забыл получить пропуск на погранзаставе.

– Полагаю, там не сильно расстроятся, если так и останутся в неведении. А мне достаточно твоего приветствия.

Тёмный иерарх хмыкнул.

– Тебе нужно моё одобрение, Клаазо?

– Мне нужно наше мирное сосуществование, Элаин.

– Считай, что ты получил моё тёмное благословение.

Я рассмеялся.

– Теперь мне даже дышится легче.

Добавил через секунду.

– Как поживает Огненный Дух?

По глади чёрного граната пошла рябь. Хладнокровие в энергополе Иерарха отдало привкусом стали.

– Вы знакомы?

– Нет. Но я его видел. Когда Дух приходил к Бездне. И, надо сказать, я был удивлён, что Она так просто его отпустила. Ведь он хотел остаться.

Привкус стали загорчил. Иерарх предпочёл не углубляться в тему.

– Мне пора. Наслаждайся местными достопримечательностями, Клаазо. И уж постарайся сильно не следить. Тут и без этого головной боли хватает.

– Учту.

Прощальный полукивок. Мощную фигуру поглотило свечение портала.

Встреча с иерархом навеяла во мне воспоминания того, что случилось за несколько месяцев до моего появления в земной реальности в качестве Яна Александрова. Когда пребывал исключительно в своей истинной форме – как чистокровный носитель энергии Бездны под именем Клаазо.

«Боль…». Ровная линия гармонизирующего транса совершила импульсный скачок. «Больно…». Энергия Бездны пошевелилась и приподняла меня над состоянием внутреннего покоя. «Грустно…». Ещё один скачок. Более выраженный. «Как же я устал…». Ослепительный белый уплотнил рассеянное мерцание и перешёл в глубокий чёрный. Я открыл глаза. В прозрачной бирюзе радужек отразились многочисленные призрачно-лунные сферы… Нет, это не то. Прислушался к своим ощущениям. Тихо. Может, показалось? «Боль!» Интенсивность чужого чувства ощутимо ударила по менталу. Оно определённо принадлежало проявленной Сути, а не тем ушедшим из Пространства бытия носителям жизни, что находились здесь на грани растворения в своём Первоистоке. Уплотнил внутреннюю энергию Бездны и выпустил вовне многочисленные обсидиановые энерголенты.

– Найдите мне эту Суть.

Через неопределимое количество времени – ведь в Бездне не существует такого понятия – я ощутил чужой ментальный импульс, подкреплённый чистой искренностью, полной открытостью и чувством безграничной любви. Сконцентрировал всё своё внимание на этом источнике сигналов.

– Мне очень нужна твоя помощь, Хаос… Изменить форму… Прошу…

Раздалось подобно шелесту. Едва различимо даже в окружающем безмолвии. Я окончательно вышел из транса и одной стремительной вспышкой перенёсся к обнаруженной Сути. Ею оказался Огненный Дух. Я замер поблизости, кутаясь в скрывающую моё присутствие Первородную стихию. Незримый и наблюдающий. Энергия Первозданной Тьмы мягко подхватила метафизическое тело Духа и стала медленно проникать в каждую частицу, трансформируя всю структуру. От ног до шеи покрывающий Суть огненный доспех плавно поменял свой оттенок с цвета Пламени на цвет Бездны. Кожа замерцала бледностью фарфора. Лава глаз потухла, залитая Первозданной Тьмой, и вспыхнула уже в виде чёрных Солнц, окольцованных красновато-огненной короной. Стихия пошла дальше и прядь за прядью окрасила ранее золотисто-русые волосы в снежную белизну… Невероятное зрелище. И в то же время совершенно естественное. Такой была Бездна. Помимо визуального эффекта я ощущал, как Первозданная Тьма охотно забирает у Духа всю его боль и тоску, оставляя после себя лишь равновесную Пустоту. Лёгкость. Неподвижность. Покой. Гармония. Вечность. Вот что ощущала Огненная Суть, укачиваемая волнами Первородной стихии. Дух без какого-либо сожаления погружался в эти состояния абсолютного растворения всех своих импульсов. Ещё немного и наступит полное забвение…

"Куда спешить? Какой смысл за что-то бороться? Зачем возвращаться к этим бесконечным играм? Здесь так тихо и так спокойно… Так красиво… Так леденяще тепло…" – эти чужие мысли проносились в моём ментале как собственные. Огненный Дух слишком громко думал. Но в какой-то момент его ментальная активность практически полностью остановилась. Я чувствовал, как Суть засыпает под нежные прикосновения Первозданной Тьмы. Засыпает вечным сном. И не желает этому сопротивляться.

Ритмичный бит барабанным маршем отражался от поверхностей салона и с методичностью профессионального дровосека долбил по моему менталу. Я поморщился, переключая стереосистему в режим «оff». Не стану отрицать: машинный интеллект прекрасно справлялся с математически выверенным подбором созвучий. Но это было не то. Не то, что мне нужно. И хоть оно являлось таким же проявлением Жизни, я искал вполне определённые её выражения. И именно за ними направлялся сейчас в клуб. Чтобы сыграть свою мелодию. Оставалось дело за малым: подобрать инструмент на сегодня.

Даже поразительно, как сильно зависит звучание инструмента от умения его обладателя с ним управляться. Блеклые, однообразные, ничем не цепляющие мелодии не есть признак непригодности музыкальной шкатулки – оно есть следствие отсутствия навыка и вдохновения. И я занимался в том числе тем, что это исправлял. Конечно, за один такой сеанс невозможно научить музыканта искусству управления своим инструментом. Зато я наглядно демонстрировал его носителю, как он может звучать.

Сканирующее блуждание взглядом по танцполу в поисках нужного. Десять секунд. Двадцать секунд. Сорок пять секунд. Минута и двенадцать секунд. Стоп. Вот оно. В дальнем углу, в тени несущей перегородки. Маленькое зажатое затравленное существо. С массой комплексов и сомнений касательно оправданности собственного существования. Неловкие движения, извиняющийся взгляд. «Простите, что порчу вам вечер своим присутствием». Этому воплощению неполноценности даже не требовалась подобная табличка – сам вид был говорящим. Я улыбнулся. То, что надо.

– Позволите присоединиться?

Бархатные интонации, поволока прозрачно-бирюзовых радужек, лёгкая доверительная улыбка, расслабленно-уверенная поза. Девушка подавилась вдохом, останавливая свои глаза лани в свете фар где-то в районе моего подбородка. То, что я был выше выбранной мной арфы головы на две, добавляло ситуации…комичного драматизма. Я усмехнулся про себя, пробуя на вкус чужую панику.

«Прости, золотце, но бежать уже поздно». Чуть усилил ауру доминанты. Арфа обречённо звякнула и затихла, отдаваясь во власть Маэстро. Её воли хватило лишь на то, чтобы судорожно кивнуть и тут же самой испугаться своей смелости. «Ничего. Сейчас мы это исправим».

Как сыграть мелодию на арфе, когда у неё перетянуты и спутаны все струны? Сначала ослабить, затем распутать. Мягкое прикосновение к руке… Реакция: очередной испуганный вздох. Осторожное сближение, не разрывая контакта глаз… Реакция: волна дрожи по хрупкому телу. Тёплая улыбка, обволакивающая чужое сознание… Рекция: удлинённый выдох. Аккуратное объятие, создающее ощущение защищённости и комфорта… Реакция: значительное уменьшение натяжения струн. Теперь можно приступить к настройке инструмента.

Зубодробительную чечётку сменил трансовый инструментал. Ди-джей оказался понятливым и сразу отреагировал на мой настойчивый ментальный посыл. Я продолжил.

– Дыши глубже.

Не повышая динамику голоса. Арфа вздрогнула и покорно зачерпнула побольше спасительного воздуха.

– Не бойся меня. Я не сделаю тебе больно.

Хрупкое тело перестало зажиматься, добровольно следуя за направляющими его движениями. Плавное покачивание…практически убаюкивание. В переливах внешней космической мелодии.