Читаем Эллинские поэты. VIII -III вв. до н. э. онлайн бесплатно

Ладомир. 1999.

Не слишком искушенный читатель знает поэзию древних эллинов главным образом по ее вершинным достижениям - Гомер, Пиндар, Софокл, Аристофан. Кто-то еще, может быть, припомнит Эсхила, так как его "Орестею" показывали в конце 1993 г. на сцене Театра Российской армии в постановке Петера Штайна, и едва ли не все газеты так или иначе на нее откликнулись. Между тем вершины бывают заметны только тогда, когда они возникают над более или менее обширной горной цепью, в которой есть и другие возвышения.

Более подготовленный читатель - например студент филологического факультета, прослушавший краткий курс истории античной литературы, может быть, даже сохранил воспоминание о последовательной смене жанров, происходившей в VIII-V вв. до н. э. в греческой поэзии: начиналась она с гомеровского эпоса (VIII в.),[1] потом преобладала лирика (VII-VI вв.), на смену которой пришла афинская драма V в., после чего наступил перерыв примерно до середины III в. - так называемой александрийской "ученой" поэзии. И опять же, с точки зрения ведущего положения в идейной жизни общества представление о месте в ней каждого поэтического жанра недалеко от истины. Между тем и эпос в различных разновидностях (героический, наставительный, философский), и лирика в обеих ее ветвях (декламационной и песенной) продолжали существовать и в V в., и позже, хоть и подвергаясь определенным модификациям. Заполнить пробел, существующий в наших представлениях об эллинской поэзии от рубежа VIII/VII в. до III в. (за исключением драмы, которая требует нескольких отдельных томов, и Пиндара с Вакхилидом, вышедших не так давно специальным изданием),[2] и составляет задачу предлагаемого двухтомника. При этом охват представленных в нем имен и произведений оказывается таким обширным и пестрым, что дать им сколько-нибудь законченную и целостную характеристику оказывается не менее трудным делом, чем объять в одной статье путь русской поэзии от Гаврилы Державина до Андрея Вознесенского.

Как ни медленно протекало развитие общества две с половиной тысячи лет тому назад, все же за представленные здесь пять веков Греция подвергалась довольно интенсивным переменам. К началу этого периода относится становление греческих полисов (городов-государств), колонизация Южной Италии и побережья Малой Азии; все это сопровождалось классовыми смутами в самих полисах, пока в одних не победила демократическая форма правления, а в других верх не взяла аристократия. Затем возникла опасность греческой независимости со стороны могущественной персидской монархии, и разразились греко-персидские войны, самый острый этап которых пришелся на 490-479 гг., включая сражения при Марафоне, Саламине и Платеях. После заключения мира с Персией (449) обострилось вечное соперничество между Афинами и Спартой, которое привело к Пелопоннесской войне (431-404) и бесконечным столкновениям "местного значения" на протяжении всего IV в., пока Греция не оказалась под властью Македонии (336-323), а затем необъятная держава Александра Великого распалась на отдельные царства. Естественно, поэзия не могла оставаться в стороне от всех этих событий и должна была как-то на них откликаться.

К тому же в нашем собрании представлены произведения различных жанров, и имеет смысл сначала дать их краткую характеристику, а затем проследить важнейшие аспекты их развития.[3]

Древние греки, а каких-нибудь два столетия тому назад и современные исследователи, считали, что в самом начале эллинской поэзии стоял великий старец Гомер с его двумя бессмертными поэмами "Илиадой" и "Одиссеей", и, действительно, в хронологическом плане они являются первыми письменными поэтическими памятниками западноевропейской литературы. Между тем уже само их художественное совершенство могло подсказать мысль, что такие шедевры не рождаются на пустом месте и что их возникновению должен был предшествовать, как у всех народов, длительный путь дописьменного героического эпоса, отшлифованного поколениями сказителей. Здесь не место углубляться в двухсотлетнюю историю так называемого гомеровского вопроса - нам достаточно констатировать, что наряду с "Илиадой" и "Одиссеей" - одновременно или чуть позже - были созданы и другие эпические поэмы; сами греки называли их "киклическими" (от слова kyklos - "круг"), поскольку содержание каждой из них составляли не одно событие (скажем, 50 дней из последнего года Троянской войны) или судьба одного человека (например, скитания и возвращение Одиссея), а целый "круг происшествий", имевших отношение к определенной теме (судьба царского рода в Фивах, или захват Трои, или возвращение героев). Эпизодичность этих киклических поэм послужила причиной того, что от них до потомства дошли только поздний прозаический пересказ да какая-нибудь сотня стихов, сохраненных столь же поздними компиляторами. С гомеровским эпосом объединяли их литературный диалект и внешняя форма - дактилический гексаметр,[4] который на многие века остался размером всякого эпоса - героического, назидательного, научного и даже гастрономического.

Более поздняя, во многом эпигонская стадия героического эпоса представлена поэмой "Щит Геракла", которая сохранилась под именем Гесиода. Но наряду с ней известны еще около двух десятков других эпиков (одного из них - Паниасида - ставили в один ряд с Гомером и Гесиодом) и названий анонимных произведений от VIII до V в., посвященных происхождению и подвигам легендарных героев, основанию греческих городов и даже событиям современных автору греко-персидских войн. Дошедшие до нас не слишком обширные отрывки из этих поэм тоже представлены в нашем собрании.

К другому типу эпоса - назидательному (дидактическому) - принадлежат две полностью уцелевшие поэмы Гесиода и опять же приписанный ему "Каталог женщин", которые от союза с богами произвели на свет героев, давших, в свою очередь, начало целым поколениям новых героев и героинь; вступая между собой в браки, они создали очень разветвленную генеалогическую сеть мифологических персонажей. От "Каталога женщин" дошли значительные отрывки благодаря папирусным находкам, которые показывают, что эта поэма-справочник была очень популярна на протяжении всей античности.

Гексаметром стал пользоваться в V в. и философский эпос. Если от поэмы основателя элейской школы Ксенофана "О природе" дошло только около двух десятков отдельных стихов, то от такой же поэмы Парменида сохранилось значительно больше, а поэтическое наследие Эмпедокла вообще известно нам сравнительно хорошо. Отсюда уже лежал путь к философскому эпосу в римской поэзии - знаменитой назидательной поэме Лукреция "О природе вещей".

Эпос не прекратил своего существования и в IV в.: до нас дошли отрывки из огромной и, вероятно, достаточно темной поэмы Антимаха "Фиваида", но наряду с ним возникает и новый жанр - так называемый "эпиллий", малый эпос, - небольшая поэма, посвященная одной теме или одному событию. Представление об этом жанре, получившем развитие в III в., дают папирусные отрывки из "Прялки" Эринны или "Гекалы" Каллимаха. Впрочем, продолжали писать в III в. и "полнометражные" эпические поэмы на историко-мифологические темы. От одного из представителей этого жанра (Риана) дошли небольшие отрывки, другой (Аполлоний Родосский) представлен целиком сохранившейся "Аргонавтикой", выходящей по объему за пределы нашего собрания.

Не могли быть включены в него (также и по хронологическим соображениям) и образцы употребления эпического гексаметра в поздней греческой поэзии (IV-V вв. н. э.), когда Квинт из малоазийской Смирны сочинил огромную поэму "После Гомера", а в египетском городе Панополе христианский епископ Нонн - еще большую поэму о походе Диониса в Индию.

К эпическому жанру следует отнести и гимны, ошибочно приписанные Гомеру и потому так и вошедшие в научный обиход как "гомеровские". Наиболее древними (VII-VI вв.) и художественно совершенными из них являются первые пять - они же и самые обширные. Какая судьба постигла жанр эпических гимнов в III в., читатель увидит из приводимого здесь "Гимна к Деметре" Каллимаха.

Разновидностью гексаметра явился так называемый элегический дистих, в котором за шестистопной строкой следовала другая, состоявшая из двух половинок, дававших в сумме пять стоп - пентаметр.[5] Свое название дистих получил от жанра элегии - по-видимому, это фригийское слово, означавшее первоначально заплачку. Однако уже первый памятник элегии с греческого побережья Малой Азии - отрывок поэта Каллина (VII в.) - не имеет никаких признаков погребальной тематики, а совсем наоборот, призывает к сплочению сил против внешней опасности.[6] Элегии писались, как и эпос, на ионийском наречии, но отнюдь не в одной Малой Азии. Элегиями - побуждениями к бою прославился в Спарте Тиртей, элегиями-размышлениями на общественно-политические темы были знамениты на о-ве Парос Архилох, а в материковой Греции - Тиртей, Солон и Симонид с о-ва Кеос.

В V в. в элегию активно проникают симпотические (пиршественные) мотивы (см. отрывки из Евена, Крития, Дионисия), знакомые уже по Ксенофану, от которых недалеко до любовной тематики. Ее первым представителем считался Мимнерм (VI в.); большое распространение она получила в IV в. (практически не дошедшая поэма Антимаха "Лида"), а в Ш в. жанр элегии претерпел существенную трансформацию: в этом размере написал Каллимах сочинение в четырех книгах "Причины", составленное примерно из 40 эпизодов самого различного содержания: мифологического, исторического, любовного. Поэма эта целиком не сохранилась, хотя за последние 100 лет и набралось довольно много отрывков, добытых разными путями, - главным образом на папирусах. Наиболее цельные из них представлены в нашем собрании. Пути проникновения элегии в ее эротическом обличье в Рим (Проперций, Овидий) остаются до сих пор спорными.

Последний декламационный жанр в древнегреческой поэзии - восходящий к насмешливым народным песенкам ямб. Признанным мастером ямбографии являлся уже известный нам Архилох; сатирическая поэма о женщинах сохранилась от поэта Семонида Аморгосского; необычный вид ямбического стиха, так называемый холиямб ("хромой ямб") - с перебивкой ударения в последней стопе - ввел Гиппонакт. Нижней хронологической границей холиямба является опять же VI в., а затем он был возрожден в Александрии Каллимах ом, а в Риме Катуллом (I в.).

Иную разновидность поэтического творчества древних греков составлял жанр, который в наше время называют относительно поздним термином "лирика" (по сопровождавшему исполнение инструменту - лире), а древние греки обозначали словом "мелика" (от melos - "песнь"). Прослеживаемые в настоящее время истоки мелики уводят нас к поэту с о-ва Лесбос Терпандру (VII в.), к которому восходит также учреждение поэтических состязаний в Спарте. От самого Терпандра ничего не дошло (даже единственное четверостишие - призыв к Зевсу - считается неподлинным), но о творчестве его преемника в Спарте Алкмана (VII-VI вв.) мы теперь осведомлены несколько лучше благодаря папирусным находкам: его парфений ("девичья песнь"), обнаруженный в 1855 г. и опубликованный восемь лет спустя, стал одной из первых ласточек, возвестивших о возникновении папирологии как науки, благодаря которой открылись многие дотоле неизвестные сокровища древнегреческой литературы и, в частности, именно мелики. В нашем сборнике это будут в первую очередь два поэта с о-ва Лесбос - Алкей и Сапфо и два поэта с западной окраины греческого мира - Стесихор и Ивик. Разносторонним мелическим поэтом был и уже упомянутый Симонид с Кеоса, чье творчество до сих пор известно совершенно недостаточно.

По своим функциям и исполнению мелика делилась на две ветви - хоровую и сольную. В жанре хоровой мелики писали гимны богам для религиозных празднеств (пеаны - в честь Аполлона, дифирамбы - в честь Диониса и т. д.) и эпиникии - "победные песни", прославлявшие по возвращении домой победителей на общегреческих спортивных играх. Как считали древние, своей вершины эпиникий достиг в творчестве Пиндара. Произведения сольной лирики предназначались для исполнения в более узком кругу: в фиасе - объединении девушек, обслуживавших культ Афродиты (Сапфо), или на совместной пирушке мужчин, сплоченных единством общественных интересов в так называемую гетерию (Алкей). К ним могут быть прибавлены и сколии ("кривые песни"), которыми обязаны были поочередно обмениваться участники пира.

Поскольку многие поэты-мелики выступали и в ее хоровой и в сольной разновидности, античные ученые не отделяли их друг от друга, а из имен наиболее выдающихся поэтов классической мелики составили так называемый канон из 9 поэтов: Алкман, Стесихор, Алкей, Сапфо, Анакреонт, Ивик, Симонид, Пиндар, Вакхилид. В нашем собрании мы последуем примеру древних филологов.