Читаем Волки и лохи онлайн бесплатно

«На одного вора — полтора вора.» (Французская пословица)

Первая «фильма» состоит из следующих глав:

Глава I. Триумф Сваакера

Глава II. О Франции и французах

Интерлюдия Первая, она же и последняя. Вместо предисловия.

Глава III. Политика и Высокое Искусство

Глава IV. Мистер Сваакер и его бизнес

Глава V. Три Великих Принципа мистера Сваакера

Глава VI. Таинственное объявление, или Сваакер в Париже

Глава VII. Магия и ее разоблачение

Глава VIII. Операция «Надежда»

Кто есть кто:

Сваакер — Великий Комбинатор от Рекламы, мультимиллионер и Столп Общества. Очень счастлив в браке. О своей деятельности он говорит так: «Все очень просто и базируется на самой сути любого бизнеса: у их клиентов имеются деньги, и они хотят эти деньги заиметь. После того, как это произошло, у них имеются деньги, и мы хотим эти деньги заиметь. Мы просто стоим выше их в пищевой цепочке. Биологи назвали бы нас суперхищниками.». Сваакеру пятьдесят два года.

Лиззи — жена Сваакера, жизнерадостная и энергичная женщина. Очень счастлива в браке, исключительно заботливая жена и мать, а впоследствии и образцовая бабушка. Ас коммерческой разведки и правая рука мужа. Лиззи пятьдесят два года.

Нил Мерфи — лучший друг Сваакера еще со студенческих времен. Клан Мерфи — одно из самых богатых семейств штата. Нил Мерфи долгое время был самым влиятельным членом горсовета двухмиллионного города, а затем передал этот пост своему младшему брату, сам же занял пост председателя правления крупнейшего банка штата, которым владеет клан Мерфи. Нилу пятьдесят один год.

Лора — мелкий, но успешный хищник, совершенно беспощадный к своим конкурентам. Начинала как официантка и барменша, сейчас же она хозяйка процветающего ресторана. Очень счастлива в браке, образцовая жена, мать и невестка. Лоре двадцать девять лет.

Келли — лучшая подруга Лиззи еще со школьных времен, хозяйка процветающей художественной галереи. По профессии искусствовед. Келли пятьдесят два года.

Хендрикс — известный в кругах французских судовладельцев маклер, при посредстве которого были проданы одиннадцать теплоходов, не говоря уже о десятках сделок помельче. Бельгиец, но живет и ведет бизнес в Париже. Хендриксу сорок восемь лет.

Пятница шестнадцатого августа две тысячи девятнадцатого года стала для Сваакера днем его триумфа. В три часа дня акции Третьего Федерального Банка упали до пятидесяти одного доллара (именно в этот момент оба нанятых Сваакером брокера по его команде вышли из игры и монетизировали свою прибыль), а ведь последние полтора года эти акции стабильно держались выше семидесяти долларов. В четыре часа дня Нил Мерфи, председатель правления Первого Национального Банка, сказал члену правления и своему лучшему другу Сваакеру, что Третий Федеральный Банк уже связался с ним. Они согласны на поглощение Первым Национальным. У них просто нет другого выхода. Это была грандиозная Победа, и Маршалом этой Победы был Сваакер! Патриарх клана Мерфи, отец Нила Старина Эдвард велел передать Сваакеру, что благодарность клана Мерфи Сваакеру не имеет границ. От себя же Нил добавил, что игра на понижение, которую организовал Сваакер, помимо полного разгрома конкурента, принесла клану Мерфи еще и примерно семь миллионов восемьсот тысяч долларов чистой прибыли. Свои десять процентов, то есть кассирский чек на сумму около семисот восьмидесяти тысяч долларов, Сваакер получит в понедельник, сразу после заседания правления, на котором будет официально принято решение о поглощении Третьего Федерального Банка.

Сваакер от всей души поблагодарил Нила, заверил его, что готов и впредь расправиться с любым врагом Первого Национального Банка и клана Мерфи, и попросил передать Старине Эдварду, что для него, Сваакера, такие слова дорогого стоят и что для него сотрудничать с кланом Мерфи — большая честь. Разумеется, это были только слова, и Нил прекрасно это понимал, он ведь отлично знал своего друга Сваакера. Сваакер никогда ни на кого не смотрел снизу вверх, в том числе и на Старину Эдварда. Он любил цитировать Уинстона Черчилля: «Собака смотрит на человека снизу вверх, кошка — сверху вниз, и только свинья смотрит на него, как на равного!».

До шести часов вечера, когда Сваакер обычно по вторникам и пятницам играл в кегли, оставалось еще два часа. Но ехать домой уже не было никакого смысла. Сваакер позвонил своей жене Лиззи и сказал, что до кегельбана он часа полтора побудет в закрытом частном клубе «Гаудеамуса», заодно там и пообедает, а домой поедет уже сразу после кегельбана.

Вот такие дела, друзья мои. Мораль сей басни такова: Так выпьемте же за то, чтобы у нас каждый день был Триумфальным!

Хозяйка ресторана «Монтана», худощавая рыжеватая Лора, радостно приветствовала Сваакера, сама проводила его в закрытый частный клуб на четвертом этаже и даже настояла на том, чтобы лично, вместо официанта, принять его заказ. Сваакер сразу понял, что мелкой, но успешной хищнице что-то от него, суперхищника, надо. Он не возражал. Когда амурский тигр голоден или раздражен, он раздерет на части медведя или лося. Но когда он сыт и доволен жизнью, благодушно разрешит хитрой лисице жить и даже позволит ей воспользоваться тем, что останется от его трапезы!

Он не стал испытывать терпение Лоры, а сразу пригласил ее за стол: он же видит, что она хочет с ним о чем-то поговорить! Лора села напротив Сваакера и сказала: «Да, мистер Сваакер, вы правы, я хотела с вами поговорить. Понимаете, и мистер Карпентер, и мистер Сводли, и братья Мерфи — все в один голос говорят, что вы можете все!». Сваакер засмеялся и уточнил: «Могу все или способен на все?». Лора тоже смеялась: «Я думаю, когда они это говорят, они имеют в виду и то, и другое!». Отсмеявшись, суперхищник и мелкая хищница перешли к сути дела.

У мужа Лоры Дэйва есть тетка, сестра его матери. Тетка Роза много лет живет во Франции, замужем за французом. Ее муж, мсье Лефорж, — владелец судоверфи, которая специализируется на постройке яхт самых разных размеров и классов. Он унаследовал эту верфь от своего отца. Сейчас мсье Лефорж и Роза гостят у матери Дэйва, и мсье Лефорж поделился со свояченицей и племянником своей проблемой.

Во Франции налоги на бизнес высчитываются по прогрессивной шкале. До пятисот тысяч евро — двадцать восемь процентов, а все, что свыше пятисот тысяч евро, — тридцать три и одна треть процента. До сих пор верфь мсье Лефоржа приносила достойный, но не чрезмерный доход. Например, в прошлом году его верфь принесла примерно восемьсот тысяч евро. По шкале он должен был заплатить двести сорок тысяч. А использовав все дозволенные законом списания, он заплатил меньше двухсот тысяч евро и был вполне доволен жизнью.

Но этот год был для его верфи необыкновенно удачным: спрос на яхты резко увеличился, и многие яхты, которые были построены в прошлом и даже в позапрошлом году, были успешно проданы в этом году. И получилось так, что его чистая прибыль на данный момент составляет огромную, никогда не виданную в его бизнесе сумму — три миллиона шестьсот тысяч евро. Скорее всего, до конца года прибыль еще увеличится, но даже если это и не произойдет, ему придется заплатить по налогу один миллион сто семьдесят тысяч евро!

Конечно, другой бы радовался, что у него еще остается чуть ли не два с половиной миллиона евро, но французы — народ на редкость прижимистый, даже похлеще шотландцев. Мсье Лефорж не может спокойно об этом говорить, весь наливается кровью. Но и не говорить об этом он тоже не может, ведь сейчас он не способен думать ни о чем другом. Мсье Лефорж уже консультировался с двумя лучшими в Марселе специалистами по налогам. Оба предлагают только небольшие списания с налогов, о которых он и сам прекрасно знает и которыми он пользовался всю жизнь. Роза честно сказала своей сестре, Лоре и Дэйву: она боится, что, когда муж будет заполнять налоговую декларацию, его инфаркт хватит! А ведь он хороший человек. Они двадцать с лишним лет прожили душа в душу. Она и поездку к сестре затеяла, чтобы муж хоть как-то отвлекся и развеялся. Но и поездка в Штаты ничуть не помогла.

И Лора закончила свое скорбное повествование: «Мистер Сваакер, вы же знаете, какие евреи родственные. И Дэйв, и свекровь действительно очень расстроены и очень хотели бы помочь. Как вы думаете, можно здесь что-нибудь сделать?».

Сваакер, немного подумав, сказал: «Если он говорит, что в этом году продавал яхты, которые были построены еще два года и год назад, то у него и сейчас, наверно, есть яхты, которые он построил в этом году и еще не продал?». Лора объяснила, что все яхты, построенные в этом году, он тоже продал, кроме одной, на которой сейчас заканчивается модернизация. Это самая дорогая яхта из всех, с которыми его судоверфь когда-либо имела дело. Эта яхта сейчас числится в активах верфи по стоимости в четыре миллиона евро. Ее можно будет продать за пять или даже за пять с половиной миллионов евро. Но мсье Лефорж ни за что не продаст ее в этом году, иначе его чистая прибыль вообще будет около пяти миллионов евро. Отдать треть от такой суммы — этого он точно не переживет!

Сваакер слушал Лору и диву давался. У него есть на балансе яхта в четыре миллиона евро, и он не знает, что делать? И даже эта сумма, которая перекрывает его чистую прибыль, не навела его ни на какие мысли? Да это же большой ребенок! И как он до сих пор не прогорел?

Сваакер сказал, что он, вполне возможно, сможет помочь мсье Лефоржу. Они с Лиззи раз в две-три недели бывают в галерее Келли, и он думает, что это хорошее место для встречи с мсье Лефоржем. Ведь он, Сваакер, дома делами не занимается, а ресторан — не самое подходящее место для встречи с иностранцем, они привлекут к себе внимание, а это совершенно ни к чему. Вот адрес галереи Келли. Они с Лиззи будут там завтра в четыре часа дня.

Лора поблагодарила Сваакера и ушла звонить родне. Сваакер же позвонил Лиззи и сказал, что у него намечается интересное дело. Пусть Лиззи соберет все данные по одному французу и его бизнесу. Его зовут Жан-Люк Лефорж, он живет в Марселе, хозяин судоверфи «Глория». И еще пусть Лиззи сделает подборку по французской налоговой системе. Вглубь копать не надо, достаточно общих сведений.

Вот такие дела, друзья мои. Мораль сей басни такова: Так выпьемте же за то, чтобы наши прибыли только росли, а наши налоги только уменьшались!

Дорогие читатели!

Прежде всего, я должен вас предупредить: я пишу эту интерлюдию НЕ ДЛЯ ТОГО, чтобы объяснить, что, собственно, я хотел сказать своей книгой, и НЕ ДЛЯ ТОГО, чтобы объяснить, зачем, почему, о чем и для кого была написана эта книга. Я думаю, что автору, который отвечает в своей интерлюдии, предисловии или послесловии на ТАКИЕ вопросы, лучше выбрать себе какое-нибудь другое занятие, потому что книги — это явно не его чашка чая.

Я пишу эту интерлюдию для того, чтобы дать некоторые пояснения, которые я не мог дать в самом тексте книги (там они выглядели бы неуместными, неуклюжими и вообще чужеродными) и которые совершенно необходимы для правильного понимания книги.

Итак, приступим!

Жанр романа «Волки и лохи» — социальная сатира, но в то же время сюжет книги очень близок к приключенческому жанру, в особенности к авантюрному роману. В таком «гибриде» нет ничего нового. Именно по этому принципу были созданы такие вершинные достижения мировой сатиры, как «Двенадцать стульев», «Золотой теленок», «Приключения Гекльберри Финна», «Похождения бравого солдата Швейка», «Мертвые души». Я в Гоголи и Гашеки не лезу, а просто использую приключения Великого Комбинатора от Рекламы Сваакера, его ученика и соратника Алекса и кооператора-экспроприатора Микки Харпера для того, чтобы показать десятки разных персонажей и десятки разных жизненных ситуаций, которые все вместе, как камешки в мозаике, позволяют мне отразить Большую Картину.

США официально делятся на четыре региона: Северо-Восток, Средний Запад, Юг и Запад. Город и округ, в которых в основном происходит действие книги, находятся в одном из штатов Среднего Запада, причем они граничат со штатом, который входит уже в регион Северо-Восток. Такой выбор локации на самом стыке двух регионов сделан не случайно. Дело в том, что эти два региона, Средний Запад и Северо-Восток, совершенно не отличаются друг от друга ни обычаями, традициями и нравами, ни культурой, ни в экономическом, политическом или финансовом отношении. По существу, эта территория разделена на два региона только для удобства политиканов, да разве что еще статистиков. И в то же время разница между этими двумя регионами и регионами Запад и Юг колоссальная. По существу, это уже даже не разные регионы, а разные страны, а, скорее, даже разные континенты.

Моя книга описывает жизнь именно этих двух регионов, Среднего Запада и Северо-Востока, причем описывает ее с точки зрения среднего белого американца. Именно этим и вызвано то, что многие стороны жизни я описываю очень подробно, а некоторые вообще не упоминаю, как будто их и вовсе нет. Я очень подробно описываю те стороны жизни, которые важны для среднего белого американца, живущего на Среднем Западе или на Северо-Востоке, и не упоминаю то, что для него не имеет особого значения.

Он, например, конечно же, знает, что существуют Армия, Наука, Космос, Международная Политика, Большая Литература. Но эти вопросы целиком выпадают из его повседневной жизни. Поэтому и в моей книге о них не сказано ни слова. В то же время он отдает дань политкорректности, толерантности и прочим благоглупостям, о которых вследствие этого я тоже должен был сказать в своей книге.

Я постарался отразить взгляд среднего белого американца на пандемию ковида: он знает, что кто-то пострадал, кто-то даже умер от ковида, но в основном его интересует, кто какой капитал на этой пандемии нажил, а также жестокое, с его точки зрения, ущемление его прав двухмесячным карантином в барах, кафе и ресторанах.

Средний белый американец очень хорошо понимает, что Большая Политика на уровне выборов губернатора или президента для него в миллион раз менее важна, чем политика на местном уровне, в городе и округе. И именно эту местную политику я и отразил в своей книге.