Читаем Сладкая тьма: Девушка в погребальном мраке (ЛП) онлайн бесплатно
Над переводом работала команда RuRa-team
Перевод с английского: Rindroid
Работа с иллюстрациями: Malfurik
Сверка с английским: idiffer
Редактура: Venza, WhitoNek
Перевод на английский: NanoDesu
Самый свежий перевод всегда можно найти на сайте нашего проекта:
Чтобы оставаться в курсе всех новостей, вступайте в нашу группу в Контакте:
Для желающих отблагодарить переводчика материально имеются webmoney-кошельки команды:
R125820793397
U911921912420
Z608138208963
QIWI-кошелек:
+79116857099
Яндекс-деньги:
410012692832515
PayPal:
paypal@ruranobe.ru
А так же счет для перевода с кредитных карт:
4890 4943 0065 7970
Версия от 10.10.2016
Любое распространение перевода за пределами нашего сайта запрещено. Если вы скачали файл на другом сайте - вы поддержали воров
Звёзды уже ушли с небосвода.
Далеко на востоке разгорался рассвет. Деревья, до этого укрытые темнотой ночи, постепенно наполнялись цветом.
Он опаздывал.
Парень боролся со странного вида монстром. Существо напротив него по форме напоминало огромную, словно сделанную из острых клинков, змею. Кровь уже насквозь пропитала его одежду.
Но лишь змея была на пороге смерти.
Юноша неосторожно шагнул вперёд, и монстр, умирающий, едва способный двигаться, пронзил его грудь одним из своих клинков. Это была последняя попытка сопротивления.
Труп существа замер, и юноша испустил усталый стон, когда мучительная боль пронзила всё его тело. Битва с этим существом нельзя было назвать настоящим сражением: просто он сделал то, что сделала бы
Но времени на отдых не было.
Надев пальто, спрятанное под землёй, он схватил свою лопату. Знакомая рукоять наполнила его отвагой, словно старый друг решил поддержать и успокоить своего партнёра.
Оставляя красные следы на земле, юноша поспешил прямиком к могиле. Его ноги отяжелели, будто их притягивало к земле. Он проклинал свою медлительность.
Борясь с болью, он, наконец-то, добрался до края могилы. Парень остановился и воткнул лопату в землю, но уже после нескольких копающих движений отбросил её, опустился на колени, и, словно крот, начал рыть землю.
Под грязью его пальцы нащупали несколько прядей рыжевато-коричневых волос. В могиле он увидел свою возлюбленную, с ручейками слёз на щеках, спящую так тихо, будто она была мертва.
Это вполне естественно. После всего ужасного и жестокого, что он причинил ей. Тем не менее, теперь он собирался сделать кое-что, что было ещё хуже.
Юноша эгоистично взмолился: «Я надеюсь, она простит меня».
Земля под его ногами была сырой. Всё, что он слышал — это звуки колышущейся листвы и крики птиц. Хотя на глазах у юноши была повязка, он быстро понял, что его высадили недалеко от леса.
Распрощавшись со зловонным запахом старого полицейского фургона, он с наслаждением вздохнул полной грудью. Подумать только, он даже не мог вспомнить, дышал ли до ареста таким чудесным воздухом, как этот.
Когда он собрался в очередной раз сделать глубокий вдох, вдруг получил сильный толчок в спину.
— Вперед, каторжник 5722.1
Услышав своё имя, он пошёл в указанном направлении. Ростом парень был выше среднего и такой комплекции, что издалека его можно было принять за взрослого мужчину. Но при взгляде на область рта, на безупречную, загорелую кожу, на слабую растительность на теле становилось абсолютно понятно, что ему ещё нет и 20 лет.
— Где я? Нет, лучше скажите, куда меня направляют? — приглушённо пробормотал парень низким, сиплым голосом.
Ему стало интересно, скрывала ли повязка на глазах специальный лагерь, и сколько же часов он находился в полицейском фургоне. Никто так и не потрудился сказать, куда его направляют. Он и сам не осмелился спросить об этом. Даже если бы спросил, он знал, что на его вопрос существовало только два допустимых ответа. Либо его наказали соответственно прошлым проступкам, либо подставили, и ему придется расплачиваться за то, чего он не совершал.
Юноша думал, что идти с закрытыми глазами будет сложно, но на самом деле дорога была ровной. Поскольку он не мог положиться на зрение, остальные органы чувств обострились, чтобы собрать информацию об окружающем мире. На руки одели наручники, а офицер военной полиции тянул его вперёд. Этот тип не проявлял никакой человечности.
Парень чувствовал восхитительные лучи раннего летнего солнца и вдыхал благоухающий воздух леса. Даже иногда наступая на траву, он ни разу не оступился и не споткнулся о торчащий корень. Это место не казалось дикой, нетронутой глушью.
И это было странно.
Его сердце забилось сильнее.
Хотя он не мог сказать наверняка, он чувствовал, что земля, по которой он шёл, не походила ни на что, встречавшееся за 16 лет его жизни.
В голове блуждали воспоминания и образы того, что с ним происходило, событий, свидетелем которых он стал. Старый буковый лес, кирпичная кладка и мощёные камнем улицы его родного городка. Он видел снег, покрывающий безымянные дороги, и одинокого солдата, продолжающего рыть окопы на пустыре.
Куда ни посмотри, везде виднелись следы их танков. В воздухе висел запах нефти, угля и песка. Он вспомнил колеи, оставшиеся после прохода обоза поддержки, а также вид и запах конского навоза, разбросанного вокруг. Останки разрушенного военного лагеря были испещрены следами от разрывных снарядов. А ещё он вспомнил запах пороха… и зловоние горящей человеческой плоти.
Он весь вспотел. Одна из капель пота медленно стекла вниз по его шее к ошейнику. К оковам, которые не давали ему сбежать. Несмотря на то, что это раздражало его, было бесполезно пытаться избавиться от них. Ни наручники на запястьях, ни железное кольцо на шее не позволяли делать то, что ему хотелось. Более того, хотя ноги ему не сковали, любая попытка поднять бёдра причиняла мучительную боль, и он чувствовал, как его ноги наливаются тяжестью.
Он не хотел дальше идти.
Оставаясь в плену тьмы под повязкой на глазах, внезапно он почувствовал в груди странный импульс. Ботинки были специально зашнурованных так, чтобы предотвратить возможное самоубийство, и ему показалось, что трава под ногами стала редкой, как растительность на его лице.
«Такое ощущение, что я взбираюсь на холм…»
Верёвка, обвивающая его запястья, натянулась туже.
Офицер остановился и резко цокнул языком. Парень напрягся, готовясь к порке, однако боли не последовало. Вместо этого с его лица грубо сорвали повязку. Глаза настолько привыкли к темноте, что столь резкий переход к яркому солнечному свету был болезнен. Он быстро отвернулся, словно его ударили, и закрыл лицо руками. Это вызвало у офицера лишь смех.
— Смотри вверх, отродье.
Моргая, парень сделал то, что ему велели.
Картина перед глазами предстала расплывчатой, белёсой и затуманенной.
Первым на глаза ему попался охранник. Как он и ожидал, это был мужчина лет тридцати с худым, длинным лицом, которое чем-то напоминало лошадиное. Следующим, что он увидел, стала влажная земля с разросшейся на ней растительностью… и могилы.
Могилы. Ещё могилы. Множество могил. На лесной поляне стояло бесчисленное количество памятников смерти. Надгробия были различных форм и размеров, и даже расстояние между ними были до странности несимметричными. Некоторые надгробия стояли в десяти шагах друг от друга, а одно из них возвышалось над всеми. Казалось, что половина могил находилась в лесу. Некоторые надгробия были как новые, другие же давным-давно разрушил дождь — надписи и эпитафии на них прочитать было невозможно. Единообразием или каким-либо порядком здесь и не пахло.
— Не может быть?.. — испытав потрясение, не переставал задавать вопросы парень. — Неужели вы заставили меня идти сюда лишь для того, чтобы не утруждать себя перевозкой моего трупа?
Мужчина ответил, смеясь:
— А что, если и так?
— Тогда, наверное, это станет очередной трагичной смертью невиновного, ставшего жертвой ложного обвинения.
В ответ страж ударил его в живот.
Хотя парень сложился пополам от боли, цвет его лица остался неизменным, и он горько улыбнулся. С момента приговора к пожизненному заключению он и не думал, что его могут тут казнить.
— В любом случае, — продолжил тюремщик, — это именно то место, куда тебя отправили.
Страж указал костлявым пальцем в том направлении, куда они двигались. Вдалеке, на границе между лесом и кладбищем, парень мельком увидел белые стены поместья. Оно было едва заметно, словно похоронено в густой зелени широколиственных деревьев. Насколько он мог видеть, это место выглядело так, словно там жил только лишь один человек.
Когда они подошли к поместью ближе, юношу потянули за верёвку, привязанную к его наручникам. Он заметил, что стены не были покрашены в белый цвет: на самом деле это был цвет необработанного камня. Здание также не было большим, но его по периметру окружал палисад из чёрного железа без единого следа ржавчины. Несчётные верхушки столбов ограждения, каждая из которых выглядела как наконечник копья, смотрели вверх, будто отгоняя воров. Железная дверь бокового входа, которая почти сливалась с железными столбами, оставалась закрыта. Как и следовало ожидать, для них не собирались устраивать приветственную вечеринку.
Парень начал сомневаться, а жил ли тут вообще хоть кто-нибудь. В этом месте не было никаких следов человеческой активности. Между забором и зданием расположился небольшой сад, который, хотя и был весь заполнен растительностью, оставался блеклым и невыразительным, словно хозяин и не думал заботиться о нём. Фонтанов там тоже не было, как и скульптур. Он не увидел тут даже верёвки для сушки белья.
Однако вместо всего этого на воротах стоял механический звонок и телефонная трубка. И это было удивительно. Люди из низших классов не могли позволить себе такие вещи, как телеграф, не говоря уже о том, чтобы обустроить входные ворота подобным образом. Когда речь заходила о телеграфах или телефонах, это его всегда интриговало, так как, хоть он часто видел их во время военной службы, но, как и танки, их могли использовать только офицеры-специалисты. Такие люди, как он, которые служили лишь расходным материалом, не имели возможности даже прикоснуться к таким вещам.
«Ух, ты! Поразительно! Это место не так уж плохо» — удивлённо подумал парень, но вслух говорить ничего не стал.
Охранник, не знакомый с таким приспособлением, неуклюже нажал звонок. После этого он взял телефонную трубку, за которой тянулся длинный тонкий провод.
— Военная полиция Филбарда, прапорщик Баррида. Как и было обговорено, я привел каторжника 5722.
Спустя некоторое время до жути хриплым голосом ответил явно старый мужчина:
— Мы ждали Вас. Премного благодарен, офицер. Мы действительно очень ценим Ваши услуги. — Звук в трубке был настолько громким, что юноша, стоящий позади стражника, мог без проблем слышать весь разговор. — На этом, офицер, Ваши обязанности исчерпаны. Поскольку теперь Мы будем контролировать текущую ситуацию своими силами, Мы более не желаем причинять Вам неудобства. Мы надеемся, что у Вас не будет никаких трудностей по дороге домой. Безопасного пути, и оставайтесь в добром здравии.
Услышав это, длиннолицый стражник начал закипать от гнева. Неважно, насколько вежливо были сказаны эти слова, но отказав в личном визите, отнесясь к нему, как к простому посыльному, они задели его офицерскую гордость.
Стражник ответил напряжённым голосом:
— Но мой долг заключается в том, чтобы лично убедиться, что каторжник действительно был доставлен по адресу. Я бы хотел, чтобы вы открыли мне дверь. И кроме того, не грубо ли даже не показывать лицо, когда с кем-то разговариваете?
— Мы ценим Вашу ответственность. Однако, хотя Мы выражаем Вам свою благодарность за приезд сюда, документы на каторжанина были подписаны двумя сторонами: мной и вашим начальством. Более того, касаемо содержания этого соглашения, я не припоминаю такого пункта, который требовал бы того, чтобы передавали этого юношу непосредственно вы…
— Но… — Несмотря на то, что офицер не собирался уступать в споре, до того, как он смог что-либо сказать, голос из трубки прервал его:
— Простите, солдат. Вы ведь прапорщик Баррида Клеменс, прикреплённый к Восточному Филбарду на территории тюремного лагеря Ракасенд?
— Эээ, да, всё верно… — с подозрением ответил страж, не ожидавший, что его полное имя будет известно.
Кто бы ни был на другом конце провода, говорил он настолько вежливо, насколько позволял его голос.
— Тогда ради Вашего же удобства, пожалуйста, позвольте на Наше усмотрение организовать для Вас поход в ресторан «Кошачье Ушко» у подножия горы. Там вы сможете приятно провести время в компании женщины вашей мечты. Разумеется, напитки и другие услуги будут Нами полностью оплачены. И поскольку Ваше возвращение в лагерь для задержанных будет отложено до следующего дня, мы проинформируем Ваше руководство. Итак, что Вы думаете об этом предложении?
Столкнувшись со столь откровенной взяткой, офицер заморгал, уставившись вперёд пустым взглядом. Сменив тему разговора так, будто финальная точка в споре уже поставлена, хриплый голос продолжил:
— Что до юноши, надет ли на нём ошейник?
— Хм… — Офицер решил долго не медлить. — Да, это так.
Офицер удручённо повесил телефонную трубку и беспомощно проворчал: «Я больше ни минуты не желаю оставаться в этом мрачном месте». Он обернулся, и в тот момент, когда на глаза ему попался юноша, на его лице появилось смущение.
Потом страж вспомнил, что смотрит на никчемного каторжника, и плюнул ему под ноги.
— Эй, убийца старших офицеров, даже не думай о побеге!
Выбросив сигаретный окурок, стражник освободил руки парня от верёвки, намотанной на наручники.
— Раз в месяц будет проводиться проверка. Если возникнут какие-то проблемы, тебя незамедлительно отправят в лагерь для заключённых. И если наниматель будет хоть чуть-чуть недоволен тобой, ничто не помешает ему оставить на тебе ошейник. Кроме того: неважно, где ты окажешься, тебе некуда бежать.
Смеясь, парень ответил:
— Такое чувство, что, если бы я спрятался под землёй, меня бы вообще никто не нашёл.
Услышав это, офицер захохотал. Казалось, его настроение улучшилось в сто раз по сравнению с последними минутами. По лошадиному лицу стража парень понял, что его ожидает много неожиданных визитов.
