Читаем Требование ягуара (ЛП) онлайн бесплатно

Данилио Таварес бродил по комнате своей квартиры, размышляя о том, как долго ему еще ждать свою кошечку. Десятки лет. После недели, проведенной в Штатах, сегодня на рассвете он прилетел в Бразилию. Он не собирался ждать больше ни минуты. У него не было ни тени сомнения, что она создана для него, даже, несмотря на то, что это их семьи соединили их.

Задаваясь вопросом, почему же так долго, он остановился напротив окна. Перед его глазами предстала лишь буйная растительности и совершенно пустая дорога. Путь домой должен был занять у нее не более часа. Однако, она опаздывала уже более чем на час. С каждой уходящей секундой его чутье все явственнее подсказывало ему, что что-то было ни так. Он отошел от окна, упрекая себя за предсвадебную нервозность.

У него не было причин чувствовать напряжение. Кто-то сказал ему, что она все еще носит кулон, который он сделал для нее много лет назад. Он был еще ребенком, когда у ведьмы в лесу купил кусочек черного оникса. Он начал обрабатывать камень, порезался до крови и чертыхался, но никогда не расставался с камнем, пока из оникса не появился маленький черный ягуар.

Ему не позволили сделать ей подарок лично. Но словно между ними была связь, и он знал момент, когда оникс прикоснулся к ее коже. Он не мог больше ждать, он хотел увидеть кулон на ее обнаженной груди.

Он глубоко вздохнул, представляя, как бы они узнали друг друга. Как девственница, она бы не имела опыта. Он бы нежно ласкал ее. Было бы нелегко себя сдерживать, но он бы постарался, чтобы доставить ей наслаждение. Руками и языком он бы сделал ее задыхающейся от страсти. Он хотел чувствовать, как бьется ее сердце, вдыхать ее запах и слышать, как она кричит от наслаждения. Только когда она попросила, нет — умоляла бы его взять ее, он резко вошел бы и овладел ею по-настоящему. Со временем, они бы исследовали самые тайные наслаждения.

Когда открылась дверь, он легко вскочил. Но вместо его будущей невесты в дверях появилась ее бабушка.

— Ну, — сказал Данилио — Где она?

— Мы искали везде. Она уехала.

— Что это значит — уехала?

— Ее младшая сестра это подтвердила. Она сбежала. Я боюсь, что она не вернется.

— Она сбежала от меня?

Все его тело пронзил холод, когда он понял, что произошло. Его любовь, его девочка отвергла его. Его инстинкты заставил его измениться и поймать ее. Выследить ее и сделать своей даже против ее воли. «Танеша», — прошептал он, тоска боролась в нем с жаждой мести. Если он когда-нибудь найдет ее, он не будет нежным.

«Настало время уносить мою разбитую задницу из Манхеттена». Танеша да Сильва поставила дымящуюся чашку кофе на стол и поудобнее устроилась в кресле. — Осторожно, очень горячо, — добавила Танеша предупреждающе, но было слишком поздно. Ее лучшая подруга Серена, обожгла о горячую чашку пальцы и, чтобы их охладить, трясла ими в воздухе.

Серена щелкнула пальцами над кофе. Пар исчез. — Я все еще не понимаю, зачем ты уезжаешь?

— Я трахнула всех мужчин в этом чертовом городе. Никого не осталось.

Серена засмеялась. — Не хвастайся, сладкая.

Танеша закрыла глаза, наслаждаясь ароматом свежемолотого кофе, который распространился в воздухе. Когда она приехала в Нью-Йорк пять лет назад, Серена была ее моральной опорой. Танеша сдержала вздох, подступивший к горлу. — Сахар и сливки? — указала она на кофе Серены. Она подняла чашку и сделала глоток. — Я предпочитаю крепкий черный.

— Мы все еще будем говорить о кофе? — подмигнула ей Танеша. Насколько она знала, Серена вела жизнь монашки.

Серена поджала губы. — Если бы я знала, что найду тебя в таком хорошем расположении духа, я бы не осталась, чтобы составить тебе компанию. — Серена бросила оценивающий взгляд на девушку. Ты выглядишь намного лучше, чем я ожидала.

Танеша сглотнула подступивший к горлу ком и только уклончиво хмыкнула.

Она чувствовала себе совсем не хорошо, но старалась держать лицо и устроила себе прощальный ужин. Она поставила на стол свой самый лучший фарфор, столовое серебро, расставила лакомства. Это был ее последний ужин в Манхеттене, и все должно было быть на высоте. — Я так счастлива, что ты осталась — спокойно сказала Танеша. — Но давай не будем скучать. Еще чашку? — Танеша подскочила и направилась на кухню. Этот кофе от Эмилио. Чистый бразильский, свежемолотый. А я не могу себе больше позволить делать покупки у Эмилио.

— Чистый бразильский? — усмехнулась Серена. — Как ты. Какое совпадение.

Танеша подняла глаза, разливая свежий кофе по чашкам. — Да, медовая. Танеша бросила раскаленный взгляд на Серену. — Но я все-таки гораздо дороже.

Рот Серены изогнулся в усмешке. — Я всегда удивлялась, почему парни платят тебе. Они никогда не понимали, что ты используешь их. Ты — сексуальная кошечка.

— Не дразни меня. — Танеша вонзила зубы в рогалик, который она намазала черничным джемом. — Я стою каждый доллар.

— Тогда почему же ты уезжаешь? — спросила Серена. — Почему не начнешь все с начала?

Танеша пожала плечами, смакуя на языке черничный вкус, который восхитительно переплетался со вкусом свежей выпечки. Конечно, она могла бы начать все заново, начать с нуля. Было бы неправдой сказать, что она сама не обдумывала эту идею. Она тяжело работала, чтобы попасть в свои шикарные апартаменты на Аппер Запад Сайд. Ну хорошо, пусть это не совсем правда. Ее работа никогда не была тяжелой работой, а больше напоминала увлекательную разминку.

— Я рискнула всем — сказала Танеша, внутренне проклиная себя в сотый раз. Проклятый брокер, проклятая фондовая биржа, но больше всего, ее проклятая глупая черта без необходимости подвергать все риску. Она могла утроить свои сбережения, как делала до этого, но в этот раз она не смогла. — Я потеряла все. — В конце декабря она должна уносить свою задницу из квартиры. Танеша окунула палец в чашку со взбитыми сливками. С глубоким вздохом она слизала их с пальца. — Сейчас я чувствую себя уничтоженной.

— Поэтому ты пакуешь свои чемоданы и возвращаешься на родину?

— Может быть, мне нужно что-то большее, чем Манхеттен? — сказала Танеша. — Настало время уехать. — Хотя, возвращение к бабушке в Бразилию не было шагом вперед, скорее это был бы шаг в прошлое. — Серена, мне будет тебя не хватать. — Комок подступило к ее горлу, и она хотела бы забрать эти слова назад. Если бы Серена обняла ее, она бы заплакала как ребенок.

Серена открыла свою сумочку от Кейт Спейд и начала выкладывать ее содержимое на диван. — Я сделаю тебе прощальный подарок. Конечно же, если я его найду, — пробормотала она.

Танеша с улыбкой наблюдала за тем, как она вытаскивала травы и маленькие засушенные части животных из ее модной сумочки, и радовалась тому, что Серена не настолько мягка, чтобы быть чрезмерно эмоциональной.

— Я знаю, это где-то здесь, — Серена практически вывалила все содержимое сумочки на пол.

— Не торопись. Мой самолет отправляется только в девять часов.

Зазвонил телефон, прерывая сердитый ответ Серены. Танеша выпрыгнула из кресла и схватила трубку.

— Да, я слушаю. Кто это?

— Танеша да Сильва?

Танеша приподняла бровь. Красивый, глубокий, незнакомый мужской голос, а ведь это ее личная линия. — Кто спрашивает?

— Я хочу вас увидеть», — сказал он, проигнорировав ее вопрос. — Я пришлю водителя.

Танеша открыла рот, снова его закрыла и решила все же оставаться вежливой, вместо того, чтобы послать его. — Я боюсь, это какое-то недоразумение.

— Нет, это не недоразумение, — ответил он, его голос стал еще ниже, от чего по коже Танешы пробежала дрожь.

Танеша медленно выдохнула, перевела взгляд на Серену, которая кончиками пальцев держала браслет из черных и золотых переплетенных нитей. Она накрыла телефон рукой. — Дружеский браслет — произнесла она, обращаясь к Серене. — Как это мило с твоей стороны.

— Вы все еще здесь?

Танеша вновь сосредоточила свое внимание на парне с той стороны провода. — Конечно, я здесь. — У него действительно был красивый голос. — Чего вы хотите? — спросила она только ради того, чтобы подольше слышать его голос, хотя разговор был явно бесполезным.

— Что-то, о чем я предпочел бы сказать тебе лично.

Да, хорошо. — «Нет, это мне не подходит» — Она повесила трубку.

— Кто это был? — спросила Серена. — Ты выглядишь странно.

— Забудь. Это не важно. Танеша подошла, взяла браслет из рук Серены и осмотрела его. — Мило.

— Это намного больше, чем мило», — ответила Серена, явно обидевшись. «Я работала вчера весь день, чтобы сделать правильное заклинание. Подожди, пока не наденешь его».

— Надеюсь, ты не хочешь меня заколдовать?»

Серена начал вращать глазами, пока нараспев произносила заклинание и тугим узлом стянула браслет на запястье Танешы.

— Мне нравятся цвета, но что я должна чувствовать? Это… — Танеша закрыла рот когда легкая дрожь пробежала от ее запястья вверх, к плечу, быстро накрывая все ее тело. Как приятно. Как будто что-то растирает тело и это никогда не закончится. Чувство, как будто она шагнула в совершенный весенний день, разлилось по ее животу, унося грусть, которая поселилась там. — Это чудесно- сказала Танеша, готовая теперь, улыбаясь, отбивать чечетку по квартире.

— Он поможет тебе продержаться, — сказала Серена. — Ты не будешь скучать по дому. Это поднимет твое настроение на пару дней, может быть, на неделю, затем заклинание медленно ослабеет.

Мне просто необходимо хорошее настроение. Мне придется торчать часы в тесном вагоне эконом класса. Я не могу позволить себе билет в первый класс. Мне не посчастливилось найти лишние десять тысяч долларов, — сказала Танеша, но вместо грусти она чувствовала радостное оживление. Она засмеялась. — Что я такое говорю? Я не могу себе позволить даже место в эконом классе. Мои родные прислали мне билет. — Она быстро обняла Серену. — Спасибо тебе большое.

Кто-нибудь доставит тебя в аэропорт? Один из твоих парней?

Ты шутишь? Меня мог бы подбросить только мой друг. — Танеша потрясла головой и засмеялась. — Они мне столько платили, что не обязаны делать такие вещи.

Серена вздохнула и задумчивое выражение появилось на ее лице. — Я бы хотела, чтобы появился хорошенький волшебник, которого я бы могла заказать на одну бесстыдную ночь, а потом отправить прочь шлепком по заду. Но нет, они все такие сложные.

Танеша улыбнулась. Настал момент подарить Серене свой прощальный подарок. — Я бы хотела…»

— Иногда, — прервала ее Серена, — я подумывала о том, чтобы попросить тебя разделить со мной твою работу. Как ты думаешь, это могло бы получиться?

— Серена, ты — ведьма. В твоем теле нет ни одной податливой косточки. Конечно, некоторые из них с удовольствием посмотрели бы, как ты стоишь на коленях. — Танеша прикрыла рот, пряча улыбку, увидев как сердитые огоньки вспыхнуло в глазах Серены.

— Я никогда не встану на колени перед мужчиной, — сказала Серена, ее голос стал ледяным, в воздухе запахло озоном. — Хотя, они могут встать на колени передо мной.

Танеша наклонилась и похлопала Серену по коленке. — Вот видишь, поэтому ты чистая и холодная девочка. Ты бы воспринимала некоторые вещи как слишком личное.

— Это и есть слишком личное.

— Это не так, — сказала Танеша, облизывая губы. — Это просто секс. Они платили мне, поэтому они могли делать это так, как им хотелась, без моих ожиданий чего-то взамен. — Танеша засмеялась, она хранила в памяти большую часть своих встреч. Это всегда была ситуация взаимовыгодного обмена. Ей нравился секс. Мужчинам нравилось платить ей за него слишком много. — Кроме того, я могла сказать «нет» в любом случае. Хотя, все они в большинстве своем были потрясающими созданиями.

— Боги, как я тебе завидую, — сказала Серена, вздыхая.

Танеша пожала плечами. — Не переоценивай все это. У них не было сильного желания доставить мне удовольствие, и они не были очень изобретательны в своих желаниях. — Да, в любом случае, она испытывала оргазм с большинством из них. Иногда ее поворачивали, если хотели, чтобы она взяла в рот, перед тем как ее наклоняли и жестко трахали. Лучше она не будет думать об этом или все закончиться тем, что ей будет неудобно во влажных трусиках. Ее киска сжалась, напоминая ей, что у нее не было секса последние три месяца.

Она была очень избирательна в том, с кем встречаться раз или два в месяц и это были только настоящие люди. Она пожевала нижнюю губу. Хорошо, что она никогда не пересекалась с сумасшедшими. В ее человеческом теле он была так же беззащитна, как и любая другая девушка. Но где-то в подсознании она всегда знала, что может превратиться и нанести тяжелый удар нападающему. Это ее успокаивало, но также вызывало постоянное беспокойство. Ни один раз за последние пять лет она чувствовала порыв стать оборотнем. «А может быть, я уже не знаю, как превращаться?»

В любом случае, — сказала Танеша, — Все это в прошлом. Я бросила работу три месяца назад. До сих пор я не сожалею об этом решении.

А почему ты должна? — сказала Серена. — Люди все время меняют работу.

Танеша кивнула в ответ. — У меня будет достаточно времени понять, чего же я теперь хочу. Она не могла точно понять что, но чувствовала, что что-то перегорело. Долгое время она не могла почувствовать какую-то цель или направление в своей жизни. Она знала, что она не хотела делать, но что же она хотела на самом деле, не было так понятно, как должно было быть.

— Что бы собираешься делать, когда вернешься к семье? Ты будешь скучать.

Может быть, может быть. Называй меня глупой, но у меня есть мечта открыть свой кофейный магазин в Бразилии, что-нибудь маленькое, ничего особенного. — Танеша почувствовала как сильно забилось ее сердце. Это был первый раз, когда она рассказала кому-то о своей идее, и она ждала, что Серена начнет смеяться.

Но Серена только удивленно посмотрела на нее. — Это хорошая идея. Займись этим.

Я думаю, что этим я и займусь. — «Если я выиграю в лотерею» — подумала она, и смешок сорвался с ее губ. «Господи, у меня нет никакой надежды». Она приехала в Нью-Йорк не имея ничего, и она покидает его ни с чем. До известной степени это был совершенный круг. Она думала, что доказала себе, что ведет успешную и независимую жизнь, но через какое-то время даже богатство, которым она окружила себя, исчезло и принесло ей настоящее несчастье.

Она оставляла не только Манхеттен, она оставляла экстравагантный стиль ее жизни. Бразилия обещала ей новое начало, более простое и ясное и надежда озарила ее душу. Это тоже немного пугало ее.

Я надеюсь увидеть свою сестру, — сказала Танеша. — Недавно она родила и я окончательно слезла с крючка. Я всегда знала, что вернусь в один прекрасный день, но что этот день наступил, все еще изумляет меня.

— Что за крючок?