Читаем Пятно (СИ) онлайн бесплатно

«Жанна... Жанна... Жанна Д’Арк...» — благоговейно слышалось со всех сторон, и сердце наполнялось радостью.

У нее все получилось. Она спасла их. Никто из жителей деревни, на которую напал демон, не пострадал. Улыбка тронула губы девушки. Напряжение, тяжелым камнем давившее на плечи, стало понемногу спадать, и она улыбнулась, расслабившись. Всего на пару секунд. Но этого хватило, чтобы недобитый демон, лежавший под развалинами дома, метнулся к ней. Замахнулся, и вложив всю силу, ударил. Жанна услышала скрежет собственных доспехов, и в следующее мгновение ее, словно тряпичную куклу, отбросило на несколько метров в сторону. Прокатившись кувырком по пыльной земле, девушка завалилась на спину. Боль в позвоночнике тут же расползлась по лопаткам, сковывая удушливыми тисками. Правую часть лица пекло и заливало что-то густое и теплое. Кровь. Смерть была не страшна. Но не хотелось умирать именно сейчас. Сколько человеческих жизней можно было бы спасти! И он. Она ведь так и не решилась сказать ему самые важные слова. Неужели придется уйти вот так... даже не попрощавшись? Стиснув зубы, Жанна попыталась подняться. Правая рука слабо шевельнулась, и следом тут же накрыла волна жгучей, нестерпимой боли. К горлу подкатила дурнота. Звон в ушах усилился, перекрывая крики людей. В глазах начало предательски темнеть. Жанна видела расплывчатые фигуры рыцарей, окруживших большое черное пятно. Как она могла совершить такую глупую ошибку? Если сейчас кто-то пострадает — это будет ее вина. Девушка закусила губу, стараясь удержать слезы.

— Жанна... — знакомый ласковый голос прозвучал как волшебная трель колокольчиков.

Девушка попыталась сфокусировать взгляд на склонившимся над ней мужчине.

— Михаэль... — беззвучно прошептала она, чувствуя, как тихая светлая радость затапливает сердце.

«Он не забыл. Он пришел за мной».

Она хотела улыбнуться и сказать, как рада, что он здесь, но вместо слов, что вертелись сладостью на кончике языка, вышел рваный судорожный выдох. И темнота поглотила.

Первое ощущение — непонимание. Боль ушла. И чувствовалась лишь приятная вялость, как после долгого глубокого сна. Теплый воздух приятно скользил по обнаженной коже.

«Я еще сплю?»

Нос щекотал сладковатый запах, чем-то похожий на цветочный. Но таких цветов она не знала, иначе точно бы запомнила. Жанна глубоко вздохнула, наполняя легкие дурманящим ароматом. Ее вновь потянуло в дрему. Демоны, сражения — все казалось таким далеким сейчас.

«Или я умерла?»

— Нет, — мужской голос раздался сбоку. Совсем близко.

Девушка резко открыла глаза и тут же стыдливо прикрылась руками, заливаясь краской. Рядом с ней сидел Михаэль.

— Тебе нечего стесняться, Жанна, — мягкая улыбка тронула алые губы, — ты прекрасна.

Его слова робкой надеждой коснулись сердца:

«Я прекрасна для него?»

Но потом холодно кольнули разочарованием:

«Нечего стесняться? Верно... Он же не видит во мне женщину...»

Жанна задержала дыхание, поджав губы. Горечь душила за горло. Она всегда безропотно выполняла отведенную ей богами роль, через боль и страдания. Воин. Святая. Герой. Спаситель. Но для него ей хотелось быть просто Жанной. Женщиной, которая его... любит. Сегодня, оказавшись на краю гибели, она вдруг четко осознала это. И прятать завладевшее ей чувство под маской религии и веры, было бессмысленно. Можно обмануть кого угодно, но... От себя не убежать...

— Где я? — девушка посмотрела за плечо Михаэля, но увидела лишь пустое пространство, заполненное золотистым светом. Сверху, кружась как снежинки, падали красные лепестки. Даже над кроватью, но в последний момент чудесным образом огибали ее и продолжали свой танец вниз. Сквозь их занавесь разглядеть что-либо дальше нескольких метров не получалось.

— Ты со мной, моя святая, — Михаэль наклонился к ней и аккуратно провел тыльной стороной ладони по ее щеке, — разве этого не достаточно?

На долю секунды ей показалось, что в его жесте проскользнула чувственная нежность. Жанна растерянно посмотрела в голубые раскосые глаза, стараясь прочесть ответ: было ли это лишь игрой воображения?

«Нет, он не может...»

— Достаточно, — тихо прошептала она, отводя взгляд, — спасибо, что спасли меня.

Пусть для него она всего лишь подопечная. Но лежать вот так близко, обнаженной рядом с ним было невыносимо стыдно... и обидно. Где-то глубоко в душе, не признаваясь даже самой себе, она надеялась, что когда-нибудь он разглядит сквозь образ избранной богами ее настоящую. Робкую, трепещущую перед ним и примет ее чувства. Глупая.

— Что тебя тревожит?

— Люди в деревне... И рыцари... Кто-нибудь погиб? — слова давались с трудом. Это первый раз, когда она неискренна с ним. Но полуправда, это ведь еще не ложь?

— Забудь о них, — Михаэль взял ее за подбородок, заставив посмотреть в глаза.

— Забыть? — удивленно переспросила она.

— Думай только обо мне, — он аккуратно, но настойчиво отвел левую руку, которой она прикрывала грудь, в сторону, удерживая за запястье, — позволь мне утолить твою печаль...

И прежде чем она успела осознать и ответить, накрыл ее губы своими. И в один миг не стало ни времени, ни пространства. Ничего. Кроме него. И поцелуев, томительных, тягучих, словно сладкий густой мед, затуманивающих разум. Рук, ласковых, заботливых, лелеющих ее тело. Вслушиваясь в сбивчивое мужское дыхание, жаром опалявшее ее шею, она прижималась как можно ближе, обнимая, хватаясь за его плечи, стараясь впустить как можно глубже и ощутить как можно полнее. Как же долго она этого желала. Как она могла жить раньше без него?

— Люблю тебя... Михаэль... — сладостным стоном сорвалось с губ.

Вереница чувственных поцелуев спустилась от шеи и обожгла грудь:

— Моя святая...

Затуманенным взором, Жанна посмотрела вверх. Лепестки теперь падали на кровать, словно укрывая их сплетенные тела цветочным покрывалом. Алые и нежные, как губы ее возлюбленного.

«Ты — мой рай, Михаэль. Даже если это всего лишь сон, дарованный смертью, я не хочу просыпаться...»

Вслед за блаженством вновь пришла темнота. Глубоко вздохнув, Жанна лениво потянулось. В теле ощущалась нега и легкая усталость. Не хотелось даже шевелиться, чтобы ненароком не спугнуть возникшее ощущение гармонии и покоя. Она улыбнулась, уверенная, что сейчас за ней наблюдают, и, если откроет глаза, то тут же потонет в небесной лазури ласкающего взгляда.

— Миха...эль...

Она медленно подняла веки и запнулась, увидев светлый потолок комнаты. Ее комнаты. Она лежала в своей кровати в легкой тунике и брюках, укрытая одеялом. Одна.

За дверь послышался шум и в комнату вошел высокий молодой мужчина. Без рыцарских доспехов, Жанна не сразу узнала его. Дариан. Они часто спаринговались вместе на тренировках и патрулировали город.

— Вы уже очнулись, леди Жанна. Я позову лекаря, — он метнулся к обратно к двери.

— Я в порядке — девушка села в кровати.

— Вам что-нибудь нужно?

— Нет, спасибо.

«Неужели лишь сон?» — Жанна поджала губы, задумавшись.

— Сколько я проспала?

— Почти сутки, — взяв стоящий у стены стул, мужчина подошел к кровати и сел напротив.

«Все таки сон...»

Девушка сглотнула удушливый слезливый комок, вставший в горле. В груди неприятно защипало. По сердцу неумолимо растекалась жгучая горечь разочарования.

— Сутки... После того, как мы вас нашли, — напряженно добавил Дариан.

Жанна удивленно вскинула глаза:

— Нашли?

— Когда демон Вас ударил, мы все бросились к нему, — рассказывая, он смотрел на свои крепко сцепленные в замок руки, явно стыдясь того, что оставил ее, — Простите...

— Это была моя ошибка. Я потеряла бдительность и подставила жизни людей под угрозу, — Жанна оторвала взгляд от печального лица Дариана и посмотрела за его плечо. В большом окне распласталось небо, так напоминавшее ей мерцающую бирюзу любимых глаз.

— Я видел,что вы остались лежать на земле, но в следущий раз, когда я обернулся, вас уже не было. Сначала я подумал, что возможно кто-то из жителей оттащил вас в сторону. Но... Вы просто исчезли. Мы расспросили всех местных и проверили дома. Поиск не дал результата. Вы пропали на двое суток.

— Двое суток... — растерянно повторила Жанна, стараясь собрать в голове частички мозаики в единую картину событий.

— Да. А потом вдруг появились в своей комнате. Вы были без сознания. Я сразу же позвал лекаря, — взволнованно продолжил Дариан, но девушка уже не слушала. Солнечный свет из окна ослеплял, и поэтому она заметила только сейчас. На подоконнике стояла ваза.

— Цветы... — прошептала она, впиваясь глазами в ярко-алые лепестки причудливых цветов чем-то похожих на тюльпаны.

— Да, — Дариан обернулся, проследив ее взгляд, — они лежали рядом с вами на подушке. Я поставил в вазу. Не нужно было?

Молодой человек неуверенно посмотрел на Жанну.

— Нет, все хорошо. Спасибо, — та улыбнулась, чувствуя, как тревога отступает.

«Михаэль спас меня. Это был не сон».

Прошла неделя. Жанна сидела в своей комнате на коленях перед белой стеатитовой иконкой изображавшей четырехкрылого ангела. Михаэль. Как бы усердно она ни молилась ему каждый вечер, ответа не следовало. Первые дни с того случая, были наполнены томительным ожиданием его прихода. Она не сомневалась в их скорой встрече. Но время шло, и уверенность сменила робкая надежда хотя бы какого-то знака с его стороны. С щемящей тоской в сердце, Жанна посмотрела на засохшие в вазе цветы, отметив, что еще несколько почерневших, уродливо скорчившихся лепестков осыпались на подоконник. То, что когда-то являлось доказательством их любви, сейчас выглядело как злая насмешка.

«Сожалеет ли он настолько, что я стала противна ему?»

Девушка поднялась с колен, потушила свечи и легла в постель. Уставившись в потолок, она вспоминала себя маленькой девочкой, доброй и робкой. В мельтешении теней ей чудились родные бескрайние поля, приветливо шуршащий лес, наполненный птичьями трелями, переливчатый говор речки с прохладной водой. Сколько лет с тех пор минуло? Сколько жестоких испытаний пройдено? Никогда не роптала, не просила ни о чем. Но... неужели она не заслужила хотя бы крупицы счастья? И ее судьба — умереть в очередном сражении во имя высшей благой цели?

Жанна перевернулась на бок и, свернувшись калачиком, как в детстве, закрыла глаза, стараясь удержать слезы. Сейчас она ощущала себя не бесстрашной воительницей, а брошенным, беззащитным котенком, которых часто подкармливала во дворе. Люди преклонялись перед избранницей богов, но... Орлеанская святая дева всего лишь титул. Любил ли кто саму Жанну? Нуждался ли в ней? Укрывшись с головой одеялом, Жанна уткнулась лицом в подушку и тихонько заплакала. За время службы ее часто ранили. Она познала много боли. Но терзания разбитого сердца оказались ни с чем несравнимы.

«Зачем ты спас меня, Михаэль...»

Мягкое, почти невесомое прикосновение к щеке. Жанна открыла глаза и тут же столкнулась с тревожным лазуревым взглядом. Расставив руки по обе стороны ее головы, над ней навис Михаэль. Тонкие идеальные черты лица ангела были омрачены печалью.

— Жанна... — он наклонился к ней и легко поцеловал в уголок глаза, — я не желал стать причиной твоих слез.

Девушка не ответила, поджав губы, проглотила слезливый удушливый комок и отвернулась. Горло сжималось от горечи, что Михаэль бросил ее, а сердце замирало от счастья, ликуя, что сейчас он рядом.

— Прости, что оставил тебя надолго, — боль сожаления, прозвучавшего в его голосе отозвалась в душе скорбью. Страдания Михаэля были для нее невыносимее собственных.

— Михаэль... — Жанна посмотрела в голубые глаза и робко дотронулась до лица мужчины, осознав, что простила его уже в тот момент, когда только увидела.

Перехватив ее руку, он нежно поцеловал раскрытую ладонь. Затем слегка прикусив кожу на запястье, спустился поцелуями по плечу к шее. Жанна не шевелилась, упиваясь даримой нежностью, стараясь впитать в себя всю его ласку. Тело медленно плавилось от прикосновений, превращаясь в послушный мягкий воск.

— Ты больше не будешь одна, — влажные алые губы дразняще потерлись об ее, — обещаю.

В этот раз он любил ее трепетно, упоительно, мучительно нежно. Ей казалось, что ее ласкают теплым шелком изнутри. Скомканный сатин смятых простыней был слепяще белоснежен, словно она лежала на его крыльях.

В иступлении Жанна закусила губы, сжав до побелевших костяшек пальцы. В кулаке ощутилась бархатистость прохлада лепестков. Девушка посмотрела вверх. Кружась в золотистом свете, лепестки неспешно падали, осыпая постель. Сердце тоскливо сжалось. Они были так похожи на причудливых багряных бабочек, трепыхавщихся в последнем танце перед смертью.

«Если наша любовь запретна, я возьму этот грех на себя и за нас двоих безропотно приму любую кару. Что бы ни случилось, я всегда буду любить тебя, Михаэль...»

Последующие дни стали самыми мирными за всю службу Жанны. Ни нападений, ни даже каких-либо случайных стычек с демонами не происходило. Словно любовь, разгорающаяся неукротимым пламенем в сердце святой, осветила город и близлежащие земли и изгнала всю нечисть. Михаэль являлся к ней каждую ночь. Закрывая глаза, она вновь оказывалась в залитом золотистым светом пространстве на постели с белоснежными сатиновыми простынями. Воздух был дурманяще сладок от аромата кружащихся вокруг коралловых лепестков. Место на границы сна и реальности принадлежащее только им двоим. Лелеемая, словно дражайщее сокровище, она тонула в его объятиях, обнаженная и телом и душой. Блаженство его любви теплыми волнами разливалось по всему телу, ломая внутренние запреты и смывая сомнения. И чем больше он дарил ей себя, тем больше она в нем нуждалась. Пробуждаясь утром, Жанна ощущала, как тоска вгрызается в нее до самых костей. Тело зябло и ныло, лишенное его тепла и прикосновений. Единственным утешением стали цветы. Михаэль оставлял их на постели, словно молчаливую клятву истинности своих чувств. Скоро в вазе образовался большой пушистый букет. И они больше не вяли.