Читаем Приют души онлайн бесплатно

Патриция сидела на теплом песке, обхватив руками колени. Она слушала шелест волн и наблюдала, как на горизонте небо, сливаясь с океаном, темнеет и эта темнота приближается к ней, окружая со всех сторон. Брызги и слезы текли по ее щекам, на вкус они были одинаково солеными. На ветру они высыхали, оставляя белесоватые полосы. Боль от недавней потери не утихала, и больше всего ей сейчас хотелось сжаться в комок, раствориться, исчезнуть, не жить. Мир вокруг рассыпался, теряя очертания, потому что самыми реальными сейчас ей казались воспоминания, в которых Ричард был еще жив.

Вновь и вновь она возвращалась к тому дню, когда впервые увидела его.

Патриция работала биологом в лаборатории известного профессора Ричарда Стоуна и конечно же, как и все сотрудницы, была влюблена в своего руководителя. Его нельзя было не полюбить. Умный, внимательный, красивый, он выглядел моложе своих сорока лет. Только проседь в волосах свидетельствовала о его возрасте. Занимаясь изучением редких видов растений, он часто организовывал и возглавлял экспедиции в самые отдаленные уголки мира.

Патриции чаще других приходилось сопровождать его. Она была счастлива уже тем, что находилась с ним рядом, но в какой-то момент они оба поняли, что их связывает не только общая работа, но и что-то значительно большее. Они почувствовали непреодолимое влечение друг к другу. Однажды, когда они как-то засиделись допоздна, ожидая результатов очередной серии опытов, он признался ей в любви. Потом был долгий поцелуй, вкус которого, казалось, сохранился на губах до сих пор.

— Я почти вдвое старше тебя, дорогая, но рядом с тобой у меня возникает ощущение, что мне снова двадцать и я все могу, — говорил он ей. — Есть только одно, чего я никогда не смогу сделать, — это оставить свою жену. Она не виновата в том, что родилась раньше тебя. Половину своей жизни я прожил с ней. Пойми меня и не требуй большего.

Патриция и не требовала, она восхищалась им и довольствовалась сложившимся положением вещей. Ее увлекала наука. По своей природе она была исследователем и с легкостью через несколько лет защитила диссертацию, получив ученую степень доктора биологических наук. Ричард гордился ею. Это было самое прекрасное время для обоих. Казалось, ничто не может помешать им быть счастливыми.

И тот день был самым обычным и не предвещал ничего плохого. Серия опытов была закончена вовремя, и Ричард уехал домой. Патриция со своими подругами Самантой и Эдит решили вечером пойти в кино, а потом посидеть в кафе. Все они конечно же соблюдали диету, но один раз в неделю позволяли себе съесть любимое пирожное за чашкой горячего кофе и приятной беседой.

Вернувшись в свою небольшую квартирку на окраине Лондона, Патриция вдруг почувствовала безотчетную тревогу. Она не могла понять ее причину. Весь день и вечер прошли чудесно, через два дня они с Ричардом планировали лететь в Париж на конгресс биологов по защите лесов от вырубки редких пород деревьев. Все хорошо, но откуда эта неуверенность, словно ее кто-то ждет, а она забыла об этом?

После теплой ванны с любимым миндальным маслом ей стало легче и она спокойно заснула. Но ночью неожиданно проснулась: ей снился странный сон. Она видела, как по лесной тропинке уходит от нее Ричард, она зовет его, а он не слышит. Потом оглядывается. У него совершенно счастливый вид, он улыбается, машет ей рукой и уходит все дальше и дальше. Она кричит, зовет его, но он не оборачиваясь уходит. Тут Патриция проснулась. В душе ее поселилась тревога.

Какой страшный сон! Нет, ничего страшного, просто я думала о своем докладе на конгрессе, вот мне и снится лес, успокаивала она себя. С этой мыслью она уснула.

Утром в лаборатории ждали Ричарда. Он всегда приходил раньше всех, а сегодня опаздывал. В двенадцать часов пополудни Патрицию вызвал к себе директор института.

— Мисс Уильямс, я вызвал вас, чтобы сообщить о внезапной кончине Ричарда Стоуна. Он умер сегодня ночью от инфаркта. Вы его правая рука, и я назначаю вас временно исполняющим обязанности руководителя лаборатории, — сухим тоном администратора сообщил он ей ужасную новость. — Приступайте к выполнению новых обязанностей немедленно.

— Как умер? Этого не может быть. — Патриция ничего не понимала, не могла осознать произошедшее. Все ее существо отказывалось в это верить.

— Похороны назначены на завтра. Сообщите об этом сотрудникам, — продолжал, нимало не обращая внимания на ее реакцию, монотонным голосом директор. — Можете идти.

На негнущихся ногах она вернулась в лабораторию и сообщила сотрудникам о случившемся. Все были потрясены. Патриция вошла в его кабинет и закрыла за собой дверь. Никто не посмел ее побеспокоить. Она ничего не видела, не слышала, не понимала, ни о чем не могла думать, кроме того что его больше нет. Уже вечером в кабинет тихонько вошла Саманта и увела Патрицию домой.

Все последующие дни слились в одну большую боль и пустоту. События происходили сами по себе, без ее участия. Только подруги видели ее состояние, и именно они уговорили Патрицию уехать из Лондона, надеясь, что перемена обстановки встряхнет ее и пробудит угасший интерес к жизни.

— Уезжай, — уговаривала ее Эдит. — Пойми, от тебя ничего не зависит, ты не в силах изменить того, что Ричарда больше нет. Значит, нужно найти в себе силы смириться с этим и жить дальше.

— Мы подобрали тебе отдых в райском уголке на острове Тенерифе. Его еще называют островом вечной весны. Все уже заказано: и путевка на один из лучших курортов Плая де Лас-Америкас, и билеты на самолет, — радостно сообщила Саманта. — Улетай, а мы с Эдит встретим тебя через месяц отдохнувшей, прежней Патрицией. Ты всегда будешь помнить его, но, я уверена, твоя большая любовь еще впереди, хотя сейчас тебе трудно в это поверить.

Только благодаря их настойчивости она сегодня сидит здесь, на пустынном пляже, и впервые с того момента, как узнала о смерти Ричарда, плачет. Неожиданно со слезами пришло облегчение. Да, Эдит права, я ничего не могу изменить, а значит, нужно научиться жить без него. И я смогу, помня о нем, снова жить и радоваться. Наверное, смогу.

Было уже совсем темно, только огромная луна и мириады звезд освещали ее путь к бунгало. Она выбрала именно этот удаленный домик на самом берегу океана, предпочтя его комфортабельному номеру в отеле. Здесь было все необходимое для полноценного отдыха. И после теплой ванны, завернувшись в махровый халат, она уснула под тихий рокот волн, набегающих на опустевший пляж.

Солнечный луч пробился сквозь занавешенное окно и скользнул по лицу Патриции. Ресницы ее чуть дрогнули, но открывать глаза ей не хотелось. Как приятно нежиться ранним утром в постели, ни о чем не думая и прислушиваясь к крикам чаек! Ветер принес запах океана — свежий, будоражащий, манящий.

Полежав так с полчаса, Патриция встала, быстро надела купальник и, захватив полотенце, побежала к воде. Океан был спокойным, ласковым и весь горел золотыми солнечными бликами. С разбегу она бросилась в воду и сильными крупными гребками поплыла от берега. Все дальше и дальше. Через какое-то время она устала, легла на спину и стала смотреть в небо. Над ней в бездонном синем небе проплывали облака. Казалось, все замерло, даже время остановило свой ход, и Патриция почувствовала себя так, будто бы прежде ничего не было, не существовало, а все только начинается и она тоже рождается заново здесь, в этой невесомости между небом и океаном.

Она перевернулась на живот и поплыла обратно. Выйдя на берег, набросила на плечи полотенце и вернулась к себе.

Она застала в бунгало официанта из ресторана, который расставлял на столике принесенный завтрак — кофейник с горячим ароматным кофе, сливки, булочки, розетки с мармеладом и медом. В центре стола он поставил вазу с орхидеей. Редкий нежно-розовый цветок необыкновенной красоты с каплями влаги на лепестках и едва уловимым сладковатым ароматом привел ее в восхищение.

— Боже мой, какое чудо! — воскликнула Патриция.

— Приятного аппетита, мисс, — учтиво сказал официант и удалился.

После завтрака Патриция решила посидеть на террасе с книгой. Под навесом из пальмовых листьев было прохладно. Она уютно устроилась в шезлонге. Перед ней раскинулся пляж, на котором постепенно собирались группки отдыхающих: кто просто лежал на песке, нежась под солнцем, кто играл в волейбол или бадминтон, маленькие дети возводили из песка причудливые замки. Роман, который она начала читать, оказался захватывающим. Давно она с таким наслаждением не читала детективов. За чтением время до обеда пролетело незаметно.

Обедать и ужинать она собиралась в открытом ресторане, расположенном рядом с многоэтажными корпусами отеля. Там же находились несколько бассейнов с морской водой, танцевальная площадка. На первых этажах отеля размещались казино, залы для боулинга и бильярда. И везде множество небольших пабов и кафе. Это было только то, что Патриция успела рассмотреть вчера вечером по дороге от отеля, где зарегистрировалась у администратора и получила ключи от своего бунгало. Сегодня после обеда она собиралась подробней изучить территорию.

Патриция надела легкий сарафан, соломенную шляпку, а в сумку бросила купальник и полотенце. На тот случай, если ей захочется поплавать в бассейне. Легкие сандалии как нельзя лучше подходили для ходьбы и по песку и по дорожкам.

Пора обедать. Ты готова к выходу в общество, Пат? — спросила она свое отражение в зеркале. Новая обстановка, новые встречи и знакомства. Надеюсь, ты готова.

В ресторане Патриции предложили отдельный столик, и она облегченно вздохнула. Ей не хотелось знакомиться, вести светские беседы и мило улыбаться. В ожидании заказа она оглядела зал. Он был заполнен счастливыми загорелыми людьми. И среди всеобщего веселья Патриция вновь почувствовала пустоту и одиночество. Что я здесь делаю? — спросила она себя.

Ей вспомнилось, как когда-то им с Ричардом удалось вырваться на неделю на Адриатическое море. На Макарска Ривьеру — один из лучших курортов Далмации. Это были дни, заполненные любовью. Они засыпали и просыпались вместе, плавали и загорали, гуляли по пляжу под звездами. Восхищались неповторимой средневековой красотой приморского города Дубровника. Они почти не говорили о работе, потому что были поглощены друг другом. Обедали и ужинали они в уютном ресторанчике. Однажды, сидя вот за таким же столиком, Ричард рассказывал что-то веселое и очень смешное. Тогда на десерт они заказали клубнику со сливками и шампанское. Смеясь, он брал клубнику за хвостик и клал в рот Патриции. Ей никогда не забыть, каким взглядом он провожал каждую ягоду, исчезавшую за ее губами, окрашенными клубничным соком.

Вдруг она почувствовала, как кто-то коснулся ее руки. Еще вся во власти воспоминаний, она подняла глаза и увидела перед собой полного лысоватого мужчину.

— Патриция, где ты витаешь? Я уже минут пять пытаюсь докричаться до тебя, но ты меня не слышишь. Очнись!

— Простите. Я задумалась. Что вам угодно, мистер?..

— Ты меня не помнишь? Ну надо же. Неужели ты не узнаешь Жоржа Минкса, твоего поклонника. Ну вспомни, как я галантно ухаживал за тобой на третьем курсе университета, а ты только и думала, что об учебе да о своей престарелой тетке, а на мои чувства тебе было наплевать. Конечно, кто я был для тебя? Никто. Глупый воздыхатель, которого ты безжалостно отвергла.

Только его мне сейчас не хватает, подумала Патриция, а вслух сказала:

— Ну что ты, Жорж, я тебя отлично помню. Конечно, ты изменился за эти годы — возмужал, поправился, поэтому я не сразу тебя узнала, извини. Как поживаешь?

— Весь в делах, в проблемах. Всем нужна моя помощь, консультация. Много лет я прозябал в одной зачуханной лаборатории, меня окружали одни бездари, работать было просто невозможно. Но меня заметили и пригласили консультантом в одну известную фирму. Я не могу даже назвать ее тебе. — Он заговорщицки приложил толстый пальчик к своим губам. — Тсс. Я тебе ничего не говорил. Ну, в общем все в порядке.

— Я рада за тебя. Ты здесь отдыхаешь с семьей? Наверное, они тебя уже заждались. Очень приятно было тебя повидать, — произнесла Патриция в надежде избавиться от назойливого собеседника.

Но не тут-то было.

— Какая семья, о чем ты! Разве с моим здоровьем и моими проблемами я могу себе позволить иметь жену, а уж тем более детей. К тому же я небольшой любитель сопливых крикунов. Я так устал, так измучен заботами. Спасибо приятелю, он пригласил меня отдохнуть с ним здесь пару недель. У нас тут веселая компания. Вон за тем столиком. — Жорж развернулся, чтобы показать Патриции, где сидят его приятели.

Она согласно кивала и делала вид, что увидела тех, кого он ей показывал. На самом же деле все это ее мало интересовало и она ждала только одного — чтобы он поскорее ушел и оставил ее одну.

— Вот видишь, они машут мне. — И он помахал им в ответ. Но не спешил уходить. — Прекрасные ребята. Одного из них родители решили женить, боятся остаться без наследника, а он сбежал сюда развлекаться. Мы такие, нас не так-то просто окольцевать. Ну, мне пора. Приятели волнуются. Я побежал. Увидимся еще. — И он поспешил вернуться за свой столик.

О Боже! Вот кошмар! — подумала Патриция, облегченно вздохнув. Неужели придется теперь с ним часто встречаться?! Я не выдержу этого испытания. Буду скрываться. Никогда бы не подумала, что за две тысячи километров от Лондона встречу Жоржа. Из сотни знакомых именно его. Неисповедимы пути твои, Господи, но не до такой же степени!

Она быстро съела обед и вышла из ресторана, ни на кого не обращая внимания.

Жорж вернулся к своим приятелям. Никто из них не заметил, с какой заинтересованностью Эдвард следит за ним. Он был удивлен, что Жорж подсел за столик именно к той женщине, которая вот уже сутки занимала его воображение. Конечно, он ничего не сказал друзьям. Они бы его не поняли, просто посмеялись бы. Да он и сам не понимал себя.

Эдвард впервые увидел эту женщину вчера у регистрационной стойки администратора отеля, когда она оформляла свое пребывание. Она стояла такая отрешенная и далекая от всего происходящего вокруг. Заполнив необходимые формуляры, она оглянулась и посмотрела в его сторону, но Эдвард был уверен, что она его не увидела. Она была целиком погружена в свои мысли и ничего не замечала. Эта маленькая, хрупкая женщина показалась ему одинокой и беззащитной, а в глубине ее зеленых глаз он увидел затаившуюся боль. Что могло произойти в ее жизни и как ей помочь? Эти вопросы не давали ему покоя с того самого момента, как он заглянул в эти глаза.

Эдвард вдруг захотел сделать ей что-то приятное, такое, что ее обрадует хотя бы на мгновение, даже если она никогда не узнает, от кого это исходит. На рецепции он успел заметить номер бунгало, в котором она поселилась. Он же и трое его приятелей разместились в самом отеле, в номерах люкс.