Читаем Пока цветет жасмин (СИ) онлайн бесплатно

========== La Part I.(Au seuil de l’Apocalypse ou La complexite de la vie nouvelle) (Пролог) ==========

ЧАСТЬ I. «В ПРЕДДВЕРИИ АПОКАЛИПСИСА ИЛИ СЛОЖНОСТИ НОВОЙ ЖИЗНИ»

Франция. Окраины Прованса. Деревня Фонтэн-де-Воклюз, 2005 год.

На окраине города Прованса, в маленькой деревушке Фонтэн-де-Воклюз, жила пятнадцатилетняя девочка-сирота. Это была ничем не примечательная девочка, с длинными белыми волосами и большими карими глазами. У неё не было красивой внешности, красивой одежды и не было всего того, что должны иметь дети в её возрасте. Её родители погибли в автокатастрофе, когда ей было десять лет. С тех пор, девочкой сироткой занималась старая женщина, мадам Роше, которая проживала по соседству. Её, и её младшую сестру Амели, буквально, воспитала эта пожилая женщина, и девочка была ей благодарна.

Но, спустя три года, мадам Роше внезапно умерла, и сиротки остались совсем одни. Больше никто им не помогал, а в родной деревне девочек стали презирать. Палами, старшей из сестер Пройс, выпала тяжкая судьба. Она сама должна была растить младшую сестру, следить за ней и заботиться. После смерти старой мадам Роше, она полностью посвятила себя воспитанию Амели. Когда другие дети, ровесники девочки, выходили гулять, ходили на речку и веселились, Палами не гуляла и не развлекалась. Девочка была слишком занята воспитанием, и ей было совсем не до веселья. У Пройс не было детства. Она не знала, что такое играть с друзьями, не имела совсем подруг. Даже когда другие дети звали её поиграть, получали отказы. Тяжелое и трудное детство… Сиротство… Палами с болью в глазах смотрела, как веселились её друзья, ровесники. Она понимала, что никогда не будет с ними…

Да, что там говорить… Судьба вообще не была снисходительна к ней. Спустя ещё три года неожиданно обнаружилось, что у её любимой младшей сестры, рак груди. Сначала болезнь не давала особо о себе знать, и Амели чувствовала себя более-менее. Но прошло полгода, и болезнь начала прогрессировать. В считанные недели ужасный недуг сломил Амели и почти приковал её к постели. Теперь для Палами наступили дни гораздо страшнее, чем Ад… С каждым днем её младшая сестра увядала. Вяла как цветок, и маленькая Пройс ничего не могла поделать. Каждый вечер при тусклой свече она сидела у постели Амели и держала её за руку. Болезнь развивалась, и сестрёнка уже еле говорила… Амели страдала, испытывала муки и ужасную боль.

— Я бы все отдала, чтобы только твоя боль прошла… Чтобы ты поправилась… Я жизнь свою готова за тебя отдать, любимая моя младшая сестра. Я готова сделать все, чтобы ты перестала мучиться и чувствовать боль. У меня кроме тебя больше никого нет… Я сирота, и я слишком много уже потеряла. Я не могу ещё и тебя потерять. Дорогая Амели, ты для меня самое родное на свете, мой единственный человечек, ради которого я вообще живу в этом мире. Если тебя не станет, жизнь моя потеряет всякий смысл.

Так каждый вечер шептала Палами сидя у постели больной сестры.

***

На ещё совсем недавно безмятежном и спокойном небе появились хмурые, угрюмые, серые тучи, закрывшие собой солнце. Сверкнула молния, а через несколько секунд, вдалеке, прогремел гром. Природа как будто чувствовала, что замышляла и хотела сделать Палами. Снова раздался гром, отчего и так перепуганная девочка вздрогнула, а её маленькое сердечко бешено застучало.

Амели была между жизнью и смертью, и Палами решилась на важный шаг — продать свою душу ради спасения её жизни. О том, что такое вообще существует, она узнала от старой бабы-ведьмы, мадам Пуассон, живущей на окраине их маленького села. Сельчане считали старуху колдуньей и не зря, ведь Пуассон, как говорили, часто связывалась с миром сверхъестественного, верила во всех духов, призраков и демонов. Вот Палами к ней и обратилась. Старуха не стала отрицать, что демонов и/или других тварей из потустороннего мира не существует и дала мадемуазель Пройс маленькую книжечку по черной магии. А то, что мадам считали сумасшедшей и одержимой, и нормальные люди обходили её ветхую избёнку стороной, Палами не волновало.

***

Заброшенный перекрёсток оказался ничуть ни заросшим, а вполне пригодным для заключения сделок. Он значительно отличался от тех, других, которых было много в этом маленьком селе. А чем он отличался? Всё дело в том, что именно на этом перекрестке рос и растёт тысячелистник — растение, используемое в ритуалах вызова демонов перекрестка. Сама дорога, которая вела туда, была не асфальтированная. Это была пересохшая земля, по которой давно никто не ездил. Подойдя ближе, в центр перекрёстка, Палами заметила, что земля перекопана, а значит, здесь заключали сделки другие люди и не раз. Все те, кто побывали в гостях у старухи Пуассон, и которые верили колдунье. Присев на корточки, девочка руками стала выкапывать небольшую яму. Положив свою шкатулочку с фотографией и костью в землю и закопав её, Палами выпрямилась и стала осматриваться вокруг.

Сверкнула молния, а следом за ней раздался гром, подтверждая своими ударами, что вот-вот на землю обрушится ливень. Подул прохладный ветер, от чего длинные волосы Палами спали с плеч и теперь развевались на ветру. Северо-западный, холодный, он, буквально, вырывал с корнями деревья, бросая их на землю.

— Зачем ты пришла на перекрёсток, девочка? — Внезапно раздался за спиной Палами мужской голос.

Резко обернувшись, она пугливыми глазами заметила мужчину и оглядела его.

Он выглядел примерно лет на сорок. Шатен в дорогом чёрном костюме. Мужчина внимательно смотрел на девочку, а потом резко поменял цвет зелёных глаз на кроваво-красный, чем ещё больше испугал её. Палами вся дрожала от холода и страха.

— Я… я хоч-чу заключить сделк-у-у, — заикалась она, пристально смотря на мужчину.

— Чего ты хочешь? Неужели тебе надоело жить, лапуля? — произнёс демон, поменяв красный цвет глаз снова на зелёный.

Она замолчала, собираясь с мыслями. Палами пыталась побороть страх в себе. Она должна. Должна это сделать ради своей младшей сестры. Нет, она обязана, она же старшая — защита и опора больной Амели. Ведь она не сможет без неё жить, если младшая Пройс умрет. Да и для чего существовать, если самый родной и дорогой человек покинет этот мир? Навсегда…

— Так зачем? Может ради денег, славы или парня? Оу, лапуля, ты, наверное, хочешь себе крутого парня, такого… — стал рассуждать демон пристально глядя на перепуганную девочку.

— Нет, — внезапно оборвала демона Палами. — Я хочу, чтобы Амели выздоровела и, чтобы она не испытывала боль. Моя сестра тяжело болеет. У неё рак груди. Я не могу больше так. Я не могу жить и видеть, как она мучается. Она не заслужила такого. Я устала лить слезы, понимаешь?

Каждое слово ей давалось с трудом, но она твердила себе: «Это ради сестры. Я должна».

— Хорошо, лапуля, ну, тогда я даю тебе десять лет, а потом за тобой придут. И тогда ты будешь испытывать адскую боль, — удовлетворённо протянул Кроули и довольно улыбнулся. — Знаешь, это очень благородно и достойно уважения. Твой поступок великодушен, и сестра будет жить, обещаю тебе, Палами. А теперь, скрепим сделку поцелуем.

Пройс не ожидала такого поворота, но раз надо так и сделает. Демон подошёл к девчушке и впился в её губы поцелуем. Для Палами этот поцелуй был отвратительным, так как с ним она подписала себе смертный приговор. А вот демону это вполне понравилось. Да и вообще девчушка никогда не целовалась. Когда все закончилось, по её лицу потекла горькая слеза. Но она вытерла её и взяла себя в руки.

— Ну, что, лапуля, увидимся через десять лет, — сладко протянул Кроули, исчезая.

Очередной раз пророкотал гром, и вот первые капли дождя упали на землю, будучи мгновенно и без следа поглощёнными пересохшей землёй. Но следом за ними уже летят другие, их становится всё больше, они сталкиваются друг с другом, суетятся, теснятся и толкаются — каждая стремится поскорее, желательно самой первой, упасть на разгорячённую поверхность земли.

Не выдержав переполненных чувств, которые разрывали душу изнутри, Палами упала на колени и разрыдалась. Но потом дождь все же спрятал её слёзы, и это было хорошо. Ведь она сильная. Да, через десять лет её не будет, но зато её Амели останется жить.

Отчаянно плача и сидя на коленях, мадемуазель шептала: «Это ради Амели. Это всё ради неё…»

Комментарий к La Part I.(Au seuil de l’Apocalypse ou La complexite de la vie nouvelle) (Пролог)

Я переписаль главу… Опять. Поэтому указывайте на ошибки через Пб, если увидите. Буду очень признательна.

========== Прилежная ученица ==========

Наши дни. Где-то в Аду.

Что же такое на самом деле Ад? Давайте порассуждаем…

Ад — это печь неугасимого огня, место вечного наказания, где его жертвы мучаются телесно и духовно за совершенные при жизни грехи.

Ад — это место, где нет Божьего милосердия и доброты, где Божий гнев выливается в ужасный всепоглощающий огонь, а люди вечно живут в мучении со своими неудовлетворенными страстями и желаниями.

Можем ли мы реально представить себе весь ужас, заключенный в этих словах? Представьте себе все свое тело в огне, когда каждая его частица, пылая, ощущает страшные мучения? Как долго можно выдержать такое наказание?

***

Палами, уже взрослая девушка, с каштановыми волосами, стояла посреди Ада, пристально осматриваясь. Пекло, что может быть ужаснее и страшнее этого места? Где постоянно слышны крики и стоны грешников, где горит пламя, а выхода из него нет… И во всем этом ужасе обитает Палами. Уже четыре года девушка в преисподней, на службе у великого и виртуозного Палача — Аластара. Здесь, в Аду, время течет совсем по-другому. Месяц — за год, а год — за вечность.

Сразу после того, как она очутилась в Аду, девушку определили в демоны шестерки. Целый год она выполняла самую грязную работу, которую только можно было себе представить. И это было ужасно. Да её статус в преисподней был даже ниже обычных демонов перекрестков. Со своей печальной участью Палами смирилась и каждый день выполняла унизительную и грязную работёнку, которую ей приказывали. Выхода там не было другого. Это же служба у Аластара, и он непосредственный начальник, повелитель и господин.

Вообще, службу у Аластара никак нельзя назвать медовой. Она у него требовала абсолютного подчинения и выполнения приказов. Если приказ не выполнялся, виновного ожидало недельное или даже месячное наказание в камере пыток. Даже самые сильные и смелые демоны не хотели попадать в эту камеру и старались максимально четко и правильно выполнить задание. Подчинение и повиновение, вот самые главные правила, которым учил Аластар демонов-новичков, поступивших к нему в услужение. За малейшую оплошность — креативные пытки. Право на ошибку Палач Ада не давал.

Также было и с Палами. Видя, как Аластар жестоко пытал демонов, которые не подчинялись и отказывались выполнять приказы, девушка нервно сглатывала. Тогда она и дала себе клятву и обещание, что будет покорной во всем, будет исполнять все поручения повелителя. Имея волевой характер, ум и хитрость, она дала себе четкую установку: выполнять задания, добиться расположения Верховного палача и привлечь внимание к своей персоне.

А вообще, Палами иногда даже подглядывала за пытками других демонов. Действительно, что ещё можно было делать в преисподней? Дав себе самой слово стать такой, какой должна быть истинная демоница Ада, Палами научилась подглядывать за пытками грешников. Вскоре это занятие поглотило её, и с каждым днем ей становилось все интереснее и интереснее. Иногда ей даже предоставлялся случай, и она смотрела, как сам Аластар пытал грешника. Истязания целиком захлестывали Палами, ей это нравилось. Вот палачество это намного интереснее, чем работа обычной шестерки.

Когда Пройс в очередной раз подглядывала за тем, как пытал Верховный палач, ее заметили и впустили в пыточную. Сначала Аластар хотел наказать ее, но заметил, как девушка заинтересованно смотрит на орудия и, усмехнувшись, предложил ей попробовать. Палами с замиранием сердца и с блеском в глазах подошла к столу с ножами и взяла очень хорошо заточенный клинок. С кровожадной улыбкой на лице, Пройс подошла к грешнику, которым оказался мужчина, и полоснула ножом по груди…

На радость демонши, повелитель заметил, как она впервые издевалась над грешником, и с каким огнем в глазах это делала. Белоглазый решил, что девушка сможет стать хорошим палачом, если будет учиться под его началом. В Палами есть искорка, которая отличает её от всех «солдатиков» Аластара, и эта искорка пригодится ему. С этими мыслями он решил обучать Пройс мастерству пыток и вывел её из грязи…

С этого момента и началось обучение Палами у великого Аластара, вместе с другими демонами-учениками. Его группа пополнилась новой кареглазой ученицей. Теперь ее уважали другие и считали протеже господина. Её даже замечать начали. На удивление Аластара, протеже оказалась очень смышленой демоншей и впитывала новые знания, как губка. Она впервые дала повод ему для гордости. Самой Палами тоже нравилось обучение у белоглазого, и она делала все возможное, чтобы не подводить своего великого и знаменитого наставника, усердно училась и выполняла все, что он ей говорил.

После обучения Пройс уже умела пытать не хуже опытных демонов. Она никого из грешников не щадила и никогда не ослушивалась своего учителя. Она быстро всему научилась и оправдала надежды Аластара.

Но было в ней нечто странное… По-своему непонятное и необъяснимое.

***

Палами, как всегда, сидела на диване в своей спальне и пристально смотрела в одну точку. Она всегда так делала, когда пыталась вспомнить, что у нее была за прошлая жизнь. Какой она была, когда Палами была человеком. Она вспоминала сестру, родное и маленькое французское село, вспоминала старую мадам Роше… Бывало, у девушки на глаза наворачивались слезы, и это было неприемлемо для демона. Она же черноглазая. Адское существо. Так нельзя. Нельзя испытывать эмоции в таком месте. Она знала, что делает Аластар за непокорность и проявление хоть маленькой капельки человеческих качеств, и не хотела оказываться в пыточной. Поэтому она откидывала прошлые воспоминания, забывала всё и принималась за работу. Пытки — вот её главная работа. Но все равно, воспоминания потом поглощали девушку и заставляли поддаваться эмоциям. Вот и сегодня. Она просто сидела в спальне, которую ей выделил Аластар в своем доме, и думала о жизни.

— Ричард, у нас будет ребёнок…