Читаем Мои руки боялись коснуться… онлайн бесплатно
Мои руки боялись коснуться…
«Мои руки боялись коснуться…» – поэтический дебют Елены Бабанской. В книге собраны образцы любовной лирики, комментарии к жизни, часть «биографии сердца». В стихах представлены ситуации, происходящие в жизни многих женщин: любовь, семья, предательство, душевное состояние и рождение заново, вера в лучшее. Тут же присутствуют стихи о природе, ее красоте и величии. Автор воспринимает природу как живой организм, с кем и поговорить, и поплакаться.
ПоэзияЯ вдруг решила – будь, что будет…
И вправду… было то, что было…
Скучай по мне, ежеминутно, ежечасно,
Скучай, когда темно или светло,
Скучай по мне, скучай, скучай ужасно,
По мне одной скучай, всем-всем назло.
Назло завистникам и длинным языкам,
Ехидным взглядам и улыбкам, болтовне,
Скучай по мне, по моим ласковым рукам,
Скучай, скучай, скучай… скучай по мне.
Не просто говорю, я точно знаю,
Как по родному и любимому скучать.
Ещё рука в руке, а я уже скучаю,
И это чувство невозможно передать.
Скучаю и тоскую, и жду встречи,
И в ожидании руки тереблю.
Ты моё счастье… вот такое, человечье,
Сильней скучаю, тем сильней люблю.
А времени и в самом деле мало…
Как правильно его распределить?
День, что прошёл, уж не начать сначала,
А есть привычка время торопить.
Купить билет, ждать дату для посадки,
Построить планы на три дня вперёд
Или носиться, биться в башенном припадке.
Хочу, чтоб лето, день рождения, Новый год.
А дни, что до… так пусть летят впустую?
А за субботой непременно чтоб среда.
Ах, как по дням прошедшим я тоскую!
Я там была… красива… молода!..
Я там была… была… Вот что терзает,
Вот что душе покоя не даёт.
Как время удержать, никто не знает…
И что мне лето… день рождения… Новый год…
Скоро начнётся дождей череда.
Хочешь, не хочешь, а осень в пути.
Ты вспоминай обо мне иногда,
Может, сумеешь минутку найти.
Ведь за дождями не видно следа.
Серость туманная, грусть и усталость.
Ты вспоминай обо мне иногда.
Ты для меня больше чем… Моя радость!
В ветра порывах гудят провода.
Мигает фонарь и скрипит так нервозно.
Ты вспоминай иногда обо мне,
Ты вспоминай, чтобы не было поздно.
Последние дни уходящего лета,
И жалко немного, и грустно чуть-чуть.
Тихонько вращается наша планета,
И лето обратно никак не вернуть.
И сбавило градусы летнее солнце,
В прохладе ночной не слышно цикад.
Лишь рой насекомых назойливо вьётся,
Их манит созревший в саду виноград.
Янтарные кисти, как модные брошки,
Наполнены сочным и сладким нектаром,
В них знают толк осы и прочие мошки,
С утра и до ночи жужжат ведь недаром.
И листья желтеют с краёв к середине
Насыщенным желтым, оранжевым цветом,
И ветром доносится запах полыни,
А в воздухе нотки прощания с летом.
Я замечаю, что рано, с рассвета,
Стало тянуть холодком не на шутку.
Август последний из месяцев лета,
Пёс на цепи и тот прячется в будку.
На птичьем дворе не гуляет наседка,
Не ковыряет цыплятам еду.
Желтей и прозрачней стала беседка,
Что красовалась всё лето в саду.
Август не осень, пока ещё лето,
Желтеет листва, как бы так… незаметно.
Гогот гусиный слышится где-то,
Эхом уносится вдаль безответно.
Кошка должна окотиться, штук восемь,
Судя по формам её, не дай Бог.
Август не лето и вроде не осень,
Уложено сено пахучее в стог.
Осы вцепились в гроздь виноградную,
Минутка – останется только скелет.
И всё-таки жаль мне красу ненаглядную,
Лето, как собранный в балке букет.
Глазу приятное, пёстрое, яркое,
Ветром причёсано, солнцем согрето.
Может, дождливое, может быть, жаркое.
…А август – последний из месяцев лета.
Чужая жизнь, чужие лица,
Любимый… да и тот чужой.
Как ты могла так опуститься,
Чтобы делить его с другой?
Любовь? Или иное чувство?
Страх одиночества? Вопрос…
От этих мыслей очень грустно,
То в жар, то по спине мороз.
Как ты смогла? Как допустила?
Чужой… своим не назовёшь,
Ведь никогда бы не простила
В любви предательство и ложь.
А тут, сама не понимаешь,
Какой случился поворот.
Что ты измену покрываешь,
Он вам обеим, видно, лжёт?
Чужая жизнь… чужая дверь,
Неважно, что за ней творится.
Любовь… она из тех потерь,
С которой тяжело смириться.
Трудно сказать, кто тут виновник,
Какой паук расставил сети,
Только любовный треугольник
Ужаснее всего на свете.
Я устала… правда. Не до смеха.
Все кричат: весна! Что мне за дело?
Хочется куда-нибудь уехать,
Надоело! Как всё надоело…
Широка страна моя родная!
Пальцем ткну, куплю себе билет.
Лучше так, чем, слёзы утирая,
Проклинать себя и белый свет.
Хочется на время потеряться
А потом, кто знает… Как пойдёт.
Захочу обратно возвращаться,
Где меня совсем никто не ждёт.
Может, это связано с весною,
Обострение… недостаток солнца.
Просто очень хочется покоя.
А уехать всё-таки придётся…
Осталась горстка слёз, на всякий случай,
Но, есть надежда, что не пригодится.
Для слез два повода, один не самый лучший,
Никто не знает, что когда случится.
Подступит к горлу ком, потом отпустит,
Глоток воды – и вроде всё прошло.
Хватает в жизни всякого для грусти,
Я ж вспоминаю, где мне было хорошо.
Всплывают сад и дом, и летнее крылечко,
А под окном сирень с черёмухой сплелись,
Подступят слёзы, заколотится сердечко,
Как незаметно пролетело время… жизнь.
Я б многое, наверно, изменила,
Будь шанс вернуться в прошлые года.
Предателей бы точно не простила,
Второго шанса не дала бы… никогда!
Там, где журчал ручей, пустое русло,
Песок и камни и немного ила.
Вот так же навсегда исчезло чувство,
Что я питала к тем, кого любила.
Дни не считаю, жизнь не тороплю,
Прошу прощения и помощи у Бога.
А помолившись, крест губами пригублю
С надеждой, что накажет, но не строго…
Потухший взгляд и безразличный вид,
Лишь так же вьётся локон непослушный.
Порою кажется, что сердце не стучит. –
Случилось что? Я стала равнодушной.
Платок, свеча и запах воска
И вера в лучшее и в Бога.
Я верю, что совсем немного –
Жизнь станет светлая полоска.
Передо мною образа,
И мне знакомы эти лица.
Я буду искренне молиться,
Не пряча под платком глаза.
Нет лживых мыслей, а желаний
Не так уж много, видит Бог.
Я в храм ступила на порог
С душой открытой для признаний.
И воск расплавленный огнём
Жжёт руки, лава раскалённая.
Я виновата, что влюблённая,
Мой грех, я растворилась в нём.
И не плачется, не страдается.
Надоело всё… К чёрту пошло.
Вот надену в горошек платьице,
И всё будет хорошо!
Солнце яркое, небо синее,
В реке золотом волна плещется.
Что ещё может быть красивее?
Россыпь ярких звёзд на фоне месяца?
И козявочка, и букашечка,
Стайка шумная воробьиная,
И берёзка в лесу, и ромашечка –
Чудо чудное, диво дивное!
И сама, как коровка Божия,
В горох платьице-заглядение.
Ведь уныние – грех, и так что же я?
Вот в чём радость, души спасение.
Хорошо-то как! Красота вокруг.
Лес берёзовый, в цветах балка.
Мне обнять бы всё, да не хватит рук,
А так хочется, даже жалко…
Ночь сменяет день, день сменяет ночь
Вот и лето тихонько подкралось
Прочь обиды все… и страдания прочь
Чтоб ни капельки не осталось.
Любимая женщина… как сладко спится
С мыслью о том, что она – это я.
Я твоя птица, журавль иль синица,
Это неважно… ты шепчешь… Моя!
В эту секунду в душе содрогается
Всё моё женское с пят до волос,
Что невозможно с волнением справиться,
Трогает душу и сердце… до слёз.
Я твоя женщина, сердцем любимая,
Кажется, мысли все переплелись.
Сердцем любимая, в сердце хранимая,
Я для тебя целый мир и вся жизнь.
Как выглядит счастье, я точно не знаю,
Но, кажется мне, ощущения схожи,
И понимаю, что я прирастаю
К тебе каждой клеточкой кожи.
Вновь солнечный зайчик скользит по паркету,
Такой осторожный, пугливый слегка,
И я вам признаться хочу по секрету:
При виде него я скучаю по лету,
Где солнечной рябью покрыта река.
Где смотрятся в воду красавицы-ивы,
Где рыбка, подпрыгнув, сверкнёт чешуёй,
Где запах цветов и безумно красиво,
Где жутко кусачая злая крапива,
Включаются звёзды, одна за другой.
А зайчик меняет своё положение,
И вот он крадётся по гладкой стене,
И с каждой минуткой моё настроение
Всё больше воздушное, легко-весеннее,
И оттого улыбается мне.
Цвет глаз любимого мужчины отличим
От всех… небесных, карих жгучих и зелёных,
Ведь для меня он каждой клеточкой любим,
Что может быть прекрасней глаз влюблённых!
В его глаза достаточно взглянуть.
О! Что там под ресницами творится!
Что в омут глаз его так хочется нырнуть,
Чтоб раз и навсегда в нём поселиться.
В этих глазах нельзя увидеть дно,
Старайся не старайся присмотреться.
Взгляд этих глаз, как терпкое вино,
И согревает… и волнует сердце.
Глаза-магнит… и манят… и влекут,
В них весь восторг от накатившего прибоя,
В них моря красота и дивный берег крут
И неба отражение… голубое.
Кто-то, помимо меня, это слышит?
Оставьте дела хоть на долю мгновения.
Слышите? Слышите, как она дышит
Прямо над ушком, погода весенняя?
Солнце сугробов легонько касается,
Хочет бедняжек утешить, согреть.
Плачут сугробы, им солнце не нравится,
Им от тепла его верная смерть.
Может, от злости чернеют сугробы,
Тощие… грязные… всё, что осталось.
Солнцу ж, напротив, хотелось так, чтобы
Радости всем по кусочку досталось.
Кто-то, помимо меня, это слышит?
Хруст или треск… или звон хрусталя
Слышите? Слышите, как она дышит,
Снежной воды напитавшись, земля?
Сотни ручьев бегут в грязные лужи,
Снег отступает под солнца напором.
Грачи прилетели, над гнёздами кружат
Плавно, как будто любуясь обзором.
Ты моя улица дней беззаботных,
Маленький дворик, сирень и жасмин,
Песня вернувшихся птиц перелётных,
Лучший из лучших на свете мужчин.
Ты моя радость, голос дрожащий,
Что от волнения звучит в телефоне.
Ты мой мужчина, такой настоящий,
Ты моя встреча на тихом перроне.
Ты мое всё… моё солнце и небо,
Ты моё утро и дождь проливной,
Ты в моих мыслях… и где бы ты ни был,
Ты в моём сердце… ты всюду со мной.
На рук твоих тепло не претендую
И на моё, прошу, не претендуй.
Я видела, ты целовал другую,
Был слишком долгим сладкий поцелуй.
И рук не распускай, держись подальше,
А лучше не встречайся на пути.
В твоих словах, поступках много фальши,
Засунь себе в карман своё… прости.
Сменю замок в двери, расшатана личина,
А если надо, поменяю саму дверь.
Зачем звонок терзаете, мужчина?
Я вам никто… Вы мне никто… теперь.
Ведь налицо измены доказательства,
Ты был с ней очень нежен, очень мил,
Казалось мне, ты не способен на предательство,
Но в тот момент ты про меня забыл.
Ты сходишь в душ и смоешь запах тела,
Найдёшь своим поступкам оправдания,
Но на душе твоей такая грязь осела,
Что мой, не мой… напрасные старания.
Я сомкну руки под твоим пальто,
Прижмусь к груди, послушать, как ты дышишь.
Как я люблю тебя, так не любил никто.
Никто не сможет так любить тебя… Ты слышишь?
Жар моих рук согреет твоё тело,
А я, щекой припавшая к груди,
На поцелуй отвечу очень смело
С одним желанием… Ночь, не уходи!
И по спине моей скользнёт твоя рука,
К себе прижмёт с неистовою силой,
И учащённей сердца стук издалека,
И я почувствую себя такой счастливой!
Мы строили планы, а в сердце такое,
Что мне не даёт ни минуты покоя
Фамилия той, кому ты её дал,
Кого и любить, и беречь обещал.
Мы строили планы, дворцы из песка,
В душе поселилась и боль, и тоска.
Шепчу тебе: да! Но сама понимаю:
Чужое всем сердцем своим согреваю.
Ах, сколько с тобой было солнечных дней!
Зачем… для чего же мне думать о ней?
Моя ли забота? Моя ли печаль?
Признаться, себя мне немножечко жаль.
Клянёшься в любви и что ты… только мой,
Вот только спешишь не ко мне, а домой.
Я всё понимаю, но надо признать:
Зачем я нужна? Чтобы все понимать?
Мы строили планы, пустой разговор,
Мне клялся в любви, но ты с ней до сих пор.
А я, понимая всех дел положение,
Старалась принять, наконец-то, решение.
Во все обещания верить нельзя.
Мне б больше понравился статус «друзья».
Но сердце на ключик нельзя запереть,
Ему без любви, как без воздуха… смерть.
Свободных мужчин обхожу стороной,
Женатиков тоже… Уж лучше одной.
Я знаю, как это… обидно… и больно –
Делить его с кем-то… Решила. Довольно!
А я всё жду весны начала, его нет.
А я всё жду, не выключаю на ночь свет.
А за окном снег, сырость и опять мороз,
А я хочу… тепла, но холодно… до слёз.
А снег кружит назло, а может, вопреки
И тает тут же… от тепла моей руки.
А я всё жду весны и самых тёплых дней,
Мысль промелькнёт: уже становится теплей.
Я жду, когда уже начнётся ледоход,
Река, вздохнув, рубашку на себе порвёт,
И вдоль дорог ручьи проложат себе путь.
Я жду весну, чтоб её запаха вдохнуть.
Пусть снежных туч исчезнет, словно призрак, плащ,
Пусть ветра вой заглушит их прощальный плач,
И пусть земля напьётся вдоволь вешних вод.
Я жду весну… Она в пути… Она идёт!
Понимала, что всё несерьёзно
И надеяться повода нет,
Слишком поздно, уж слишком всё поздно
В нашем возрасте? Сколько нам лет…
В голове мысли роем кружились
Сожаления… тоски и тревоги.
Наши судьбы в одну не сложились,
Развели нас по жизни дороги.
А теперь разве можно надеяться?
Кто-то скажет: не поздно любить!
Мне порой и самой не верится,
Как могли друг без друга мы жить?
Что сближает нас? Воспоминания?
Душа рвётся… и боль у виска.
Запоздалые слишком признания
И на сердце… такая… тоска.
Наша встреча и счастье, и горе,
Седина, из-под снега цветы.
Я давно с зеркалами в ссоре,
Во мне прежней уж нет красоты.
И от счастья бывает усталость,
Раз возможности нет насладиться.
Наша встреча с тобой – просто радость,
Та, что в памяти будет храниться.
Весна на дворе и в душе потепление,
Сугробы и лужи… на все свои сроки.
Снежное скоро пройдёт заточение,
Исполнят свой блюз или джаз водостоки.
Весенние запахи… свой аромат,
В сравнении с другими легко распознать
И слышно, как бьются о мокрый асфальт
Сосульки, что с крыш начинают сползать.
В огромные лужи сбежались ручьишки,
А солнце из снега плетёт кружева.
Резвятся, как дети, на них воробьишки,
Местами торчит из-под снега трава.
Как будто боясь в сугроб провалиться,
Ступает весна осторожно шажком.
Путь держат домой перелётные птицы
Маршрутом, который им очень знаком…
Я не боюсь, что мне давно уж за…
Что время поменяло цвет волос,
И кажется, что выцвели глаза
От возраста, а может быть, от слёз.
Я не боюсь, что стрелки на часах
Бегут, боясь куда-то опоздать
И ночь сменяет утро на глазах,
Что календарь нет смысла открывать.
Напротив, я за всё благодарю
То время, что со мной бежало в ногу,
Ночь звёздно-лунную и алую зарю.
Спасибо, жизнь, за всё… И слава Богу!
Я время не стараюсь обмануть,
Хотя иду на всякие уловки,
Уж прежней красоты мне не вернуть,
Подкрашиваю волосы и бровки.
Рисую себя так, в каком бы виде
Хотелось мне рисунок свой носить,
В душе и сердце места нет обиде.
Спасибо жизни за возможность жить!
И пусть плетут морщинки свои сети
