Читаем Путешествие в мир ба-цзы. Огонь. Начало онлайн бесплатно

?

Можно ли изменить судьбу?

Здравствуй, уважаемый читатель!

Принцип триединства гласит, что есть часть нерушимая и фатальная. Небесная. Те буквы сложены в дорогу на страницах книги судьбы. Есть часть твёрдая, но подвижная. Земная. Те пути в твоих руках. А руки твои – в скрижали. Есть часть загадочная и не всем доступная. Человеческая. Те мысли, поступки и перемены, что внутри тебя.

Следуй за сердцем, слушай душу и непременно выйдешь на свою тропу.

А что, если идти по ней уже не будет сил? Что, если в попытках найти её – отдашь последнее? И чем ты готов пожертвовать ради спасения близких?

– Ха-ха-ха! Хватит, я больше не могу! Сейчас лопну от смеха! – веселилась Наташка, держась руками за раскрасневшиеся щёки.

– Ой, да ладно! Смех продлевает жизнь, – подмигнул Володька, подливая в пузатую коричневую кружку свежее молоко.

– Слушай, я уже забыла, когда в последний раз так смеялась. Спасибо тебе за это утро!

– Всегда пожалуйста! Знаешь, только ты могла придумать притащить в лес стеклянную посуду и столовые приборы. В моей фантазии пикник на рассвете выглядел гораздо скромнее.

– Люблю, когда вкусно и красиво, – просто сказала Наташка и откусила кусочек поджаренного хлеба с малиновым вареньем.

– Это у тебя так легко получается. А я, как чурбан неотёсанный, – серьёзно сказал Володя и неловко скомкал в руках салфетку.

– Да ты что? Немедленно прекрати обижать моего друга!

– Ладно, прекращаю! – весело согласился он и быстро перевернулся с живота на спину. Сочная зелень травы, на которую он пялился, в секунду превратилась в чернильное небо, что освещалось редкими сполохами света.

– Сегодня небо такое странное, скажи? Как будто кто-то раздавил банку чёрной гуаши и размазал дырявой тряпкой. Такие разводы чудные. И холод, просто жуть. – Наташка закуталась в колючее одеяло, села и подтянула колени к подбородку.

– Ага, – задумчиво сказал Вова, – рядом с тобой часто что-то странное происходит. Я уже перестал удивляться.

– Это плохо или хорошо?

– Не знаю, – он так резко встал, что опрокинул рукой молоко и липкие капли вмиг впитались в сухую землю.

– Держи свой огонь при себе, – засмеялась Ната и подняв бидон выпила остатки, касаясь губами холодного жестяного края.

– Я держу. Как могу держу! – расхохотался в ответ Вова, – вот только он не хочет меня слушаться.

– Ты не представляешь, как здорово с тобой говорить об этом. В последнее время я сама не своя.

– Да, заметил.

– Мне сны такие чудные приходят и я в них голоса разные слышу. Словно информацию передают. Так интересно, но ничего не понятно.

– Уверен, что придёт время и ты разберёшься в этом.

– Я не хочу ждать никакого времени, мне нужно сейчас, как ты не понимаешь, – Наташка подскочила, замахала руками и топнула ногой для солидности.

– Мне кажется, что у тебя этого твоего огня тоже много, – задумчиво сказал Володька и внимательно посмотрел на девочку.

– Он не мой. Он общий.

– Пусть так, – согласился парень, – я уверен, что просто огнём там дело не заканчивается.

– Какое дело?

– Ну то, которое тебе снится.

– Думаешь, что это какое-то дело?

– Походу да. А что ещё? – Вовка развёл руки и сморщился, как будто надкусил кислющий лимон.

– Что ты кривишься? – дёрнулась Наташка. – Пусть дело. И что?

– Да то, что вдруг оно опасно?

– Откуда ты знаешь?

– Не знаю я ничего. Просто тошно стало и противно.

– Ну и ладно. Сама разберусь, без тебя. Не больно-то и хотелось, – Наташка быстро схватила зелёное одеяло в одну руку, кружку с вилками в другую, и прищурив глаза, зашипела. – Сама разберусь, сама, сама.

– Да пожалуйста, – надулся Вова, как пятилетка на детской площадке.

– Ну и всё.

– Ну и всё.

– Не повторяй за мной, – взвизгнула Наташка и зарычав, побежала прочь с поляны.

– Не повторяй за мной, – миролюбиво сказал парень ей вслед и плюхнулся на спину в ожидании первых солнечных лучей. Ветки дикой смородины качались от резких Наташкиных набегов и словно шептали на ветру: «Сама разберусь, сама».

– Сама она разберётся, – пробурчал Володька и стукнул кулаком по земле. – Ладно бы ерунда какая была, а то вся эта муть… Залезет опять чёрт знает куда. Голоса эти, огонь дурацкий… Что за мутотень, а?

Небольшая серая ворона с пронзительными глазами янтарного цвета, быстро подошла к его сумке и нахально вытащила обгрызанную половинку яблока.

– Бери, я не буду, – отмахнулся от неё парень так, словно птицы каждый день тырили у него еду. – Вот ты, можешь мне сказать, что это всё значит?

Ворона спрятала яблоко под крыло, как будто там у неё хранилась авоська с покупками, и медленно, с чисто птичьим достоинстом, два раза негромко каркнула. Вовке в конце послышалось: «Зы».

– «Зы». Что «зы?» Лети уже отсюдова, без тебя тошно.

Ворона нагло подмигнула ему и подцепив клювом ветку красного винограда, быстро скрылась из глаз. Парень ошалело покачал головой из стороны в сторону и медленно встал, потирая глаза.

– Пойду-ка я домой, пока кот учёный за гренками не пришёл и жизни меня учить не начал.

Продолжая ворчать, Володька собрал остатки еды и медленно побрёл по заросшей тропинке.

Его спины робко коснулись первые лучики солнца, тускло освещая полянку, на которой недавно разругались закадычные друзья. На ветке старого дуба сидела ворона и с наслаждением ела виноград, разглядывая примятый квадрат травы, где сидели ребята. Там, где разлилось молоко, у корней дерева, поднимался в небо небольшой дымок. Но никакого костра совершенно точно никто не разводил.

Ворона, доев сладкие ягоды, довольно облизнулась и повернулась своими пушистыми боками прямо к солнцу. Начинался первый июньский день 2001-го года.

Наташка лежала на кровати и не открывая глаз чувствовала, как её собака сквасила свою очаровательную мордашку. Девочка боялась даже слегка вздохнуть, чтобы та не догадалась о сонной симуляции хозяйки. Стоит лишь едва шевельнуть рукой, как маленький бульдог юрко всунет туда поводок и потребует немедленной прогулки.

«Ещё пару минут», – думала Наташка. Мысли медленно ворочались с бока на бок, врезаясь в закоулки подсознания и намертво там застревая.

«Верни. Покажи огонь. Что за ним? К чему он?»

Но сколь сильно девочка не пыталась ухватиться за остатки образов, тем быстрее они растворялись в пространстве. Она помнила лишь странные обрывки слов про огонь и крысу на воде. Её воображение быстро представило маленького серого зверька, который отважно покорял океан верхом на картонке, сжимая в маленькой лапке крошечную свечу.

Картинка стала цветной и настолько реальной, что девочка в голос захохотала. Тут же на неё прыгнуло тяжёленькое тельце и разгорячённых щёк коснулся влажный язычок.

– Доброе утро, сейчас пойдём! – улыбнулась Наташка и крепко обняла собаку. – Люся, хватит, уймись уже.

Чёрные круглые глаза весело и внимательно смотрели на хозяйку. Девочка души не чаяла в собаке и любила её всем сердцем. Люсия Джессита Де Бенедикт Джосэ. Полное имя верного французского бульдога помнила лишь Наташка, когда все остальные называли коротко – Люська. Она была безумно похожа на человека. Храпела, как пьяный матрос и пела под гитару, словно молодая Мадонна. О, как Люська любила гитару! Они с Наташкой устраивали настоящие капустники на кухне. Девочка приносила маленький детский стульчик, на который довольно запрыгивала собачка. Сама она устраивалась рядом на табуретке и начинала играть Гребенщиковский «Золотой город». «Цой», «Нирвана», «ДДТ», «Сплин» – Люська обожала весь Наташкин репертур, мелодично выводя хрипловатым сопрано глубокие ноты.

– Пошли, пошли! – радостно крикнула девочка. Наспех расчесав пальцами волосы, натянула красный сарафан и белые кроссовки. Иногда казалось, что она и Люська похожи. Недаром говорят, что собака со временем становится копией своего хозяина. Или наоборот? Взгляд. Мимика. Способы добиться своего. И неважно что было объектом, новая книга или пятый кусочек апельсинки. Кстати, оранжевые цитрусы они любили обе.

– Ого! – восторженно сказала девочка и, как завороженная, уставилась на небо. – Ты только посмотри!

Люська послушно задрала голову и вопросительно взглянула на хозяйку.

– Какое облако, а! Словно снежная королева тает в огне, а вокруг неё безмолвная стая птиц.

Собака села на землю и внимательно посмотрела на небо, силясь рассмотреть там только что придуманный Наташкой мультик. Девочка присела рядом на корточки и ткнула пальцем в пушистое облако.

– Смотри же. Вот голова. Вот с краешков строгой юбки стекают ледяные капли. Вот, прямо у ног королевы, бушует жаркое пламя. А это что? – задумчиво нахмурилась девочка. – Похоже на какую-то шипящую воду. Ого! Да это же сотня крыс! Они волной несутся из одной сказки в другую!

– Наташ, привет! – робко сказал Володька, плюхаясь в белых шортах прямо на сырую землю.

Люська радостно подбежала к нему, облизала руки и вскарабкалась на колени. Наташка хотела обидеться и назвать собаку предательницей, но быстро передумала. К тому же, волшебное настроение словно рассеяло недавнюю размолвку и злиться уже совершенно не хотелось.

– Привет, – улыбнулась девочка и быстро, пока облака оставались на месте, принялась показывать другу интересные картинки на небе.

– Ну у тебя и фантазия, – восхищённо протянул он и украдкой облегчённо выдохнул.

От этой девчонки никогда не знаешь, чего ждать. Вспыльчивая, характерная, язвительная. Но такая необыкновенная и противоречивая, что долго без неё он уже просто не мог. Порой она напоминала ему разноцветный фейерверк.

– Да причём тут фантазия! – вспыхнула она, словно подслушав его мысли, – неужели ты этого не видишь?

– Вижу, – кивнул он, – или нет. Слушай, а здесь вообще есть правильный ответ? – задорно улыбнулся он и они в голос расхохотались. Вот чего было не отнять в их союзе, так это веселья и выдумок.

– Вов, а мне ведь опять сон снился, – быстро переключилась Наташка.

– Про огонь?

– Про огонь, – кивнула она, – и там было что-то ещё про зверя и… и… – нахмурилась она, – не помню. Представляешь, не помню. Вот открыла глаза и наяву увидела тот образ, а сейчас всё снова, как в тумане.

– Может тебе попробовать перестать об этом думать? – серьёзно посмотрел вдаль Володька и потёр переносицу.

– Как это?

– Ну представь, что ты сильно хочешь забросить мяч в корзину. Думаешь об этом постоянно, волнуешься. Начинаешь вскакивать ночами с этими мыслями, теряешь аппетит. Только это постоянно держишь в голове. Как пить дать, ты его не забросишь.

– Почему это?

– Не знаю. Мне так кажется. Чем сильнее ты чего-то хочешь, тем меньше вероятностей, что это у тебя получится. Ай! – вскрикнул он от Наташкина удара в лоб. – Ты чего дерёшься?

– А ты меня бесишь. И мне так захотелось треснуть тебя по лбу, что я об этом подумала немножко и сразу сделала. Чтобы точно получилось!

– Сумасшедшая, – заржал парень и сделал вид, что собирается уходить.

– Ладно тебе, не обижайся, – примирительно ткнула его в бок Наташка и резко встала.

– Что у тебя за телячьи нежности, – забурчал Вовка, – мне скоро кольчуга понадобится, чтобы с тобой гулять ходить.

– Ха-ха. Очень не смешно. Мне пора, зайдёшь вечером?

– Зайду.

– Ну пока.

Люська на прощание гавкнула и вильнула хвостом, а Наташка вздёрнула подбородок и прищурилась.

– Бабушкину книгу возьми с собой, – вдруг попросила она.

– Какую ещё книгу? – выпучил глаза Вовка.

– Она знает. Скажи, что мне надо.

Девочка повернулась и быстро побежала к дому. Собака на своих коротеньких лапках едва поспевала за ней.

Вовка удивлённо смотрел им вслед и думал: «Кто ты такая и как залетела в наш мир?»

– Ба, Наташка книгу просила. Дай, пожалуйста, – лихо попросил Володька, на полном ходу залетая в комнату, едва успев поймать навернувшийся бордовый торшер с бархатными нитями на абажуре.

– Аккуратнее, бежишь, как оголтелый, – строго сказала бабушка. – У нас, Смирновых, дуралеев в роду не было.

– Значит я буду первый, – широко улыбнулся Вовка и обняв старушку, крепко поцеловал её в щёку. – Дай книгу!

– Какую? – вскинула брови Валерия Брониславовна.

– Она сказала, что ты знаешь какую, – развёл руками парень и провёл пальцами по голове, взлохматив волосы.

– Месяц Змеи идеален для первого знакомства, Огонь силён. Давно пора, – забормотала пожилая женщина и подъехала на инвалидной коляске к старинному книжному шкафу.

– Какой ещё змеи? – оторопел Володька.

– Водной. Скоро Лошадь Деревянная вступит в свои права.

– Не понял.

– Тебе и не надо. Меньше знаешь, лучше ешь, – щёлкнула его по носу бабушка и протянула толстую книгу в матовой чёрной обложке. Золотистые рефлёные буквы сияли на тёмном переплёте, словно яркий фонарь в ночных сумерках.

– «И-цзин», – вслух прочитал Вова. – Что это? Японская философия?

– Китайская книга перемен.

– А. Вот теперь мне всё понятно, – нервно хохотнул Володька.

– Тебе и не надо, – повторила бабушка, – передай Наташе и скажи, пусть зайдёт ко мне. Вода Огонь тушит, а Металл Дерево рубит. Я небрежно отнеслась и проворонила, вот и получила своё.

– Ба, ты о чём? – нахмурился парень.

– Всё, хватит. Я как лучше хочу, даже не пытай меня. Свинья Змею толкает, а Петух поможет. Так и передай. Слышишь? – занервничала Валерия Брониславовна.

– Слышу, слышу, – кивнул Володька, – передам.

А сам крепко-накрепко решил ничего не говорить подруге. С ума они совсем посходили. Ладно, ба. Она после аварии частенько странные штуки говорит, но Натке про это знать не надо. Вдруг совсем с катушек съедет? Змея, свинья… Что за бред? Вовка был уверен, что весь этот зоопарк как-то связан с Наташкиными снами и тем огнём, с которым она носилась, как с вышитой тюбетейкой.

– Вот и хорошо. Помоги мне, солнышко, лечь хочу.

Вовка вдруг зарделся, поднял бабушку, как пушинку и бережно положил на кровать.

– Ты меня триста лет так не называла.

– Уж и триста! – ласково улыбнулась она.

– Я ведь вырос, какое я теперь солнышко, – забубнил Володька.

– Яркое и сильное. Даже слишком сильное, бойся воды, мой хороший.

– Чего ж мне её бояться?

– Опасна она для тебя, – сквозь зевок выговорила Валерия Брониславовна и прошептала, – иди уже, спать хочу, сил нет.

– Спи, спи, – торопливо сказал парень, и накрыв её серым одеялом вышел из комнаты, тихонько прикрыв дверь.

Зайдя к себе, первым делом он кинулся к тайнику. Ещё пару лет назад Володька разобрал часть досок на полу возле батареи, чтобы хранить там сокровища. Это только думается, что всякие секретики бывают лишь у малышей. Неправда. Они у каждого человека могут быть, маленького или большого, неважно.

Вовка завернул книгу в белую наволочку и аккуратно положил на дно тайника, набросав сверху старых тряпок. Быстро вернул всё на свои места и вдруг уставился в окно. Прямо перед ним на подоконнике гордо вышагивала ворона. В клюве у неё был зажат черенок вишни, на котором болтались две круглые ягодки. Красные бока блестели на солнце спелыми искрами и у парня непроизвольно набрался полный рот слюны.

– Ты здесь откуда? – вырвалось у него.